Диплом к стейку

Глава 1

Я вообще-то пошёл за мясом. Это важно уточнить сразу, потому что примерно через час после входа в магазин у меня появилось стойкое ощущение, что я случайно поступил на факультет пищевых технологий, пропустил первый семестр и теперь преподаватели срочно пытаются спасти мою академическую задолженность. План вечера был значительно скромнее: купить один хороший стейк, не экономить, прийти домой, пожарить его, спокойно поужинать и часа два провести за любимой игрой. Никаких новых компетенций, профессиональной переподготовки и личностной трансформации на этот вечер я себе не планировал.

Магазин был из тех, где даже картошка выглядит так, будто перед выкладкой прошла собеседование. Овощи лежали ровными рядами, сыр освещался отдельными лампами, бутылки смотрели на покупателей с достоинством, а возле мясной витрины невольно хотелось проверить, достаточно ли прилично ты одет. За стеклом лежали стейки — толстые, красные, с красивыми белыми прожилками. Цена тоже была красивая. Я сначала решил, что цифра указана за весь кусок, потом увидел «за килограмм» и проверил упаковку ещё раз — не прилагается ли к ней хотя бы небольшая доля в животном.

Ко мне подошёл продавец: мужчина лет тридцати пяти, аккуратная борода, чистый фартук, спокойный взгляд человека, который знает о говядине значительно больше, чем я о некоторых родственниках.

— Подсказать?

— Хочу хороший стейк.

Мне казалось, запрос сформулирован исчерпывающе.

— Рибай? Стриплойн? Филе-миньон?

— Мне пожарить.

Продавец улыбнулся. Не насмешливо — скорее так преподаватель смотрит на первокурсника, который на вопрос о специализации ответил: «Мне электричество нравится».

— Понимаю. Зерновой откорм рассматриваете?

— Я вкусный рассматриваю.

— Тогда надо понять, какой вкус вам ближе.

Вот примерно в этот момент покупка мяса перестала быть покупкой мяса.

Через несколько минут выяснилось, что корова, прежде чем попасть ко мне на сковороду, могла питаться настолько принципиально по-разному, что это теперь определяло структуру, жирность, аромат и характер моего будущего ужина. До этого дня я наивно делил говядину на хорошую и не очень. Оказалось, подобная классификация свидетельствовала о глубоком потребительском невежестве.

— А этот хороший? — спросил я, указывая на особенно красивый кусок.

— Отличный. Выраженная мраморность.

— Это вот белое?

Продавец выдержал небольшую паузу.

— В самом общем смысле — да.

Экзамен пока складывался неважно.

— А этот?

— Более постный.

— Значит, хуже?

— Нет.

— Лучше?

— Тоже нет.

— А какой вкуснее?

Продавец задумался.

— А что вы понимаете под вкусом?

Возле выхода было спокойно и светло. Но уходить уже было жалко. Мы разговаривали минут десять, человек явно старался, и сработал древний человеческий механизм: если ты достаточно долго разбираешься в вопросе, бросить его сейчас — значит признать, что последние десять минут жизни пропали зря.

Я продолжил образование.

Продавец достал упаковку. Мясо внутри оказалось темнее, чем то, что лежало на витрине. Можно было просто принять этот факт и наконец заплатить. Но вместо этого я спросил:

— А почему оно такое тёмное?

Лицо продавца оживилось. До этого я был покупателем. Теперь стал учеником, проявившим способности.

— Это нормально. Мясо находится в вакууме. Цвет связан в том числе с состоянием миоглобина и контактом с кислородом.

Слово «миоглобин» вошло в мою жизнь стремительно и без предварительного согласования.

— С чем?

— С миоглобином. Белок мышечной ткани.

— А-а.

«А-а» — одно из величайших достижений взрослой коммуникации. Оно позволяет сохранить достоинство, когда из последних сорока секунд разговора ты понял только предлоги.

К сожалению, продавец принял моё «а-а» за заинтересованность. Вскоре я уже знал, почему мясо в вакууме может быть одного цвета, после контакта с воздухом другого и почему сам по себе цвет ещё ничего окончательно не доказывает.

На этом следовало остановиться.

