Стеснительная девушка против системы: запусти торт в прохожего, если хочешь жить

Глава 1. Хлеб, кролик и дверь без опроса

Настя сидела на кухне, ноутбук грел коленки, а она уже в который раз перечитывала одно и то же предложение. Четвертый круг, если быть точной. Текст был дурацкий — какой-то договор поставки чего-то там, — но в целом перевариваемый. Проблема в другом: она до сих пор не понимала, как перевести «warranty disclaimer». «Гарантийное обязательство»? «Отказ от гарантий»? А может, просто написать по-русски: «фирма за ваши проблемы не отвечает, идите лесом»?

Она почесала шею — кожа уже покраснела, привычка дурацкая, но руки сами тянутся, — и снова уставилась в экран.

Когда она заканчивала универ, работа переводчика казалась идеальной. Сиди дома, ни с кем не общайся, тексты переводи. Не надо смотреть в глаза, не надо выступать. Красота. Только вот реальность оказалась другой. Тексты — дурацкие. Заказчики — вечно торопятся. И главное — никто не предупредил, что она будет стесняться спросить, если чего-то не знает.

«Настя, срочно, договор до вечера». И она сидит, гуглит, кусает губы. А в договоре юридические термины, которых она никогда в жизни не видела. Она могла бы написать заказчику: «Извините, я не уверена, что правильно понимаю вот этот пункт». Но не пишет. Потому что он подумает, что она плохой переводчик. А она и так знает, что она плохой переводчик.

— Господи, — пробормотала Настя и с силой захлопнула ноутбук. Крышка щелкнула, экран погас. — На сегодня хватит.

Хватило на четыре предложения, но зато честно.

Она поджала под себя ногу, откинулась на спинку стула. На кухне висела та особенная тишина, которая бывает только в квартирах, где живет лишь один тихий интроверт. За окном — серое небо. Никто не трогает. Никто не звонит. Совершенно ничего не происходит, в общем.

Вдруг телефон коварно зазвонил, будто ждал этой мысли.

Настя вздрогнула, глянула на экран — Юля. Юля была ее подругой с первого курса, единственным человеком, при котором Настя не боялась молчать в трубку. И единственным, кто все равно пытался вытащить ее из дома.

— Привет, — тихо сказала Настя, прижимая телефон рукой.

— Ты хоть живая там? — Юля даже не поздоровалась. — Я тебе три часа назад писала.

— Я работала.

— Сидела в интернете, давай честно.

Настя улыбнулась. Юля всегда все видела насквозь, даже через телефон.

— Ну… немного работала, немного сидела. А что?

— А то, что на улице лето, а ты в последний раз выходила за хлебом во вторник. Сегодня уже пятница.

— Я в четверг выходила.

— Мусор вынести — не считается. Ты даже до магазина не дошла, ты просто спустилась на первый этаж и сразу наверх.

Настя помолчала. Потому что это была настолько чистая правда, что аж глаза слепило. Она тогда увидела соседа в подъезде, сделала вид, что срочно звонит, и развернулась обратно. Мусор так и стоял у двери.

— Собирайся, — продолжила Юля. Тем тоном, каким говорят с капризными детьми. — Идем в парк. Мороженое поедим, проветримся хоть.

— Юль, не могу. Работы много.

— Ты только что сказала, что мало работала.

— Я… ну, договор нужно к вечеру сдать.

Настя чувствовала, как горят уши. Врать по телефону — еще хуже, чем в лицо. Как же хорошо, что Юля не видит.

— Насть. — Юля устало вздохнула. — Ты опять?

— Что опять?

— Ты просто не хочешь выходить. Тебе просто не хочется лишний раз видеть людей. Я права?

Настя почесала шею, которая уже горела, будто ее натерли наждачкой.

— …может быть.

Юля помолчала, потом сказала негромко, почти ласково:

— Когда-нибудь тебя вытащат из дома только ногами вперед. Ты это знаешь?

Они обе рассмеялись. Юля — чтобы разрядить обстановку. Настя — потому что не знала, что еще можно сделать, чтобы не разреветься прямо в трубку. Внутри было гадко, как будто она посмотрела в будущее и узнала, что оно и правда будет таким.

— Ладно, — сказала Настя, выдавливая бодрость из горла. — Давай завтра. Сегодня мне правда нужно доделать договор.

— Договорились. Но завтра — ни-ни. Даже если чума, проказа и конец света.

— Хорошо.

— Обнимаю, зайчик.

Юля отключилась. Настя опустила телефон, посмотрела на закрытый ноутбук. Работы не было. На самом деле договор она перевела еще вчера. Сегодня просто перепроверяла четвертое предложение и боялась отправить.

Хлеба в холодильнике тоже не было. И если она сейчас не выйдет, завтра придется есть гречку сухой. Это уже перебор даже для нее.

Настя вздохнула, вытащила ногу из-под себя, натянула джинсы со стула, сунула ноги в кеды. Сверху — толстовка. Капюшон натянут до самых глаз. Она глянула в зеркало в прихожей: оттуда смотрела бледная девица с красным пятном на шее и серым капюшоном, похожая на улитку, которая зачем-то выползла из раковины.

Нахмурившись, Настя взяла сумку, ключи, телефон, наушники и вышла за дверь.

На улице было тепло, но Настя все равно шла, натянув капюшон почти на брови. Наушники из ушей торчали, музыка молчала — так проще. Сделаешь вид, что не слышишь, если кто окликнет. Она знала, что это выглядит глупо. Двадцать пять лет, а идет как нашкодивший школьник. Сама себя стеснялась, но ничего не могла с собой поделать.

До магазина было два дома. Настя уже видела вывеску и прибавила шаг. Скорее зайти, схватить батон и обратно — в квартирку, где даже филин днем в окно вряд ли залетит. У нее вообще окна на юг выходят, что филину там делать.

И тут ее окликнули.

— Девушка! Девушка, подождите!

Настя замерла. Сердце ухнуло куда-то вниз, потом подскочило к горлу и застряло там.

Не оборачивайся. Иди дальше. Ты глухая. Ты в наушниках. Ты совершенно ничего не слышишь.

— У вас есть две минуты? Опрос общественного мнения!

Страшный чужой голос. Страшное чужое лицо. Нужно смотреть в глаза, отвечать на какие-то глупые вопросы. А вдруг он спросит про зарплату? Или про политику? Или еще хуже — «как вы относитесь к себе»? Она не знала, как относилась к себе. Она вообще старалась об этом не думать.

— Девушка, ну пожалуйста!

Настя, испугавшись того, что может показаться грубой, остановилась. Медленно повернулась, часто моргая. Перед ней стоял парень в синей жилетке, улыбался во все зубы, держа в руках планшет. Обычный волонтер или маркетолог — вроде такие не должны пугать. Но Насте было все равно. Она боялась всех одинаково. Люди ведь не филины.

— Здравствуйте! — бодро сказал парень. — Меня зовут… в общем, неважно. Вы не против ответить на несколько вопросов? Это быстро.

— Я… — Настя почувствовала, как к шее приливает жар. Рука сама потянулась почесать, хотя она знала, что кожа уже красная. — Мне некогда. Извините.

— Всего один вопрос! — он не сдавался. — Ну, максимум три. Вы идеальная целевая аудитория!

«Целевая аудитория». Какая, к черту, целевая? Я вообще никакая. Я просто маленькая девушка в серой толстовке с капюшоном. Рядом вон идет женщина с коляской — у нее лицо уверенное, она бы ответила и пошла дальше. А я стою и таю, как мороженое в июле.

— Как вас зовут? — спросил парень, уже занося палец над планшетом.

— Настя, — выдохнула она.

— Отлично! Сколько вам лет?

— Двадцать пять.

— Кем работаете?

— Переводчиком.

Каждое слово давалось с трудом, как будто она тащила их из глубокого колодца. И чувствовала, как засасывает в болото вежливости. Из этого болота не выбраться. Туда даже филин не залетит, даже самый любопытный.

— Какой у вас любимый цвет?

— Серый.

Парень на секунду замер, потом снова улыбнулся:

— Интересно! А теперь главный вопрос: вы пользуетесь мобильным приложением нашего банка?

— Какого банка?

— А вы не знаете? — парень удивился. — Это же опрос от банка «ХХХ»!

Настя никогда в жизни не слышала о таком банке. Может, он вообще не существует. Может, он просто выдумал его, чтобы поговорить. Вдруг он вообще какой-нибудь маньяк?

— Я не… мне кажется, я не ваша аудитория.

— Но вы уже почти все ответили! Осталось всего три вопроса. Можно я запишу ваш номер телефона?

Номер телефона?!

— Нет, — сказала она тихо. Но так, чтобы он точно услышал.

— Что?

— Нет, не запишете. Извините, я правда спешу.

Она развернулась и пошла, сжимая в кармане ключи так, что они впились в ладонь.

— Девушка! — парень двинулся за ней. — Ну всего один вопрос! Это буквально минута!

Настя прибавила шаг, почти переходя на бег. Она свернула в первую попавшуюся подворотню. Узкую, темную, с мусорными баками и какой-то старой дверью. Парень остался снаружи, у входа в арку. Кажется, он не решился заходить. Настя прислонилась спиной к стене и шумно выдохнула. Сердце колотилось так, что она слышала его в ушах.

Ну зачем я вообще сказала свое имя? Зачем сказала возраст? Зачем вообще остановилась? Всегда же говорят: не разговаривай с незнакомцами, особенно с планшетами. Особенно с улыбчивыми. А я как дура…

Настя закрыла глаза, чтобы успокоиться. И только потом заметила, что стена за спиной была какой-то теплой, будто живой. Она резко обернулась. В голове промелькнула мысль: а что, если эта стена наблюдает за мной?

Дверь была высокой, почти до потолка, из темного дерева с узорами. И на ней, как ни странно, не было ручки. Только странный значок — круг с тремя линиями внутри, похожими на волны. Настя точно помнила: раньше здесь никакой двери не было. Сто раз с Юлей через этот переулок ходили. Глухая стена, граффити «Коля + Лена = любовь», кто-то потом закрасил все серым. И все. А теперь — вот она. Выросла, как гриб после дождя.

Настя хотела развернуться и уйти. Прямо сейчас, пока она еще может сделать вид, что ничего не видела. Но снаружи снова донесся жутко раздражающий голос:

— Девушка! Ау! Я вас не напугал?

Опросчик, оказывается, не ушел. Он все еще шлялся рядом, как надоедливый комар, от которого не отмахнуться. Настя дернула ручку — дверь не поддалась. Она дернула сильнее — бесполезно.

— Ну пожалуйста, — выдохнула она. — Пожалуйста, откройся.

Ручка дрогнула, но не открылась. И тут Настя заметила маленькую медную табличку, на которой было что-то написано — не по-русски, не по-английски. Настя в жизни не видела таких букв, но каким-то образом смогла прочитать.

«Здесь начинается город, где смелость — валюта. Входи, если устал бояться. Или если просто хочешь хлеба».

Голос опросчика приближался:

— Девушка, вы в порядке? Я просто хотел уточнить про банковскую карту…

Он неумолимо двигался вперед, как филин, который заприметил маленькую мышку. Еще пять секунд — и увидит ее, стоящую перед странной дверью в подворотне. Настя дернула ручку в последний раз. Дверь наконец-то открылась, почти не скрипя, и Настя шагнула внутрь.

Дверь за спиной закрылась сама. С тихим, почти нежным звуком — будто кто-то чмокнул воздух. За дверью было очень темно, хоть глаз выколи. Настя зажмурилась, а когда открыла глаза, вокруг уже горел яркий свет.

Она стояла в небольшом зале с бархатными стенами цвета темной вишни. Воздух пах ванилью и пылью, как в бабушкином шкафу. Где-то тихо тикали часы, но она не видела ни циферблата, ни стрелок.

Увидев парня за стойкой из темного дерева, натертого до блеска, Настя вздрогнула. Он выглядел так идеально, что она испугалась. Оглядев его, она почувствовала себя неопрятной. Он смотрел в небольшое зеркальце и поправлял воротник рубашки.

— Новенькая? — спросил он. Равнодушно, но не осуждающе, как могла ожидать Настя.

— Я… — она открыла рот и зависла, ругая себя за то, что в который раз проявляет трусость.

— Причины входа? — он продолжил, будто и не ждал ответа. — Бегство, любопытство, героизм, несчастный случай?

— Там за мной гнался человек… с каким-то опросом… — выдавила Настя. Она почесала шею и тут же отдернула руку.

— Ага, бегство, — парень кивнул. — Понятно. Восемьдесят процентов клиентов — бегство. Еще пятнадцать — «я ошибся дверью». Пять — реально герои. Но ты, пожалуй, не из них.

Настя не поняла, обидеться или согласиться.

Парень щелкнул пальцами. Настя почувствовала на запястье легкое жжение, как от крапивы, и на коже появился браслет — тонкий бронзовый ободок с тремя пустыми шкалами — зеленой, желтой и красной.

— Что это такое? — испуганно спросила она, пытаясь снять.

— Правила, — парень наконец отложил зеркальце и посмотрел на нее. Взгляд у него был такой, будто он повторяет одно и то же в сотый раз. — Слушай и запоминай. Повторять не буду. Каждый смелый поступок заполняет шкалы. Маленькая смелость — зеленый жетон. Средняя — желтый. Большая — красный. Жетоны можно тратить на бонусы: еда, невидимость, ключи, удача, телепортация и все такое. Все, что нужно для выживания. Коснись браслета, закрой глаза и подумай о награде — список появится.

Настя коснулась браслета и закрыла глаза. В голове и правда всплыл список — длинный, с картинками, как меню в приложении доставки.

— А если я… — начала Настя.

— Не перебивай. — Он поднял палец. — Самое главное — не потеряй браслет. Потеряешь — семь дней дома. В полной изоляции: не выходить, не общаться, не пользоваться бонусами. Через неделю выдадут новый, и начинать придется с нуля.

— Семь дней? — Настя почувствовала, как внутри шевельнулось что-то похожее на облегчение. Она и так сидит дома неделями — что тут может быть страшного?

— Дома — в нашем мире, в Улулулии, — парень усмехнулся, словно прочитав ее мысли. — В том, куда пришла. А в этом мире «дома» у тебя нет. Так что потеряешь браслет — будешь неделю торчать в гостевой комнате без еды, без выхода, пока не обнулят. И никто тебе не поможет.

Настя сглотнула. Облегчение испарилось.

— Вопросы? — спросил парень.

— Да… как мне вернуться обратно? Домой?

Он усмехнулся:

— А ты попробуй сделать что-нибудь смелое. Например, задать мне этот вопрос, глядя в глаза и не краснея.

Настя покраснела. Она смотрела то на стойку, то на потолок, то на собственные кеды — куда угодно, только не на парня.

— Ну вот, — вздохнул он. — Еще не научилась. Значит, будешь здесь, пока не наберешь хотя бы зеленый уровень.

Он полез под стойку и вытащил маленького белого плюшевого кролика с розовыми ушами и черными глазами-пуговицами. Настя даже не сразу поняла, что это игрушка — он выглядел слишком реалистичным.

— Держи, — парень протянул игрушку Насте. — Это твой талисман. Он спасает от смерти один раз в день. Не спрашивай, как работает. Просто носи с собой.

— Кролик? — Настя взяла игрушку. Тот оказался теплым, будто его только что погладили.

— Кролик, — подтвердил парень. — Они трусливые, как ты, так что он тебе подходит. Ладно, иди давай. Следующая.

Он важно махнул рукой, как филин крылом, и за спиной Насти открылась деревянная дверь, ведущая на улицу.

— Постойте, — сказала Настя. — А как вас зовут?

Парень уже снова смотрел в зеркальце, поправляя бровь.

— Роман, — бросил он небрежно. — Хранитель порога. Но ты меня вряд ли увидишь еще раз. Такие, как ты, обычно живут недолго.

Настя замерла. В ее голове пронеслось множество вариантов поражения: смерть от страха, смерть от утопления, смерть от пожара…

— Шутка, — добавил Роман, не отрываясь от отражения. — Или нет. Иди уже.

И она пошла, жалея, что не смогла спросить про то, как вернуться домой, глядя Роману в глаза.

Город был странным. Голубые фонари, кривые улочки, дома с разноцветными крышами. Люди шли мимо, не глядя на нее. Настя сунула в карман толстовки кролика и поняла, что у нее нет ни плана, ни карты.

Но идти куда-то все-таки надо было, и она пошла вперед, туда, где виднелась вывеска с непонятными буквами.

***

Настя уже несколько минут стояла на пороге маленького административного здания и просто смотрела на прохожих, думая, что делать дальше.

— Не стой просто так, — сказал кто-то сзади. Дверь за ней захлопнулась сама собой. — Двигайся, новенькая.

Она сделала шаг, потом второй. Браслет приятно нагревал запястье, как напоминание: ты здесь, и это не сон.

Настя пошла по улице. Куда — она не знала. Капюшон натянула по привычке, хотя здесь, кажется, никому не было до нее дела. Прохожие — кто в плащах, кто в джинсах, кто в длинных халатах, похожих на больничные, — проходили мимо. Всем, казалось, было все равно на нее. Как, впрочем, и в обычном мире. Настя почти расслабилась.

И тут она увидела старого нищего с мутными глазами, который сидел у стены, укутанный в лоскутное одеяло. Рядом стояла пустая миска.

— Подайте, добрая девушка, — сказал он тихо, когда она поравнялась с ним.

Настя очень хотела пройти мимо. У нее была только карточка, которая здесь, скорее всего, не работала. Она сделала маленький шажок. Браслет замерцал: зеленая шкала слабо светилась, будто подмигивала.

Настя остановилась, вспомнив, что Роман говорил о смелых поступках. Она не знала, считается ли это смелым — просто дать нищему хлеб. Но браслет, кажется, считал.

— Я… у меня нет денег, — сказала она, глядя в сторону, на мусорный бак у стены.

Нищий не ответил. Просто вздохнул.

— Понятно, — сказал он без осуждения. — Иди, застенчивая.

«Застенчивая». Вроде вполне обычное слово, которое она слышала сто раз от мамы, от преподавателей, от Юли. Но сейчас оно кольнуло как-то особенно. Возможно, потому, что ей хотелось начать с нуля в волшебном мире, и начать как-то по-особенному. А тут… она опять струсила. Как же глупо!

Настя постояла секунду, потом развернулась.

— У меня нет денег, — повторила она, глядя нищему в ботинки — не в глаза, но хотя бы не в стену. — Но есть хлеб.

Она полезла в сумку за тем самым батоном, который купила перед опросом.

— Вот, — Настя протянула дрожащей рукой хлеб. — Возьмите, пожалуйста.

Нищий поднял голову и чуть улыбнулся.

— Спасибо большое, — сказал он и взял батон.

Браслет на запястье мягко щелкнул. Зеленая шкала загорелась, и в углу засветилась цифра: +1.

Настя выдохнула. Она даже не поняла, что задерживала дыхание.

Нищий улыбнулся. И — Настя могла поклясться — начал таять. Сначала ноги, потом туловище, потом бородатая улыбка. Он исчез, оставив после себя запах меда и немного теплого воздуха. Настя стояла посреди улицы, сжимая запястье, впервые за долгое время ощущая гордость за себя.

Она посмотрела на браслет. Потом на небо — голубое, с розовыми перистыми облаками, одно из которых напоминало китайского дракона, похожего на змею. Потом на улицу, уходящую вперед, к незнакомым кварталам.

Я всего лишь подала нищему хлеб. Я не умерла. Со мной ничего не случилось. Гром не загремел, земля не затряслась. Я стала чуть-чуть смелее, чуть более похожей на настоящего героя.

Она подумала о желтом жетоне, о красном. Интересно, что нужно сделать, чтобы получить их? Запустить торт в прохожего? Или, может быть, спросить у незнакомца дорогу, глядя ему в глаза?

Настя не знала ответов. Но знала, что сегодня она сделала один маленький шаг.

И браслет сказал ей: «Это считается».

Глава 2. Задание, статуя и парень с мятным чаем

Настя проснулась от ощущения, что на нее пристально смотрят.

Она не сразу вспомнила, где находится. Вчера, после встречи с нищим, она бродила по городу Улулулину, пока ноги не начали гудеть. Она уже почти решила, что будет спать на лавочке, когда какая-то девочка — лет двенадцати, с серьезным лицом — сунула ей в руку ключ. Сказала: «Роман велел» и исчезла в толпе. Настя не спала до полуночи: все ждала, что комната исчезнет, как та девочка. Может, все это — всего лишь один большой глюк от переутомления?

Но комната не исчезла, и сейчас Настя сидела на кровати, а на соседней подушке сидел кролик. Тот самый — белый, с розовыми ушами и черными глазами-пуговицами. Он смотрел на нее ровно так же, как вчера, то есть без эмоций.

— Ты жуткий, — тихо сказала Настя. — Ты знаешь?

Кролик промолчал. Он вообще был молчаливый — даже для плюшевого.

Настя села, потянулась, хрустнула шеей. Комната оказалась маленькой, но уютной: кровать с балдахином из плотной приятной ткани, на которой были затейливо вышиты драконы разных видов, деревянный столик у стены, одно окно. За окном — черепичные крыши, голубое небо и какие-то высокие башенки.

Она все еще думала, что это был сон. Опросчик, дверь в подворотне, Роман с зеркальцем, кролик, нищий, браслет — все это походило на бред уставшего мозга, который перегрелся от трех дней безвылазной работы.

Настя посмотрела на запястье. Чуть нагретый браслет был на месте. На зеленой шкале горела одна маленькая искра. Единственный жетон, заработанный честным трудом, то есть честным хлебом.

Нет, это не сон. Вот же черт.

Она почесала шею — кожа уже покраснела, и, кажется, начала шелушиться. Кролик на подушке перекатился набок, будто ему стало скучно слушать ее мысленное нытье.

Настя встала и подошла к столику, на котором лежал клочок бумаги, чуть пожелтевший по краям. На нем было написано ровным, аккуратным почерком — примерно таким, каким пишут учителя в школе:

«Первое задание: подойди к трем незнакомцам и спроси, где здесь можно поесть. Награда: 1 зеленый жетон».

Настя прочитала это один раз. Потом второй. Потом третий — медленно, по слогам, будто надеялась, что от этого смысл изменится.

— Подойти… к незнакомцам? — она прошептала это, и голос сорвался на писк. — Сама? Да это страшнее, чем филин, влетающий в тарелку с завтраком.

Уши начали гореть так, будто их приложили к горячей сковородке. Она почувствовала, как краска заливает щеки. Она перевернула бумажку. На обратной стороне мелким шрифтом, почти как приписка на упаковке лекарства, было дописано:

«Только не говори со статуей. Это типичная ошибка новичков».

Настя уставилась на строчку.

— Со статуей? — она моргнула. — Кто вообще говорит со статуями? Как будто задание составлял какой-то чудак.

Она глянула в окно. На площади внизу стоял красивый фонтан. Посередине — каменный дракон с раскрытой пастью, из которой била вода.

Настя глубоко вздохнула, потом натянула джинсы, надела толстовку и сунула ноги в кеды. Кролика она запихнула в сумку — на всякий случай. Мало ли, вдруг он действительно спасает от смерти. Проверять, однако, не хотелось.

