16+Роман
За веру и Царя
Январь 1917. Россия. Фронт устоял. Солнце не вернулось. Франция не отвечает — никому. Хлеб выдают по церковным книгам: кто не говел, тот не ест. Этапы идут на восток — деревнями, с детьми, без суда. Генерал Корнилов научился убивать мёртвых. Теперь он не знает, что делать с живыми.
Шли кучно, ночевали у одного костра, спина к спине, и в карауле держали не врага, а друг друга.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1. «Застава»Глава 1. «Застава»Январь 1917 года. Деревня Гать.Пахло чужим табаком.Австрийским, сладковатым, с вишнёвой ноткой, какой на русской стороне не водилось. Два года война учила одному: этот запах значит чужой бруствер в полусотне шагов и того, кто за ним сидит с твоим именем на пуле. Корнилов и теперь подбирался на него, прежде чем успевал вспомнить, что бруствер свой. И табак свой. Свой настолько, насколько вообще оставалось теперь что-то своим.Это курил Сабо. Сидел на корточках у разобранной риги, пряча огонёк в кулак по фронтовой привычке, хотя прятать было не от кого: небо с октября не отдавало ни солнца, ни аэропланов, ничего, кроме ровного бесцветного света, что по старой памяти называли днём. Огонёк он прятал от врага, которого не стало.Корнилов стоял у плетня на краю Гати и читал деревню, как читал всякую позицию, в которую входил, — ногами, ещё затемно обойдя её к…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0