16+двое суток
Лётчик-ас Григорий Кравченко терпит крушение в монгольской пустыне во время боёв на Халхин-Голе. Воды нет. Компас разбит. Вокруг — только раскалённый песок, барханы и тишина. У него есть пистолет с семью патронами, фотография матери и только одна мысль: «Я должен вернуться в полк».
Стекло треснуло, стрелка дёргается — показывает то на север, то на юг, а потом застыла.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Мотор чихнул, дёрнулся — и стих.Тишина. Гулкая, ватная. Только песок сыплется по обшивке, да масло капает с пробитого радиатора на раскалённый металл. Шипит, воняет гарью.Я вылез из кабины. Сел на крыло, свесил ноги. Сапоги утонули в песке по щиколотку.Достал флягу. Потряс. Пусто.Вчера ещё было. Я пил на взлёте — думал, до аэродрома хватит. Не хватило. Сейчас бы даже глотка. Одного.Выругался. Громко, в пустоту. Слов нет — матом, каким в училище не учили. Песок, небо, солнце. И ни хрена вокруг. Ни тени, ни дыма, ни птицы.Я спрыгнул с крыла. Ноги в песке — как в тесте. Достал карту, развернул. Бесполезно. Без ориентира. Компас? Вынул из планшета. Стекло треснуло, стрелка дёргается — показывает то на север, то на юг, а потом застыла. Поломался. Или я его поломал, когда сажал, грудью о приборную доску приложился.Я швырнул компас в песок. Подумал — и поднял. Ещё пригодится. Хоть на па…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0