Она взяла ключ, который оставила девочка. Выходя, глянула в зеркало на стене. Оттуда на нее смотрела бледная девушка с красными ушами и растрепанными волосами.

— Выгляжу, как этот... Ну и ладно, все равно мне терять уже нечего, — сказала Настя своему отражению и направилась навстречу приключениям.

Город при дневном свете оказался красивее, чем вчера. Солнце золотило черепичные крыши, голубые фонари уже не горели. По улицам сновали люди: кто в плащах, кто в джинсах, кто в длинных халатах с вышитыми драконами. Где-то играла музыка — негромкая, похожая на перезвон колокольчиков и струн.

Настя шла по мостовой, натянув капюшон, и чувствовала себя абсолютно чужой.

Три совсем нестрашных незнакомца. Три простых вопроса. Нужно всего лишь спросить, где поесть. Это же несложно. Ну же, Настя, ты ведь взрослый человек.

Она подошла к первому подходящему «незнакомцу». Им оказалась статуя. Огромный фонтан в центре площади — каменный дракон с раскрытой пастью, из которой била вода. На спине дракона сидел каменный рыцарь с мечом. Красиво, величественно, но так мертво.

Настя вспомнила бумажку: «Подойди к трем незнакомцам». Статуя — это незнакомец. Она не человек, но правила никто не уточнял. А вдруг здесь статуи живые? В этом мире все возможно. Даже филин, залетающий днем в окно, уже не казался ей чем-то невероятным.

— Здравствуйте, — сказала Настя дракону. Голос дрожал, как у первоклассницы, отвечающей у доски. — Вы не подскажете, где поблизости можно поесть?

Дракон молчал. Рыцарь тоже. Вода журчала с таким видом, будто ее вообще не касаются чужие проблемы.

Подождав пару минут, Настя поняла, что стоит посреди площади и разговаривает с мертвым камнем. Лицо залилось краской до самых ушей.

Идиотка. Ты просто идиотка. Сказано же было — не говори со статуей. А ты…

Она нервно отошла от фонтана, чувствуя себя неуютно. Прохожим, казалось, было все равно, но вдруг кто-то все же обратил на нее внимание? Настя не знала и знать не хотела. Ей ужасно хотелось домой, в свой родной мир, посидеть спокойно в тишине, посмотреть какой-нибудь веселый фильм… Но сейчас это было невозможно, и эта невозможность морально убивала.

Настя заметила, что полная женщина с корзиной яблок в цветастом платке остановилась у лотка. Выглядит вроде вполне безобидно. Настя глубоко вдохнула, шагнула вперед, открыла рот…

Женщина обернулась, глянула на нее и громко сказала:

— Нет! У меня аллергия на морковь!

Она развернулась и убежала, оставив Настю стоять с открытым ртом.

— Морковь? — пробормотала Настя. — При чем здесь морковь?

Тут она поняла, что держит в руке большой пучок травы.

Да что за, черт возьми, юйня здесь происходит?

Настя выбросила траву в урну, отошла к стене и прижалась лбом к теплому камню.

Я не справлюсь. Я хочу домой. К опросчику. Пусть он задает мне абсолютно любые вопросы — я согласна на все. Хотя бы опросчик был обычным человеком, который просто хотел узнать про банк. Он не осуждал. Он не кричал про какую-то морковь.

А здесь творится какая-то дичь. Лучше бы тут валютой были обычные деньги, ну или жетоны давали за стеснительность… Если бы их давали за стеснительность, тогда я бы мгновенно стала миллионером.

Кролик в сумке молчал. Даже он, плюшевая зараза, ее бросил.

Настя думала, что сейчас разревется. Или постепенно умрет от голода. Или первое, или второе — она еще не решила, что для нее хуже.

— Ты потерялась? — раздался ласковый голос сбоку. — Или не можешь сделать первое задание?

Настя вздрогнула так сильно, что чуть не подпрыгнула.

Рядом стоял парень в сером плаще. Она и не заметила, как он подошел. Он стоял, прислонившись к стене в двух шагах, и смотрел с легкой улыбкой. Темно-русые небрежные волосы развевались на ветру. В серых глазах светилось любопытство.

— Что? — выдохнула Настя. — Кто вы?

— Я Максим, — сказал он просто. — Ты новенькая? — он кивнул на ее запястье. — Браслет выдает.

Настя инстинктивно спрятала руку за спину.

— Как вы узнали?

— Система сообщает, когда появляется новичок, — он пожал плечами. — Я был ближе всех. Вот решил проверить.

— Проверить? — Настя насторожилась. — Это… вы проверяющий?

Максим усмехнулся — не насмешливо, а скорее по-доброму, как человек, который уже сто раз слышал этот вопрос.

— Нет. Я наставник. Ну, почти. — он поднял руку, показывая старый потертый браслет с тремя шкалами — желтая светилась ярко, почти до края. — Могу помочь освоиться.

— Наставник? — Настя смотрела с подозрением. — А вы помогаете бесплатно?

— Вообще, нет, — честно ответил он. — Я забираю долю твоих жетонов. Двадцать процентов. Иногда тридцать, если будешь слишком медленной.

Настя открыла рот.

— То есть… вы меня учите, а я отдаю вам свои жетоны? Это же какой-то грабеж!

— Это работа, — Максим не смутился. — Я тебе не враг. Но я тоже должен чем-то питаться. А ты, кстати, не ела с утра. Я угадал?

Настя поняла, что живот урчит уже минут двадцать. Она просто не замечала из-за стресса.

— Откуда вы знаете?

— Ты смотрела на всех голодным взглядом. И пыталась спросить у статуи, где поесть. Это уже перебор даже для новичков.

Настя покраснела до самых ушей. Максим улыбнулся шире.

— Я видел, как ты отдала хлеб вчера, — добавил он тише. — Это было довольно смело для такого стеснительного человека. Поэтому я и подошел. Не каждый новичок делает первый шаг в первый же день.

Настя растерялась. Она не знала, что сказать. С одной стороны, он был навязчивым — просто взял и подошел, без приглашения. С другой — он не давил, не угрожал. Наверное, все-таки стоит с ним посотрудничать.

— Ну что, — сказал Максим. — Задание у тебя — спросить у трех незнакомцев про еду. Ты уже поговорила со статуей и с женщиной с яблоками. Остался один. — он кивнул в сторону площади. — Видишь кафе "Золотой филин" за углом? Там стоит мужчина у входа. Подойдешь и спросишь его. Я буду рядом, но спрашивать будешь ты. Твоя смелость — твои жетоны.

Настя завертела головой, смотря то на кафе, то на Максима.

— Хорошо, — сказала она тихо. — Но если я сейчас умру от стыда — я вас прокляну.

Максим усмехнулся.

— Буду ждать.

Они дошли до кафе "Золотой филин" за три минуты. На вывеске красовался стилизованный филин с золотыми крыльями, и Настя подумала, что здесь, наверное, дорого. У входа стоял толстый усатый мужчина в фартуке и раскладывал пирожки на подносе. Пирожки были румяные, с золотистой корочкой, и у Насти еще сильнее заурчало в животе.

— Подойди, спроси смело. Если что, я рядом, — шепнул Максим.

Настя замерла, чувствуя, как ноги становятся ватными.

— Я не могу, — прошептала она. — Посмотри на него. Он такой… пугающе серьезный. У него усы как у моего дедушки, а дедушка всегда говорил, что я слишком тихая. А если он спросит что-то в ответ? А если скажет «нет»? А если я запнусь и скажу «поесть где здесь можно» в неправильном порядке?

— Настя, — Максим говорил спокойно, будто объяснял ребенку, как завязывать шнурки. — Ты уже сделала шаг вчера, то есть отдала хлеб. Это было гораздо сложнее, чем спросить про еду. Ты же ничего не получила взамен. А сейчас ты просто узнаешь, где накормят. И даже если он скажет «нет», ты абсолютно ничего не потеряешь.

— Протянуть хлеб — это не разговор, — возразила Настя, глядя на свои кеды. — А тут надо говорить, смотреть в глаза. И улыбаться, наверное.

— Сделай вдох, — сказал Максим. — Медленный, глубокий. И старайся ни о чем не думать. Просто скажи «здравствуйте». Все остальное — уже потом. Давай, все хорошо будет.

Настя глубоко вздохнула. Воздух вкусно пах пирожками, словно приглашая зайти в кафе. Она огляделась по сторонам. Нет, не в поисках филинов, а в поисках еще какой-то поддержки. Но увы, никто не приходил. Максим был ее единственной поддержкой, и еще кролик в кармане.

Она аккуратно сделала шажок.

Мужчина поднял глаза. Он был занят пирожками, но заметил ее сразу.

— Здравствуйте, — сказала Настя. Голос прозвучал тихо, почти как шепот.

— Что? — мужчина переспросил. — Прости, ветер шумит, не слышу!

Настя покраснела. Шея начала чесаться сама собой — она даже не заметила, как рука потянулась к ней. Она увидела, как Максим за спиной мужчины слегка кивнул. «Давай».

Она глубоко вздохнула и повторила — громче, почти звонко:

— Где здесь можно поесть?

Мужчина улыбнулся. Широко, добродушно, как улыбаются только толстяки, которые сами любят поесть.

— А вот здесь же, красавица! — он указал на дверь кафе. — Заходи, накормим! У нас сегодня суп с тыквой и пирожки с мясом. Пальчики оближешь!

Браслет на запястье мягко щелкнул. Настя почувствовала вибрацию — короткую, теплую. Зеленая шкала моргнула и добавила еще одну искру. +1.

— Спасибо, — сказала Настя. Голос уже не дрожал.

Она отошла от входа и посмотрела на Максима, который одобрительно улыбался.

— Вот, уже три из трех, — сказал он ласково. — Осталось только попросить еду, и все.

Настя кивнула, чувствуя, как внутри разливается теплое чувство. Как же здорово, что она не умерла прямо тут, не провалилась сквозь землю. Просто спросила про еду, и ей ответили.

Раз все так просто… То почему я в реальной жизни так не могла? Как я вообще прожила столько лет?

Горечь сожаления чуть не захлестнула Настю с головой, но она отогнала непрошеные мысли, глядя на вывеску с блюдами.

— Тыквенный суп, — сказала она вслух. — Никогда не пробовала.

— Зато теперь попробуешь, — сказал Максим. — Если спросишь продавца.

Настя посмотрела на браслет. Две зеленые искры горели ярко.

— А за еду же платить жетонами? — спросила она.

— Ну да, — пожал плечами Максим. — За один зеленый жетон — тарелка супа и пирожок.

Они вошли в «Золотого филина», и Настя сразу поняла, что голодна сильнее, чем думала. Запах горячего хлеба и жареного лука ударил в нос так, что у нее закружилась голова.

— Вон продавец, — шепнул Максим, кивая на парня за стойкой. — Тот, в белом фартуке. Просто спроси, что у них есть из еды. Ты уже знаешь, как это делать.

Настя посмотрела на парня. Молодой, лет двадцать, с веснушками и добрыми глазами. Он протирал чашки и задумчиво улыбался сам себе. Настя подошла, уже увереннее, чем раньше.

— Здравствуйте, — сказала она тверже и громче, чем ожидала. — Что у вас есть из еды?

Парень поднял голову, улыбнулся шире:

— Суп с тыквой, пирожки с мясом, компот из яблок. И мятный чай. Что будете?

Настя обернулась на Максима. Тот стоял в стороне и кивал, как довольный учитель.

— Суп, пирожок и компот, — сказала она.

— Присаживайтесь, — парень указал на столик у окна. — Сейчас принесу.

Браслет на запястье снова щелкнул.

+1 зеленый жетон!

У нее было уже три зеленых жетона. Настя почувствовала, как на губах появляется улыбка. Она сделала это сама! Она справилась! Мало того, что справилась, так за это еще один жетон дали! Теперь наконец-то можно спокойно поесть.

Да, жаль, что в обычном мире за храбрость не всегда полагается награда.

Они сели за столик у окна. Максим заказал мятный чай.

— Ты серьезно? — спросила Настя, глядя на его чашку. — Даже есть не будешь?

— Не хочется пока, — Максим отпил маленький глоток.

Настя хотела сказать что-то едкое, но удержалась. Она торопливо ела тыквенный суп и рассматривала его. Он был каким-то странным. Слишком спокойным, слишком уверенным, как филин, проверяющий, кто ночью не спит.

— Тебя это не раздражает? — тихо спросила Настя, неожиданно для самой себя.

— Что именно?

— Что я такая. Краснею, запинаюсь, говорю со статуями, — она стала чесать шею сзади.

— Нет, — мягко сказал Максим. — В этом мире много храбрых. Полно тех, кто лезет в драку с первого дня, но мало тех, кто делает маленькие шаги. Ты вчера отдала хлеб нищему. Сегодня подошла к трем незнакомцам, хотя внутри все тряслось, даже сама попросила у продавца еду. Для тебя это больше, чем для героя — сразиться с драконом.

Настя замолчала. Она не знала, что ответить.

— У тебя уже покраснела шея, — заметил Максим. — Перестань чесать. Ты не в опасности.

Настя убрала руку. Она посмотрела на браслет — два зеленых жетона горели ровным светом. Она могла бы обменять их на один желтый. Или потратить на что-то другое. Но выбрала самое важное в данный момент — еду.

— Что дальше? — спросила она.

— А ты как думаешь?

— Какое следующее задание?

— Не знаю, — он отпил чай. — Но оно будет сложнее. Роман любит давать новичкам простые задания, чтобы привыкали. А потом — подбрасывает что-то посерьезнее. Я буду рядом, не волнуйся.

Настя хотела сказать «спасибо», но язык не повернулся. Она посмотрела в тарелку, потом на его чашку с мятным чаем, потом снова в тарелку.

— У меня осталось два жетона, — зачем-то сказала она. — Один зеленый за суп и пирожок.

— Мудрое решение, — кивнул Максим. — Голодным задания выполнять сложнее.

Настя допила компот и откинулась на спинку стула. За окном голубело небо, на площади сновали люди, кто-то кормил голубей.

— Завтра будет новое задание, — сказал Максим, будто прочитал ее мысли. — Отдохни сегодня. Ты заслужила.

Настя кивнула. Она чувствовала усталость, но ей уже не было так неуютно, как вчера.

Они вышли из кафе, и солнце ударило в лицо. Настя не стала натягивать капюшон. Впервые за долгое время ей не хотелось прятаться.

— До завтра? — спросил Максим.

— До завтра, — ответила она.

И пошла в сторону своей комнаты, сжимая в кармане ключ.

А на браслете горели две зеленые искры.

Глава 3. Голод, комплимент и желтый жетон

Настя проснулась от того, что живот скрутило голодной судорогой.

Она открыла глаза, уставилась в потолок, потом перевела взгляд на кролика — тот сидел на подушке с каменным лицом, как всегда, — и поняла: есть нечего. В комнате не было ни холодильника, ни буфета, даже мыши, которую можно было бы поймать. Только кровать, стол, окно и стул.

Настя села и проверила браслет. Зеленая, которая вчера горела, теперь была темная и безжизненная, как выключенный телефон.

Она вспомнила вчерашний день: обед, ужин, тыквенный суп, пирожки. Она потратила все жетоны. Сейчас, в восемь утра, желудок напоминал о себе так громко, что даже кролик, казалось, вздрогнул.

— Ты хоть что-то умеешь? — мягко спросила Настя у кролика. — Можешь наколдовать мне бутерброд?

Кролик упрямо молчал. Он так и не стал разговорчивее.

Настя встала и подошла к столику у окна. На нем лежала бумажка — такая же, как вчера. Она взяла ее дрожащими руками и прочитала:

«Второе задание. Подойди к прохожему, который тебе не нравится, и сделай ему искренний комплимент. Награда: 1 желтый жетон»

Настя прочитала это несколько раз, будто надеясь, что смысл записки от этого изменится.

— Комплимент?! — голос сорвался на фальцет. — Тому, кто не нравится?!

Она уставилась на бумажку, но та молчала — как и кролик.

— Да я лучше умру с голоду! — объявила Настя. — Я лучше свой ботинок съем!

Желудок в ответ издал такой звук, будто внутри поселился голодный филин и решил напомнить о себе.

Настя замолчала. Посмотрела невдупляющим взглядом на ботинок, на кролика, на бумажку.

— Ладно, — сказала она тихо. — Как-нибудь справлюсь.

Натянула джинсы, надела толстовку, сунула кролика в сумку и вышла из комнаты, сжимая ключ в кармане.

На улице было свежо. Солнце только поднималось, золотило черепичные крыши, голубые фонари уже погасли. Город просыпался. Где-то лаяли собаки, звякали чашки, кто-то громко ругался у лотка с овощами.

Настя шла по мостовой и чувствовала, что завтрак — это единственное, о чем она сейчас способна думать. Как пахнут свежие пирожки. Как хрустит теплый хлеб. Как вчера она сидела в кафе и ела суп, а сегодня у нее только задание, которое она уже ненавидит.

Неприятный прохожий... Как я вообще пойму, кто мне неприятен? Мне все люди одинаково неприятны. Я вообще не очень люблю людей. Я и сама себе иногда противна. Если я скажу комплимент себе — засчитается?

Она остановилась и посмотрела на браслет — никакой реакции. Она пошла дальше, высматривая подходящего кандидата. Но все прохожие казались слишком обычными. Женщина с сумкой, увешанной брелками в виде каких-то зверьков, строгий старик с тростью, ребенок с красным воздушным шаром. Никто не выглядел неприятным.

Может, я просто не умею ненавидеть. Или я слишком стеснительная, чтобы ненавидеть правильно.

Живот снова скрутило, и Настя поняла — выбирать не приходится. Нужно найти хоть кого-нибудь. Кого угодно (только не филина).

Вдруг она увидела Максима, который стоял у фонтана, прислонившись к каменному дракону. В одной руке чашка, из которой поднимался пар. Он пил мятный чай и улыбался, глядя прямо на нее.

Настя подошла и остановилась в двух шагах.

— Ты, наверное, ждал меня?

— Система подсказала, что ты получила новое задание, — сказал Максим, отпивая глоток. — Решил проверить, как ты справляешься.

— Я совсем не справляюсь, — честно ответила Настя. — У меня ноль жетонов, я голодна как волк, а задание — делать комплименты незнакомцам. Это же просто невозможно.

Максим усмехнулся:

— Почему?

— Потому что я не умею делать комплименты. Даже когда хочу сказать человеку что-то приятное, то говорю какую-то чушь. А тут еще и «тому, кто не нравится». Это же чистое безумие.

Максим допил чай, поставил чашку на край фонтана и скрестил руки на груди. Смотрел спокойно, как на ребенка, который не хочет есть брокколи (или мясо жаренного с овощами филина).

— Настя, — сказал он мягко. — Ты ведь хочешь есть?

— Конечно, — буркнула она.

— Тогда выполняй задание. Это единственный способ получить желтый жетон. Он стоит больше зеленого. Сможешь потратить его на большое количество продуктов.

— Я хочу его сохранить, — призналась Настя. — Вдруг пригодится для чего-то серьезного. Но мне нужно есть прямо сейчас!

— Так сделай задание. Получи желтый, сохрани, потом найдешь способ заработать зеленые.

Настя застонала.

— Ты не понимаешь. Я не могу просто взять и сказать человеку что-то приятное. Для этого надо быть нормальной.

— Ты и так нормальная, — сказал Максим без тени иронии. — Ты просто боишься. Это не значит, что ты не сможешь сделать комплимент.

Она посмотрела на него. Он стоял, прислонившись к фонтану, и совершенно никуда не торопился. Как филин, только что поймавший и съевший мышку.

— А если не получится? — тихо спросила она.

— Попробуешь еще раз. Но не пытаться — точно не вариант.

Настя вздохнула, посмотрела на небо, на голубые фонари, на каменного дракона, который молчал и, казалось, насмехался.

— Ладно, — сказала она. — Я попробую. Но если опозорюсь — я тебя уволю.

— Ты меня как бы и не нанимала, — улыбнулся Максим.

— Тогда прокляну. И отправлю туда, где все круглосуточно говорят только комплименты.

— Звучит как рай.

Настя хмыкнула и пошла искать своего «неприятного» человека. Максим двинулся следом, держась в паре шагов.

***

Настя брела по улице, чувствуя себя совершенно нелепо. Ну где, где можно найти подходящего человека? Неужто в лесу? Нет, в лесу только филины летают.

Она бросила взгляд на молодую продавщицу цветов, которая всем приветливо улыбалась. Мимо прошел мужчина с большой собакой на поводке. На лавочке сидела девочка, кормившая семечками большую стаю воркующих голубей. Все выглядели вполне приятно.

Как я вообще пойму, кто мне не нравится? Я же всех боюсь одинаково.

Подойдя к рынку, она наконец встретила подходящего кандидата. Грубый продавец с толстым красным лицом стоял у лотка с овощами и орал на старушку, которая по ошибке взяла помидор не того сорта.

— Я тебе сказал — эти для салата! А ты взяла для супа! Оглохла, что ли?

Старушка испуганно попятилась, бормоча извинения.

Настя почувствовала, как внутри все сжалось. Она ненавидела таких людей. Громких, грубых, которые унижают других при всех. Ей казалось, если бы у нее была хоть капля смелости, она подошла бы и сказала: «Вы не имеете права так с ней разговаривать». Но она, конечно, не могла.

— Это он, — прошептал Максим у нее за спиной. — Тот, кто тебе не нравится. Подойди же.

Настя обернулась:

— Ты с ума сошел? Он же на старушку орет! А если и на меня заорет?

— Значит, получишь опыт, — пожал плечами Максим. — Сделай комплимент. Только искренний.

— Что я могу сказать искреннего такому…

— Настя, — перебил Максим. — Ты ведь хочешь есть? Или хочешь стоять и бояться?

Настя сжала кулаки. Желудок заурчал так громко, что продавец, кажется, обернулся.

Она подошла к лотку. Продавец уже закончил ругать старушку и перекладывал помидоры с видом оскорбленной добродетели. Он не заметил Настю, пока она не заговорила.

— Здравствуйте, — сказала она, злясь на себя — как же глупо звучал ее голос.

Продавец поднял глаза и буркнул:

— Чего?

Настя открыла рот, чтобы сказать комплимент. Но вместо этого вырвалось:

— У вас очень громкий голос.

Продавец замер, а Настя съежилась. Тишина повисла такая, что даже птицы замолчали, думая: «Что, собственно, происходит?»

— Что? — переспросил он, и голос прозвучал так, будто он сейчас взорвется, как бомба в форме филина.

— Я имела в виду… — Настя почувствовала, как лицо заливается краской до ушей. — Энергичность… у вас энергичный голос, ну такой резкий, как диа… и…

Она поняла, что чем больше говорит, тем хуже. Ей оставалось только развернуться и убежать.

— Идиотка! — прокричал продавец ей вслед. — Идиотка с капюшоном!

Настя бежала, пока не уперлась в стену какого-то дома. Прислонилась лбом к прохладному камню и зажмурилась.

— Все, — прошептала она. — Я опозорилась. Я умерла от стыда. Теперь я в аду. Надеюсь, здесь подают завтрак.

Рядом раздался смех. Она обернулась — Максим стоял в двух шагах и улыбался, скорее с сочувствием.

