
Колокольчики, кольт и корица
Нью-Йорк, канун Рождества 1935 года. Город задыхается в ледяной грязи, а в витринах Пятой авеню мерцает фальшивое золото. Для Джека Стоуна этот праздник превращается в кошмар: канал связи с Москвой оборван, резидент исчез, а бесценный микрофильм превращается в метку смертника.
Все пили, шумели, ругались – обычный предрождественский вечер в преисподней.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1. Омела над Входом в ПреисподнююНью-Йорк, Канун Рождества, 1935 г.Нью-Йорк пытался изображать Рождество. Витрины универмагов на Пятой авеню блестели фальшивым золотом мишуры и кричали о скидках на барахло, которое никому не было нужно. Углы улиц оккупировали ряженые Санта Клаусы с колокольчиками и красными от дешёвого виски носами, собирая пожертвования в свои чумазые котлы. Снег, если и шёл, то лениво и грязно, тут же превращаясь в серую кашу под ногами спешащей толпы. Воздух был пропитан смесью хвои, выхлопных газов и всеобщего нервного ожидания – то ли чуда, то ли очередного удара Великой Депрессии.Для меня, Джека Стоуна, частного детектива, этот день – 24 декабря – не отличался от любого другого. Разве что кофе в забегаловке внизу казался ещё более чертовски отвратительным, а в душе скреблись не просто кошки, а целая стая голодных гиен. Дело было не в отсутствии рождественско…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0