Но в упаковке была жидкость.

Внутренний голос предложил промолчать.

Я не послушался.

— Это кровь?

Продавец посмотрел на меня так, как врач смотрит на человека, который только что сообщил, что лечит давление чесноком.

— Нет.

Через несколько минут в моей голове уже находились базовые сведения о миоглобине, вакууме и внутримышечной влаге. Для человека, который недавно просто хотел поужинать, прогресс был впечатляющий.

— Хорошо. Беру.

Продавец достал стейк.

И тогда я заметил желтоватый оттенок жира.

Вот здесь судьба давала мне последний шанс. Надо было молчать, платить и уходить.

— А почему жир жёлтый?

Продавец медленно положил стейк обратно.

В его лице появилось выражение человека, который понял, что программу сегодня мы всё-таки пройдём полностью.

В разговор вошли рацион животного, возраст и каротиноиды.

Я больше не покупал мясо.

Я защищал курсовую.

Неподалёку стоял маленький столик.

— Может, кофе? — предложил продавец.

Вечер ещё казался спасаемым.

— Давайте.

Это была следующая стратегическая ошибка.

Подошла девушка-бариста.

— Что будете?

— Американо.

Наконец-то простой вопрос и простой ответ.

— Бразилия или Эфиопия?

Я помолчал.

— А можно просто кофе?

Она улыбнулась.

— Конечно. Поэтому и спрашиваю.

Продавец неожиданно подключился:

— Возьмите Бразилию. Более шоколадный профиль.

— Скорее ореховый, — поправила девушка. — Какао, карамель.

Они посмотрели друг на друга.

Я сидел между двумя специалистами.

Ещё час назад у меня не было ни одного вкусового профиля. Теперь был профиль коровы и профиль кофе.

— Бразилию.

— Натуральная обработка подойдёт?

Наверное, выражение моего лица оказалось достаточно красноречивым.

— Хорошо, — сказала девушка. — Я просто сделаю кофе.

— Спасибо.

Вот за это я её сразу зауважал.

Через несколько минут чашка стояла передо мной. Я отпил и совершенно автоматически произнёс:

— Немного кислит.

Бариста оживилась.

Я мысленно выругался.

Мы поговорили о кислотности.

Совсем немного.

Минут пятнадцать.

Когда разговор закончился, стейк всё ещё не был куплен, кофе уже наполовину выпит, а мой запланированный ужин окончательно превратился в образовательную конференцию с кофе-брейком.

— Так что, этот? — спросил продавец.

— Этот.

— Как готовить будете?

В голосе прозвучало что-то тревожное.

— На сковороде.

— Чугунной?

— На сковороде.

— Толстое дно?

До этого дня я был уверен, что знаю свою сковороду достаточно хорошо. Теперь выяснилось, что наши отношения были поверхностными.

— Наверное.

— Мясо заранее достаньте из холодильника.

— Насколько заранее?

— Минут за тридцать-сорок. Потом поверхность хорошо просушите, сковороду сильно разогрейте, масло лучше с высокой точкой дымления. В конце можно добавить сливочное масло, чеснок, тимьян…

— Тимьян обязательно?

— Нет.

Первое приятное известие за последний час.

— Отлично. Тимьян отменяем.

— И главное — внутренняя температура.

Свобода закончилась.

— А с ней что?

— Термометр есть?

— Медицинский?

— Кулинарный.

— Нет.

— Щуп?

— Нет.

Продавец кивнул.

— Я бы рекомендовал приобрести.

Стейк постепенно обрастал дополнительными расходами: сковорода, правильное масло, термометр и ощущение персональной ответственности перед животным.

— А без щупа никак?

— Можно. Но менее точно.

— Тогда сколько минут жарить?

— Зависит от толщины стейка, начальной температуры, сковороды и желаемой степени прожарки.

— Конечно.

— И потом обязательно дать мясу отдохнуть.

Вот это меня задело.

Я ещё не ужинал. Потратил на этот ужин больше часа. А отдыхать собиралось мясо.

— Сколько оно должно отдыхать?

— Минут пять-семь.

Стейк ещё даже не был куплен, а вечер у него уже оказался организован лучше моего.

