Девочка и речной дракон

Глава 1

Ни-эр вернулась с рынка в полдень, когда влажный южный воздух стал чуть горячее, а свет сделался ярким и густым, словно настоянным на пыли и дыме. Дом стоял чуть в стороне от дороги, а над воротами висела выцветшая дощечка с иероглифами. Девочка напевала себе под нос строчки из колыбельной матери:

Солнце взойдёт над дальним холмом,

Птица качнёт бамбуковый ствол.

Пусть расцветает сад под окном,

Пусть будет тих и добр этот дом.

Едва Ни-эр переступила порог, как увидела мачеху. Та стояла у входа, сложив руки в рукава, и ждала, будто всё это время только и делала, что прислушивалась к шагам у ворот.

— Долго, — сказала женщина.

Девочка опустила глаза и поставила корзину на скамью. Затем опустила голову в поклоне, снова ожидая слова недовольства. Та принялась рыться в принесенных с рынка продуктах, перебирая их тощими пальцами. Женщина хмыкнула, и накрыла корзину обратно тканью. Её лицо снова приняло недовольный вид, полный неприязни и злорадства. Это выражение появлялось, когда она находила очередной повод поиздеваться над ней. Мачеха властно взмахнула рукой в сторону, указывая на пустую цепь:

— Ты даже пса не смогла нормально посадить на цепь! Из-за тебя он сбежал. — Её голос был твердым и холодным. Ни-эр сжалась внутри и еле выдавила из себя слова:

— Нианг, прошу, простите, но я очень крепко его прицепила за кольцо… — она не успела договорить, как властный голос прервал ее:

— Довольно оправданий! Бесполезная ятоу. Чтобы без пса не возвращалась сюда. — Женщина вытолкнула девочку за деревянную калитку. Засов лязгнул о металл, с такой силой, что Ни-эр невольно вздрогнула. Мачеха скрылась из виду, оставив после себя стягивающее, липкое чувство беспомощности. Она никогда не называла её по имени — только когда отец был рядом, тогда она язвительно и слащаво звала её А-Ни. Рядом с ним женщина была яркой, нежной и ласковой, но Ни-эр знала, как только отец переступит порог дома, от той доброты не останется и тени. После смерти матери, она ни разу не приходила жаловаться к нему. То, как он смотрел на чужую женщину, не на маму, а на чужую — дало ей понять, что любые разговоры будут бесполезны. Её словно окатили ледяной водой, выворачивая внутреннюю боль наружу.

Уняв дрожь в теле, девочка расправила помятое мяньбу и похлопала себя по рукавам. Теперь маленькой Ни-эр некуда было идти.

— Где же ты? Мой Лайфу… — шептала себе под нос девочка. “Как же наш пес снял цепь и убежал в лес? Я хорошо его прицепила. Даже со всей силы тянула кольцо, прибитое к железному колышку. Не мог он убежать. Сам. Не мог”.

Ни-эр пробиралась все дальше в гущу теплого леса, осторожно отодвигая нависшие ветви деревьев. При дневном свете лес переливался таинственными солнечными узорами. В воздухе витал аромат камфорной древесной коры, влаги и свежести вечнозеленого бамбука. Девочка остановилась и сделала пару глубоких входов. Пение птиц, стрекот цикад уносили её сознание прочь за пределы реальности. Лишь тело продолжало стоять и дышать, отдаваясь моменту. Она медленно и неохотно огляделась по сторонам.

— Лайфу! Ла-й-фу, — едва громким голосом позвала она пса. Вдруг птицы перестали щебетать и вокруг нависла гнетущая тишина. Девочке стало не по себе. Если она не найдет его, то Мачеха не оставит это без наказания.

Ни-эр стерла с округлых глаз подступающие слезы и двинулась дальше в лес. На каждый хруст веток под ногами она замирала, чувствуя острые выступы своими соломенными туфлями. Неподалеку она услышала рык и внутри все оборвалось. Её лицо побледнело, сердце бешено заколотилось. Ни-эр рванула обратно в том направлении откуда пришла. Не помня себя, она мелкой трусцой бежала к выходу, но почему-то вместо этого оказалась у реки. На водной глади отражались тени проплывающих облаков, листвы… Мост. Её внимание привлек необычный мост — аккуратный, сделанный из свежего дуба, еще совсем светлый. Вместо невысоких перил были натянуты крепкие веревки.

