Петрович

ПетровичНюньке уже не хочется вспоминать себя резвым тонконогим жеребенком: это не приносит ей, как пре­жде, тихой и светлой радости, да и Петрович давно позабыл то время, когда он, лет семнадцать назад, был еще бравым, осанистым мужчиной.Каждое утро, в половине восьмого, Петрович под­ходит к воротам хозяйственного двора больницы, и Нюнька, заслышав неторопливые, тяжелые шаги, встре­чает конюха нетерпеливым ржанием.Всю ночь она простояла в тесном полутемном са­раюшке, где на дощатом, ровном, без уклона настиле навозная жижа скапливается у ее ног, где нет даже ясель, и сено, кинутое Петровичем охапкой в угол, Нюнька, как ни старается аккуратно выхватить губа­ми,все-таки разметывает и затаптывает.Поначалу ей странно было слышать, что ее жалкое обиталище величают конюшней, но потом Нюнька при­выкла и к названию, и к самому жилищу, изредка при­поминая настоящую конюшню, где родилась и вперв…