Прощай, сынок

Глава 1

Офисное здание стояло на окраине города, прижатое к железнодорожным путям, как загнанный зверь. Ты заметил его случайно, просто потому, что дорога кончилась, а бензин кончился ещё раньше. Идти вперёд было бессмысленно. Назад тоже. Оставалось только свернуть.

Ты подошёл к двери. Стеклянная, но не разбитая, редкость в наши дни. На ней всё ещё держалась надпись, выведенная золотой краской: «НОКС ИНСУРАНС. С 1972». Буквы облупились, но читались. Ты толкнул дверь, она поддалась со скрипом, будто её не открывали годами.

Внутри пахло плесенью, старыми документами и чем-то сладковатым, что ты уже научился не замечать. Холл был небольшим. Ресепшн с деревянной стойкой, на которой стояла кружка с высохшим кофе на дне. За стойкой кресло на колёсиках, пустое. На полу разбросаны бумаги. Счёт за коммунальные услуги за сентябрь 1993 года. Реклама страховки от несчастных случаев. График отпусков, подписанный от руки. Ты прошёлся по коридору.

Первый этаж открытые кабинеты, перегородки, офисные стулья. В углу одного из кабинетов фикус в горшке. Высохший, но всё ещё стоящий. Упрямый.

На втором этаже было темнее. Окна выходили во двор, заросший бурьяном, и света почти не было. Ты включил фонарик. Луч скользнул по стенам, выхватывая из темноты плакаты с мотивационными фразами:

"Успех - это движение от неудачи к неудаче без потери энтузиазма"

и двери с табличками "Бухгалтерия", "Отдел кадров", "Директор". Ты зашёл в кабинет директора. Просторное помещение. Стол из массива, тяжёлый, как танк. Кожаное кресло с подлокотниками, на которых проступили потёртости. За спиной директора карта города на всю стену, с пометками красным фломастером. Какие-то здания обведены кружками. К некоторым ведут стрелки. Ты не стал вглядываться.

На столе компьютер. Старый, толстый монитор с кинескопом, системный блок на боку. Клавиатура желтоватого цвета, мышь с шариком внутри. Всё покрыто слоем пыли. Но не это привлекло твоё внимание. Рядом с компьютером стоял телефон. Не мобильный. Стационарный. Бежевый, с круглыми кнопками и трубкой, лежащей на боку, будто кто-то бросил её в спешке. От телефона тянулся провод к розетке. Красный индикатор на корпусе мигал.

Раз в три секунды.

Раз в три секунды.

Ты замер. Телефон работал. В мире, где электричество давно умерло в большинстве мест, этот маленький бежевый аппарат продолжал мигать. Батареи? Генератор? Ты не знал. И не хотел знать.

Ты подошёл ближе. На корпусе телефона была кнопка с надписью "PLAY". Рядом маленькое окошко, в котором виднелась кассета. Автоответчик. Такие ставили в офисах в начале 90-х, чтобы не пропускать звонки после работы. Ты нажал "PLAY". Шипение. Потом щелчок. И голос.

- Привет, Дэвид. Это мама. -

Голос женщины. Тёплый. С лёгкой улыбкой в конце фразы.

- Я знаю, ты занят. Первая неделя в институте это серьёзно. Твой отец говорил мне, что в его время… ну, неважно. Я просто хотела сказать, что мы тобой гордимся. Престижный институт, Дэвид. Ты представляешь? Я всем соседям уже рассказала. Миссис Кларк сказала, что всегда в тебя верила. Хотя, ты помнишь, как она говорила, что из тебя ничего не выйдет? -

Она смеётся. Легко. Счастливо.

- Ладно. Я не буду долго. Ты, наверное, с новыми друзьями. Только… слушай, Дэвид. Я знаю, что там все пьют. Но ты пообещай мне, что будешь осторожен. Алкоголь это не страшно, если знать меру. А ты у меня частенько перепиваешь... Помнишь выпускной? -

Короткая пауза. Она будто качает головой с улыбкой.

- В общем, будь умницей. Позвони мне, когда сможешь. Папа тоже хочет с тобой поговорить. Он не говорит, но я вижу, скучает. Ладно. Целую. Пока. -

Щелчок.

Ты слушаешь. Фонарик в руке дрожит от холода или от чего-то ещё. Ты нажимаешь "PLAY" дальше.

- Дэвид, это снова я. Ты не перезвонил. Я понимаю, ты занят. Просто…-

Пауза. В голосе уже нет улыбки.

- Я хотела сказать, что видела странные новости сегодня утром. По телевизору сказали, что в городе Нокс... ты не знаешь, где это? Там какая-то вспышка болезни. Потом быстро переключили на другую тему. Я подумала, что это, наверное, грипп. Или что-то такое. Но соседка снизу, миссис Дэвис, говорит, что её племянник работает в больнице, и там… -

Она замолкает. Слышно, как она проводит рукой по столу.

- Неважно. Я просто хотела убедиться, что у тебя всё в порядке. Ты в кампусе? Вы там в безопасности? Я знаю, что институт далеко от города, но всё равно. Позвони мне. Пожалуйста. Я волнуюсь. -

Пауза.

