Роман
Водитель полуторки 3
Сорок третий. Чтобы получить американские «студебеккеры», рота Кольки Бирюкова уходит крюком через Каспий и Персию. Захара, старый трофейный ЗИС, приходится сдать по акту. Впереди горы Загроса, где отказывают тормоза, жара под пятьдесят и чужие дороги.
Сунул в карман шинели, но ручка в карман не влезла и торчала наружу, как рукоять.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Ветер в Баладжарах дул с моря.Дул ровно, без передышки, третьи сутки подряд, и нёс с собой песок, нефть и мазут. Мазутом тут пахло всё: шпалы, вагоны, вода в бочке, даже хлеб. Колька третий день жевал хлеб с мазутом и уже не замечал.Эшелон пришёл первого марта. Платформы с машинами загнали в тупик, а роту поселили в пакгаузе, пустом, с выбитыми окнами. Окна Лукич заколотил фанерой, фанеру сорвало ветром, и Лукич заколотил опять.— Больше не буду, — сказал он после третьего раза. — Фанера не на учёте. Кончается.Вокруг станции стояли нефтяные вышки, чёрные, сотнями, до самого моря. Между ними качались насосы, железные, длинноносые, как журавли у колодца: вверх, вниз, вверх, вниз, днём и ночью. Стёпка смотрел на них весь первый день, с утра до темноты, а потом сказал:— Кланяются.— Кому? — спросил Колька.— Всем. — Стёпка подумал. — Нам.Учёт на журавлей не смотрел: он стоял у пакгауза …
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0