Ни-эр видела это место впервые в жизни. Внутри все подсказывало — не переходить мост. Девочка сделала шаг назад, но знакомый лай донесся с того берега. Ни-эр подошла ближе и увидела рыжего Лайфу, виляющего хвостом. Он подавал сигнал о своем присутствии, но не ступал на деревянную поверхность, будто что-то преграждало ему путь.

Вот он совсем рядом, но так далеко. Ей было страшно, но оставить животное одного и уйти не позволяла совесть. Она собралась с духом и шагнула на мост. Тот сразу же пришел в движение, напугав девочку. Ни-эр резко вцепилась в веревки и замерла, удерживая равновесие, шаг за шагом продвигаясь к своему питомцу. Миновав середину, она испытала облегчение, но в эту же секунду доска под ее ногами перекосилась ребром и скользнула вниз. Девочка вскрикнула, изо всех сил держась за веревки, которые беспощадно обжигали ее нежную кожу рук. От боли она отцепила ладони и сорвалась вниз в прохладную воду. Дыхание перехватило.

Стремительно погружаясь ко дну, девочка попыталась всплыть ближе к поверхности, но тело не слушалось. Перед глазами плыло, воздуха становилось все меньше. Ни-эр перестала сопротивляться и мягкая волна подарила телу чистое умиротворение. Теплое спокойствие... Но неожиданно вода отступила от головы, образуя небольшую воздушную сферу. Она задышала, не веря своим глазам. В толще речной воды виднелся знакомый силуэт, облаченный в синее жуцюнь. Светлые локоны, собранные в косу, добрые глаза и тонкая талия.

— Мама… — сдавленным голосом позвала Ни-эр.

“Я наверно уже умерла, раз вижу ее. Но мне так спокойно и хорошо. Хочу к тебе поближе”. Девочка поплыла навстречу матери, но увидев ее лицо, оттолкнулась назад. Взгляд светловолосой женщины был совсем неживой, мутный. Кожа бледно зеленоватого оттенка. Сердце застучало, мучительно отдавая в живот. Она сделала несколько коротких вдохов и выдохов, чтобы успокоить дух.

“Ну и пусть так. Пусть она будет такой, но со мной. Я не боюсь ее”.

Ни-эр стремительно разрезала водную толщу и, оказавшись рядом с женщиной, обняла ее.

— Все равно… хочу тебя обнять. Даже такую. Теперь мы будем вместе. — Она хватала руками бестелесную фигуру, что утекала сквозь пальцы. Девочка знала, что уже не сможет вот так просто ощутить тепло любимого человека. Но эта призрачная надежда — все что у нее осталось.

Речной дракон был в замешательстве. Его впервые обнимает маленький человек. Живой человек, который не знает об этом. Бездонные, как летний лес глаза, с печальной нежностью смотрели на него. Там, где касались ее руки, проходила волна жара и тепла.

Он сразу почувствовал чистую энергию в реке и отправился на ее зов. Увидев девочку, он с помощью магии вытянул всю воду, что попала внутрь её легких. Собрав кислород из реки, дракон образовал вокруг нее тонкий защитный слой, позволяющий дышать. Молодой хранитель понял, что носит образ ее матери. Он неосознанно надел его, чтобы не испугать девочку. Объятия и слова ребенка смутили его, и он невольно принял свой настоящий облик — длиннохвостого чешуйчатого змея с рогами и усами.

Он посмотрел на девочку. Ее глаза округлились, она выставила перед собой руки и ринулась от молодого дракона:

— Кто ты? Где моя мама? — в ее голосе послышалось разочарование. Хранитель отдалился от девочки:

— Я речной дракон. Этот лес и река — мои владения. Ты не должна была сюда попасть.

