16+Роман
Костер
Слабая детская ручонка, костлявая, как сама смерть, протянулась к моему лицу. Я едва разобрал обессиленный детский шёпот, в котором звучали слёзы: - Не умилай, вость… Вот у меня нисего боше нет. Не умилай, посалуста. Он разжал кулачок - в его ладошке лежало сокровище. Белые, копошащиеся личинки.
У меня же были идеальные сосуды под него, так сказать натурального производства, в виде рыбьих пузырей.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1 СклепХолодно… Темно… Чадит тусклым костром… И почему-то сыро…Детская рука, костлявая как сама смерть, потянулась ко мне. Крохотная ладошка разжалась - там были личинки. Белые, копошащиеся. И детский голос, срываясь на шёпот, прозвучал из последних сил:- Не умилай, вость… Покусай вость… Вот у меня нисего больше нет… Не умилай, посалуста…Крохотный кукольный кулачок разжался - и я увидел на ладони белых, копошащихся личинок. Организм отреагировал странно: вместо отвращения в рот набежала слюна. Я судорожно сглотнул и закрыл глаза.Рядом прозвучал второй детский голосок, озабоченно-деловитый:- Вость покусал?- Неть…В одном этом слове было столько отчаяния и боли, что мне самому захотелось разрыдаться.- Тогда мы все умлем.Второй ребёнок вздохнул - и в этом вздохе было столько вселенской скорби и смирения с судьбой, что я, несмотря на слабость, сделал усилие и сел. С трудом разжал веки.…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0