Воланд опоздает к ужину

Дьявол приходит без фанфарПервое, что почувствовал Берлиоз, — это жару. Не сухую московскую, привычно-ленивую, а странную, влажную, как будто воздух кто-то слегка перегрел изнутри, не спрашивая согласия. Тепло обволакивало кожу, стекало по воротнику, липло к мысли и раздражало даже раньше, чем становилось физически заметным.Он стоял на берегу Патриарших прудов, где под апрельским небом вода казалась не отражением, а отдельным упрямым состоянием реальности.Берлиоз обмахивался шляпой, но фетр в руке был вялым, как неудачная редакторская правка. Рядом Иван Николаевич — молодой, нервный, от которого пахло семечками и недописанными тезисами, — бросил камешек в пруд и пробормотал:— Как будто сам чёрт решил зайти на чай.Берлиоз поправил очки. Оправа поехала по вспотевшему носу, как строка, потерявшая выравнивание. Он не верил ни в чёрта, ни в Бога, ни в любые сущности, кроме аккуратных столбцо…