За тридцать лет до "Крена"

Глава 1

Фольклор о «вратах демонов», пришедший из Восточной Азии, богат и оброс множеством слоев драматизации, искажений и литературных штампов. Однако за этой яркой картинкой скрывается куда менее приглядная — а местами и пугающая — основа. Я наткнулся на нее не случайно: это стало следствием сочетания безрассудной смелости, которую я поначалу принимал за взвешенный риск. Затем, под давлением обстоятельств, меня занесло в Японию, где моя семья в итоге обосновалась в месте, где «врата демонов» — это вполне реальный, осязаемый объект, расположенный прямо через дорогу, за забором (причем у него даже есть официальная, детально проработанная, но совершенно вымышленная архитектурная предыстория). Результат предсказуем: каждый день наш задний двор штурмуют рои демонов. Но о том, как мы с этим справляемся — разговор особый.

Итак, что же такое «врата демонов» (в Японии — *кимон*)? Исторически этот термин был придуман даосскими геомантами — или местными жрецами, находившимися под их влиянием, — в период с IV по X век. «Врата демонов» описываются как «место, через которое проникают злые духи» и прямо связываются со «слабым звеном» в северо-восточной части защитного периметра поселения или храма. Но даже этот древний пласт традиции — не более чем попытка запутать суть.

Северо-восточный угол в данном конкретном месте, официально нареченный «вратами демонов» еще в начале IX века, оказался весьма любопытным «совпадением». Если взглянуть на розу ветров в этом регионе, то окажется, что данная точка находится как раз с подветренной стороны от крупного города. Археологические данные свидетельствуют: ядро раннего поселения, расположенное ниже по склону, несколько раз меняло свое местоположение — до тех пор, пока «врата демонов» не оказались с подветренной стороны от него, а само общество не стабилизировалось настолько, чтобы начать вести письменные летописи. Тут-то и появились геоманты со своими псевдогеометрическими обоснованиями: они огородили участок, названный «кимон», — и город начал расти. Так что же именно отгородили эти шаманы, жрецы или маги?

Ну, как что — злых духов. В раннем Средневековье это было вполне исчерпывающее определение. А вот в XXI веке такая терминология вызывает, мягко говоря, недоумение, не правда ли? Попробуем осмыслить этот феномен в рамках современной когнитивной парадигмы, опираясь на непосредственные наблюдения.

Картина здесь настолько запутанная, что значительная часть местного населения даже не осознает уникальности этого места, а остальные просто приспосабливаются к окружающей среде, используя традиционные поведенческие стратегии. Обобщим имеющиеся наблюдения; их можно разделить на две категории: сами аномалии и традиционные способы защиты от них.

Большинство аномалий связано с представителями местной фауны. Характерной чертой этой местности являются рои кусачих мошек, поднимающиеся от сети прудов на верховом болоте, расположенном на вершине холма. В радиусе 150 км это единственное подобное болото — к тому же, оно находится на самой низкой отметке среди всех верховых болот в регионе. Мошки настолько малы, что легко проникают сквозь большинство видов противомоскитных сеток, а их ротовой аппарат достаточно силен, чтобы проколоть даже довольно плотную джинсовую ткань. У людей, не обладающих приобретенным иммунитетом, каждый укус вызывает появление незаживающей язвы диаметром около 3 см, из которой в течение примерно двух недель сочится кровь и гной. После атаки роя на теле человека обычно образуются десятки, а то и сотни таких язв. Причиной этого состояния служит специфический гемолитический яд, действие которого длится дольше обычного и сопровождается побочными эффектами, неизвестными за пределами этой местности. Еще одна особенность — местные гадюки и ящерицы. Они отличаются необычной окраской: либо идеально сливаются с опавшей листвой благодаря желто-коричневым тонам, не встречающимся в других местах, либо имеют чисто белый окрас.

Теперь упомянем побочные эффекты от укусов ядовитых существ, о которых ходят легенды: это либо склонность к самоубийству, либо приступы неконтролируемой ярости. Согласно местному фольклору, человека, которого укусили впервые, следует зафиксировать на кровати, привязав каждую конечность веревкой. А в историях об укусах змей можно услышать пугающие предостережения: «Если нога отвалится — человек выживет. Если же рана заживет — укушенный превратится в демона». Статистика? Если успеть ввести противоядие, смертность от укусов местных гадюк составляет 1%. Без противоядия в первые шесть часов - 50%. Так что в лес лучше в одиночку не ходить.

