...проходит, как хозяин

ЯростьЯРОСТЬОн стоял в углу, лицом к этим щенкам, которые его туда неожиданно загнали. Злости не испытывал, нет. Только печаль, да еще, пожалуй, вялое удивление. Шестнадцатый год в этом доме. Никогда ничего подобного — ни с ним самим, ни с женой, ни с дочерью. Дом большой, со всеми и за сто лет не перезнакомишься, но в лицо он знал всех, и все знали его.Стаи подростков постоянно толклись здесь, в подъезде, на площадке первого этажа. Пиво, пустые бутылки, со звоном катающиеся по засыпанному окурками полу, неумелый, тупой мат, дебильный гогот. Не раздражать это не могло, но он всегда сдерживал себя. И они его тоже как бы не замечали. Только иногда из толпы доносилось: «Здрассь, дядь Валер!» — значит, в тусовке участвовал кто-то из пацанов с его этажа.Когда он вошел в подъезд, отметил про себя, что на этот раз здесь немноголюдно — всего шестеро пубертатов лет по пятнадцати, не больше, прыщ…