16+Роман
Трещина
Когда из наглухо запертого хлева бесследно исчезает скотина, хуторяне шепчутся о волках. Но когда в окна дома Берестовых начинает звать голос живой матери, а сама она в это время спит у печи, становится ясно: из плавней пришла голодная древняя жуть.
Голоса стихли, превратились в шёпот, шёпот — во вздохи, вздохи — в ничто.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1ПРОЛОГБабкины сказки не врут — они недоговаривают. Память хуже колодца. В колодец что упало, то на дне и лежит: захочешь рукой достанешь, коли брезговать не станешь. А память не держит. Память подкладывает. Думаешь забыл, схоронил, землёй притоптал, а оно само ночью всплывёт, да не своим голосом, чужим, и спросит тихонько из-за плеча: помнишь?Я помню. И теперь вот пишу.Потому что молчать больше невмоготу. Потому что по ночам всё так же — тишина не та. Потому что третьего дня внук спросил: «Дед, а почему у нас на чердаке половица не скрипит? Все скрипят, а та — нет. Будто кто на ней стоит и не дышит». Я тогда засмеялся, а сам встал из-за стола, вышел на крыльцо, закурил и рука дрожала. Не от холода. От дум.Значит, не ушло. Значит, ждёт.Хорошо. Пусть будет запись. Пусть будет бумага. Пусть кто-то прочитает и, может, не полезет туда, куда не надо. А полезет так хоть знать будет, что…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0