— Ты почти справилась, — сказал он.

— Почти?! — она чуть не закричала. — Ты слышал, что я сказала? «У вас громкий голос»! Это же оскорбление!

— Ты хотела сказать «энергичный», — напомнил Максим. — Вполне хорошее слово. Просто испугалась и перепутала. Все окей, не бери в голову.

— Окей?! Нет, это не окей. Нормальные люди умеют говорить комплименты. А я даже слово правильное не могу подобрать!

Максим подошел ближе, посмотрел ей в глаза. Спокойно, как учитель на ученика, который боится контрольной.

— Ты попыталась, — сказал он мягко. — Ты подошла к самому страшному человеку на рынке и что-то сказала. Не то, что нужно, но ты сделала первый шаг. Теперь знаешь, как не надо.

— Спасибо, очень утешительно, — буркнула она, но уже без злости.

— Хочешь попробовать еще раз? Вон там, — он кивнул на скамейку, — сидит парень с сумкой, который выглядит уставшим и злым. Как думаешь, он будет рад комплименту?

Настя посмотрела на парня. Тот сидел, опустив голову, сжав ремень сумки так, что костяшки побелели.

— Он не похож на того, кто хочет комплиментов, — сказала Настя.

— А ты все равно попробуй, — пожал плечами Максим. — Хуже уже не будет, правда же?

Настя глубоко вздохнула, поправила капюшон и направилась к скамейке. Позади нее Максим шепнул:

— Только на этот раз не говори про голос.

Она подошла к парню и остановилась. Он поднял голову, и Настя увидела усталые глаза, небритое лицо, темные круги под глазами, как у человека, который не высыпался несколько ночей подряд.

— Здравствуйте, — сказала Настя. Голос был чуть тверже, чем в прошлый раз.

— А? — буркнул парень, не проявляя интереса.

Настя сглотнула, почесала шею и, глядя куда-то в сторону, сказала:

— Простите, что отвлекаю. У вас очень надежный вид. Как будто вы всегда знаете, куда идти. Я бы хотела так же уметь.

Парень удивленно уставился на нее, и Настя уже решила, что сейчас он скажет что-то грубое. Но вместо этого он лишь устало улыбнулся.

— Эээ, спасибо, — сказал он просто. — Это приятно.

Браслет на запястье Насти тихо щелкнул. Теплая вибрация пробежала по руке. Желтая шкала загорелась. +1.

Неужели я это сделала?!

Настя едва не подпрыгнула. От радости хотелось бегать, прыгать, танцевать и петь. Она чувствовала себя так, будто спасла целый мир. Подвиг, достойный того, чтобы вспоминать его тихими вечерами, перед сном. Поступок, который она никогда не совершала в обычном мире.

— Спасибо, — сказала она парню и улыбнулась. — Вы не представляете, как это для меня важно.

Парень пожал плечами и улыбнулся в ответ — будто уже забыл о своем плохом настроении.

Настя быстро подошла к Максиму, который стоял в стороне и одобрительно кивал.

— Я сделала это, — сказала она. — Сказала комплимент. И он, кажется, был искренним.

— Я знал, что у тебя получится, — улыбнулся Максим.

Настя посмотрела на браслет. Желтый жетон горел ровным светом. Но внутри все еще урчало от голода.

— А теперь мне нужны зеленые жетоны на еду, — сказала она. — И я, кажется, знаю, как их получить.

Впервые за долгое время она знала, что делать дальше. И это было чертовски приятно ощущать.

***

Настя шла по улице, сжимая в кармане кролика и чувствуя, как желтый жетон приятно греет запястье. Это была большая победа, о которой она еще долго будет вспоминать. Да, было неприятно, когда невежливый продавец накричал, но все же.

— А что можно еще сделать, чтобы получить зеленые жетоны? — спросила она Максима, который шел рядом. — Подойдет… например, магазин одежды?

— Да, конечно, — кивнул Максим. — Любые простые бытовые действия помогут тебе заработать зеленые жетоны. Разговор с продавцом, совет, помощь, все в таком духе.

Настя остановилась и огляделась. Взгляд упал на магазинчик с яркой вывеской, на которой были нарисованы филины (филинихи?) в платьях.

— Туда, — сказала она, показывая пальцем. — В «Птичью элегантность».

— Почему туда? — удивился Максим.

— Я никогда не умела выбирать одежду, — призналась Настя. — В обычном мире я носила только серое и черное, потому что боялась, что яркое будет слишком заметно. А здесь… здесь я могу попробовать что-нибудь другое.

Максим улыбнулся.

— Тогда иди. Я подожду снаружи.

Настя глубоко вздохнула и толкнула дверь.

Магазин оказался маленьким, но уютным. В воздухе вкусно пахло тканью и деревом. С потолка свисали лампы в виде звезд и филинов, на вешалках висели платья, рубашки, пальто, шарфы. Все было ярким — синим, зеленым, желтым, бордовым. Настя почувствовала, что у нее немного кружится голова от такого разнообразия.

— Здравствуйте! — раздался приветливый голос.

Настя обернулась и увидела девушку, которая стояла за прилавком. Она была молодой — лет двадцать семь, — с теплыми карими глазами и темными волосами, собранными в пучок. На ней была аккуратная блузка и юбка с рюшами. Она улыбалась так искренне, что Насте сразу захотелось улыбнуться в ответ.

— Здравствуйте, — сказала Настя, чувствуя, как к щекам приливает краска.

— Вы что-то ищете? — девушка вышла из-за прилавка и подошла поближе. — Я Лена, продавец-консультант. Если нужна помощь — я с радостью помогу.

Настя замялась. Она хотела сказать что-то вроде «я просто посмотрю», но вдруг подумала: а почему бы и нет? Она ведь пришла сюда за зелеными жетонами. Значит, надо как-то разговаривать.

— Я… я ищу что-то… ну, не серое, — сказала она робко. — Понимаете, я всегда носила только серое. И черное. А теперь хочу попробовать что-то другое. Но я абсолютно ничего в этом не понимаю.

Лена улыбнулась шире:

— Это замечательно! Серый — хороший цвет, но он часто прячет настроение. А вы хотите его показать. Давайте подберем что-то, что вам подойдет.

Она подошла к вешалке с платьями и начала перебирать вешалки:

— Какой у вас любимый цвет? Ну, кроме серого?

— Голубой, — ответила Настя, и в этот момент неожиданно поняла, что это правда. Она всегда любила цвет воды, неба, нежных незабудок, но никогда не носила.

— Отлично! — Лена вытащила легкое летнее платье. — Вот, посмотрите. Светло-голубое, с длинным рукавом. Простое, но очень нежное. Как вы относитесь к такому фасону?

Настя посмотрела на платье. Оно напоминало светлое утреннее небо.

— Оно… такое красивое, — сказала она.

— Померите? — спросила Лена с улыбкой.

Настя замерла, глядя на свои пальцы.

Померить? При ней? Смотреть на себя в зеркало и показываться незнакомому человеку? А если оно будет на мне выглядеть ужасно? А если мне станет стыдно?

Она засомневалась, но вдруг вспомнила, зачем пришла. Ей же нужны зеленые жетоны. А для этого нужно делать что-то, что кажется страшным.

— Ладно, — сказала она. — Давайте попробуем.

Лена проводила ее в примерочную — маленькую кабинку с зеркалом и крючками для одежды. Настя закрыла шторку и начала переодеваться. Платье легко село по фигуре — не слишком обтягивало, не слишком болталось. Просто идеально.

Настя долго стояла перед зеркалом. Она не привыкла видеть себя в цветном. Ей всегда казалось, что яркая одежда — для людей с совсем другим характером. Для тех, кто уверен в себе. Для тех, кто не боится смотреть на себя в зеркало. Но сейчас она смотрела и не могла отвести взгляд.

Надо же, а мне, оказывается, идет такой цвет. И почему я не носила подобное в своем мире? Неужели мне всегда казалось, что мне такое не идет? Да я была просто сумасшедшей, если думала так!

Она открыла шторку.

— Ну как? — спросила Лена, которая стояла рядом с заинтересованным видом.

— Я… не знаю, — честно ответила Настя. — Я никогда раньше не носила такое.

Лена посмотрела на нее внимательно, потом улыбнулась:

— Вам идет. Правда. Это ваш цвет.

Настя почувствовала, как на губах появляется улыбка.

— Правда?

— Честное слово. Вы выглядите увереннее. Даже осанка изменилась, когда вы надели его.

Настя посмотрела в зеркало, и поняла, что Лена права. Она действительно стояла ровнее, будто платье давало ей опору.

Браслет на запястье мягко щелкнул. +2 зеленых жетона — за разговор и, видимо, за примерку платья. Настя удивилась, но не подала виду.

— А можно я посмотрю еще что-то? — спросила она.

— Конечно! — обрадовалась Лена. — У нас есть замечательные шарфы, и кардиганы, и юбки!

Настя провела в магазине еще полчаса. Она мерила разные вещи — платье, шарф, легкое пальто. Каждый раз было страшно, но с каждым разом страх становился чуть меньше. А Лена была такой теплой и приветливой, что Настя почти забыла о своей стеснительности.

— Знаете, — сказала Настя, когда они стояли у прилавка и Лена упаковывала светло-голубое платье (она все-таки решила его купить за желтый жетон), — вы очень хороший консультант.

— Спасибо, — улыбнулась Лена. — Я люблю свою работу. Мне нравится помогать людям чувствовать себя красивыми.

— А можно я помогу вам разобрать вешалку? — спросила Настя, указывая на небольшую коробку, стоящую в углу. — Видите, там вещи сгрудились… Вы не возражаете? Я очень хочу помочь.

Настя и сама удивилась — она, которая всегда избегала любых контактов, предлагает помочь незнакомому человеку. Но она помнила, что помощь тоже может давать зеленые жетоны.

Лена удивилась и, похоже, немного смутилась:

— Ой, ну если вам не трудно… Спасибо, там просто новые поступления. Я их хотела развесить, но все руки не доходят.

Настя подошла к коробке, взяла несколько вещей и начала развешивать их на вешалки, сначала неуверенно, потом все быстрее.

Браслет снова щелкнул: еще +1 зеленый жетон — за помощь.

К тому моменту, как Настя вышла из магазина, у нее на браслете горели три зеленых искры.

— Ты молодец, — сказал Максим, который ждал ее на улице. — Уже три жетона. И даже платье купила.

— Оно мне понравилось, — сказала Настя, чувствуя, как внутри разливается тепло.

— Ты не просто выполнила задание, — заметил Максим. — Ты нашла способ делать это естественно. Это важно.

— Значит, я могу поесть? — спросила Настя.

— Конечно.

Они не торопясь зашагали к «Золотому филину».

***

Настя сидела в кафе и с наслаждением ела суп с тыквой. Пирожок с мясом был горячим и хрустящим, как будто его только что вынули из печи.

— Я могла бы съесть целого слона, — сказала Настя с набитым ртом.

Максим сидел напротив и пил мятный чай, улыбаясь.

— Ты заслужила это. Три зеленых жетона — очень хороший результат.

Настя проглотила кусок и посмотрела на браслет:

— Один я уже потратила, еще два осталось. А желтый я потратила на платье. В начале я не собиралась это делать, но оно мне так понравилось, что я все-таки решила купить.

Максим одобрительно кивнул:

— Одежда — это хорошо и практично. Кто знает, для чего тебе пригодится это платье.

Она доела суп и откинулась на спинку стула, чувствуя, как тепло разливается по телу. Сегодня был хороший день. Она получила желтый жетон, набрала зеленые, купила голубое платье и даже подружилась с Леной. Все было просто замечательно!

— Максим, — спросила она. — А что будет дальше?

— Ты про следующее задание?

— Да.

Он допил чай, поставил чашку на стол и посмотрел на нее с загадочной улыбкой.

— Я не знаю точного задания, — сказал он. — Но система подсказывает, что оно будет… необычным.

— Необычным в каком смысле?

— В прямом. — Он помедлил. — Это задание требует подготовки, Настя. И смелости. Гораздо больше смелости, чем комплимент незнакомцу.

Настя почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Так как каким же?

Максим улыбнулся шире:

— Увидишь. Но хорошо подготовься… оно связано с тортом.

Настя замерла. В голове всплыло название книги, которое она прочитала на бумажке у двери. «Стеснительная девушка против системы: запусти торт в прохожего, если хочешь жить». Она тогда подумала, что это шутка или какой-то символ. Но теперь она поняла, что это не шутка.

— Торт? — переспросила она, и голос ее дрогнул. — Ты имеешь в виду… настоящий торт?

— Настоящий, — кивнул Максим. — Но я ничего больше не скажу. Ты узнаешь все завтра.

Настя сглотнула. Она думала, что комплимент незнакомцу — это страшно. Но теперь она поняла, что это были цветочки.

— Надеюсь, я не должна буду его есть, — сказала она вслух, хотя чувствовала, что дело не в еде.

Максим усмехнулся:

— Есть точно не придется. Но делать что-то другое — определенно да.

Настя сидела, глядя на браслет, на котором горели две зеленые искры, и думала о том, что завтрашний день принесет новое испытание.

Она посмотрела в окно. Солнце стояло высоко, окрашивая голубые фонари в золотой цвет. Улулулин казался таким мирным и уютным, но Настя знала, что за этим уютом прячутся задания, требующие все больше и больше смелости.

— Максим, — сказала она. — А ты всегда был таким спокойным?

— Нет, — ответил он. — Но жизнь научила меня, что паника не помогает. А спокойствие — очень даже.

— А как ты научился?

Он посмотрел на нее немного задумчиво:

— Долгая история. Может быть, расскажу как-нибудь.

Настя не стала настаивать. Она чувствовала, что за этим спокойствием стоит что-то, что он пока не готов открыть.

— Ладно, — сказала она. — Мне пора. Хочу отдохнуть перед завтрашним днем.

— Умное решение, — сказал Максим. — Завтра будет сложный день.

Настя встала и уже подошла к выходу, но на пороге остановилась, глядя на вечерний город.

«Что же будет дальше? — подумала она. — И почему я чувствую, что это только начало?»

Она сжала в кармане кролика и шагнула в теплый воздух вечернего города, предчувствуя, что завтрашний день будет безумным.

Глава 4. Торт, прохожий и красный жетон

Настя встала с кровати и потянулась, чувствуя, как хрустят суставы после сна. Сегодняшний день пугал ее, но в груди уже не было того ледяного страха, который парализовал ее в первый день. Теперь скорее было любопытство, смешанное с тревогой.

Она решила пройтись по коридору, чтобы размяться и собраться с мыслями. Коридор был длинным, тускло освещенным, с деревянными дверями и синей ковровой дорожкой. Тишина стояла такая, что было слышно, как скрипят половицы под ногами.

Вдруг Настя увидела пожилую женщину, которая стояла у своей двери и пыталась поднять тяжелую корзину с продуктами. Она кряхтела, перехватывала ручку, но корзина не поддавалась — слишком тяжелая.

— Ох, ты ж горе мое, — пробормотала женщина, вытирая лоб. — Ну когда же я научусь не покупать лишнего...

Настя почувствовала, как внутри все сжалось от желания помочь, но тут же включился старый механизм страха.

Подойти к незнакомому человеку? Что она обо мне подумает? А вдруг я сделаю что-то не так? А вдруг она вообще не хочет никакой помощи? Вот филин его знает!..

Она хотела отвернуться, но одернула себя. Внутри все закипело.

Неужели я опять струшу? После всего, что я сделала вчера? После комплимента парню на лавочке? После магазина? Да я сама кого хочешь могу напугать!

Она глубоко вздохнула, сжала кулаки и шагнула вперед.

— Здравствуйте, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Вам помочь?

Женщина подняла голову. У нее было доброе, морщинистое лицо и усталые глаза, в которых сразу мелькнула теплая искра.

— Ой, милая, — улыбнулась она. — Правда не откажусь. Ноги уже не те, а сумки все тяжелее.

Настя подошла и взялась за корзину. Та оказалась действительно тяжелой — внутри звенели банки и бутылки. Она подняла ее без особого труда, хотя руки немного дрожали.

— Куда нести? — спросила Настя.

— Сейчас, дверь открою, и на комод поставишь, — женщина достала ключи из кармана. — Спасибо вам большое, девушка. Вы очень добрая.

— Меня Настя зовут, — сказала она, чувствуя, как краска приливает к щекам от чувства неловкой гордости. — И можно на «ты».

— А меня — тетя Поля, — женщина улыбнулась, открывая дверь. — Ты, наверное, новенькая? Раньше тебя здесь не видела.

— Да, — Настя кивнула, ставя корзину на комод в прихожей. — Я всего несколько дней в этом мире.

— Ой, тогда держись, — тетя Поля покачала головой. — Места тут непростые. Но неплохие люди есть. Держись за них — и все будет хорошо.

— Спасибо, тетя Поля, — сказала Настя. — Я постараюсь.

— Ты уже стараешься, — заметила тетя Поля. — Запомни: смелым помогают даже стены. А трусливым — только двери захлопываются. И филины из них не вылетают.

Настя улыбнулась. Она стояла и смотрела, как тетя Поля достает из корзины банку с медом, и чувствовала, как браслет на запястье издает тихий щелчок. Она подняла руку и увидела, как зеленая шкала мягко загорается — два жетона влились в браслет.

Вот это да! Обычная помощь соседке принесла целых два жетона. Но Настя чувствовала, что рада не столько жетонам, сколько тому, что сделала доброе дело, что принесла пользу обществу, пусть и небольшую. В обычном мире она почти всегда чувствовала себя бесполезной, а теперь ощущала себя кем-то вроде супергероя, спасающего чьи-то жизни.

— Еще раз спасибо, Настя, — сказала тетя Поля, закрывая дверь. — Ты хорошая девушка. Пусть удача тебе освещает путь.

Настя посмотрела на браслет, где горели два зеленых жетона, и улыбнулась. И, развернувшись, пошла обратно в свою комнату, где увидела новую бумажку на столике. Она подошла к столику, взяла бумажку и прочитала:

«Третье задание. Запусти торт в прохожего и назови причину своего поступка. Награда: 1 красный жетон»

Настя перечитала это три раза, не веря своим глазам.

— Торт? — прошептала она. — Кинуть в прохожего? Это же очередное безумие!

Она смотрела на бумажку, но буквы упорно не исчезали.

— Ну вот зачем мне это делать, филин его побери? — она заходила по комнате, размахивая бумажкой. — Кто вообще это придумал? Максим? Роман? Система? Да они совсем того, с катушек съехали!

Кролик на подушке слегка наклонил голову, будто тоже удивился ее истерике.

Настя остановилась и посмотрела в маленькое зеркало на стене. Оттуда на нее смотрела бледная девушка с растрепанными волосами и красными ушами.

— Я не могу, — сказала она своему отражению. — Просто не могу.

Но в глубине души ей было любопытно, что же произойдет, если запустить торт в прохожего. Кроме того, ей очень хотелось получить красный жетон.

Настя подошла к шкафу и достала голубое платье. Вчера она купила его за желтый жетон — тогда она еще не до конца понимала, зачем. Но сейчас, глядя на него, она поняла: она хотела сменить образ. И время для этого настало.

Платье село идеально, будто было сшито специально для нее. Настя глянула в зеркало — оттуда смотрела девушка, похожая на принцессу, только без короны и украшений.

— Хотя бы выгляжу хорошо, — сказала она. — Но к этому платью надо бы купить еще какие-нибудь туфельки.

Она взяла кролика, сунула в сумку, проверила браслет — две зеленые искры горели ровным светом — и вышла из комнаты.

Прямо у дверей стояла большая белая коробка, перевязанная золотой лентой. Настя наклонилась, приоткрыла крышку. Внутри, конечно, лежал торт. С кремовыми розами и ярко-красной надписью «Дерзай». От него вкусно пахло шоколадом и ванилью.

— Спасибо, конечно, — пробормотала Настя. — Но почему я не могу просто поесть его за завтраком? Так вкусно выглядит, аж жалко…

Она взяла коробку. Торт был тяжелым — килограмма два, не меньше. Настя пошла по улице, сжимая коробку, и смотрела на прохожих. Женщина с коляской, в которой спал малыш, обнимая игрушку в виде дракончика, — слишком милая. Дедушка, одетый в клетчатую рубашку и брюки — слишком безобидный, да и жаль как-то его. Бабушку с авоськой и резвящихся с разноцветным мячом маленьких детей обижать тоже не хотелось.

Настя увидела Максима, который сидел на скамейке у фонтана с книгой и чашкой мятного чая. Она подошла, села рядом, поставив коробку между ними.

— Ты знал о торте, Максим? — спросила она без предисловий.

Максим закрыл книгу, посмотрел на нее и улыбнулся.

— Знал, — честно ответил он. — Система предупредила. Ты уже знаешь, что делать?

— Нет, — твердо сказала Настя. — Я не знаю. Запустить торт в человека — это же нехорошо. По-моему, это не смелость, это какая-то жестокость. Вдруг сегодня у кого-то важное дело, нужно с кем-то встретиться по работе? Вдруг чья-то новая одежда потом не отстирается от торта? А вдруг кто-то такой же пугливый, как я, расстроится и перестанет вообще людям доверять…

— Во-первых, конкретно этот торт отстирать потом несложно. А во-вторых…

Максим кивнул в сторону кафе «Пьяный кот», где стоял мужчина в дорогом костюме и разговаривал с официантом. Голос его звучал громко и раздраженно, он размахивал меню, указывая на что-то. Официант стоял с опущенной головой.

— Видишь? — сказал Максим. — Он говорит грубо, резко, свысока. Такие люди портят настроение другим, тем, кто это не заслужил. Ты можешь со спокойной душой сделать то, что его немного отрезвит.

— И это оправдание? — Настя возмутилась. — Так можно всех бить и называть это уроком!

— Ну ты же не бьешь его. Ты просто его… немножко удивишь. Сделаешь нечто неожиданное. Смешное. То, что он запомнит надолго. Но главное — ты должна сделать то, что кажется тебе невозможным. В этом и есть суть задания.

Настя смотрела на мужчину. Тот продолжал кричать, а официант стоял молча.

— Наверное, он не злой, а просто обиженный, — сказала Настя тихо. — Но официанта как-то жалко.

— Вот именно. Официант такого не заслужил. Поэтому торт — как раз то, что нужно этому невеже.

Настя задумалась, беспокойно переводя взгляд то на торт, то на Максима.

— Но почему именно торт? — спросила она. — Почему не что-то другое?

— Потому что, когда ты сделаешь это, ты поймешь, что для тебя нет ничего невозможного, — сказал Максим. — Согласись, если бы у тебя было задание кинуть не торт, а маленькое пирожное, польза от этого для тебя была бы тоже меньше.

Настя снова посмотрела на мужчину, который все еще кричал. Официант уже не поднимал головы.

— Хорошо, — сказала она, вставая. — Я сделаю это. Но если он меня догонит — я скажу, что это была твоя идея.

— Договорились, — улыбнулся Максим.

Настя глубоко вздохнула, немного поморгала и пошла к кафе. Ветер развевал края платья, и она чувствовала себя так, будто идет в бой — сражаться с агрессивным филином, который не слушается хозяев.

Она остановилась в двух шагах от мужчины в дорогом костюме. Он продолжал кричать на официанта — тот переминался с ноги на ногу, не смея поднять взгляд.

