Стул.

Глава 1

Стул стоял возле пекарни столько, сколько себя помнил Франческо.

Не сам Франческо, конечно. Стул.

Когда-то он был тёмно-коричневым. Потом солнце выжгло спинку, дождь оставил на ножках серые пятна, а сиденье стало гладким от бесчисленных задниц.

Каждое утро Франческо выносил его на улицу вместе с маленькой доской, на которой мелом писал, какой хлеб сегодня готов.

Сам он на стуле почти никогда не сидел: ему всегда было некогда.

Зато сидели все остальные.

Старики, пока их жёны ходили по лавкам.

Дети, которым Франческо отдавал ещё тёплые булочки и строго предупреждал:

— Не урони.

Они роняли.

Сидел почтальон.

Сидел человек, который раз в неделю привозил Паоло вино.

Сидел Джанкарло, хотя от его лавки до пекарни было меньше минуты ходьбы и никакой необходимости отдыхать по дороге не существовало.

— Я не отдыхаю, — объяснял он. — Я наблюдаю за улицей.

— Так наблюдай стоя.

— Стоя мне хуже видно.

Разрешения присесть не спрашивал никто: не занято- садись.

А потом однажды утром он сломался.

Это произошло около десяти.

Франческо вышел вынести корзину хлеба и увидел перед пекарней синьора Риччи.

Тот стоял возле стула и выглядел виноватым.

Очень виноватым.

— Что случилось?

- Он... Он сломался...

Франческо поднял стул.

— Давно пора было.

— Я не тяжёлый.

— Зато стул старый.

— Я заплачу.

— За что?

— За стул.

Франческо посмотрел на него изумлённо:

— Иди домой ради Бога и не говори глупостей.

Синьор Риччи ушёл.

Франческо взял стул под мышку, поднял отломанную ножку и понёс всё к мусорным бакам.

— Ты что делаешь?!

Франческо остановился.

На пороге своей лавки стоял Паоло.

— Выбрасывать несу, а что?

— Но почему?!

Франческо показал ему ножку.

— Сломался наконец, отжил своё.

— И что же, вместо починки ты сразу тащишь его на помойку?! Я помню этот стул с тех времён когда был юнцом! Это стул твоего отца, Франческо, ты ли это?!

Франческо посмотрел сначала на ножку, потом на Паоло.

— Паоло, послушай. Если у стула отвалилась ножка, обычно это означает, что он больше не стул.

Паоло вышел на улицу.

— Дай посмотреть.

— Чего тут смотреть? Он сломан.

— Дай, говорю тебе.

Франческо отдал ему ножку.

Паоло повертел её в руках.

— Это можно починить.

— Можно купить новый.

Паоло посмотрел на него поверх очков, как смотрят на непонятливого малыша.

— Можно.

Вернул ножку.

И ушёл к себе.

Франческо пожал плечами и снова направился к мусорным бакам.

— Что случилось?

Теперь это был Марчелло.

— Господи…

— Что со стулом?

— Сломался.

Марчелло подошёл ближе.

— Покажи.

— Паоло уже смотрел.

— Паоло продаёт сыр и салуми.

— А ты мясо.

— Вот именно.

Логики Франческо не понял, но стул отдал.

Марчелло перевернул его.

— Ерунда, можно починить за полчаса.

— Ага, только зачем?

— Клей есть?

— В пекарне?

— Мало ли.

— Нет.

— Шурупы?

— Марчелло, я пекарь, а не механик!

Марчелло вздохнул.

— Ничего у тебя нет.

— У меня есть хлеб.

— Хлебом ножку не прикрутишь.

— Поэтому я и собирался выбросить стул.

Марчелло посмотрел на него.

— Не вздумай даже! Это реликвия!

И унёс стул к себе.

Через час возле мясной лавки собрались четверо.

Марчелло сидел на корточках перед стулом.

Паоло держал ножку.

Франческо стоял рядом, скрестив руки.

Джузеппе принёс коробку шурупов.

— Вот.

Марчелло заглянул внутрь.

— Они слишком длинные.

— Какие нашёл.

