16+Русуниверсум
Представь себе мультивселенную, где великие умы России стали богами своих миров. И в каждом из этих миров — частичка души моего друга, который ушел, не оставив наследников, но оставив после себя бесконечность.
И с того дня Пётр носил в душе соболя — тотем Хотена, а Хотен чувствовал в себе кабанью ярость.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Глава 1. СкобарьОсенний ветер гнал по стеклу косые струи дождя. В усадьбе «Плюсса» было тихо, только магнитофон на старом комоде выплёскивал в комнату хриплый голос Высоцкого.Хотен сидел в кресле у окна, сжимая в пальцах стакан с неразбавленным коньяком. Напротив, прислонившись к дверному косяку, стоял Степан — его слуга, он же адъютант, он же единственный, кто остался при нём после всего. Степан молчал. Скрипнули половицы.Хотен сделал глоток, не оборачиваясь.— Ты чего стоишь, Стёпа? Садись.Степан не шелохнулся.— Насиделся уже, — ответил он негромко. — А вы бы, Владимир Николаевич, хватили. Третий день пошёл.Хотен усмехнулся в стакан. Третий день.Он перевёл взгляд на окно. За мутным стеклом угадывался запущенный сад. Старые липы тянули голые ветки к низкому небу. Дальше, за садом, начинался лес — бескрайний, тёмный, мокрый. Псковская осень принимала своё законное владение.Усадьба…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0