Осторожно, триггеры

В этом городе нет людейСкука расползается рыжая, рваная, неуклюжая. Смотрю на неё с равнодушием, раскладываю газетные слова на смыслы, взрослые думают – на слоги. Скука липкая, вязкая, пахнет отчётливо ртутной горечью, чернильное море выплескавшие падают в скуку листья, тонкие, сизо-серые, пьют ржавчину, как кленовые листья по осени, приникают к полу, смыслы сливаются с вымыслом.Скука змеится по пальцам, застывает гипсом.Ветка стучит в рассохшуюся деревянную, я открываю форточку настежь, ветер морозит щёки; я приласкаю рукой – он кусается. Благочинно рядком старушки на лавочке: чистые, выглаженные, аккуратные, хоть сызнова помирай. Цокает каблуками тётя Маша с третьего этажа, волосы патокой по кусачему, шлейф ушедшей осени за каждым четвёртым шагом. Россыпь рябины от уха до уха. Под ресницами мёртвые пчёлы, сгоревшие заживо. Я машу ей рукой – не по-доброму, а по-правильному.Скука застыл…