Обложка книги Теплотехник. Том I: Чужое имя
Роман

Теплотехник. Том I: Чужое имя

0.00 оценок 0 отзывов0+

Мне пятьдесят четыре. Я погиб во время аварии в 2026-м и очнулся молодым мастером котельной в декабре 1985-го. Теперь мне двадцать четыре. Имя — чужое. Репутация — хуже некуда: мастера, чье тело мне досталось, оклеветали, бригада ему не доверяет, а начальство давно списало со счетов.

Она сидела напротив, заполняла историю болезни и время от времени смотрела, не упал ли я лицом в схему.

О книге

Мне пятьдесят четыре. Я погиб во время аварии в 2026-м и очнулся молодым мастером котельной в декабре 1985-го. Теперь мне двадцать четыре. Имя — чужое. Репутация — хуже некуда: мастера, чье тело мне досталось, оклеветали, бригада ему не доверяет, а начальство давно списало со счетов. Но я знаю то, чего не знает никто. Через двадцать один день, когда температура упадет до минус сорока восьми, здесь вспыхнет пожар, лопнет магистраль и все Североречье останется без тепла. В той истории погибли восемнадцать человек. У меня нет денег, связей и высокой должности. Только знания теплотехника из 2026 года и три недели, чтобы заставить людей поверить мне. Чем ближе дата аварии, тем очевиднее: город должен замерзнуть не случайно. Кто-то уже крадет оборудование, заметает следы и готовит виновного. И этим виновным должно стать чужое имя, которое теперь ношу я. Они уже однажды заморозили Североречье. Второго раза я им не дам.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава перваяКостя соврал мне про воздушник уже в третий раз за ту ночь. Не из вредности и не потому, что был дураком — дураков я возле действующей магистрали не держал, — просто ему очень хотелось закончить аварию до пересменки и хотя бы однажды доложить наверх не о новой течи, а о том, что тепло пошло. За дорогой темнел больничный корпус; в нескольких окнах горел свет, из приоткрытой форточки первого этажа тянуло белым паром, и каждые пять минут звонила главврач. В крайних палатах температура опустилась до четырнадцати. Детей уже перетащили в середину здания, по коридорам расставили электрические пушки, областной диспетчер требовал назвать время включения, а мы торчали в промерзшей яме над семисотмиллиметровой трубой и не могли отогреть несчастный кран в верхней точке. К четырем утра чужая спешка всегда начинает казаться собственной мыслью. Костя попался на этом, я — нет.— Открывали, А…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.