- И ещё… Дэвид, ты не слышал о каких-то… странностях? Люди говорят разное. Но я не знаю, кому верить. В любом случае, будь осторожен. Не ходи один по ночам. Хорошо? -

Ещё пауза. Короткий вздох.

- Ладно. Я позвоню позже. Люблю тебя. -

Щелчок.

Следующее сообщение. Голос другой. Тревожный. Быстрый. —

- Дэвид. Уже вечер. Ты не звонишь. Я звонила в твою общагу, но никто не взял трубку. Я звонила в деканат и там сказали, что занятия отменены. Отменены, Дэвид! Они не сказали почему. Просто сказали "по техническим причинам". Какие технические причины могут быть в институте? -

Она дышит часто. Слышно, как она ходит по комнате. Шаги. Скрип половиц.

- Я выглянула в окно. На улице военные. Они перекрыли дорогу. Я спросила у одного, он ничего не сказал. Просто показал жестом, чтобы я ушла. А потом я видела… -

Голос срывается.

- Я видела, как они отстреливали собак. Бродячих собак, Дэвид. Зачем? Зачем стрелять в собак, если это просто грипп? -

Тишина. Потом тихий, дрожащий голос.

- Я боюсь, Дэвид. Я не хотела тебе этого говорить. Но я боюсь. Позвони мне. Пожалуйста. Просто скажи, что ты в порядке. Я не могу… я не могу потерять и тебя. Твой отец… он ушёл вчера на работу и не вернулся. Я звонила ему. Десять раз. Пятнадцать. Он не отвечает. -

Она всхлипывает. Один раз. Сразу затихает.

- Пожалуйста, Дэвид. Пожалуйста. -

Щелчок.

Ты переводишь дыхание. Нажимаешь снова.

- Дэвид. Это... последнее сообщение, которое я оставлю... Не потому что я сдалась. А потому что больше не будет возможности. -

Голос тихий. Спокойный. Пустой.

- Я выглянула в окно через щель в шторе. Там… там люди. Много людей. Но они не двигаются как люди. Они идут. Все в одну сторону. Медленно. Некоторые… некоторые без рук. Или без лиц. Одна женщина... у неё половина головы… -

Она замолкает на несколько секунд.

- Я не хочу это описывать. -

Звук. Будто она садится на пол. Или прислоняется к стене.

- Телевизор больше не работает. Радио... только помехи. Иногда пробивается голос, но я не разбираю слов. Кажется, они говорят, что надо оставаться в укрытиях. И что помощь идёт. -

Она смеётся. Коротко. Сухо.

- Помощь. Дэвид, ты знаешь, что я думаю о помощи? -

Молчание.

- Я думаю, что помощи не будет. -

Ты слышишь, как она дышит. Ровно. Слишком ровно.

- Я сижу в прихожей. Прислонилась к стене. Напротив... входная дверь. За ней лестничная клетка. И... я слышу шаги уже… уже три часа. Они не стучат. Они не зовут. Они просто стоят. Ходят туда-сюда. Иногда останавливаются напротив двери... Я слышу, как они дышат. Если это можно назвать дыханием. -

Длинная пауза.

- Дэвид, я… -

Она замолкает. Надолго. Потом говорит. Очень медленно. Очень отчётливо.

- Я думаю, это конец. -

Пауза.

- Прощай, сынок. -

Щелчок.

Тишина.

Ты стоишь в кабинете директора, в темноте, с фонариком в одной руке и телефонной трубкой в другой, хотя ты не помнишь, когда взял трубку. Индикатор продолжает мигать. Раз в три секунды.

Ты ставишь трубку на место. Перематываешь кассету. Нажимаешь "PLAY" снова.

Сначала воодушевлённая, счастливая мать, которая гордится сыном.

Потом тревожная, пытающаяся сохранить спокойствие.

Потом сломленная, которая просто хочет услышать его голос.

Потом - Пустая. Прощальная.

Ты слушаешь всё заново. С первого сообщения до последнего. Потом ещё раз. Потом ещё. Потому что в конце последнего сообщения, после того как она сказала "прощай, сынок", после щелчка, есть ещё кое-что. Ты не заметил в первый раз. Или не хотел замечать. Но сейчас ты слышишь.

Четыре секунды тишины после щелчка. А потом другой голос. Не её. Не Дэвида. Чужой. Глухой. Как будто говорит через ткань. Или из-за двери. И он говорит одно слово. Тихо. Почти ласково.

- Слышу... -

Ты выключаешь автоответчик. Красный индикатор гаснет. Ты сидишь в кресле директора, в темноте, и смотришь на телефон. В голове пустота. В груди холод. За окном ночь. Тихая. Пустая. Ты не выходишь из кабинета до утра. А когда выходишь, не оглядываешься. Телефон остаётся на столе. Мигающий индикатор ты видишь краем глаза, уже закрывая дверь.

Раз в три секунды...

Раз в три секунды...