Тишина.

Пролог.Я проснулся от того, что во мне кто-то чужой пересчитывал кости. Медленно, по одной, с интересом.Попробовал сесть и понял, что тело не моё. Короткое, лёгкое, чужое, как взятая на время куртка. Запястья держали бинты, из-под ключицы тянулась трубка, и рука отзывалась больничным холодом. Голова гудела ровно, без перебоев, будто внутри включили вентиляцию и ушли.Потолок надо мной был казённо-белый, с трещиной от угла к лампе. Пахло спиртом и мокрой штукатуркой. За стеной кто-то плакал ровно и без надежды, как плачут по расписанию.Ссадины подсохли, рёбра срослись. Судя по этому, я валялся здесь месяц, а то и больше.Имя пришло само, как приходит ответ на подсказку. Бантэн Кагеяма. Двадцать три года. Чунин Конохи. Остальное, наставника, команду, лица, кто-то вычеркнул из описи и не вернул.Коноха. Слово было знакомым, как лицо соседа, с которым здороваешься каждое утро и не знаешь, как …