— Зачем тогда принёс?

— Боже, ты сам просил шурупы.

— Я просил подходящие шурупы.

— Надо было уточнять.

Марчелло выбрал самый короткий.

Приложил к ножке.

Шуруп оказался почти такой же длины, как сама ножка была толщиной.

— Нет, не годится.

— Я говорил, — сказал Джузеппе.

— Ты языком трепал, а по делу слова не сказал.

Из своей лавки вышел Джанкарло.

В руках у него был персик.

— Что за шум?

Никто не ответил.

Джанкарло подошёл ближе.

— А, понятно.

Откусил персик.

— У меня есть пластиковый.

Все четверо посмотрели на него.

— Что?

— Ничего, Джанкарло, — сказал Паоло.

— Хороший стул. Почти новый.

Марчелло медленно поднялся.

— Джанкарло, дорогой, иди к себе.

— Я просто хотел помочь!

— Уже помог, спасибо тебе.

— Я его могу принести.

— Не надо.

— Белый.

— Джанкарло, пожалуйста!

Джанкарло пожал плечами и ушёл.

Через минуту вернулся.

Без пластикового стула, но с другим персиком.

К полудню стул выглядел хуже, чем утром.

Марчелло просверлил отверстие не там.

Джузеппе всё-таки вкрутил один из своих шурупов, после чего конец шурупа вышел с другой стороны.

Паоло обнаружил это первым.

— Прекрасно.

— Что? — спросил Джузеппе.

— Теперь на нём можно не только сидеть.

— А что ещё?

— Одежду рвать.

Марчелло выругался.

Франческо наблюдал за происходящим из дверей пекарни.

— Я с самого начала говорил: выбросить.

— Помолчи, — сказал Марчелло.

— Это мой стул.

— Уже нет.

— А чей?

Марчелло задумался.

— Сейчас ничей.

София появилась незаметно.

Она несла корзину и остановилась возле мужчин.

— Что вы делаете?

— Стул ремонтируют, — сказал Франческо.

— Кто? Они все?

— Все.

София поставила корзину на землю.

Посмотрела на стул.

Провела рукой по выцветшей спинке.

— Сломался?

— Ножка, — сказал Паоло.

— Франческо хотел выбросить, — добавил Джузеппе.

София посмотрела на Франческо с немым укором.

— Новый куплю.

София снова посмотрела на стул.

— Анджело на нём сидел...

Стало тихо.

Марчелло взял стул.

— Ладно.

— Что «ладно»? — спросил Франческо.

— Сделаю.

— Ты уже делал.

— Теперь сделаю как надо.

И унёс стул в мастерскую за своей лавкой.

На улицу он вернулся только вечером.

Стул был собран.

Старая ножка снова стояла на месте, укреплённая двумя деревянными планками. Одну пришлось заменить почти целиком, поэтому она была заметно светлее остальных.

Марчелло поставил стул возле пекарни.

Надавил рукой на сиденье.

Стул не шатался.

Франческо вышел, посмотрел и сел. Наверное впервые в жизни.

Все замерли.

Стул выдержал.

— Ну? — спросил Марчелло.

Франческо покачался немного вперёд-назад.

— Кривой.

— Сам ты кривой.

— Новый был бы лучше.

— В тебе упрямства сколько веса!

Франческо поднялся.

— Поэтому и куплю.

Стул остался возле двери.

На следующее утро Франческо вынес хлеб.

Потом доску.

Потом посмотрел на стул.

Светлая ножка бросалась в глаза.

— Ужас, — сказал он.

И открыл пекарню.

Около девяти, опираясь на трость, пришла синьора Бьянка.

Она купила хлеб.

Вышла на улицу.

Остановилась возле стула. Прислонила трость к спинке,

поставила сумку рядом и села.

Франческо видел её из-за прилавка.

Старушка сложила руки на коленях и стала смотреть на улицу.

Через несколько минут подошла София.

Они заговорили.

Потом появился Джанкарло.

Он что-то сказал.

Обе женщины засмеялись.

Франческо продолжал раскладывать хлеб.

Новый стул он так и не купил.