Головная пластина
Глава 1
Тишину прерывает трескучий электронный зацикленный шум системы раннего предупреждения, как будто после свадьбы вместо обручального кольца оставили огромный синяк вокруг шеи.
«Раньше я думал, что просто не могу проиграть. Я на светлой полосе, мерцающей, словно выстланной из золота, упавшим с небес, и мне просто нужно подбирать его» – мысленно говорит белый Манекен с пластиковым лицом, но человеческими глазами и ртом. Он сидит один в сплошной темноте, и только жёлтый свет через решётку освещает половину его головы.
«В некоторые дни просто хочется быть живым. Хочется быть готовым ко всему. Не имеет значения, к чему именно»---
Шум резко затихает – потом очень медленно прожимаются клавиши на приглушëнном фортепиано, как будто открываются хрупкие двери минут.
«…»
Крутится барабан блестящего дизайнерского «Нагана», на конце дула большие красные губы.
Много позже матовые Манекен и Манекен сидят друг напротив друга за столом, комната с белыми стенами и полом, на стене – обложки модельных журналов и картины с логотипами мировых брендов. Сверху падает тень от вентилятора.
«Это просто, как езда на велосипеде. Просто едь прямо и не вихляй»
Первый манекен сидит с руками на столе: пальцы расслаблены, глянцевые от пота ладони лежат и не шевелятся. У первого напряжëнное лицо, один глаз прикрыт, он показывает зубы, губы дрожат, больно глотать. Второй с хмурым рылом не отводит взгляд от противника.
Через несколько секунд Первый, в конце концов, тянется к револьверу, крепко берёт в руку и втыкает красные губы в висок. Он смотрит на Второго – тот смотрит на Первого.
Шум пульсирует в ушах, как будто порезался бумагой, кровь пропитывает лист и неясно, ты попадаешь в книгу, или книга оказывается в тебе. Остаточный шум на фоне незаметно падает, как снежинки, как голоса.
Щелчок – ничего не происходит. Первый быстро кладёт револьвер на стол и со скрежетом двигает в сторону противника. Последний смотрит на оружие и думает, долго думает. Позже он неуверенно берёт револьвер, ещё раз крутит барабан и наставляет на себя…
…а через мгновение наставляет на Первого, не меняясь в лице. Первый на миллисекунду полностью раскрывает глаза, но быстро возвращает себе концентрацию.
…раздаётся пустой щелчок. Манекен щурится, ещё некоторое время держит револьвер на противнике. Другой манекен нервничает, капельки пота льются по лбу, он сжимает и разжимает кулак. Все играют по правилам – теперь Манекен наставляет дуло себе в голову без очереди. Он держит, смотрит на другого Манекена, ничего не говорит. Шум пульсирует в ушах, как будто порезался бумагой, кровь пропитывает лист---
Выстрел сотрясает комнату, будто удар молнии. Головная пластина, с отметкой помады от губ, разбивается и из крошечной дырочки выливается прозрачная жидкость – на стол, стену, пол. Убитый валится на спинку стула и не двигается, его глаза съезжают в разные стороны. Выживший с грустью опускает взгляд в стол, сжимая кулаки.
***
Тишину прерывает трескучий электронный зацикленный шум системы раннего предупреждения, как будто после свадьбы вместо обручального кольца оставили огромный синяк вокруг шеи.
«Я всё ещё здесь. Мда, блядь... даже когда думаешь, что всё ужасно, всё всегда оказывается намного хуже» – говорит в своих мыслях.
Шум резко затихает – потом очень медленно прожимаются клавиши на приглушëнном фортепиано, как будто открываются хрупкие двери минут.
«...»
Крутится барабан «Нагана»: Новый Манекен с заплаканными глазами, он еле-еле сдерживает ещё одну волну слёз. Смотрит на другого Манекена глазами-тарелками и не моргает, поджав губы.
Первый Манекен не торопится брать револьвер, думает. Позж поднимает оружие и направляет на себя, непрерывно бурит взглядом противника--
На секунду оба дëргаются, когда ошибочно воспроизводят выстрел в своей голове.
