
Эхо грома. Книга 2
Там, где проходит этот мальчишка, гаснет свет. У него иней на рубашке — в августе. Показать его больше некому. Весь Гонконг ищет его как пропавшего сироту: пять тысяч объявлений, на каждом столбе. Никто из тех, кто их клеит, не знает, зачем он нужен на самом деле.
Ранец на нём был как у альпиниста, только ниже и плотнее, и ремни врезались ему в ключицы так, что видно было даже с галереи.
Читать фрагмент
Читать ещёПРОЛОГ. ВОСЬМОЙДвери выбивали по одной, снизу вверх, и по звуку можно было считать, сколько этажей осталось до восьмого.На восьмом жил его друг.Осталось три.Бежать было ещё две крыши. Щель над пятью этажами пустоты он перемахнул не глядя, как перемахивал сто раз, и приземлился под двойной стук: колодец между домами отдавал каждый удар дважды — сам и следом ещё раз, позже, чем полагалось.Кай по такому звуку сказал бы с закрытыми глазами, кто где стоит. Однажды на крыше он так и сделал — зажмурился и назвал, где стоит каждый из них, не подглядывая, по одному эху. Весь тот вечер потом пришлось хлопать в ладоши у каждой стены, пока снизу не заорали, и ничего, ровным счётом ничего не было слышно.На крыше прачечной спали люди — в такую жару спали на всех крышах, на циновках, на картоне, просто на гудроне, — и он пробежал между ними по памяти, между ногами, вёдрами и чайниками. Старик у водяно…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0