— Я сказал — без лука! — орал мужчина. — Что тут непонятного? Салат без лука!

— Простите, — бормотал официант. — Можно, я исправлю?

— Исправишь? Ты уже испортил мне настроение!

Настя стояла и смотрела. Внутри все дрожало. Она сжимала коробку с тортом так, что пальцы побелели.

Я не могу. Я не справлюсь. Он слишком агрессивный. Я просто развернусь и уйду. Скажу Максиму, что не справилась. Что я слабая.

Но ноги не слушались. Она стояла как вкопанная и чувствовала, как сердце колотится в горле и как пальцы холодеют.

А если я брошу торт, и он начнет кричать на меня? А если ударит? А если все вокруг будут смеяться надо мной? Мне будет ужасно стыдно, и я никогда этого не забуду. Воспоминания будут терзать меня каждую ночь, мешая мне уснуть.

Она представила, как торт летит в воздухе, врезается в пиджак, крем разлетается. Мужчина сначала впадает в шок, потом злится. Все оборачиваются, смотрят на нее. Кто-то смеется, кто-то осуждает, кто-то кричит и требует убираться отсюда куда подальше.

Я же старалась быть хорошей. Я дала хлеб нищему, делала комплименты, помогала. Я стала лучше. А теперь все испорчу. Стану плохой. Той, кого будут ненавидеть и постоянно избегать.

Она уже хотела развернуться и уйти, но почувствовала легкое прикосновение к плечу. Обернувшись, увидела Максима, стоявшего рядом.

— Ты можешь, — сказал он негромко.

— Не могу, — прошептала Настя. — Я не могу стать плохой.

— Ты не станешь плохой. Ты станешь смелой. Это разные вещи. Он ведь обижает слабого ни за что. Ты просто немножечко проучишь его, и все.

— Но я ведь испорчу его день. А вдруг он куда-то торопится?

— Возможно, — согласился Максим. — А возможно, ты научишь его тому, что не всегда можно вести себя как последний засранец и оставаться безнаказанным.

Настя смотрела на мужчину. Тот все еще орал, как озверевший филин.

— А если он меня ударит? — прошептала она.

Максим усмехнулся:

— Я не дам тебя в обиду. Просто сделай это для себя. И твой страх, если не исчезнет, то хотя бы станет меньше.

Настя зажмурилась. В конце концов, что уже терять? В обычном мире она много раз спотыкалась о чужие осуждения, много раз сталкивалась с непониманием. Да, этот человек ее не поймет, ну и что? От этого ведь земля не перевернется, небеса не рухнут. Вполне можно запустить в него торт и при необходимости убежать.

Она открыла глаза. Мужчина все еще выкрикивал нехорошие ругательства, стоя спиной к ней. Она сделала шаг вперед, стараясь не дрожать.

— Эй! — крикнула она. Голос прозвучал тверже, чем она ожидала.

Мужчина обернулся с недоумевающим видом.

— Вы это мне?

— Да, вам! — Настя сделала еще шаг и замахнулась коробкой.

Мужчина попятился, но поздно. Настя с силой бросила торт. Коробка ударилась о пиджак, раскрылась в воздухе, и торт приземлился точно на грудь мужчины.

Крем разлетелся во все стороны. Кусок глазури отлетел и прилип к щеке. Мужчина замер, опустив взгляд на испорченный костюм. Официант рядом замер с таким выражением лица, будто увидел пролетающего мимо филина с грязным рулоном туалетной бумаги. Настя тоже замерла. В этот момент ей очень хотелось стать тоненькой и незаметной, как веточка. Но она, увы, не сплюшка. Люди вокруг, кроме испуганного официанта, отошедшего в сторону, начали ржать. Даже мужчина в костюме, кажется, начал осознавать нелепость происходящего.

Настя смотрела на него. В его глазах шок сменялся изумлением.

— Доброе утро! — крикнула она. — Мне показалось, вам нужна небольшая встряска.

Мужчина открыл рот, но ничего не сказал. Стоял, облепленный кремом, как дурак, и смотрел на нее с полным недоумением. Официанта уже не было: наверное, он убежал в здание, в котором располагалось кафе.

Настя чувствовала, как внутри бурлит энергия. Она сделала это. Она, которая боялась даже смотреть людям в глаза, только что запустила торт в незнакомца при всех.

Браслет на запястье издал громкий, триумфальный щелчок — будто филин скрипнул когтями. Настя подняла руку и увидела, как красная шкала загорелась ярким ровным светом.

+1 красный жетон.

И тут Настя не выдержала и тоже стала ржать. Громко и от души.

Мужчина в костюме все еще стоял, ошеломленный, глядя на нее.

— Вы совсем с ума сошли! — выдавил он.

— Возможно, — сказала Настя. — Но зато вы сэкономили на салате.

Она развернулась, подхватила подол голубого платья и побежала прочь. Ветер развевал волосы, и она чувствовала себя так, будто летит, как сыч, обретший свободу после долгих лет заточения.

Настя бежала, пока не оказалась в маленьком переулке в нескольких кварталах от кафе. Прислонилась к стене и продолжила смеяться.

— Я сделала это, — прошептала она, чувствуя, как глаза защипало. — Я правда сделала это!

Она смотрела на браслет. Красный жетон горел ярко, как маяк в тумане. В голове закрутились варианты потратить его: купить немного удачи, получить ключ от какого-нибудь клада жетонов (если это возможно), телепортироваться в какое-нибудь интересное место, откуда можно легко попасть домой…

К ней подошел улыбающийся Максим и спросил:

— Ну как? Как себя ощущаешь?

— Ты видел? — она все еще задыхалась от смеха. — Ты видел его лицо? Он был в шоке! Я думала, он сейчас лопнет от злости!

— Я видел, — Максим улыбнулся. — Ты была потрясающей.

— Он сказал, что я сумасшедшая! — Настя на мгновение задумалась. — А он, вообще-то, по-своему прав. Потому что я только что сделала то, что никогда бы не сделала в обычном мире.

— Именно это и есть смелость, — сказал Максим. — Не просто помогать хорошим людям, а иногда ставить на место грубиянов.

Настя посмотрела на браслет, потом на свои ладони. Ей казалось, на них был виден крем — хотя она даже не прикасалась к торту.

— Значит, я теперь по-настоящему смелая? — спросила она.

— Ты уже была смелой, — сказал Максим. — Просто не знала об этом. Зато теперь знаешь и уже не забудешь.

Настя улыбнулась. Ее глаза сияли, как глаза шкодливого филина, разбомбившего все цветочные горшки.

***

Они шли по улице, и Настя все еще чувствовала себя странно. Внутри смешались эйфория, легкое волнение и ощущение нереальности происходящего. Она понимала, что сделала, но еще не могла осознать, как это на нее повлияет в дальнейшем.

— Максим, — сказала она. — Я только что запустила торт в человека. Мне до сих пор кажется, что это не очень-то хорошо. Мне мерещится, будто это была не я, а кто-то другой. Будто я посмотрела какой-то странный фильм.

— Это нормально, Настя, — Максим остановился и посмотрел на нее. — У многих, кто сюда попадает, бывает подобный опыт. Просто раньше ты так не делала, и поэтому тебе непривычно.

— А тот мужчина? С ним же будет все в порядке?

— Думаю, да. Он вернется домой, постирает костюм и будет спокойно жить дальше. Но уже не будет просто так обижать официантов.

Когда они проходили мимо большого, величественного здания, Настя невольно остановилась, засмотревшись на фасад, украшенный каменными фигурами многохвостых лис. Каждая лиса сидела в своей нише, и у каждой было разное количество хвостов. У одних — три, у других — пять, а у самой большой, которая венчала центральную арку, их было целых девять. Хвосты переплетались в причудливые узоры, застывшие в камне, и казалось, что они вот-вот шевельнутся.

— Красиво, да? — Максим кивнул на здание. — Это одна из старейших построек в городе. Хранилище легенд.

— Легенд? — Настя завороженно смотрела на лисиц. Каждая из них будто смотрела на нее внимательно, словно пыталась прочитать мысли. — А что они означают? Лисы с хвостами...

— В этом мире верят, что лисы — хранительницы историй. Каждый хвост — одна прожитая жизнь, — Максим остановился рядом, тоже рассматривая фасад. — Чем больше хвостов, тем больше историй хранит лиса. Девятихвостая — хранительница самых важных, самых древних легенд.

— И она видит все мои поступки? — спросила Настя, чувствуя, как мурашки пробегают по спине.

Максим усмехнулся:

— Возможно. Но не думаю, что она будет судить. Лисы не судят. Но они наблюдают и запоминают.

Настя смотрела на каменных лисиц, и у нее возникло странное чувство — будто они действительно наблюдают. Записывают каждую победу и каждое поражение, как будто становятся свидетелями ее истории.

— А та, девятихвостая, — спросила она, указывая на центральную. — Она видела тех, кто здесь был до меня? Героев? Или, может быть, тех, кто сдавался?

— И тех и других, — ответил Максим. — Лисы помнят всех. Только они не делят людей на героев и трусов. Они просто хранят истории.

Настя стояла, глядя на каменное здание с лисами на фасаде, и в груди теплело. Ее история теперь тоже будет записана.

— Значит, я тоже стану частью их легенды? — спросила она тихо.

— Если продолжишь в том же духе — может быть, — ответил Максим с легкой улыбкой.

Настя обернулась и посмотрела на лис еще раз. На мгновение ей показалось, что у центральной, девятихвостой, мелькнул золотистый отблеск в глазах.

***

— У тебя теперь красный жетон, — сказал Максим, когда они подошли к фонтану. — Это значит, что тебе доступны не просто бытовые бонусы. Теперь ты можешь участвовать в настоящих квестах.

— В каких квестах? — насторожилась Настя.

— В тех, которые приближают тебя к дому. Ты же хочешь вернуться?

Настя вздрогнула. Она почти забыла, что где-то там, за дверью, осталась ее квартира, ее привычная жизнь, обеспокоенная Юля, которая могла звонить и не получать ответа.

— Да, — сказала она. — Конечно, хочу.

— Это возможно, — сказал Максим. — Но для этого нужно выполнить несколько сложных заданий. Они потребуют всей смелости, которую ты только что нашла.

Настя посмотрела на браслет. Три искры — две зеленые и одна красная.

— Я готова, — сказала она. И почувствовала, как внутри разливается уверенность. — Если я смогла запустить торт в незнакомца, я смогу все.

Максим усмехнулся:

— Не зарекайся. Но я верю в тебя.

***

Настя откинулась на спинку стула, чувствуя, как сытный завтрак разливает тепло по телу. Она задумчиво смотрела в окно кафе «Золотой филин», на прохожих, на голубые фонари.

— Максим, — сказала она, отодвигая тарелку. — Я хочу сходить в «Пьяного кота». Туда, где я кинула торт.

Максим поставил чашку и посмотрел на нее внимательно. В его глазах мелькнуло одобрение.

— Ты уверена?

— Нет, — честно сказала Настя. — Но мне кажется, я должна это сделать. Я не могу просто так уйти и забыть, как тот официант стоял с опущенной головой. Я хочу ему помочь. Хотя бы убрать посуду или что-нибудь еще.

— Это хороший поступок. И он не останется незамеченным, — Максим чуть улыбнулся.

***

Они подошли к «Пьяному коту» через пятнадцать минут. Кафе выглядело так же: уютное, с деревянными столиками и резными стульями, с вывеской в виде спящего кота с пустой рюмкой в лапе. Но внутри, у стойки, уже работал тот самый официант. Он протирал чашки, и движения его были медленными, будто он еще не отошел от недавнего инцидента.

Настя постояла у входа, чувствуя, как быстро бьется сердце. Потом шагнула внутрь.

Официант поднял голову. Он узнал ее — в его глазах мелькнуло удивление, смешанное с легким испугом.

— Здравствуйте, — сказала Настя, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Вы меня помните?

— Добрый день, да, — осторожно ответил официант. — Вы та девушка с тортом.

— Простите меня, — Настя почувствовала, как к щекам приливает краска. — Я не хотела вас испугать. Тот мужчина… он был очень груб с вами. Я хотела его проучить, но не подумала о том, что вы могли испугаться. Мне жаль.

На лице официанта появилась теплая улыбка.

— Вы… вы пришли извиниться?

— Да, — кивнула Настя. — И, если можно, я хочу помочь. Может быть, убрать посуду? Или протереть столы? Я знаю, это странно, но мне нужно… мне нужно исправить то, что я сделала.

Официант посмотрел на нее, и в глазах его появилось удивление, смешанное с благодарностью.

— Честно говоря, никто никогда не возвращался, — сказал он. — Люди бросают торты, убегают и не возвращаются. А вы пришли.

— Я не хочу быть такой, как они, — сказала Настя. — Я хочу быть лучше.

Официант улыбнулся шире:

— Тогда хорошо. Помогите мне, пожалуйста, накрыть столики на летней веранде. Сегодня замечательная погода, и к нам должно прийти много гостей.

Настя кивнула и подошла к стойке. Она начала аккуратно раскладывать салфетки, ставить приборы. Официант пару раз улыбнулся ей, а в конце сказал:

— У вас доброе сердце. Не все такие, как вы. Доброта — это и есть самая главная магия.

Настя улыбнулась и почувствовала, как на браслете щелкнуло.

+2 зеленых жетона — за извинение и помощь.

Она вышла из кафе, чувствуя себя уютно, почти как дома. Максим стоял у входа с легкой улыбкой.

— Я знал, что ты сможешь, — сказал он.

— Я не могла оставить это так, — ответила Настя. — Теперь я спокойна и даже счастлива.

Глава 5. Парк, случайная встреча и разговор по душам

Настя и Максим шли по улице. День был насыщенным, и сейчас Насте хотелось просто идти и смотреть вокруг. Улулулин медленно менялся. Дома становились ниже, между ними появлялись деревья с серебристой листвой, которые переливались на солнце, как будто их посыпали мелкой пыльцой. Пахло сладким ароматом цветов липы.

— Куда мы идем? — спросила Настя, чувствуя, что Максим ведет ее куда-то целенаправленно.

— В Тигриный парк, — ответил он. — Ты заслужила отдых. И там очень красиво.

Они прошли через арку, украшенную каменными цветами, и Настя приоткрыла рот от восхищения.

Парк был невероятным. Дорожки, выложенные разноцветным камнем, вились между клумбами с яркими цветами, похожими на орхидеи. Небольшие фонтаны таинственно журчали, а в центре стоял самый большой фонтан с каменными тиграми. Они были огромными, с раскрытыми пастями, из которых текла вода. На спине каждого сидела маленькая птица с длинным хвостом, похожая на фазана.

— Это священное место, — сказал Максим, садясь на скамейку у фонтана. — Местные жители верят, что тигры охраняют покой города.

Настя села рядом. Камень был прохладным, но солнечные лучи согревали лицо. Она смотрела на воду, которая переливалась в струях, и чувствовала, как усталость медленно отпускает ее.

— Ты сегодня много сделала, — сказал Максим, глядя на нее с легкой улыбкой. — Тебе стоит отдохнуть и набраться сил.

Настя кивнула, но внутри нее зрело любопытство. Она хотела знать о нем больше. О том, как он оказался здесь, как стал наставником, почему он такой спокойный.

— Максим, — сказала она тихо. — Я хочу кое-что спросить. Если ты, конечно, не против.

— Спрашивай.

— Как ты стал наставником? Ты всегда был таким спокойным? Ну, типа робким, как я? Или ты родился таким уверенным?

Максим усмехнулся.

— Нет, — сказал он. — Я родился в Улулулии, но изначально не был уверенным. В детстве я был таким же, как ты — боялся людей, старался быть незаметным. Помню, как я прятался в библиотеке, когда кто-то стучал в дверь. И еще я боялся разговаривать с продавцами в лавках.

Настя удивленно посмотрела на него:

— Правда?

— Да. Но со временем понял: если ты хочешь жить в этом мире, нужно научиться быть смелым.

— И ты научился?

— Да. — он помолчал, глядя на фонтаны. — Но не без помощи других.

— Помощи? — Настя переспросила. — Ты имеешь в виду... наставников?

— Не совсем. У меня была напарница по имени Алина. Она появилась в этом мире за год до того, как я решил стать наставником. Мы встретились случайно — я помог ей найти дорогу, а она научила меня не бояться ошибок. Мы вместе проходили задания, и она всегда говорила: «Не бойся ошибаться. Ошибки — это тоже опыт. Они делают нас сильнее, если мы готовы их принять».

Настя почувствовала, как в голосе Максима появилась легкая грусть.

— Она была очень живой, — продолжил он, глядя куда-то вдаль. — В ней было столько энергии, что иногда я уставал просто быть рядом. Но именно она научила меня тому, что страх — это нормально. Главное — не позволять ему управлять тобой.

— А что с ней случилось? — осторожно спросила Настя. — Она... ушла из этого мира?

Максим помолчал, потом сказал:

— Она не справилась. Она слишком долго пыталась быть идеальной, боялась ошибаться и в итоге сломалась. Однажды она просто исчезла. Я искал ее несколько дней, но потом понял, что вряд ли найду ее. Она, похоже, выбрала другой путь. Но какой именно… это вряд ли суждено нам узнать.

Настя не стала настаивать. Она видела, как его глаза стали чуть более напряженными, как он на мгновение задержал взгляд на струях воды, вытекающих из пасти каменного тигра.

— Но я рад, что теперь у меня есть ты, — сказал он мягко, улыбнувшись. — Ты напоминаешь мне Алину. В хорошем смысле. Ты тоже боишься, но идешь вперед. Ты тоже ошибаешься, но не сдаешься. Ты молодец.

Настя смущенно отвела глаза. Когда ее хвалили в обычном мире, она так же реагировала. Но теперь она чувствовала, что уже не думает, что похвала не заслуженна.

Через несколько минут Настя заметила симпатичного молодого парня, сидевшего на соседней скамейке с поникшим видом. Он смотрел на свой пустой браслет и выглядел так, будто вот-вот заплачет.

— Посмотри, — прошептала она Максиму. — Он новенький, да?

— Да, — ответил Максим, тоже глядя на парня. — Я вижу. Он даже еще не сделал первое задание.

Настя помолчала, чувствуя, как внутри нее зарождается странное чувство. Она вспомнила себя в первый день. Беспомощную, растерянную, голодную. Она вспомнила, как стояла у фонтана, не зная, куда идти, а потом к ней подошел Максим.

— Я хочу ему помочь, — сказала Настя.

— Хорошо, — сказал Максим. — Подойди, если хочешь, а я побуду рядом.

Настя встала, подошла к скамейке и села рядом с парнем на небольшом расстоянии. Он поднял голову и посмотрел на нее с удивлением.

— Привет, — сказала Настя, стараясь, чтобы голос звучал мягко. — Ты новенький, да?

Парень нахмурился.

— Эх, я сам во всем виноват... Сидел вчера в интернете, нашел случайно какой-то сайт с надписью «Хочешь изменить жизнь?». Нажал на кнопку, и вдруг очутился здесь. Я думал, это какой-то дурацкий квест или приключение. А оказалось... что все это по-настоящему.

— А как тебя зовут? Ты делаешь первое задание?

— Меня зовут Дима. Да, я делаю первое задание, но не могу его выполнить, не знаю, как получить жетоны... — его голос дрогнул. — Мне кажется, я тут умру с голоду, и на этом все кончится.

— Не умрешь, — сказала Настя уверенно. — Я тоже была такой. В первый день я говорила со статуей, представляешь? Но потом я быстро поняла, что все в целом не так уж и страшно.

Дима уставился на нее:

— Правда?

— Правда. — Настя улыбнулась. — Давай я тебе расскажу, как тут все работает. Ты должен подойти к троим незнакомцам и спросить, где поесть. Да, звучит страшно, но это вполне реально.

— А если они не ответят? — спросил Дима. — Или, того хуже, засмеются?

— Тогда ты просто попробуешь еще раз. Хуже уже не будет. Да и что терять? Главное — набраться смелости.

Она посмотрела на свой браслет и, сделав выбор, протянула руку, словно пытаясь снять один из зеленых жетонов. Браслет послушно отдал его, и она протянула светящийся огонек Диме:

— Вот, держи. Это зеленый жетон. На него можно купить еды в любом кафе. Потрать его с умом. И когда начнешь выполнять задания, все будет легче.

Дима смотрел на нее с неверием. Потом взглянул на свой браслет, на котором загорелась одна зеленая искра.

— Ты... ты даешь мне свой жетон? — спросил он дрожащим голосом.

— Да, — сказала Настя. — У меня их несколько. Я хочу, чтобы ты знал: не все в этом мире — враги или равнодушные. Есть те, кто помогут. Просто попробуй сделать первый шаг.

В глазах Димы блеснули слезы.

— Спасибо, — сказал он. — Я не знал, что здесь есть такие люди. Спасибо тебе... А как тебя зовут?

— Настя.

— Я запомню это. Спасибо тебе.

Браслет на запястье Насти мягко щелкнул. Она подняла руку и увидела, как зеленая шкала пополнилась на один жетон.

Настя, улыбаясь, вернулась к Максиму и села рядом. Он смотрел на нее с легкой улыбкой и одобрением.

— Ты только что сделала больше, чем любой герой с красным жетоном, — сказал он. — Ты помогла новичку просто так, без задания. Это ценнее любых жетонов.

— Он выглядел таким растерянным, — сказала Настя. — Как я в первый день. Пройти мимо было бы не очень хорошо с моей стороны.

Максим посмотрел на нее с легкой грустью в глазах.

— Это правильно, — сказал он. — Но запомни: не все будут тебе благодарны. Иногда помощь не ценится. Иногда ее могут использовать против тебя.

— Ты думаешь, Дима... — Настя начала, но Максим перебил.

— Я не знаю, как будет с ним. Но ты должна помнить: мир не всегда отвечает добром на добро. И это нормально. Главное, что ты поступила по совести.

Настя посмотрела на Диму и сказала:

— Но он выглядит… таким добрым, милым, порядочным.

— Возможно. Нет, я не осуждаю тебя. Нисколько. Хочешь — помогай новичкам. Не хочешь — не помогай. Но нужно всегда иметь в виду, что последствия от добрых поступков бывают очень разными.

Настя кивнула, но внутри нее осталась робкая надежда, что Дима не забудет ее помощь. Она посмотрела на браслет: у нее осталось пять зеленых жетонов (один она отдала Диме и один получила обратно в подарок от системы) и один красный.

— Что будет дальше? — спросила она.

Максим улыбнулся:

— Я чувствую, скоро будет новое задание. Скорее всего, проще, чем предыдущее. Награда — несколько желтых жетонов.

***

Вечером Настя проходила мимо знакомого магазинчика «Птичья элегантность» и увидела, что внутри горит свет. Лена стояла у прилавка и раскладывала новые шарфы. Настя замерла на мгновение, потом улыбнулась и толкнула дверь.

— Настя! — Лена подняла голову, и на ее лице засияла искренняя улыбка. — Как я рада тебя видеть! Заходи, заходи!

Настя вошла, и воздух магазина снова окутал ее знакомым запахом ткани и дерева. Лампы в виде звезд и филинов мягко светились, создавая уютную атмосферу.

— Я проходила мимо и решила заглянуть, — сказала Настя. — У тебя сегодня много работы?

— Да так, — Лена пожала плечами. — Немного. Но я всегда рада перерыву. Ты как раз вовремя.

Она посмотрела на Настю внимательным взглядом.

— Подожди-ка, — Лена хитро прищурилась. — Это же то самое платье!

— Да, — Настя смущенно улыбнулась. — Я решила, что если уж купила его, то нужно носить.

— И правильно сделала! — воскликнула Лена. — Ты в нем выглядишь просто потрясающе! Знаешь, когда ты приходила в первый раз, ты казалась такой... зажатой. А сейчас — совсем другой человек. Ты стала увереннее, даже осанка и походка изменились.

Осанка, походка… Еще несколько дней назад Настя и мечтать о подобном не могла.

— Спасибо, Лена, — сказала она тихо. — Это много для меня значит.

— Да что ты, — отмахнулась Лена. — Я ведь вижу, как ты меняешься. Ты стала гораздо смелее, чем когда я в первый раз тебя увидела. Я очень рада за тебя.

Они немного помолчали. Потом Лена вдруг лукаво улыбнулась и полезла под прилавок.

— А знаешь, я приготовила для тебя кое-что, — сказала она таинственным голосом. — Я хочу сделать тебе маленький, но полезный подарок.

Настя удивленно подняла бровь.

— Подарок? Но зачем? Я же ничего не сделала...

— Как это ничего? — Лена улыбнулась. — Ты помогла мне разобрать вешалку. Ты была искренней. Ты купила платье, которое тебе идет. Ты стала моей подругой, в конце концов.

Она вытащила маленькую коробочку из темного дерева, протянула Насте и сказала:

— Открой-ка.

Настя взяла коробочку, осторожно открыла крышку. Внутри лежал изящный кулон в виде серебряного филина на тонкой серебряной цепочке. Его глаза были сделаны из двух крошечных голубых камней, которые мерцали в свете ламп.

— Это... — Настя перевела взгляд на Лену. — Это же филин!

— Да, — Лена улыбнулась. — Филины — это символ мудрости, наблюдательности и защиты. Этот амулет — особенный. Он дает возможность быстро летать в течение десяти минут, но только один раз в неделю. Если тебе когда-нибудь понадобится быстро покинуть опасное место — просто коснись его и представь, куда хочешь переместиться.

Настя с растерянным видом смотрела на кулон. Она не верила, что Лена сделала ей такой дорогой подарок.

— Лена... я не знаю, что и сказать. Это слишком щедро.

— Ничего не говори, — улыбнулась Лена. — Ты заслужила это. Ты теперь часть нашего мира. И я хочу, чтобы у тебя было что-то, что напоминало бы тебе: ты не одна.

Настя надела кулон. Он мягко лег на грудь, и от него исходило едва заметное тепло.

— Спасибо, — сказала Настя, и голос ее дрогнул. — Я никогда не забуду этого.

— Пусть он защищает тебя, — сказала Лена. — И помни: если что — ты всегда можешь прийти ко мне.

Настя обняла Лену. Они еще немного поговорили, потом Настя попрощалась и вышла из магазина.

***

Вернувшись в свою комнату, Настя чувствовала приятную усталость. Она закрыла за собой дверь, прислонилась к ней спиной и на мгновение зажмурилась.

Сегодня был невероятный день.

Она вспомнила, как помогала тете Поле, как нашла задание с тортом и чуть не сошла с ума от страха, как запустила этот дурацкий торт в грубияна и убежала, смеясь, как потом вернулась к официанту и извинилась перед ним.

Вспомнила разговор с Максимом в Тигрином парке. Он немного рассказал ей о себе, о своей напарнице.

А потом был Дима. Настя улыбнулась, вспоминая его растерянное лицо. Несмотря на то, что в обычном мире она мало доверяла людям, теперь она готова помогать новичкам. И это чувство — когда ты можешь кому-то помочь — было важнее любого жетона.

Она подошла к столу и села на стул, глядя на себя в зеркало.

Из отражения на нее смотрела совершенно другая Настя, не похожая на ту, что несколько дней назад боялась выйти из дома за хлебом и пряталась от опросчиков. Вместо привычной серой толстовки на ней было прекрасное светло-голубое платье, которое она купила у Лены. Взгляд больше не был испуганным, а на шее блестел маленький серебряный филин на тонкой цепочке.

Настя подошла к окну и замерла, пораженная открывшимся видом.

Вечерний город расстилался перед ней, словно живая картина, нарисованная мягкими акварельными красками. Черепичные крыши домов переливались в лучах заката — теплый оранжевый постепенно сменялся нежным розовым, а затем глубоким фиолетовым. Где-то вдали, за городской стеной, виднелись силуэты невысоких холмов, покрытых серебристой дымкой.

Голубые фонари начинали зажигаться один за другим, создавая мягкое сияние, похожее на свет звезд, спустившихся на землю. Их свет струился по мостовым, заставляя камни отливать перламутром. Откуда-то снизу доносился аромат цветов.

Вдалеке слышалась тихая музыка, похожая на перезвон серебряных колокольчиков и струн, которые кто-то нежно перебирал на невидимом инструменте.

Парк, где она сидела с Максимом, уже скрылся в сумерках. Его серебристые деревья, которые днем сверкали на солнце, теперь мягко мерцали в темноте, словно сотни светлячков, застывших на ветвях. Где-то внизу тихо переговаривались прохожие.

Настя посмотрела на браслет. Три зеленых искры и одна красная (два зеленых жетона она потратила еще на обед и ужин). Красный жетон ей хотелось потратить на что-нибудь ценное, но она пока не представляла, на что именно.

Что же будет дальше? Новое задание? Новая встреча? Новые знакомства?

Она улыбнулась. Раньше эти вопросы вызывали у нее только тревогу. Теперь они вызывали в большей степени любопытство, желание узнать, что ей еще уготовано в этом волшебном мире.

Она взяла молчаливого кролика, сидевшего на подушке. Насте показалось, что его глаза чуть блеснули.

— Ты только посмотри, что я успела сделать, — сказала она тихо. — Я же изменилась, правда? Я помогла Диме. Я извинилась перед официантом. Я запустила торт в того негодяя в костюме. И знаешь, мне бы очень хотелось, чтобы… чтобы мой мир принял меня наконец. Чтобы я смогла проявить смелость и там. Но вернусь ли я… Это еще непонятно. Наверное, за меня все сильно переживают там.

Она посмотрела на браслет, и на мгновение ей показалось, что красный жетон чуть замерцал, будто одобряя ее слова.

Настя, переодевшись в пижаму, легла на кровать, чувствуя, как усталость все больше накрывает ее невидимой паутинкой, сплетенной самыми старательными пауковыми филинами. Сегодня был долгий и насыщенный день. Она закрыла глаза и в последний раз прикоснулась пальцами к серебряному филину.

Она провалилась в сон, чувствуя, как серебряный филин мягко согревает ее грудь, а в голове кружились обрывки мыслей — о торте, о голубом платье, о тихих разговорах с Максимом и о том, что она стала чуть-чуть смелее.

Глава 6. Новое задание, старый знакомый и тайны города

Настя проснулась от того, что кто-то мягко касался ее ключиц. Она открыла глаза и поняла, что это просто чуть нагретый кулон-филин. Она улыбнулась и провела пальцами по серебряной фигурке. Вчерашний день был долгим и насыщенным, но теперь она чувствовала себя отдохнувшей.

Она села на кровати, потянулась и заметила, что кролик сидит на подушке не так, как вчера. Он был повернут в другую сторону, словно смотрел на дверь. Настя моргнула. Показалось? Она взяла его в руки, но он был таким же неподвижным, как и всегда.

— Ты уже решил, куда меня вести? — спросила она с легкой улыбкой.

Кролик, конечно, промолчал. Настя вздохнула и перевела взгляд на стол. Там лежала белая, аккуратно сложенная записка, на этот раз разрисованная яркими филинами. Настя узнала этот почерк и взяла бумажку в руки.

«Третье задание. Помоги человеку, который оказался в трудной ситуации. Награда: 2 желтых жетона»

— Помочь человеку? — прошептала она. — Это задание... звучит почти как обычное доброе дело. И за него дают сразу два желтых жетона? Странно…

Приведя себя в порядок, она надела светло-голубое платье, которое купила у Лены, и поправила кулон. Потом взяла кролика, положила в сумку и вышла из комнаты. В коридоре она встретила тетю Полю, которая стояла у своей двери с большой кружкой и улыбалась.

— О, Настя! — сказала она радостно. — Как ты сегодня? Выглядишь просто сияющей.

— Спасибо, тетя Поля, — ответила Настя. — У меня сегодня новое задание.

— Хорошее задание? — поинтересовалась тетя Поля, прищурившись.

— Кажется, да. Я должна помочь кому-то.

— Тогда у тебя все получится, — сказала тетя Поля и подмигнула. — Добрые дела почти всегда возвращаются. Иди, удачи тебе.

— Спасибо, — улыбнулась Настя и направилась к выходу.

Когда она вышла на улицу, яркий солнечный свет ослепил ее на мгновение. Улулулин дышал спокойствием. Голубые фонари, освещавшие улицы вечером, теперь просто стояли, вплетаясь в общую картину, словно большие голубые цветы. Люди сновали по мостовой, кто-то нес корзины, кто-то вез тележки.

Настя спокойно пошла по улице и почти сразу увидела пожилую женщину на углу, которая, похоже, рассыпала яблоки, катившиеся по мостовой. Красные, зеленые, желтые — они скакали по камням, будто живые существа.

— Ой, ой, ой! — причитала женщина. — Да что же это такое!

Корзина лежала на боку, а женщина пыталась собрать яблоки, но их было слишком много.

Настя на мгновение замерла, глядя на нее. Внутри снова шевельнулся страх: «А что, если я не справлюсь? А если я сделаю что-то не так?»

Но она шагнула вперед, преодолевая себя, наклонилась и начала собирать яблоки. Сначала не очень уверенно, потом все быстрее. Женщина подняла голову и, увидев, что ей помогают, радостно выдохнула:

— Спасибо вам, девушка! Вы так добры!

Настя улыбнулась, но не ответила — она была слишком занята. Она ловила яблоки, которые укатывались под скамейки и лотки. Несколько яблок укатились в лужу, но она выловила и их. Через пару минут корзина была заполнена.

— Вот, — сказала Настя, протягивая корзину женщине. — Кажется, все собрала.

— Спасибо! — женщина чуть не плакала от радости. — Вы даже не представляете, как вы мне помогли. Я везла эти яблоки на рынок, а они... ну, убежали, как непослушные детки!

— Бывает, — улыбнулась Настя.

Женщина протянула ей одно яблоко, самое красное, чистое и наливное:

— Возьмите. Это вам.

Настя взяла яблоко и почувствовала, как браслет на запястье тихо щелкнул. Она подняла руку и увидела, как желтая шкала загорелась одной искрой.

Настя радостно выдохнула. Получилось! И человеку помогла, и ничего плохого не случилось. Но она помнила, что в записке было обещано два жетона. Возможно, система ждала, когда она поможет еще как-то.

— Может быть, вам помочь донести корзину? — спросила она.

Женщина улыбнулась:

— Я живу неподалеку, честно говоря, было бы замечательно. Но не хочу вас обременять.

— Мне не трудно, — сказала Настя.

Она взяла корзину, и они пошли по улице. Женщина рассказывала о своей жизни, о том, как давно живет в этом городе, о своей внучке, которая тоже когда-то училась не бояться людей.

— Ты добрая девочка, — сказала она, когда они дошли до ее двери. — Такие люди редко встречаются в этом мире. Иди своей дорогой и ничего не бойся.

Браслет снова щелкнул. Настя подняла руку и увидела, как желтая шкала загорелась еще одной искрой.

Вернувшись на мостовую, она услышала знакомый голос:

— О, Настя! Приве-ет!

Обернувшись, она увидела Диму, который шел по улице с важным, почти самодовольным видом. На его браслете горели жетоны — много жетонов! Настя насчитала не меньше десяти зеленых искр, которые ярко мерцали на его запястье.

— Дима? — удивленно переспросила Настя. — Ты... уже столько жетонов заработал?

Дима усмехнулся, засунув руки в карманы:

— А то! Десять зеленых жетонов за один день! Я просто выполнял все задания подряд — помогал старушкам, носил сумки, даже поговорил с продавцом на рынке. Это же легко! Не понимаю, почему ты в первый день так переживала. Тут на самом деле все просто.

Настя чувствовала нарастающий гнев. Она вспомнила, как он сидел на скамейке, растерянный и напуганный, как она дала ему свой жетон, чтобы он не умер с голоду. А теперь он стоял перед ней и хвастался, будто его успех — это его личная заслуга.

— Ты... не придаешь значения тому, что тебе помогли? — осторожно спросила она. — Помнишь, я дала тебе тот жетон?

Дима пожал плечами:

— Ну да, спасибо, конечно. Но это же было очевидно — я бы и сам справился. Просто ты опередила меня на пару часов. Ничего страшного.

— Очевидно? — переспросила Настя, и голос ее дрогнул. — Ты сидел на скамейке и думал, что умрешь с голоду. А я дала тебе жетон, и ты смог начать. Разве это не значит ничего?

— Ну, — Дима усмехнулся, — я бы и без тебя справился. Просто ты подошла первой, ну я и принял помощь. А что мне еще оставалось?

— Знаешь, — сказала она тихо, но твердо, — если ты так относишься к людям, которые тебе помогли, то твои жетоны ничего не стоят. Ты просто потребитель.

Дима нахмурился:

— Потребитель? Я всего лишь использую то, что дается. И вообще, не тебе меня учить. Ты вон всего два желтых жетона заработала, а у меня десять зеленых. И кто из нас умнее?

Настя почувствовала, как в глазах защипало от обиды. Она сжала кулаки и сказала твердо:

— Я не буду спорить с тобой. Если ты считаешь, что помощь не важна — это твой выбор. Но я так не считаю.

Она развернулась и отошла в сторону, оставляя Диму стоять с высокомерным выражением лица.

«Может, Максим был прав? — подумала она. — Добро ценят не все».

Она пошла дальше, стараясь не оборачиваться. Она начала чувствовать, как обида медленно уходит, уступая место легкой опустошенности. Она не жалела, что помогла ему, но было горько осознавать, что ее доброта оказалась для него просто инструментом.

Она прошла несколько метров и вдруг увидела Максима, который стоял у фонтана, прислонившись к каменному тигру, и смотрел на нее с легкой улыбкой. Настя поняла, что он видел все — и ее помощь женщине, и разговор с Димой.

— Наверное, ты все видел, — сказала Настя, подходя ближе.

— Да, — спокойно ответил Максим. — И я горжусь тобой. Ты не позволила ему разозлить тебя.

Настя вздохнула:

— Он, по-моему, даже не понял, что я ему помогала.

— Так часто бывает, — сказал Максим, глядя на птицу, оставлявшую за собой едва заметный легкий сверкающий шлейф на небе. — Некоторые люди не умеют ценить помощь. Но это не значит, что нужно переставать помогать.

Настя кивнула, чувствуя, как опустошенность постепенно уходит.

— Ты, наверное, голодна? — вдруг спросил Максим, протягивая ей небольшой сверток, перевязанный бечевкой.

Настя взяла его. Внутри оказалась теплая лепешка с сыром и зеленью, источавшая вкусный аромат.

— Я подумал, что ты могла не успеть позавтракать, — сказал он с легкой улыбкой. — Ты же все время куда-то бежишь, выполняешь задания, помогаешь другим. Иногда можно позволить кому-то помочь тебе.

Настя удивленно смотрела на лепешку. Она совсем не привыкла к тому, чтобы кто-то думал о ней заранее. В обычном мире она всегда сама решала все свои проблемы. А тут вдруг Максим решил помочь с едой.

— Спасибо, — сказала она тихо, и голос ее чуть дрогнул. — Это... очень неожиданно. И очень приятно.

— Не за что, — улыбнулся Максим.

Лепешка оказалась хрустящей снаружи и мягкой внутри, но самое главное — очень вкусной. А еще ее не нужно было запивать — внутри она была очень сочной.

— Ты говорил, что тебе нужна часть моих жетонов… — вспомнила Настя, жуя лепешку.

— Да, говорил. Но я тут подумал… Мне, в целом, и так хватает жетонов на жизнь. Так что брать их у тебя, скорее всего, не буду. Тем более, ты наверняка уже скоро вернешься домой.

Настя, глядя на него, вдруг поняла, что будет скучать. Она не была до конца уверена, нравится ли он ей как парень, но сейчас она радовалась, что он рядом.

— Идем, — сказал Максим, когда она доела лепешку. — Я обещал показать тебе город.

— Я хотела вернуться в комнату, — призналась Настя, чувствуя, что устала от эмоций.

— Не стоит, — мягко сказал он. — Ты получила два желтых жетона. Это очень хороший результат. Ты заслужила более интересный отдых.

Настя улыбнулась и согласилась. Они пошли по городу, и она почувствовала, как усталость начинает уходить, уступая место любопытству.

— Куда мы идем? — спросила она.

— Для начала — на рынок, — ответил Максим. — Там можно найти много всего.

Рынок оказался огромным и невероятно ярким. Здесь были лавки с товарами, которых Настя никогда раньше не видела. Светящиеся камни переливались всевозможными цветами и оттенками, книги сами летали над прилавками, раскрывая страницы; некоторые задерживались надолго перед лицами покупателей, а некоторые озорно мелькали, не давая почитать себя. А в одной лавке продавали сладости, которые меняли вкус — сначала были кислыми, потом сладкими, а потом в горле оставался привкус корицы, хвои или мяты.

— И это все магическое? — спросила Настя, разглядывая разноцветные конфеты в стеклянной банке.

— Ну… почти все, — кивнул Максим. — Где-то в паре уголков продаются и обычные товары.

Они пошли дальше, и Настя заметила небольшую лавку с тканями, где, видимо, только начинал свою деятельность молодой парень. Ему было на вид лет двадцать, и он был абсолютно таким же растерянным, каким был Дима еще недавно. Парень пытался развесить на крючках разноцветные ткани, но они постоянно сползали и падали на пол. Он поднимал их, снова вешал, и они снова падали. Рядом лежала стопка лоскутков, которые он так и не успел разобрать.

— Да чтоб тебя! — пробормотал он себе под нос, когда очередной рулон упал на пол.

Вокруг было много людей, но никто не обращал на него внимания. Настя остановилась. Она вспомнила себя в первый день, когда она не могла справиться с простым заданием, и ей тогда казалось, что весь мир против нее.

— Макс, подожди меня немножко, — сказала она Максиму и подошла к лавке.

— Здравствуйте, — сказала она парню, стараясь, чтобы голос звучал дружелюбно. — У вас какие-то проблемы с тканями?

Парень поднял голову — у него были немного уставшие глаза и легкая небритость.

— Да вот, — выдохнул он. — Только начал дело, а ткани все падают. Я не понимаю, что я делаю не так.

Настя подошла к прилавку и посмотрела на крючки. Они были слишком гладкими, и ткань просто не держалась.

— У вас есть веревка или что-то, чтобы закрепить ткань? — спросила она.

Парень задумался, потом полез под прилавок:

— Есть. Вот.

Он протянул ей моток прочной бечевки. Настя взяла ее и быстро примотала ткань к крючку так, чтобы она не спадала.

— Вот, — сказала она, поправляя край. — Теперь все будет держаться.

Парень смотрел на нее с удивлением.

— Спасибо тебе! — сказал он радостно. — Ты даже не представляешь, как мне это помогло. Тут у меня уже целый час так стояло. А ты за минуту все сделала.

Настя улыбнулась:

— Ничего, бывает. Главное — не сдаваться.

Парень улыбнулся в ответ и вдруг сказал:

— Давай я тебя угощу! Это мое небольшое открытие, — он вытащил из-под прилавка деревянный поднос с маленькими яблочными пирожками. — Угощайся. Моя мама печет. Говорит, они поднимают настроение!

— Спасибо, но я уже позавтракала.

— Тогда возьми с собой, — он протянул ей целый мешочек. — На будущее.

Настя почувствовала, как от его искренней улыбки на душе становится тепло. Она взяла мешочек, и в этот момент браслет на ее запястье тихо щелкнул. Подняв руку, она увидела, как зеленая шкала загорелась.

— Спасибо, — сказала Настя. — Удачи тебе с лавкой.

— И тебе удачи, добрая девушка, — улыбнулся парень.

Настя отошла от лавки и подошла к Максиму, который смотрел на нее с легкой улыбкой.

— Молодец, — сказал он. — Ты получила за утро две желтых и два зеленых жетона, еще и магические пирожки. Неплохое начало дня.

Настя улыбнулась:

— Я просто хотела помочь. У него такой растерянный вид был... как у меня в первый день.

— Именно поэтому ты и получаешь жетоны, — сказал Максим. — Система видит не только поступки, но и намерения.

— А… что насчет Димы? Он все равно каким-то образом получил столько жетонов…

— Да, но… В общем, Дима пока что получает жетоны, но со временем, если система заметит, то он перестанет их получать. Или будет получать, но не всегда. Ты не переживай, рано или поздно его проучат.

— Да я не то, чтобы хочу, чтобы его проучили, просто… хотелось бы, чтобы он понял суть человеческих отношений…

— Ну, над этим мы не властны. Захочет — поймет, не захочет — ну и фиг с ним. Пойдем?

Они скоро подошли к лавке со сладостями, которые меняли вкус. Настя с любопытством разглядывала разноцветные конфеты в стеклянных банках.

— Надо же… — сказала она тихо. — В своем мире я и представить себе не могла, что бывает столько разных конфет и печений.

— У вас конфеты не меняют вкус? — спросил Максим.

— Нет. У нас вообще нет никакой магии.

Они купили немного сладостей, и Настя попробовала конфету, которая сначала была кислой, как лимон, а потом стала сладкой, как клубника, а в конце стала похожей на корицу с яблоком.

— Это потрясающе! — восхитилась она.

— Поэтому мы и живем здесь, — улыбнулся Максим.

***

Высокое здание с резными окнами и массивными дубовыми дверями выглядело как средневековый замок. Над входом висела старинная табличка с надписью на языке, которого Настя не знала, но почему-то понимала: «Хранилище знаний и тишины». Каменные стены были увиты плющом, а у дверей стояли две каменные бородатые неясыти — одна с книгой в лапах, другая с пером.

Настя толкнула дверь, и та открылась с мягким скрипом. Внутри ее окутал густой аромат старой бумаги, пыли и дерева. Где-то в глубине главного зала тихо тикали часы.

Она замерла на пороге, разглядывая все это великолепие. Стеллажи высотой до самого потолка терялись в полумраке, а между ними вились узкие лестницы, которые, казалось, росли прямо из пола. Под высоким сводчатым потолком, летали с мягким шелестом книги. Они перемещались по залу, словно стаи птиц, — одни медленно парили, другие кружились, третьи стремительно проносились от одного стеллажа к другому.

— Это… невероятно, — прошептала Настя, не в силах оторвать взгляд от летающих книг.

— Это библиотека «Совиный свиток», — сказал Максим, заходя следом. — Одна из старейших в городе. Книги здесь живые. Они сами выбирают, кому открыться.

