Роман
Точка Воспламенения
Подполковник химических войск Виктор Рыбин погиб в 2032-м, в чужой пустыне, на четвёртой своей войне. Очнулся в 1908-м, в другой пустыне, в теле двадцатитрёхлетнего майора, которого накануне ночью списал врач. Тело помнит всё: щелчок пальцами, огонь, восемь сожжённых кварталов.
Синицын был из тех редких людей, которые на войне не грубеют, а наоборот, становятся вежливее, будто вежливость это единственное, что можно сохранить.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава первая. Норма10 марта 2032 года. Позиции батальона, шестьсот метров фронта— Второй, я Первый. Доложи обстановку, — сказал я в рацию.Ответили не сразу. Секунды три было слышно только шипение и где-то за ним, далеко, пулемёт.— Первый, я Второй. Лезут, — отозвался наконец Гусев. Голос у него был ровный, это он умел. — Со стороны лесополосы. Две группы, по пять... по пять-шесть, точнее не вижу. Коротков работает.— Слышу, что работает. Расход?— Вторая лента пошла.— После второй отводи его ко мне. Не геройствовать. Как понял?— Понял, Первый. После второй отвожу.— Конец связи.Я стоял в проёме блиндажа и слушал, как работает пулемёт Короткова. Короткими, по три-четыре, с паузами. Правильно работал. Значит, живой и не паникует. Значит, пока держится.Ночь была безлунная и холодная, минус семь по ощущениям, и от земли тянуло сыростью, которая не пахла ничем. Снег в этом году сошёл рано и лёг…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0