Когда меня впервые покусали местные демонические мошки... выжить удалось, но удовольствия это не доставило. Три дня кошмаров без сна, воя сквозь кляп (чтобы не нервировать детей и соседей), и мыслей "как бы поскорее сдохнуть". Потом стало полегче.

Местная фауна (млекопитающие) здесь весьма разнообразна, однако животные выглядят странно, словно искаженными. Именно с этой холмистой грядой связаны многие мифы о животных — в частности, сюжеты об оборотничестве, зачастую имеющие эротический подтекст; отсюда же берут начало все популярные мифы о зверолюдях. Я намеренно не называю здесь конкретный вид животных, поскольку сам этот миф стал коммерческим продуктом, а благополучие местных жителей (включая мою семью) во многом зависит от туристов. Официально разрешенные туристические маршруты проложены по самой периферии зоны «врат демонов», а время посещения строго регламентировано муниципальными властями — это делается для того, чтобы избежать опасных контактов с наиболее агрессивными представителями местной фауны.

К слову, однажды я сам был на волосок от беды. Прожив рядом с «вратами демонов» уже три года, я потерял бдительность и показал знакомым живописный маршрут — он был официально одобрен, но только для дневного времени. В итоге мои гости едва избежали опасной встречи; маршрут закрыли на три дня, пока стаю животных не вытеснили оттуда, а мне самому пришлось выслушать строгий выговор от представителя районной администрации.

Встречались ли им оборотни? Строго говоря — нет. Само понятие «оборотничества» — лишь приукрашенная версия куда более неприглядной реальности. Местные животные, приспосабливаясь к царящему среди них фенотипическому хаосу, выработали стратегию, которая, если вдуматься, вполне логична: крайнюю степень промискуитета. Это не значит, что они насилуют каждого человека, забредшего в лес, но в период спаривания некоторые из них вполне могут попытаться это сделать. Более того, сезон размножения сопровождается криками мелких животных, которых буквально разрывает изнутри во время частых межвидовых совокуплений с более крупными особями. Намеренно не буду уточнять, о каких именно видах идет речь. Впрочем, для людей опасность невелика — если не считать риска пережить унизительный опыт.

Как же местные жители справляются с этой ситуацией? Традиционный «способ защиты от зла» — высаживание таких растений, как падуб или нандина. Их объединяет одно: они дают ярко-красные ягоды, несъедобные для млекопитающих (включая людей). Птицы, привлеченные этими плодами, поедают их — и тут же погибают. Впрочем, местных жителей это, похоже, не особо волнует. А зря: массовая гибель птиц приводит к тому, что в экосистеме начинают преобладать насекомые и рептилии, что, в свою очередь, способствует возникновению тех самых роев, о которых говорилось ранее.

Еще одна местная «особенность» — городская психиатрическая клиника, существующая здесь еще с эпохи Эдо. Она расположена совсем рядом — примерно в 600 метрах от центра так называемых «демонических врат». Пациентов с легкими формами расстройств здесь лечат (изначально клинику построили именно там, где наблюдалась наибольшая их концентрация), а тех, кто представляет опасность, — изолируют. Увы, далеко не всех. В этом районе процветают странные культы; еще в XX веке некоторые из них практиковали человеческие жертвоприношения. Впрочем, за последние двадцать лет новых трупов не находили — то ли сектанты обзавелись эффективными антипсихотческими препаратами, то ли просто научились лучше скрывать свои дела. Кроме того, этот район — настоящий очаг сексуальных преступлений. И нет, дело вовсе не в оборотнях, а в людях с весьма специфическими наклонностями.

Насколько же серьезна ситуация с психическим здоровьем в этих краях, если судить по цифрам? В японском обществе в целом примерно у 10% населения диагностируют те или иные психические расстройства — чаще всего клиническую депрессию. В этой же местности показатель психических заболеваний достигает 25%, причем преобладают трудно поддающиеся лечению расстройства, сопровождающиеся агрессивным поведением. О том, насколько серьезна ситуация, свидетельствует обилие частных дневных стационаров, разбросанных по жилым кварталам.

Последним рубежом обороны остается здравый смысл, однако одна из моих соседок служит наглядным примером того, как он может отказать. Она «осознавала» опасность, поэтому, работая в саду, всегда надевала костюм биологической защиты. При этом она употребляла в пищу выращенные там овощи — хотя сами «защитные» деревья, которые должны были оберегать участок, она даже не удосужилась посадить. Через два года она начала сражаться с «стражами врат», а еще через два — стала набрасываться на соседей, в том числе и на меня. Спустя пять лет она занялась биржевой торговлей, разорилась, и ее выселили.

Поскольку местная сельхозпродукция считается опасной, здесь нет фермеров-землевладельцев. Осталось много заброшенных угодий: владельцы, живущие в других местах, периодически сдают их в аренду (по дешевке) новым арендаторам — до тех пор, пока те неизбежно не банкротятся. Проблема в том, что ни сельскохозяйственный кооператив (JA), ни местные жители продукцию не покупают, поэтому каналы сбыта овощей здесь крайне ограничены.

И, наконец, запах. Если копнуть глубже — сантиметров на шестьдесят, — можно почувствовать характерный, ни с чем не перепутаешь, запах. Арсин. Или триметиларсин. В «Википедии» сказано, что загрязнение почвы мышьяком — явление для Японии довольно распространенное, но здесь, похоже, ситуация особенно тяжелая. Становится понятно, почему «врата демонов» (кимон) оказались расположены с подветренной стороны от центра города, не так ли?

Объясняют ли утечки арсина и наличие в почве его токсичных предшественников все особенности этого места? Вряд ли. Они объясняют нейродегенеративные процессы, а биоаккумуляция неорганического компонента яда, возможно, усугубляет последствия укусов насекомых и змей. Загрязнение мышьяком также вполне согласуется с концепцией кумулятивного воздействия: известно, что среди жителей второго поколения психические расстройства встречаются в 100% случаев. В результате экономика этого «врата демонов» места держится на плаву лишь благодаря постоянному притоку новых, здоровых переселенцев, которых привлекают цены на недвижимость — они здесь примерно в три раза ниже, чем в соседних районах. Ситуация настолько серьезна, что такой категории, как «местные жители в третьем поколении», просто не существует: представители второго поколения либо уезжают, либо не заводят детей. Впрочем, дело здесь прежде всего в поведенческих факторах: у второго поколения наблюдаются явные аномалии — признаки поражения нервной системы или двигательных нейронов, — из-за чего такие люди становятся неконкурентоспособными на современном японском «рынке брачных партнеров», хотя физиологически они вполне могут быть способны к деторождению.

Теория биоаккумуляции также проливает свет на то, как могут функционировать «деревья-хранители»: они вытягивают из почвы ядовитые вещества и накапливают их в своих ягодах, а птицы, поедая эти плоды, уносят яд подальше, пока не сдохнут.

Что касается мутагенных свойств аномалии — тут всё крайне сомнительно. На самом деле, наблюдаемые фенотипические особенности и общая изменчивость могут быть объяснены исключительно географическими факторами: в изолированных, но существующих долгое время природных ареалах часто наблюдается выраженный генетический дрейф — даже без воздействия химических или радиационных мутагенов.

Так является ли загрязнение почвы секретом? Вряд ли. Местные жители знают. Муниципалитет знает. Строительные компании тоже в курсе — они тщательно снимают и заменяют грунт под фундаментами новых домов и вокруг них. Просто никому нет резона поднимать шум: ситуация под контролем и даже приносит прибыль — несмотря на все беды, с которыми сталкиваются местные жители.

А вот центральный объект — так называемый «курган» — и связанная с ним выдуманная история остаются полной загадкой; здесь даже нет зацепок для догадок. Впрочем, раз нет никакой информации, то и обсуждать нечего.

О, а вот и «страж ворот» пожаловал. Знакомая серая морда. «Бодибилдер», верно? Похоже, недавняя схватка между «Карамелью» и «Быком» ослабила обоих, и «Бодибилдер» занял освободившееся место у кормушки. Что это у тебя? Принесла демоническое мясо в обмен на сухой корм? Хорошая девочка, и правда. Не знаю, чьё это мясо, но есть его — точно плохая затея. Держи. Забавная внешность. Если не заглядывать тебе в пасть, тебя можно даже принять за кошку, знаешь?