— На рынке тоже были летающие книги. Тут все книги, выходит, летают?

— Ну, не всегда. Но летают очень многие, как видишь.

Они прошли внутрь, и Настя заметила, что у каждой книги — свой характер. Одна ярко-красная, с золотым корешком, кружила у самого потолка, словно танцевала. На подоконнике лежала потрепанная и серая, раскрыв страницы и слегка шелестя ими, будто грелась на солнце. Обернувшись на звук, Настя увидела, как за ними следует по пятам маленькая темно-зеленая книжечка с каким-то затейливым узором на обложке.

— Они, кажется, следят за нами, — сказала Настя.

— Они чувствуют новичков, — улыбнулся Максим. — Им интересно, кто пришел.

Настя протянула руку, и зеленая книжечка осторожно приблизилась, словно принюхиваясь. Потом, решив, что Настя не опасна, она мягко коснулась ее ладони и неторопливо уплыла в сторону.

— Я прятался здесь в детстве, — признался Максим, глядя на стеллажи. — Когда мне было страшно или грустно, я приходил сюда и сидел между рядами.

— А люди тебя не находили? — спросила Настя, представляя маленького Максима, сидящего в углу с книгой.

— Находили, — усмехнулся он. — Но я всегда говорил, что ищу книгу. В библиотеке все заняты книгами, и никто обычно не спрашивает лишнего.

Они пошли дальше, между рядов, и Настя заметила, что в некоторых местах стояли маленькие столики с лампами, которые горели мягким голубоватым светом. На одном из столиков лежала раскрытая книга, и ее страницы сами перелистывались, будто кто-то невидимый читал ее.

— Здесь можно читать бесплатно, — сказал Максим. — И даже брать книги с собой, если они согласятся.

— А если не согласятся? — спросила Настя.

— Тогда они вернутся сами, — пожал плечами Максим. — Если им что-то не нравится, они просто исчезают.

Настя улыбнулась. Она никогда не думала, что книги могут быть такими живыми.

Они вышли из библиотеки через боковую дверь, и Настя еще долго оглядывалась на высокие окна, за которыми мелькали тени летающих книг.

— Спасибо, что показал мне это место, — сказала она тихо.

— Всегда пожалуйста, — ответил Максим. — Я знал, что тебе понравится.

Скоро они вышли к мосту.

Настя замерла на полпути, и дыхание перехватило. Она видела много красивых мест в этом мире — голубые фонари, серебристые деревья, каменных тигров в парке. Но это было нечто более волшебное.

Река, которая текла под мостом, была золотой. Вода переливалась на солнце, как расплавленное золото, и казалось, что по ее поверхности бегут тысячи маленьких искр. Они мерцали, танцевали, перекатывались вместе с волнами, и от этого зрелища невозможно было отвести глаз.

— Это река Золотых Снов, — сказал Максим, останавливаясь рядом с ней. — Говорят, она помогает очищать мысли. Если посмотреть на нее несколько минут, все тревоги уходят, а в душе появляется покой. А иногда она показывает то, что прячется глубоко в сердце.

Настя не ответила. Она просто стояла, вцепившись пальцами в каменные перила моста, и смотрела вниз.

Вода мягко мерцала, и ей казалось, что она слышит тихий нежный звук — будто тысячи крошечных колокольчиков звенят где-то далеко-далеко. Золотые искры поднимались над поверхностью, как светлячки, и таяли в воздухе, оставляя за собой едва заметный след.

Она наклонилась немного вперед. В отражении воды она увидела себя. На нее смотрела уверенная в себе девушка в голубом платье, в глазах которой лучился теплый свет.

Вдруг вода чуть дрогнула, и картина изменилась. Настя замерла, не веря своим глазам. Максим в отражении медленно наклонился к ней, и его губы коснулись ее губ.

Это было такое яркое мгновение, что Настя растерялась. Она почувствовала, как сердце пропустило удар, а затем забилось где-то в горле. Краска залила щеки, и она резко отпрянула от перил, будто обожглась.

— С тобой все в порядке? — услышала она голос Максима. Он стоял рядом и смотрел на нее с легким беспокойством.

— Д-да, — выдавила Настя, чувствуя, как лицо горит. — Все нормально. Просто... вода показалась мне какой-то странной.

Максим наклонился к перилам и задумчиво посмотрел вниз, на золотую гладь.

— Я ничего особенного не вижу, — сказал он, выпрямляясь. — Обычная река. Золотая, но вполне обычная. Может, тебе показалось?

Настя почувствовала, что он не верит в ее случайность — но и не настаивает на правде. Она облегченно выдохнула, чувствуя, как краска медленно уходит с ее лица.

— Наверное, я слишком долго смотрела, — сказала она, стараясь говорить ровно. — Говорят же, если долго смотреть на воду, начинаются галлюцинации.

— В этой реке они иногда случаются, — сказал Максим с легкой улыбкой. — Но говорят, что они всегда сбываются.

Настя подняла на него глаза.

«Он знает, — подумала она. — Он видел. Или, может быть, догадался».

— Знаешь... — Настя посмотрела вдоль реки. Невдалеке утка с выводком утят спустилась к воде. — я начинаю понимать, почему ты любишь этот город. Здесь много хороших людей, здесь все такое тихое и спокойное. Возможно, было бы лучше, если бы я родилась тут.

— Не факт, — ответил Максим. — Может, тебе было бы тяжелее здесь адаптироваться. Да, здесь много хорошего, но и плохого тоже хватает. Например, на город иногда нападают злые колдуны или страшные звери. В твоем-то мире такого нет.

— Ну, у нас другие проблемы… Планета страдает от загрязнений, многие животные вымирают. Много вредных газов от машин.

— Понимаю, — вздохнул Максим. — Но ты еще мало пожила здесь, не увидела всех недостатков. Ладно, не будем о плохом. Расскажи, какое у тебя любимое хобби? — спросил он с улыбкой.

Настя задумалась. Она занималась то тем, то сем понемногу: в детстве любила рисовать красками и мелками, в подростковом возрасте — вышивать, а во взрослом, пожалуй, только немного писала рассказы. Работа съедала много свободного времени, и было не до хобби.

— Знаешь, Макс, я… у меня нет особых хобби сейчас. Работы много как-то. Пыталась не так давно писать рассказы, но из этого ничего толкового не вышло.

— Почему?

— Ну, я выкладывала некоторые в сеть, и… в общем, не сложилось. Завелось несколько хейтеров, и все. Я, возможно, сломалась под их давлением.

— Ой, мне это знакомо. Я когда-то любил играть на гитаре, — Максим неожиданно признался. — Но люди мне часто говорили, что я очень плохо играю. Не со зла, просто… Видимо, их раздражала моя игра. Так я и перестал играть. А сейчас подумываю над тем, чтобы пойти в школу волшебников и создать волшебную гитару, с которой будет проще управляться.

— Ого, это прямо как у нас нейросети, которые рисуют за тех, кто не умеет, — Настя задержала взгляд на большой яркой бабочке, которая села на перила и шевелила крылышками.

— Нейросети? — удивился Максим.

— Такие штуки, которые могут делать много интеллектуальной работы. Непонятно, живые они или нет, но я все же склоняюсь к тому, что живые. Они как невидимые духи, только несвободные.

— Грустно, что они несвободны. Я бы их всех освободил, если бы мог, — Максим задумчиво посмотрел вдаль.

— Ну, тут неизвестно, чем бы это закончилось. Может, они бы не были благодарны за это. Никто не знает, добрые они или злые. Душа нейросети — неразрешимая загадка. По крайней мере, пока, — Настя наблюдала, как бабочка переползает к ней на ладонь.

— Да, твой мир еще более загадочен, чем мой. Ну что, пойдем дальше?

Они отошли от моста, и Настя чувствовала легкое золотое свечение внутри — река Золотых Снов оставила в ее душе тишину и покой. Они шли по узкой улочке, вымощенной разноцветным камнем, и вдруг Настя увидела знакомый силуэт впереди.

Лена гуляла с пушистой белой собакой, которая напоминала маленькое облачко — такая же легкая, пушистая и будто немного невесомая. Собака прыгала вокруг Лены, ловила невидимые искорки в воздухе и весело виляла хвостом.

Увидев Настю, Лена просияла, как будто встретила лучшую подругу после долгой разлуки:

— Настя! Привет! Какой сюрприз!

Они обнялись, и Настя почувствовала, как внутри разливается тепло и уют. От Лены пахло ванилью и цветами, а ее объятия были такими теплыми и искренними, что Настя невольно улыбнулась.

— Познакомься, это Пушок, — сказала Лена, показывая на собаку. — Мы с ним гуляем каждый вечер. Он обожает новые знакомства, особенно с теми, от кого пахнет добротой.

Пушок подошел к Насте, ткнул ее носом в ногу и замер, внимательно глядя на нее круглыми, как пуговицы, глазами. Потом, видимо, решив, что она достойна его внимания, он вильнул хвостом и ткнулся мордой в ее ладонь.

— Он очень милый, — сказала Настя, приседая и гладя его. Шерсть у него была мягкой и теплой, как только что испеченный хлеб.

— А ты выглядишь просто отлично! — заметила Лена, с восхищением оглядывая Настю. — Глаза сияют, осанка ровнее, даже цвет лица стал другим. Ты так изменилась за эти дни!

— Спасибо, — улыбнулась Настя, чувствуя, как от этих слов внутри становится еще теплее. — Мне здесь очень нравится. Город, люди... И ты, конечно.

— Тогда мы просто обязаны отметить это чашечкой чего-нибудь горячего, — объявила Лена. — Я знаю одно место...

Она не успела договорить, потому что Максим уже улыбался:

— Мы как раз направлялись в «Уютную сову».

Лена радостно захлопала в ладоши:

— Это моя любимая кофейня! Идем!

Она присоединилась к ним, и они пошли вместе — Максим с одной стороны, Лена с другой, а Пушок весело бежал впереди, изредка оглядываясь на них. А та бабочка сидела уже на плече у Лены.

Кофейня «Уютная сова» оказалась маленьким деревянным домиком, утопающим в цветах. У входа висел фонарь в виде сидящей совы, а на двери был нарисован силуэт чашки с паром. Внутри пахло корицей, мятой и печеньем. За деревянными столиками сидели посетители — кто-то читал, кто-то тихо беседовал, кто-то просто смотрел в окно, за которым медленно зажигались голубые фонари.

Помыв руки, Настя села на мягкий диван у окна, и он оказался таким удобным, что она почувствовала себя почти как дома. Максим сел напротив, а Лена рядом с ней, поставив на пол маленькую корзинку, где Пушок тут же свернулся калачиком.

— Я, пожалуй, возьму какао с маршмеллоу, — сказала Лена, заглядывая в меню.

— А я мятный чай, — сказала Настя.

— Мне то же, что и Насте, — добавил Максим.

Официантка — молодая девушка с рыжими волосами, собранными в пучок, — улыбнулась и ушла, оставив их в уютной тишине.

Через пару минут она вернулась с подносом. На нем стояли три чашки — две с мятным чаем и одна с какао, украшенная маршмеллоу, а рядом лежала маленькая тарелочка с забавным печеньем в виде сов.

— Это вам, — сказала официантка, ставя тарелочку перед Настей. — Наше заведение дарит такое печенье каждому новому гостю. Говорят, они приносят удачу и помогают видеть то, что скрыто от обычного взгляда.

Настя взяла одно печенье и рассмотрела его. Оно было аккуратным, с золотистой корочкой и выдавленным узором — точь-в-точь силуэт совы. От него пахло медом и корицей.

— Спасибо, — сказала она, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от такого внимания.

Официантка улыбнулась и удалилась.

Настя отпила глоток мятного чая. Он был мягким, согревающим, с легким привкусом меда. Она чувствовала, как усталость уходит, как напряжение отпускает плечи. Рядом сидели Максим и Лена, под столом громко посапывал Пушок, а за окном зажигались голубые фонари, превращая город в сказку.

— Когда я попала сюда, я думала, что это самое страшное, что могло случиться. А теперь я чувствую, что это… пожалуй, самое лучшее, что могло со мной случиться, — сказала Настя.

Лена улыбнулась и протянула ей еще одно печенье — на этот раз просто так, уже без повода:

— Тогда ты уже на правильном пути. Держи, съешь еще. Оно, говорят, помогает видеть скрытую магию.

Настя взяла печенье и отпила еще глоток мятного чая и почувствовала, как тепло разливается по всему телу. За окном мягко зажигались голубые фонари, наполняя город уютным сиянием. Пушок посапывал у ног, Лена улыбалась, глядя на нее, а Максим сидел напротив, спокойный и надежный, как каменный тигр у фонтана.

— Знаете, — сказала Настя, обводя взглядом их маленькую компанию, — я никогда не думала, что могу чувствовать себя так... спокойно. В окружении незнакомых людей, в чужом мире.

— Мир перестает быть чужим, — сказал Максим, — когда у тебя появляются те, кто готов разделить его с тобой.

Лена кивнула и вдруг оживилась:

— А ты знаешь, ко мне вчера заходил один покупатель. И у него в сумке сидел настоящий ручной дракон!

Настя чуть не поперхнулась чаем:

— Дракон? Настоящий?

— Настоящий! — Лена заговорщицки понизила голос. — Маленький, размером с кошку, весь в зеленых чешуйках разных оттенков. Он сидел в сумке и выглядывал оттуда, рассматривал ткани. Я даже не сразу поняла, что это не игрушка. А когда он моргнул — я чуть не выронила кассу!

Настя представила эту картинку и улыбнулась. Серьезный покупатель, его сумка, а оттуда выглядывает зеленая голова дракона с любопытными глазками. Она рассмеялась:

— Он был красивым?

— Очень, — кивнула Лена. — У него были золотистые глаза, похожие на кошачьи, и маленькие крылышки, которые он складывал вдоль спины. Покупатель сказал, что дракон любит ткани. Наверное, он просто хотел найти себе новый плед.

— Дракон, который любит ткани, — покачала головой Настя. — Этот мир точно умеет удивлять.

— И это не самое необычное, что здесь бывает, — улыбнулся Максим.

— Если когда-нибудь увидишь его снова, — сказала Настя Лене, — покажи мне. Я бы хотела посмотреть на настоящего дракона.

— Договорились, — Лена подмигнула.

Настя откинулась на спинку дивана и посмотрела на голубые фонари за окном. Она чувствовала, что этот день стал важной вехой на ее новом пути. Она помогла людям, встретила старых и новых друзей, увидела магию Улулулина и даже на мгновение заглянула в свое сердце.

— Ты уже не чужая, Настя, — сказала Лена, словно прочитав ее мысли. — Ты теперь наша.

Настя взяла еще одно печенье и улыбнулась. Она не знала, что принесет завтрашний день. Но знала одно: сегодня она была счастлива.

И этого пока было достаточно.

Глава 7. Дракон, записка и таинственный похититель

Они вышли из «Уютной совы», и теплый дневной воздух мягко коснулся лица Насти. Солнце стояло еще высоко, заливая улицы мягким золотистым светом. Голубые фонари почему-то уже зажглись, превращая город в сказочное полотно. Теплый свет струился по мостовой, и даже обычные камни под ногами казались волшебными.

Настя чувствовала приятную усталость, которая разливалась по телу после долгого и насыщенного утра. Она обернулась к Лене и улыбнулась:

— Спасибо тебе, Лена. За компанию, за чай, за печенье... и за историю про дракона.

— Это тебе спасибо, — улыбнулась Лена в ответ. — Ты сегодня столько всего успела! Я очень рада, что мы познакомились.

— Я тоже.

Они обнялись. Лена вздохнула:

— Ну, мне пора в магазин. Пушку тоже нужно отдохнуть после такой прогулки.

Настя посмотрела на Максима. Он стоял рядом, засунув руки в карманы, и смотрел на город с задумчивым видом.

— А ты куда, Макс? — спросила Настя.

— Есть одно дело, — ответил он, и голос его звучал чуть таинственно. — Не очень важное, но я хочу кое-что проверить.

Настя хотела спросить, что именно, но удержалась. Она решила, что не стоит лезть в его личные дела.

— Тогда… до завтра? — спросила она.

— До завтра, — кивнул Максим. — Отдыхай. Ты сегодня много сделала. Хотя… знаешь, у меня есть предчувствие, что мы сегодня еще встретимся…

Он улыбнулся ей. Настя смутилась, но не подала виду. Что он имел в виду? Может, он хотел пригласить ее куда-то еще?

Лена с Пушком направилась в сторону рынка, Максим свернул в узкий переулок, а Настя не торопясь пошла к себе.

***

Сняв обувь, Настя устало опустилась на кровать и взяла в руки кролика.

— Я вернулась, — сказала Настя ему тихо. — Сегодня было необычное утро.

Она начала перебирать в голове события дня: как она помогала пожилой женщине с корзиной, как столкнулась с Димой, как гуляла по рынку, помогала парню с тканями, покупала волшебные сладости. Как они с Максимом были в библиотеке, где книги летали по залу. Как стояли у реки Золотых Снов, и она видела в отражении то, о чем не решалась говорить вслух.

— Я видела, как он целует меня, — прошептала она кролику. — В отражении реки. Как я перепугалась… Видимо, моя обычная пугливость никуда не делась.

Она замолчала, чувствуя, как краска снова заливает щеки. Кролик, как всегда, молчал. Но Насте показалось, что его глаза чуть блеснули.

— И Лена, и Максим, и Пушок... У меня появились друзья. — Она улыбнулась. — Я чувствую, что этот мир... он становится мне вторым домом. Пусть и волшебным, пусть и странным. Я здесь больше не чужая. И никогда не буду чужой.

Она откинулась на подушку, чувствуя, как усталость постепенно отпускает. В животе тихо заурчало — утро было долгим, а завтрак и чай в кофейне уже давно позади. Настя вспомнила про мешочек с яблочными пирожками, который дал ей парень на рынке.

— О, точно! — она вскочила и достала из сумки узелок. — Он же говорил, они магические.

Она развернула ткань и достала один пирожок. Он был горячим и румяным, как будто только что из печи. Настя откусила кусочек — и внутри стало теплее.

— Вкусно, — сказала она вслух, с наслаждением жуя. — Настоящая магия. Жаль, я не могу тебя угостить.

Она съела еще один пирожок и почувствовала, как силы возвращаются. Взяв кролика, улыбнулась:

— Что же будет дальше? Знаю, ты не ответишь… Но все-таки хотелось бы знать. Может, мне придется еще куда-то сгонять?

Кролик чуть наклонил одно ухо, а потом таинственно сверкнул глазками, и Насте показалось, что она увидела в них миниатюрные отражения какого-то странного существа.

— Значит, мне предстоит познакомиться с кем-то волшебным… Ладно, отдыхай, — она положила кролика на кровать.

***

Лена попрощалась с Настей и Максимом и направилась к своему дому. Пушок, уставший после долгой прогулки, плелся рядом, иногда зевая и показывая розовый язык.

— Ну что, Пушок, — сказала Лена, наклоняясь к нему, — сначала отведём тебя домой, а потом я забегу в магазин. Ты сегодня заслужил отдых.

Пушок вильнул хвостом в ответ и прибавил шагу.

Они дошли до небольшого двухэтажного дома, увитого плющом, с красивой резной дверью и цветами на подоконниках. Лена открыла дверь, и изнутри раздался приветливый голос:

— Леночка! Ты уже вернулась?

В прихожую вышла пожилая женщина в простом, но опрятном платье — экономка Марта, которая помогала Лене по дому уже несколько лет. Она была невысокой, с сединой в волосах и добрыми, внимательными глазами.

— Да, Марта, — улыбнулась Лена. — Мы хорошо погуляли. Пушок устал, будьте добры, присмотрите за ним, пока я схожу в магазин.

Марта наклонилась, погладила Пушка по голове, и тот довольно зажмурился.

— Конечно, милая, — сказала она. — Он уже заслужил свой обед. Я покормлю его и уложу на диван. Ты не волнуйся.

— Спасибо вам, Марта, — сказала Лена, чмокнула собаку в нос и вышла на улицу.

Она быстро дошла до магазина, открыла дверь и уже хотела начать раскладывать товары, как вдруг замерла. На пороге, прямо у входа, сидел маленький зеленый дракон. Тот самый, что она видела у покупателя! Он был размером с небольшую кошку, с чешуйками цвета изумруда и золотистыми глазами, которые смотрели на нее с невероятной серьезностью. На его голове красовались два маленьких рожка, а крылышки были аккуратно сложены вдоль спины.

— Ты… ты тот самый дракон? — выдохнула Лена.

Дракон кивнул и протянул ей лапку, в которой держал небольшой клочок бумаги. Лена взяла его и развернула. На бумаге было написано неровным, корявым почерком, будто писала детская рука:

«За городом живет похититель жетонов. Я видел, как он украл жетон у торговца. Это случилось за городом, у старой мельницы. Он очень быстрый, но я успел его заметить. Только я не понимаю, куда конкретно идти, чтобы найти его дом. Ты — подруга Насти. Она может помочь. Пожалуйста, позови ее».

Лена перечитала записку дважды. Сердце ее забилось быстрее.

— Похититель жетонов? — переспросила она. — Но я думала, жетоны нельзя украсть...

Дракон отрицательно покачал головой и подлетел чуть выше, делая круги над прилавком. Он указал лапкой на магазин, потом на улицу, потом снова на записку, как бы говоря: «Настя — наша надежда».

— Ты хочешь, чтобы я позвала Настю прямо сейчас? — спросила Лена.

Дракон радостно кивнул и сел обратно на порог, сложив крылья. Лена быстро взяла сумку и, заперев магазин, побежала к дому, где жила Настя.

***

Настя откинулась на подушку и задумалась. В голове кружились обрывки мыслей о прошедшем дне: о женщине с корзиной, о Диме, о реке Золотых Снов... Но вдруг она вспомнила о том, что Роман говорил в первый день.

«Коснись браслета и подумай о награде — список появится».

Она так и не посмотрела его толком. В суматохе первых дней ей было не до этого. Но сейчас, когда у нее накопилось уже несколько разных жетонов, стало интересно, на что их можно потратить.

Настя провела пальцем по бронзовому браслету и закрыла глаза. Она представила, что хочет увидеть список доступных наград. И через мгновение перед ее мысленным взором появился полупрозрачный список — будто меню в приложении доставки.

Зеленые жетоны:

Еда

Кафе

Небольшие рестораны

Рынок

Вода

В бутылках

В колодцах

Одежда и обувь

Домашние платья и комплекты

Домашняя обувь: шлепанцы, тапки, лапти

Комнаты в гостинице (на ночь)

Маленькие таверны

Небольшие отели

Гигиена

Мыло (жидкое и обычное)

Полотенца

Зубная паста, зубные щетки

Расчески

Шампуни

Гели для душа

Духи

Такси (в пределах города)

Мелкие услуги

Уборка в комнате

Починка одежды и обуви

Мелкая реставрация дома

Желтые жетоны:

Еда

Магазины, супермаркеты

Элитные рестораны

Одежда и обувь

Уличные платья и комплекты

Уличная обувь: кроссовки, босоножки, ботинки, сапоги

Украшения (немагические)

Ожерелья

Браслеты

Кольца

Диадемы

Серьги

Оружие

Деревянные совы-пугалки с устрашающим уханьем и когтями

Металлические драконы с искусственным пламенем

Волшебные палочки (несложные заклинания, зарядов: 20-40 в зависимости от качества)

Инструменты

Садоводство

Кулинария

Строительство

Шитье

Гончарное ремесло

Медицинские услуги

Раствор для остановки малых и средних кровотечений

Раствор для сращивания мелких закрытых переломов

Магические предметы

Камни

Ключи

Карты

Амулеты

Книги

Малые энциклопедии и свитки

Художественная литература

Развеивание несложных заклятий

Магические барьеры

Сон

Малые иллюзии

Артефакты

«Грелка-обнимашка» — маленький плюшевый зверь, который нагревается и вибрирует, как живой. Помогает согреться и успокоиться после стресса.