Щелчок – и ничего. Первый кладёт револьвер и двигает в другую сторону. Второй просто опускает глаза на револьвер, тяжело дышит, берёт в руку и наставляет дуло к своему виску. Шум пульсирует в ушах, как будто статуи в парке через дорогу хихикают и перешëптываются, как виноватые дети.
...ничего. Второй быстро откатывает оружие противнику и подавляет стук зубов. Первый пусто глядит на револьвер с опущенными руками, громко выдыхает, а через мгновение берётся за рукоятку и повторяет ритуал.
Рука трясётся, он думает, заставляет себя выстрелить---
...щелчок ничего не делает. Первый ещё минуту держит револьвер в руке, а потом откатывает в сторону другого манекена. Второй замирает, без мыслей и без надежды в глазах.
Шум искажается, лавирует из левого уха в правое: скрип колёс, скрежет бритв по стенам, пение несвятого духа. Электронные помехи выворачивают слух, меняя подсознание, словно пятна эмбрионов вторгаются в костный мозг. Как будто дождь забывает, как идти.
Щелчок – револьвер двигается к Первому. Ничего не происходит несколько секунд, и только позже он поднимает револьвер, крутит барабан. Ещё некоторое время держит оружие в одном положении, кусает нижнюю губу и после – вытягивает руку с безжалостным лицом в направлении Второго манекена...
...выстрел обнуляет всё. Образ комнаты и Манекена отпечатывается на сетчатке убитого, его жидкость льётся струёй.
***
Тишину прерывает трескучий электронный зацикленный шум системы раннего предупреждения, как будто после свадьбы вместо обручального кольца оставили огромный синяк вокруг шеи.
«Каждый день человеческая кожа сбрасывает десять миллиардов клеток кожи. Все эти чешуйки оказываются на одежде, а одежда на нас. Возможно, я скоро сам буду в коже»
Шум резко затихает – потом очень медленно прожимаются клавиши на приглушëнном фортепиано, как будто открываются хрупкие двери минут.
«...»
Крутится барабан «Нагана»: напротив сидит Манекен с исцарапанным лицом, без одного глаза. Он смотрит на Первого, облизывая выпирающие передние зубы, кажется, он улыбается. Первый приставляет дуло к виску и производит выстрел, но ничего не происходит. Шум в пространстве искажается, как будто ждёшь автобус, который никогда не приедет. Как будто весь мир заканчивается точкой-точкой-точкой-точкой.
Второй берёт револьвер и с улыбкой, не сводя глаз с Манекена, мгновенно стреляет в себя – куски головной пластины летят во все стороны---
***
Тишину прерывает трескучий электронный зацикленный шум системы раннего предупреждения, как будто после свадьбы вместо обручального кольца оставили огромный синяк вокруг шеи.
«Поймут меня? Простят? Всё, что мне остаётся – играть и выигрывать, чтобы выйти на свободу»
Шум резко затихает – потом очень медленно прожимаются клавиши на приглушëнном фортепиано, как будто открываются хрупкие двери минут.
***
Крутится барабан «Нагана»: Манекен и Манекен сидят друг напротив друга за столом, комната с белыми стенами и полом, на стене – картина манекена-сутенëра и манекенов-шлюх. Сверху падает тень от вентилятора.
У противника нет лица, но за то есть уверенность выйти из комнаты живым – он стреляет в себя первый, после пустого щелчка громко кладёт револьвер и молча смотрит на противника. Ощущается вибрация, гул чего-то огромного, идущего задом наперëд.
Первый переводит дух, тянет руку к револьверу – другую руку тревожно сжимает. В голове мигрень, он готов убить за аспирин. Картины на фоне испаряются, тени исчезают---
Щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок –щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – щелчок – гремит выстрел---
***
Сплошной белый цвет постепенно становится прозрачнее, с каждой секундой можно отчётливо рассмотреть сияющую витрину магазина. Манекен среди одинаковой белой матовой массы позирует в шубе, шляпе, с аксессуарами и тёмными очками на глазах – он не улыбается.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге