
Связист. Слышать Москву
Октябрь 1941-го. Вяземский котёл остался позади. Иван Белов вывел товарищей к своим, но впереди — зима под Москвой. В прошлой жизни он чинил телефонные сети. Теперь ему двадцать три, на нём красноармейская шинель, а от исправного провода зависит, успеют ли люди получить приказ и выйти из-под удара.
Лейтенант вошёл, оглядел нас и сел на сено, спиной к стене.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1. «Кто остался у телефона»Проснулся я оттого, что стало светло. Не серо, как в лесу перед выходом, когда серость только обещает день и ничего не даёт, а по-настоящему: кто-то приоткрыл дверь сарая, и полоса дня легла поперёк сена, поперёк меня и дальше, до стены, где сидел Володя.Он сидел, как я его оставил в полночь: спиной к стене, локоть на ящике, трубка у уха. Только теперь он сидел в свете, и я видел, что глаза у него открыты и что он смотрит на меня — давно, кажется, смотрит.— Живой, — сказал он.— А что?— Ничего. Проверяю. Ты лёг — и всё. Как выключили. Я ночью думал: если вызов — разбужу, а ты и не пошевелился ни разу. Я подходил даже. Ухо подставлял.— Зачем?— Дышишь ли. Дышал. Громко. Дежурный в будке, наверно, слышал.Я сел. Шинель слежалась в складки, сено набилось за ворот, и всё тело было как чужое: не болело — оно просто не помнило, что можно лежать шесть часов подряд…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0