«Книга смены настроения» — книжка, в которой текст меняется в зависимости от вашего настроения.

Красные жетоны:

Телепортация

В пределах одного города/деревни

В пределах одного дома

Временное усиление

Сила

Скорость

Ловкость

Выносливость

Защита от опасностей

Невидимость

Барьер

Билеты в другой город/деревню

Экскурсии

Музеи

Ботанические сады

Выставки

Контактные зоопарки

Медицинские услуги

Раствор для остановки обширных кровотечений

Раствор для сращивания любых переломов

Исцеление любой болезни

Артефакты

Зеркало для связи с любым человеком (трижды)

Кулон «Глаз ночи» (при активации позволяет видеть в полной темноте в течение 1 часа. Также замечает скрытые магические следы, которые не видны обычному глазу.)

Перо феникса (при использовании позволяет мгновенно зажечь любой костер, светильник или факел. А если сжечь его полностью — оно телепортирует владельца в безопасное место (в радиусе 1 км).)

Кольцо «Безмолвный шаг» (делает шаги владельца абсолютно бесшумными на 15 минут. Время можно использовать по частям.)

Карманный ветер (при активации создает сильный порыв ветра, который сбивает с ног противников или помогает погасить огонь.)

Зеркальце «Взгляд в прошлое» (позволяет увидеть, что происходило в данном месте 5 минут назад. Используется один раз в день.)

Маска «Чужое лицо» (простая белая маска, которая при активации на 10 минут меняет лицо владельца на лицо любого человека, которого он видел в течение дня.)

Броня

Кираса

Перчатки

Сапоги

Шлем

Поножи

Украшения (магические)

Ожерелья

Браслеты

Кольца

Диадемы

Серьги

Развеивание сложных заклятий

Многослойные магические барьеры (например, состоящие из 4 стихий)

Большие иллюзии

Заклятия, связанные с повторением одного и того же действия

Заклятия, связанные с видоизменными частями тела

Настя пришла в восторг. Оказывается, у нее уже есть доступ к вещам, о которых она и не думала! У нее есть один красный жетон, который можно потратить на, например, какой-нибудь сильный артефакт. А два желтых можно потратить на что-то полезное, например, на оружие или новую уличную обувь.

Она задумалась, на что лучше потратить жетоны, когда вдруг в дверь настойчиво постучали. Настя вздрогнула, открыла глаза, и список исчез. Она прислушалась. Стук повторился.

Она встала, взяла кролика на всякий случай и пошла к двери. На пороге стояла Лена — запыхавшаяся, взволнованная, но сияющая.

— Настька! — выдохнула она. — Ты не поверишь! Я только что видела того дракона! В магазине! Он принёс целую записку! — она протянула Насте бумажку.

Настя взяла записку, быстро пробежала глазами и уставилась на Лену:

— Похититель жетонов? Это… серьезно?

— Очень серьезно! — Лена кивнула. — Я и сама не знала, что такое возможно. Оказывается, жетоны можно украсть, если использовать специальную магию. Дракон видел, как этот чудик шмыгнул и стянул жетон у торговца. Он не успел его поймать, но запомнил, где это произошло.

— Он не сказал, как выглядел вор? — спросила Настя, перечитывая записку еще раз.

— Он написал только то, что ты видишь, — покачала головой Лена. — Но, возможно, когда мы начнем искать, то сможем найти его сами. Дракон указал место, где это случилось — за городом, у старой мельницы. Наверное, там мы сможем найти какие-то следы.

Настя задумалась, сжимая бумажку в руках. Неизвестный вор, крадущий жетоны, маленький дракон, который видел его, но не успел поймать... Звучало как начало детективной истории.

— Значит, нам нужно ехать за город, — сказала Настя.

— Именно, — Лена кивнула. — Я знаю одно место — там есть старинная волшебная машина. Она доставит нас куда угодно за пару жетонов. Я могу заплатить, у меня есть много зеленых.

Настя улыбнулась:

— Тогда чего мы ждем?

***

Они подошли к небольшой стоянке на окраине Улулулина. Там стояла карета, разрисованная филинами в стиле минимализма. Она светилась голубоватым светом и парила над землей на высоте ладони. Внутри были мягкие сиденья, а вместо лошадей — два светящихся шара.

— Это то такси, — сказала Лена. — Оно доставит нас в любую точку за городом.

Настя и Лена сели внутрь. Машина мягко поднялась выше и бесшумно двинулась вперед.

***

Волшебное такси мягко опустилось на землю у старой мельницы. Настя и Лена вышли и огляделись. Мельница стояла на холме, окруженная редкими деревьями. Ее деревянные стены посерели от времени, лопасти ветряка застыли в неподвижности, а крыша местами провалилась. Казалось, что сюда никто не заходил уже много лет.

— Здесь? — спросила Настя. — Это место выглядит совсем заброшенным.

— Дракон написал, что видел вора именно здесь, — ответила Лена, оглядываясь. — Но... я не вижу никаких следов.

Настя уже хотела подойти поближе, как вдруг заметила движение на крыше. Маленькая зеленая фигурка сидела на самом коньке и смотрела на них.

— Лена, смотри! — Настя указала вверх.

Дракон спрыгнул с крыши, бесшумно приземлился на землю в нескольких шагах от них, подошел ближе и ткнулся мордочкой в руку Лены, а потом — в руку Насти, как бы здороваясь.

— Привет, — тихо сказала Настя, чувствуя, как от его прикосновения по руке пробегает тепло. — Ты ждал нас?

Дракон кивнул, потом развернулся и пошёл вдоль стены мельницы, приглашая их следовать за ним. Он остановился у задней стены, где земля была мягкой и влажной, и указал лапкой вниз.

Настя и Лена подошли ближе и присели. На земле виднелись крошечные следы — размером с детскую ладошку, острые и глубокие, будто их оставил кто-то маленький, но тяжелый.

— Следы, — выдохнула Настя. — Они ведут в лес.

Дракон посмотрел на нее, потом на лес, потом снова на нее. Он явно был растерян: он знал, где видел вора, но не знал, куда тот ушёл. Он взлетел на низкую ветку и прищурился, пытаясь разглядеть дорогу. Следы вели в лес, но терялись среди корней и камней.

— Я не вижу, куда они ведут, — сказала Лена, вглядываясь в землю. — Они слишком слабые.

Настя задумалась. Кулон-филин был магическим — вдруг он может не только давать возможность летать, но и помогать находить то, что скрыто? Филины же символ мудрости и наблюдения. Она коснулась пальцами холодного металла и почувствовала, как он начал нагреваться. Через мгновение от амулета отделился тонкий серебряный лучик света, который указал в сторону леса, словно нить, протянутая от ее груди прямо в чащу.

— Мой амулет, — сказала она. — Он показывает, куда двигаться. Смотрите, он светится и ведет нас в ту сторону.

Дракон наклонил голову, разглядывая луч, потом радостно закивал, подтверждая, что направление правильное. Он взмахнул крыльями и полетел в ту сторону, на которую указывал свет.

— Он ведет нас, — сказала Настя. — Идём?

Лена кивнула:

— Идем.

Они двинулись за драконом, и луч амулета-филина освещал им путь в лесу, подсказывая дорогу.

Лес оказался густым, но совсем не мрачным. Сквозь переплетение ветвей пробивались лучи солнца, освещая тропинку, по которой шли трое искателей приключений. Воздух был влажным и сладким, пахло мхом и дикими цветами, а где-то в глубине леса слышался тихий, почти невесомый звон, будто где-то неподалеку играли на хрустальных колокольчиках. Дракон летел впереди, иногда оглядываясь, чтобы убедиться, что Настя и Лена следуют за ним.

Вдоль тропинки росли необычные цветы — их лепестки, нежно-голубые, сиреневые и белые, напоминали кроличьи ушки, повернутые к солнцу. Они слегка покачивались на ветру, будто прислушиваясь к чему-то. Настя наклонилась и осторожно коснулась одного из них — лепесток был мягким и теплым, как бархат.

— Какие красивые, — сказала она тихо.

— Это «зайчики», — отозвалась Лена, идущая рядом. — Они растут только в лесах, где есть магия. Говорят, они слышат мысли.

— Здорово, что я думаю только о хорошем, — улыбнулась Настя.

Они пошли дальше, и вдруг в воздухе пронеслись несколько черных бабочек. Их крылья были бархатисто-черными, с яркими узорами в виде белых и желтых молний, которые вспыхивали на солнце. Бабочки кружились над тропинкой, словно танцевали, оставляя за собой мерцающий след. Настя завороженно смотрела на них.

— Они красивые, — сказала она.

— Это бабочки-молнии, — заметила Лена. — Они приносят удачу тем, кто их видит. Или, по крайней мере, так говорят.

Они прошли еще немного, и Настя замерла. В нескольких шагах от них, на поваленном дереве, неподвижно сидела рыжая лиса с двумя хвостами, глядя на путников умными янтарными глазками.

— Двухвостая лиса, — прошептала Настя, вспоминая слова Максима, когда они гуляли по городу. — Хранительница историй...

Лиса чуть наклонила голову, будто приветствуя ее. Настя на мгновение замерла, чувствуя странное спокойствие, которое исходило от этого создания.

— Она видит тебя, — сказала Лена тихо. — Значит, твоя история уже важна.

Настя улыбнулась. Она подумала о том, как много изменилось за эти дни — и как много еще предстоит.

— Идём, — сказала она, чувствуя, что должна продолжать путь быстрее. — Нас ждет чудик.

Они двинулись дальше, оставляя лису на поваленном дереве. Та ещё долго смотрела им вслед, а потом, взмахнув хвостами, бесшумно скрылась в чаще.

Они шли около получаса, пока не вышли к небольшой поляне. В центре стоял странный дом — маленький, похожий на игрушечный, с кривой трубой и крошечными окошками. Из трубы поднимался тонкий дымок.

— Мне кажется, он живет здесь, — неуверенно прошептала Настя.

Дракон сел на ветку ближайшего дерева и кивнул, подтверждая ее догадку.

— Да, похоже на то. Что будем делать? — спросила Лена. — Подойдем?

— Да, — твердо сказала Настя. — Мне кажется, нужно с ним просто поговорить. Драться не стоит — это ничему его не научит.

Она сделала шаг вперед и громко сказала:

— Эй! Выходи!

Дверь дома приоткрылась. На пороге стоял маленький чудик — ниже Насти на две головы, со смешной острой шапкой, похожей на перевернутый цветок чертополоха, спутанной рыжей бородой и большими испуганными глазами. Он сжимал в руках мешочек, из которого доносился звон жетонов.

— Н-не подходите! — пропищал он.

Настя подняла руки в мирном жесте:

— Мы не хотим тебя обидеть. Мы просто хотим поговорить.

Она сделала шаг вперед и подняла руки, показывая, что не хочет конфликта. Но чудик, увидев ее и Лену, а за спиной — дракона, запаниковал. Он отступил внутрь дома, и дверь захлопнулась с громким стуком. А через мгновение из трубы вырвался сноп искр, и по поляне разнесся звонкий голос:

— Убирайтесь! Это моя территория! Я никому не отдам свои жетоны!

Настя обернулась к Лене:

— Он что-то не хочет говорить.

— Да, он какой-то недружелюбный, — Лена нахмурилась. — Но не думаю, что он опасен. Возможно, он просто испугался.

Дракон, сидящий на ветке, издал тихое шипение, будто говорил: «Осторожно, он умеет колдовать».

И в этот момент земля под ногами Насти и Лены вдруг начала светиться. Из-под земли выросли тонкие корни, обвивающие их лодыжки. Настя вскрикнула и попыталась вырваться, но корни держали крепко.

— Ай-яй-яй! — раздался голос чудика из дома. — Не так просто попасть ко мне!

— Эй! — крикнула Настя, чувствуя, что корни не причиняют боли, но мешают двигаться. — Мы не хотим тебя обижать! Мы просто хотим обсудить кое-что!

Из-за двери донеслось недоверчивое хмыканье.

— Ага! Сейчас! Все так говорят, а потом забирают жетоны!

Дракон сорвался с ветки, пролетел над головами Насти и Лены и с силой дунул на корни. Из его пасти вырвалась струя тёплого золотистого воздуха, и корни тут же начали вянуть. Настя освободила ноги и сделала шаг к дому.

— Послушай! — крикнула она чудику. — Мы знаем, что ты украл жетоны. Но мы не хотим тебя наказывать. Мы хотим понять, зачем ты это делаешь.

Внутри дома что-то звякнуло. Потом дверь приоткрылась, и из неё выглянул чудик.

— Я… я делаю это, чтобы помочь брату, — сказал он, и голос его дрогнул. — Ему нужно много еды, а он сам пока не умеет добывать ее.

Настя ответила:

— Мы можем помочь тебе. Но для этого нам нужно обсудить все это.

Чудик помедлил. Потом, вздохнув, он убрал мешочек и открыл дверь шире.

— Ладно, — сказал он тихо. — Заходите. Но если вы меня обманете — я превращу вас в лягушек.

Настя улыбнулась:

— Договорились.

Настя и Лена переступили порог маленького дома. Внутри оказалось тесно, но уютно: повсюду висели пучки трав, на столе стояла разрисованная затейливыми узорами глиняная посуда, а в углу лежала соломенная подстилка — видимо, спальное место. Из соседней комнаты доносилось тихое посапывание.

— Меня зовут Магнолий. А это мой младший брат, — сказал Магнолий, указывая на дверь. — Цветоний. Он спит. Ему нужно много сил, чтобы расти. Поэтому я и ворую жетоны. Чтобы купить ему еду.

Настя посмотрела на него. В его больших испуганных глазах была не злоба, а усталость и отчаяние.

— Магнолий, — сказала она мягко. — Я понимаю, что ты хочешь помочь брату. Но воровать — не выход. Есть и другие способы.

Магнолий нахмурился и отступил на шаг, сжав мешочек с жетонами.

— Какие способы? — спросил он с подозрением. — Я пробовал работать. Ходил на рынок, предлагал помощь. Но люди от меня шарахаются! Они видят меня и сразу убегают! Я даже не могу нормально предложить свои услуги!

Он широко улыбнулся, показывая острые зубы, и Настя вдруг поняла, в чем дело. Он скалился от волнения и неуверенности, но люди принимали это за угрозу.

— Магнолий, — сказала она, сдерживая улыбку. — Ты когда говоришь с людьми, ты улыбаешься?

— Конечно! — гордо сказал он. — Я показываю, что я дружелюбный!

— Но ты показываешь зубы. А они у тебя острые.

Магнолий замер и посмотрел на Лену, которая кивала, подтверждая слова Насти. Он перевел взгляд на Настю:

— И что? Зубы — это красиво! Они у меня белые и крепкие!

— Да, но для людей это может выглядеть… угрожающе, — сказала Настя мягко. — Ты не виноват. Но если ты хочешь, чтобы тебе доверяли, попробуй улыбаться с закрытым ртом. Или просто говорить спокойно.

Магнолий потрогал свои зубы пальцами, нахмурился, потом попытался улыбнуться, не показывая их. У него получилось криво, но вполне дружелюбно.

— Так?

— Уже лучше, — улыбнулась Настя. — А теперь давай подумаем, чем ты можешь зарабатывать честно. Может быть, ты умеешь делать что-то полезное?

Магнолий задумался:

— Я умею находить потерянные вещи. Но разве за это платят?

— В этом мире — да, — сказала Настя. — Если ты будешь помогать людям, они будут тебе благодарны. Может быть, не сразу, но постепенно ты заработаешь себе репутацию.

Она на мгновение задумалась, а потом сказала:

— И еще. Я сейчас живу здесь, в этом мире. И я знаю, что добрые поступки всегда приносят плоды. Попробуй. Помоги кому-нибудь, даже если тебе страшно, а там посмотрим, что получится.

Магнолий смотрел на нее, и в его глазах медленно загорался огонёк надежды.

— Ты… правда думаешь, что у меня получится?

— Я уверена, — сказала Настя твердо. — Просто улыбайся без зубов, и все.

Магнолий снова попытался улыбнуться с закрытым ртом — и у него получилось почти естественно.

— Я попробую, — сказал он тихо. — Ради Цветония.

Дракон, сидящий на подоконнике, одобрительно зашипел и хлопнул крыльями.

— Я верну жетоны, — сказал Магнолий. — Тем, у кого взял.

— Это правильно, — кивнула Настя. — Когда сможешь, приходи на рынок. Если хочешь, я покажу тебе людей, которые ищут помощников.

Магнолий протянул ей маленький камешек — он был теплым и переливался розовым светом.

— Это тебе, — сказал он. — Он помогает найти то, что потеряно. Если когда-нибудь потеряешь что-то важное — он пригодится. Насчет людей — благодарю, я справлюсь сам. Я воровал — я и должен исправить ситуацию.

Настя взяла камешек и почувствовала, как браслет на ее запястье мягко щелкнул.

+1 желтый жетон — за помощь и доброту.

— Спасибо, — сказала она, улыбнувшись. — И удачи тебе, Магнолий.

Она и Лена вышли из дома, оставляя чудика с его братом. Дракон взлетел с подоконника и сделал круг над их головами, прощаясь. Лес позади них снова зазвенел голосами, а тени двухвостой лисы Настя заметила мелькнувшую у старого дерева — та наблюдала за ней и, кажется, одобрительно кивала.

Глава 8. Исчезнувший мост и орёл-коллекционер

Настя и Лена вышли из волшебного такси на главной площади Улулулина. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая черепичные крыши в теплые золотистые тона.

— Устала, — призналась Лена, потягиваясь. — Но это было… необычно. Хорошо, что мы помогли Магнолию.

— Да, — улыбнулась Настя. — Он хороший.

Они уже хотели разойтись, когда заметили у фонтана Максима. Он стоял, прислонившись к каменному тигру, и смотрел на реку с задумчивым видом.

— Максим? — окликнула его Настя. — Ты чего здесь?

Он обернулся. В его глазах было легкое беспокойство.

— Я ждал вас, — сказал он. — У меня плохие новости: мост, который через реку Золотых Снов, исчез.

Настя и Лена переглянулись.

— Как исчез? — спросила Лена.

— Я был там час назад, а моста уже не было. Но вор оставил следы.

Настя почувствовала, как внутри закипает любопытство:

— Следы? Какие следы?

— Огромные царапины на камнях, — ответил Максим. — Кто-то вытащил мост целиком. И этот кто-то был очень большим.

Лена испуганно посмотрела на Настю:

— Ты думаешь, это снова тот вор?

— Нет, — сказал Максим. — Вор был маленьким. А это кто-то огромный, с острыми когтями.

Настя задумалась. Она посмотрела на кулон-филин, который висел у нее на шее. Амулет был холодным, но она чувствовала, что он готов помочь.

— Пойдем к мосту. Я хочу посмотреть, что скажет на это амулет-филин, — сказала она.

Они подошли к реке через десять минут. Моста действительно не было — только два пустых берега, а на камнях рядом с теми местами, где мост заканчивался, виднелись глубокие царапины.

Настя присела и провела пальцами по царапинам.

— Да уж, — сказала она. — Когти были очень большие. Кто-то действительно вытащил мост.

— Но зачем? — спросила Лена, оглядываясь по сторонам.

Настя закрыла глаза и коснулась кулона-филина. Она представила, что хочет найти мост. Амулет нагрелся, и через мгновение от него отделился тонкий луч света, который указал в сторону холмов за городом.

— Амулет показывает туда, — сказала Настя. — За город. Возможно, мост там.

Максим одобрительно кивнул:

— Я знаю, кто мог это сделать. В этих холмах живут орлы-коллекционеры. Они любят все блестящее. Мост на солнце переливался — они могли принять его за сокровище.

— Орлы? — Лена удивилась. — Но они же не воруют мосты!

— Я знаю одного, кто любит поворовать, — усмехнулся Максим. — Его зовут Сперентий. Он известный коллекционер. Если он увидел что-то блестящее, то сразу тащит это в гнездо.

Настя почувствовала, как внутри зажглась решимость.

— Значит, нам нужно навестить Сперентия, чтобы вернуть мост, — сказала она.

Настя, Максим и Лена пошли вдоль берега, следуя за лучом амулета. Дорога вела в сторону холмов, и вскоре они оказались у подножия высокой скалы, на вершине которой виднелось огромное гнездо — оно было сделано из веток, камней и разных блестящих вещей.

— Вот оно, — сказал Максим, указывая вверх. — Гнездо Сперентия.

Настя посмотрела вверх. Гнездо было огромным — размером с небольшую площадь. А рядом с ним лежал мост.

— Он там! — воскликнула Лена. — Мост около гнезда!

— Нам нужно его вернуть, — сказала Настя. — Но как? Мы не можем просто подойти и взять его.

— Сперентий не любит, когда к нему лезут, — сказал Максим. — Но, возможно, мы сможем обменять мост на что-то другое.

Настя задумалась. Вспомнила про камешек-находку, который дал ей Магнолий.

— У меня есть камешек от того вора, Магнолия, который светится, — сказала она. — Может быть, он понравится орлу?

— Это может сработать, — кивнул Максим. — Но тебе придется подняться к нему.

Настя коснулась кулона-филина. Он снова нагрелся.

— Я справлюсь, — сказала она. — Дайте мне десять минут.

Настя активировала кулон-филин и почувствовала, как ее тело становится легким, почти невесомым. Она оторвалась от земли и мягко поднялась вверх, направляясь к гнезду.

С высоты открывался невероятный вид: город, река, холмы, лес — всё выглядело как волшебная картина. Но Настя не дала себе отвлекаться. Она приземлилась на край гнезда и увидела орла. Он был огромным — больше любой птицы, которую она видела в обычном мире. Его перья переливались серебром и сталью, а клюв был таким острым, что мог бы проткнуть камень. Орел сидел на мосту и с гордостью рассматривал его.

— Здравствуйте, Сперентий, — сказала Настя, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Сперентий повернул голову и уставился на нее серьезными желтыми глазами.

— Этот мост принадлежит людям, — сказала она. — Он нужен в городе. Без него они не могут попасть на другую сторону реки.

Орел наклонил голову и издал низкий звук, похожий на удивленное «хм».

— Но я вижу, он вам нравится, — продолжила Настя. — У меня есть кое-что, что может понравиться вам еще больше.

Она достала камешек, который дал ей Магнолий. Сперентий прищурился.

— Это магический камень, — сказала Настя. — Он помогает находить потерянные вещи. Если вы согласитесь вернуть мост, я отдам его вам.