Ни-эр с удивлением рассматривала необычное существо перед собой. Ее поразили красота и грация его плавных движений, мерцание чешуи и серебро рогов. Будто само божество. Она совсем забыла про его вопрос.

— Зачем ты пришла, как нашла меня?

— Я не знаю. Простите. Я хотела уйти отсюда, но на том берегу был мой пес — Лайфу. Мачеха сказала, если не найду его, то она все расскажет отцу и выпорет меня, когда его не будет рядом. Ни-эр замолчала и снова посмотрела в большие стеклянные глаза дракона:

— Почему вы пришли ко мне в ее образе? Зачем так жестоко пошутили надо мной?

Речной дракон ярко помнил тот день. Когда в вечерних сумерках леса раздались звуки борьбы и надтреснутый голос светловолосой женщины. Он ничем не мог ей помочь. Все произошло слишком быстро. Дракон принял ее в качестве подношения, как делал это раньше и не знал всех своих возможностей. Его некому было учить. Он просто проснулся и открыл глаза, не ведая кто он и где находится. Деревья, растения, рыбы, птицы и животные по какой-то причине молчали, но дракон чувствовал их скорбь. Оставшись один без наставника, без его памяти и без собственного имени он бесцельно проживал день за днем. Глубоко погрузившись в собственные мысли, он не сразу услышал голос девочки.

— Господин дракон, господин. Расскажите, что случилось с моей мамой? Она правда сама это сделала? Ведь это место невозможно найти. — её голос стал тоньше, а лицо бледнее. Ему не хотелось взваливать на детские плечи тяжелую ношу, поэтому он промолчал, переведя внимание на заканчивающийся кислород.

— Я этого не знаю. Тебе пора уйти. — Он указал взглядом на исчезающий барьер. — Я помогу тебе забрать пса. И больше не ходи в лес. Ни-эр насупилась и потянула дракона за ус:

— А я не уйду. Только если вы разрешите мне приходить сюда. Дайте слово. — Нижняя губа Ни-эр подрагивала, выдавая её тревогу. Она впервые за долгое время ощутила себя живой и не одинокой. На душе было тихо и тепло. Теперь у нее появилось желание — видеться с драконом. Ей захотелось, чтобы он дал свое согласие во что бы то ни стало, даже если придется умереть.

— Ты не должна быть здесь, твой мир ждет. — Хранитель выпустил из больших ноздрей поток воздуха и замотал головой. “Какое упрямое дитя. Зачем мне эта связь с человеком?” Где-то внутри него загорелся маленький огонек надежды, и чувство покинутости на миг отступило. В нем зародилось зернышко сомнения. Что если она будет приходить к нему и рассказывать о человеческом мире? Ни-эр с грустью посмотрела на дракона затем отвела взгляд в сторону:

— В моем мире нет такого… как вы. — Тихо произнесла она и опустила голову: — Таких как я никто не любит — грязную кровь. Если вы не разрешите, то лучше я умру здесь, чем там.

Дракон взмахнул длинным хвостом и перед лицом Ниры появился синий плоский камешек.

— Всегда носи его при себе. Так я почувствую тебя задолго до того, как ты пересечешь лес.

На лице Ни-эр засияла улыбка. Она протянула руку и схватила камень. Хранитель помог выбраться ей на берег, оставаясь в воде. При свете дня его чешуя была еще прекрасней, переливаясь разноцветными бликами на солнце.

Что-то мокрое толкнуло её в плечо — это был Лайфу. При виде девочки он радостно запрыгал, утыкаясь мордой в ладони маленькой хозяйки.

Ни-эр встала с земли и снова посмотрела на реку, чтобы попрощаться с новым другом, но тот уже скрылся в глубинах её вод. Она еще какое-то время смотрела на место, где находился дракон. Затем поднесла к груди руку с синим камнем и потрогала его, чтобы удостовериться в том, что он реален. Камень был прохладным и твердым. Ни-эр сунула его в карман и потрепала пса по голове.

— Пошли Лайфу, пора домой…

Вот так сбежавший пес и сломанный мост помогли двум душам объединить свои судьбы…