— Слушайте, а у вас просто еда есть?

Продавец не сразу понял.

— В смысле?

— Которую человек покупает, приходит домой и ест.

Он рассмеялся.

— Стейк очень просто готовится.

Я мысленно повторил программу: откорм, мраморность, миоглобин, вакуум, каротиноиды, температура, сковорода, масло, щуп и заслуженный отдых.

— Да. Я уже заметил.

Я всё-таки взял упаковку и пошёл к кассе.

И тогда увидел холодильник.

Самый обыкновенный холодильник с полуфабрикатами.

Раньше я проходил мимо него с лёгким гастрономическим превосходством. Там лежали чебупели, чебупицца, наггетсы, какие-то мясные штуки в коробках и прочие достижения цивилизации для людей, которые не знают, что такое миоглобин, и прекрасно с этим живут.

На одной упаковке было написано:

«4 МИНУТЫ».

Я остановился.

Всего четыре.

Перевернул коробку.

Инструкция была почти оскорбительно короткой.

Открыть. Разогреть. Съесть.

Ни слова о происхождении животного. Никакой мраморности. Никакого вкусового профиля. Никто не спрашивал, какая у меня сковорода. Никто не требовал приобрести щуп. Никто даже не собирался отдыхать.

Стейк в одной руке выглядел значительно лучше.

Коробка в другой — значительно понятнее.

Продавец подошёл сам.

— Передумали?

— Думаю.

— Это вообще несравнимые продукты.

— Полностью согласен.

— Стейк будет намного вкуснее.

— Верю.

— Тогда зачем это?

Он показал на коробку.

— Потому что я хотел поужинать.

Продавец наконец посмотрел на часы.

— Ого.

— Вот именно. У меня уже почти два часа идёт теоретическая часть ужина.

Он рассмеялся.

— Стейк-то быстро готовится.

— Конечно. Если дома меня ждут чугунная сковорода, щуп, правильное масло, бумажные полотенца, чеснок, тимьян и достаточно зрелая психика, чтобы не испортить кусок мяса стоимостью несколько тысяч рублей собственными руками.

— Тимьян необязателен.

— Вы уже говорили. Это пока единственное, в чём мне сегодня предоставили свободу выбора.

Он засмеялся ещё громче.

— Так стейк оставляем?

Я посмотрел на мясо.

Хотелось.

Очень.

Именно поэтому решение было немного обидным.

— Не сегодня.

— Почему?

— Я пока не готов.

— К стейку?

— К высшему образованию.

Домой я приехал после девяти. Поставил на стол коробку и рядом — недопитый кофе, который зачем-то забрал с собой. Он уже остыл, но зато теперь я знал, что где-то внутри него существуют какао, орехи и карамель. Лично я чувствовал главным образом усталость.

На коробке были две главные цифры: четыре минуты.

Я поставил её в микроволновку, включил компьютер, переоделся и вернулся на кухню.

Микроволновка пискнула.

Я поел.

Гастрономического откровения не случилось. Хороший стейк наверняка был бы вкуснее.

Но стейка рядом не было.

Зато был ужин.

В 21:20 я уже сидел перед компьютером. Игра загрузилась, чашка стояла рядом, а великий вопрос о состоянии миоглобина временно потерял актуальность.

Телефон загорелся.

Алгоритмы, как известно, внимательно следят за духовным ростом человека.

На экране появилась реклама:

«ИДЕАЛЬНЫЙ СТЕЙК ДОМА».

Ниже:

«БЕСПЛАТНЫЙ МАСТЕР-КЛАСС».

Ещё ниже:

«ВСЕГО 90 МИНУТ».

Я открыл холодильник.

Там лежала вторая коробка.

Телефон снова мигнул:

«ПЯТЬ ГЛАВНЫХ ОШИБОК ПРИ ПРИГОТОВЛЕНИИ МЯСА».

Я закрыл рекламу и поставил таймер на четыре минуты.

— Нет, — сказал я. — Технологом я, пожалуй, пока не стану.

Через четыре минуты микроволновка пискнула.

Она оказалась единственным специалистом за весь вечер, который точно уложился в обещанное время