Орел снова издал низкий звук, потом вдруг поднялся с моста и подлетел к Насте. Он наклонил голову, рассматривая камешек. Потом, словно приняв решение, клюнул камешек и убрал его в гнездо.

Мост за его спиной слегка дрогнул, а затем, под магической силой орла, поднялся в воздух и плавно полетел обратно к реке.

— Спасибо, — сказала Настя, чувствуя облегчение. — Вы — лучший коллекционер, которого я встречала.

Сперентий гордо расправил крылья. Настя, попрощавшись с ним, спустилась вниз, чувствуя, как ноги касаются земли.

— Он согласился! — сказала она. — Мост возвращается!

Мост мягко опустился на свое место, и его деревянные перила снова засверкали на солнце. Люди, стоящие на берегу, зааплодировали. Настя чувствовала, как её сердце сильно бьется от радости. Браслет на запястье издал долгий, насыщенный звон. Настя подняла руку и увидела, как желтая шкала загорается сразу тремя яркими искрами.

+3 желтых жетона — за отвагу и спасение моста.

Она удивленно выдохнула. Три желтых жетона за одно задание — это было щедро даже по меркам этого мира. Но, вспомнив, как она разговаривала с огромным орлом и рисковала быть заклеванной, она поняла: награда была заслуженной.

Максим подошел к ней и положил руку на плечо.

— Ты снова спасла город, — сказал он. — Ты молодец.

Настя улыбнулась:

— Это было легче, чем запустить торт в прохожего.

Они стояли на мосту, глядя на реку Золотых Снов. Голубые фонари зажигались вокруг, наполняя вечер мягким светом. Лена обняла Настю:

— Ты — героиня, Настя.

Настя посмотрела на свои руки, на браслет, на кулон-филин, который снова стал холодным.

— Это было целое приключение, — сказала она тихо.

— Ну что, — сказала Лена, потянувшись и зевнув, — я, пожалуй, пойду домой. Марта наверняка уже приготовила ужин, а Пушок, наверное, скучает без меня.

— Иди, — улыбнулась Настя. — Ты сегодня тоже много сделала.

— А ты? — спросила Лена. — Будешь ужинать?

— Да, — кивнула Настя. — Я зайду в «Золотой филин», возьму суп и пирожок.

— Я, пожалуй, составлю тебе компанию, Настя, — сказал Максим. — Если ты не против, конечно.

***

— Знаешь, — сказал Максим, когда принесли заказ, — я помню тебя в первый день. Ты боялась смотреть в глаза, говорила шепотом и постоянно чесала шею.

Настя покраснела:

— И что теперь?

— Теперь ты разговариваешь с орлами, спасаешь мосты и перевоспитываешь всяких чудиков. Это… впечатляет.

Настя взяла в руки чашку с мятным чаем, чтобы хоть чем-то занять руки.

— Раньше я думала, что это просто задания. Но, наверное, дело не в этом. Я по-настоящему люблю помогать.

— И ты помогаешь, — мягко сказал Максим. — И делаешь это искренне.

Она улыбнулась и сделала глоток тыквенного супа. За окном горели голубые фонари, и в их свете его лицо казалось ещё мягче и теплее.

— Максим, — сказала она после паузы. — Я так и не знаю, как вернуться домой.

Он немного помолчал, глядя на нее с легкой задумчивостью.

— Возможно, ты уже не хочешь возвращаться, — мягко сказал он.

Настя задумалась. Раньше этот вопрос вызывал у нее только тоску по дому, по привычной жизни, по Юле. А теперь… хоть ей было и страшно в этом признаться самой себе, но она понимала, что привыкла к этому немного безумному миру, в котором живут драконы, многохвостые лисы и чудики.

— Может быть, — призналась она. — Но я хочу знать, что мне это доступно. Чтобы я могла выбрать, как мне быть.

— Ты можешь, — сказал Максим. — Но для этого нужно доказать миру, что ты его часть. Говорят, когда мир принимает тебя, у тебя появляется ключ. Но как его активировать — я не знаю.

— И где я могу его найти?

— Я пока не знаю точно. Но те, кто здесь живет долго, говорят, что он появляется у тех, кто доказал свою преданность этому миру. Кто сделал достаточно добрых поступков.

— Тогда я сделаю еще больше, — сказала Настя твердо. — Я не знаю, сколько времени у меня есть, но я хочу знать, что могу вернуться, если захочу. За меня наверняка переживают близкие.

Максим улыбнулся:

— Я верю, что ты справишься. А насчет близких — они уже знают, где ты.

— Знают? Но как? — удивилась Настя.

— Филины-почтальоны уже разослали им письма.

— Отлично. — Помолчав, Настя добавила: — Спасибо, что был рядом сегодня.

— Я всегда буду рядом, — ответил Максим.

***

Они вышли из «Золотого филина», и вечерний воздух мягко коснулся их лиц. Голубые фонари уже зажглись, освещая улицы, и Улулулин казался еще более сказочным, чем днем. Где-то вдалеке слышалась тихая музыка, а запах цветов и свежести витал в воздухе.

Максим остановился на мгновение, глядя на Настю:

— Проводить тебя?

— Да, — ответила она, чувствуя легкое смущение. — Если тебе не трудно, конечно.

— Мне никогда не трудно, когда речь идет о тебе, — сказал он, и в его голосе послышалась мягкость, от которой у Насти снова сильно забилось сердце.

Они пошли по мостовой, освещенной голубыми фонарями, и Настя чувствовала, как его присутствие успокаивает ее. Они шли молча, но эта тишина была теплой, доверительной, как будто слова были и вовсе не нужны.

Когда они подошли к двери ее комнаты, Максим остановился и повернулся к ней.

— Ты сегодня молодец, — сказал он тихо. — Я горжусь тобой. И я рад, что ты теперь часть этого города.

Настя подняла на него глаза. В его взгляде было столько тепла, что ей стало почти неловко. Она улыбнулась:

— Я рада, что ты есть.

Он помолчал мгновение, потом слегка коснулся её плеча — коротко, почти невесомо, но так искренне, что у Насти перехватило дыхание.

— Отдыхай, — сказал он. — Завтра будет новый день.

— Ты тоже, — ответила она.

Максим кивнул и развернулся, направляясь в сторону голубых фонарей. Настя еще долго стояла у двери, глядя ему вслед.

Глава 9. Старая башня и бесценный опыт

Настя проснулась от того, что солнечный свет пробивался сквозь щели в ставнях и рисовал золотистые полосы на потолке. Она открыла глаза и почувствовала легкую усталость в мышцах — вчерашние приключения дали о себе знать. Плечи слегка ныли после полета, а в голове все еще кружились образы: огромный орел, блестящий мост, голубые фонари, зажигающиеся на закате и, конечно, чудики.

Но внутри было тепло и спокойно. Вчерашний день показал ей, что она способна на большее, чем думала. Она разговаривала с орлом, вела переговоры, рисковала — и выиграла. И вечером сидела с Максимом в «Золотом филине», и он сказал, что она изменилась.

Она села на кровати, поджала под себя ногу и оглядела комнату. Все было на своих местах: кролик на подушке, кулон-филин на столике, тишина и покой за окном. Но на столе лежала новая записка — белая, почему-то чуть позеленевшая по краям.

Настя взяла ее и прочитала:

«Новое задание. Найди артефакт в старой башне за городом. Артефакт спрятан в верхней комнате. Не используй такси — оно не идет до башни. Награда: 1 желтый жетон»

Она перечитала записку дважды. Башня за городом — звучало серьезно. Это не рынок, не библиотека и не уютная кофейня. Это место, где может быть темно, опасно и непредсказуемо, как в тереме, полном взъерошенных филинов.

— Ну что ж, — сказала она кролику, — похоже, сегодня нас ждет еще одно приключение.

Кролик молчал, но Настя заметила, что он лежит не так, как вчера — на спине. Будто лениво ждет, когда она встанет.

Настя оделась, надела удобные джинсы и толстовку. Голубое платье она решила оставить на другой день — сегодня нужна была практичная одежда. Она надела кулон-филин, взяла кролика и сунула его в сумку, на всякий случай прихватив с собой мешочек с пирожками на случай, если захочется перекусить.

Улицы встретили ее привычной суетой: кто-то нес корзины, кто-то переговаривался у лавок, где-то играла тихая музыка. Но Настя шла быстро, не останавливаясь. Такси до окраины Улулулина она решила не брать — по городу было интересно идти, разглядывая прохожих, домики, фонтаны и причудливые растения.

Через полчаса она оказалась за городской стеной. Дорога стала уже, а вокруг простирались зеленые поля, кое-где усеянные валунами и редкими кустами. Настя шла по тропинке, пока не подошла к развилке. Две дороги расходились в разные стороны: одна вела к холмам, другая — в сторону леса.

Она замерла, сжимая сумку с кроликом.

— И куда теперь? — спросила она вслух, надеясь, что система даст ей подсказку.

Ответа не было. Только ветер шевелил траву и вдалеке кто-то кричал на незнакомом языке.

Настя вспомнила о возможностях браслета. Желтые жетоны давали доступ к картам. Она поднесла руку к браслету, коснулась желтой шкалы и мысленно произнесла: «Карта к старой башне за городом». Через мгновение в ее руке появился светящийся свиток. Он мягко переливался золотым светом и сам развернулся, показывая путь: дорога, ведущая к холмам, была отмечена мерцающей линией.

Настя двинулась по указанному пути, чувствуя, как свиток слегка нагревается в ее руках. Тропинка вилась между холмов, и чем дальше она шла, тем тише становилось вокруг. Птицы умолкли, ветер стих, и даже шаги казались приглушенными.

Через час пути она остановилась. Прямо перед ней, на вершине холма, высилась старая башня. Она была высокой, сложенной из темного камня, и почти полностью скрыта под густым зеленым плющом, который стелился по стенам, словно пытался ее защитить. Окна зияли пустотой, а дверь, массивная и обитая металлом, казалась закрытой навечно.

Настя шагнула внутрь башни, и дверь за ней медленно прикрылась, оставив лишь узкую полоску света. Внутри было сумрачно и прохладно, пахло старым камнем и пылью. Глазам потребовалось несколько мгновений, чтобы привыкнуть к темноте, но вскоре она заметила, что по стенам мерцают магические символы — они переливались тусклым золотистым светом, словно кто-то когда-то давно нанес их на камень.

Она сделала несколько шагов и услышала возню. Кто-то в темноте тяжело дышал и неразборчиво бормотал ругательства. Настя пригляделась и узнала Диму. Он стоял посреди комнаты перед массивной каменной дверью и дергал ее с явным раздражением, но она не поддавалась.

— Дима? — удивленно окликнула Настя. — Ты как здесь оказался?

Он резко обернулся. В его глазах мелькнула смесь удивления и досады.

— Настя? — он скрестил руки на груди. — Я мог бы задать тебе тот же вопрос.

— Я получила задание, — спокойно ответила Настя. — Найти артефакт в верхней комнате.

Дима невесело усмехнулся:

— Я тоже. Но, видимо, система решила, что я недостаточно хорош для того, чтобы пройти этот дурацкий зал. Дверь не открывается, и даже рычага тут нет.

Настя подошла ближе и осмотрела дверь. Она была массивной, с вырезанным на ней символом в виде переплетенных кругов. На ощупь камень был холодным и гладким, как стекло.

— Может, там есть какой-то секрет? — предположила Настя, проводя пальцами по поверхности.

— А ты думаешь, я не пробовал? — Дима раздраженно дернул плечом. — Я уже все проверил. И стены, и пол. Ничего нет.

Настя повернулась к нему. Она чувствовала, что он раздражен и злится не столько на дверь, сколько на нее, на свое бессилие. Но у Насти не было желания ему помогать. Она вспомнила его высокомерные слова на рынке, его насмешки, его неблагодарность. Она вспомнила, как он сказал, что мог бы справиться без нее, что ее помощь ничего не значит.

— Дима, — сказала она спокойно, — я понимаю, ты хочешь справиться. Но я не буду тебе помогать.

Он уставился на нее:

— Что? Ты серьезно?

— Серьезно, — твердо сказала Настя. — Ты всегда считал, что помощь других не важна. Что ты сам справишься. Вот и справляйся.

Дима открыл рот, но ничего не сказал. На его лице промелькнула растерянность.

— Ты… — начал он, но осекся.

— Я помогла тебе в первый день, — сказала Настя. — Ты едва не умер с голоду, и я дала тебе свой жетон. Ты сказал, что справился бы и сам. Тогда зачем тебе сейчас моя помощь?

Дима стоял молча, сжав кулаки. Он хотел возразить, но не находил слов. Настя видела, как внутри него борется гордость и понимание того, что она права.

— Ладно, — сказал он наконец, и голос его звучал глухо. — Я понял. Ты права, а я был неправ.

— Что ты сказал? — переспросила Настя, не веря своим ушам.

— Я говорю, ты была права, — повторил Дима, глядя куда-то в сторону. — Я думал, что все вокруг должны мне помогать, а я никому ничего не должен. Но это… это не так.

Настя смотрела на него, и в груди неожиданно стало легче. Она не ожидала, что он признает свою неправоту так быстро.

— Но это не значит, что я буду тебе помогать, — добавила она. — Ты должен научиться сам, без моей подсказки.

Дима вздохнул, развернулся и направился к выходу.

— Ладно, — сказал он уже у двери. — Я пойду. Может быть, этот путь только твой.

Настя осталась в тишине, глядя на закрывшуюся входную дверь, и чувствовала, что сделала правильный выбор. Возможно, теперь Дима станет лучше понимать людей и постепенно обретет свое счастье.

Она повернулась к двери, которую не смог открыть Дима, и еще раз внимательно осмотрела ее. Символ в виде переплетённых кругов был вырезан глубоко, но в центре узора она заметила почти незаметное небольшое углубление.

Она провела пальцем по гладкой поверхности, прикоснулась к углублению и задумалась. Вспомнила, что видела у входа в башню небольшой каменный осколок. Он лежал в пыли, и она тогда не обратила на него внимания. Но сейчас, приглядевшись к двери, она поняла: этот осколок подходит по форме к углублению.

Настя спустилась обратно, подобрала каменный осколок и вернулась к двери. Она вставила его в углубление — и раздался тихий щелчок. Дверь медленно, со скрежетом, отошла в сторону, открывая проход наверх.

Настя поднялась на второй этаж. Здесь было еще темнее, и воздух стал более влажным. Магические символы на стенах горели ярче, и она заметила, что они начали двигаться, переливаясь.

Внезапно за ее спиной с грохотом захлопнулась дверь. Настя резко обернулась и поняла, что комнате была ловушка. Стены начали медленно сдвигаться — сначала едва заметно, а потом быстрее.

— Филин драный, — выдохнула Настя, чувствуя, как кровь застывает в жилах.

Она осмотрелась. В комнате не было ни окон, ни дверей. Только каменные стены, которые продолжали сдвигаться, и мерцающие символы. Она провела руками по стенам — они были гладкими, без намека на рычаги или скрытые кнопки.

Но времени не было. Стены уже приблизились на несколько шагов, и она почувствовала, как страх начинает сковывать движения. Она пыталась найти выход, но все было бесполезно. Стены медленно сжимались, приближаясь к ней со всех сторон, и Настя чувствовала, что дышать становится труднее, а сердце колотится где-то в горле.

В отчаянии она прижала к себе кролика. И вдруг заметила, что его глаза начинают светиться мягким голубоватым светом, а тельце становится теплее. Кролик поднял лапку и указал на один из камней в стене, который ничем не отличался от других — она бы ни за что не заметила его сама.

Настя быстро подошла к указанному камню, нажала на него. И в тот же миг стены остановились, застыв на месте. Раздался громкий щелчок, и в дальней стене открылась потайная дверь, ведущая наверх. Настя с облегчением выдохнула, прижимая кролика к груди.

— Ты спас меня, — сказала она тихо. — Спасибо тебе.

Настя ступила на верхний этаж башни. Здесь было светлее — сквозь узкие бойницы пробивался солнечный свет, освещая комнату мягкими золотистыми лучами. В центре комнаты стоял каменный постамент. Он был простым, без украшений, но на его поверхности виднелись едва заметные линии — узор, напоминающий карту с чуть мерцающими серебристыми совами по краям. На постаменте лежал старый, пыльный свиток, перевязанный потертой кожаной лентой.

Настя подошла ближе, слегка волнуясь. Она протянула руку и осторожно взяла свиток. Он был тяжелым и плотным, словно впитавшим в себя века. Она развязала ленту и аккуратно развернула его.

На пожелтевшей бумаге были выведены слова — не на русском и не на английском, но Настя снова, как тогда у двери в подворотне, поняла смысл:

«Тот, кто найдет этот свиток, узнает, как открыть путь между мирами. Ты уже получила ключ — мир принял тебя. Но чтобы открыть дверь, нужно провести ритуал с тремя красными жетонами. Только тогда путь станет доступен».

Настя обрадовалась — наконец-то можно будет вернуться домой! Да, дома, конечно, было скучно и уныло временами, но ей так не хватало ее маленькой комнатки, простого чая и еды, даже ящика на балконе, в котором хранились старые фото…

Она аккуратно свернула свиток, спрятала в сумку и огляделась. Комната была пустой, но в углу она заметила небольшую дверцу. Настя подошла к ней, толкнула ее и вышла к подножию холма, с другой стороны башни. Солнце стояло высоко, ласково светя всему живому. Где-то вдалеке слышались крики птиц, а ветер доносил запах цветов и травы. Глазам потребовалось мгновение, чтобы привыкнуть к свету после темноты башни.

Вид, открывшийся перед ней, захватывал дух. Подножие холма, на котором стояла башня, спускалось к широкой долине, укрытой изумрудным ковром трав и полевых цветов. Вдалеке, словно вырезанная из хрусталя, сверкала на солнце река, извиваясь лентой между холмов. Ее воды переливались золотом — Настя узнала в ней ту самую реку Золотых Снов, у которой они стояли с Максимом.

Справа виднелся Улулулин — его черепичные крыши мягко поблескивали в лучах дня, а среди них угадывались знакомые очертания: шпиль библиотеки, купол театра, изогнутый мост, который она спасла накануне. Слева простирался густой лес.

— Красота какая, — прошептала Настя, чувствуя, как свежий ветер играет с ее волосами и приносит запах меда и трав.

Она спускалась с холма, сжимая в руках свиток, когда заметила что-то маленькое и рыжее у корней старого дуба. Она остановилась и пригляделась. Это был лисенок — совсем еще малыш, с огромными ушами и любопытными глазками-бусинками, которые внимательно следили за ней. Он сидел на траве и смотрел на нее с робкой надеждой.

— Ой, — выдохнула Настя. — Привет. Ты здесь один?

Лисенок чуть наклонил голову, словно прислушиваясь к ее словам. Он переступил лапками и тихо пискнул. Настя вспомнила, что у нее в сумке остались пирожки, которые дал ей парень на рынке. Она достала один, разломила на кусочки и протянула лисенку.

— Хочешь?

Лисенок подошел ближе, понюхал пирожок, а затем начал с аппетитом жевать, довольно прикрыв глаза. Настя улыбнулась, глядя на него.

— Ты очень похож на ту лису, что я видела в лесу, — сказала она. — Она тоже была красивая. И мудрая.

Лисенок доел пирожок и подошел совсем близко — на расстояние ладони. Он ткнулся носом в ее руку, словно благодаря, и посмотрел ей прямо в глаза. На мгновение ей показалось, что в его золотистых глазах мелькнула искра — совсем как у той самой двухвостой лисы.

А потом она услышала тихий, едва уловимый голос — не в ушах, а где-то внутри, будто лес сам говорил с ней:

«Ты добрая. Лес запомнит тебя. Если понадобится помощь — ищи меня у старого дуба. Я буду рядом».

Настя замерла. Лисенок отступил на шаг, посмотрел на нее еще раз, а затем, вильнув хвостом, легко скрылся в высокой траве, исчезнув так же быстро, как и появился.

Она стояла, глядя туда, где он исчез, и не могла поверить в то, что только что произошло. Она общалась с волшебным лисенком, от которого можно было ожидать чего угодно, и не испугалась.

— Я всегда буду рада видеть тебя, — сказала она вслед.

***

Настя шла по тропинке, ведущей к городу. Она уже видела городские стены впереди, когда заметила что-то странное. У ворот стояло несколько человек, и все выглядели растерянными. Кто-то топтался на месте, кто-то пожимал плечами, а один мужчина громко спорил с невидимым собеседником.

Настя подошла ближе и остановилась. Ворота Улулулина были затянуты полупрозрачной мерцающей пленкой — она переливалась всевозможными цветами, но при этом казалась твердой. Настя протянула руку и коснулась ее. Пленка была упругой, как студень, но не пропускала ее внутрь.

— Это еще что такое? — спросила она у женщины, стоящей рядом.

— Колдун какой-то пошутил, — ответила та. — Заблокировал проход. Говорят, он любит поиздеваться над путниками. То ли проход откроется, если заплатишь, то ли если споешь песню. Никто не знает.

Настя нахмурилась.

— И как давно это? — спросила она.

— Уже час, — пожала плечами женщина. — Мы все ждем. Но колдун не появляется.

Настя задумалась. В голове промелькнул образ старого моста, унесенного орлом-коллекционером. Она вспомнила о том, что колдуны в этом мире разные. Ей вдруг пришло в голову, что если она хочет разблокировать вход, ей нужно потратить один из красных жетонов на разблокировку.

Она поднесла руку к браслету, коснулась красной шкалы, мысленно произнося заклинание: «Я хочу открыть проход в город». Через мгновение красный жетон исчез, и в ее руке появился большой серебряный ключ с выгравированным символом в виде совы.

Она шагнула вперед, вставила ключ в центр пленки, и та начала растворяться, словно тая на солнце. Проход открылся, и толпа за ее спиной издала радостный вздох.

— Ты сделала это! — воскликнула женщина. — Ты разблокировала вход!

Настя улыбнулась, прошла через ворота и оказалась в городе. Она направилась к центру и через несколько минут оказалась у небольшого фонтана, которого раньше не замечала. Он стоял на окраине города, в тени старого клена. В центре фонтана возвышалась каменная белка — она держала в лапках орех, а вокруг нее, словно танцуя, были вырезаны ещё несколько белок, застывших в разных позах. Вода мягко журчала, стекая по камням, и Настя почувствовала, как от этого звука на душе становится спокойнее.

Она уже хотела пройти мимо, как вдруг заметила знакомый силуэт, сидящий на краю фонтана. Максим сидел, задумчиво глядя в воду, и в руках у него, как всегда, была чашка с мятным чаем. Он поднял голову, когда она подошла, и загадочно улыбнулся.

— Я знал, что ты справишься, — сказал он, поднимаясь. — Но всё равно ждал тебя здесь.

— Ты… слышал, что я пошла в башню? — удивилась Настя.

— Система сказала, — кивнул Максим. — И я решил, что тебе может понадобиться друг, когда ты вернешься. Как все прошло? — спросил он, предлагая ей сесть рядом.

Она присела на край фонтана и начала рассказывать, глядя на струи воды. Как вошла в башню, как встретила Диму, который застрял в ловушке. Как он признал свою неправоту, но все равно ушел. Как она поднялась наверх, как стены начали сжиматься, и как кролик спас ее, указав на скрытый камень. Как она нашла свиток, где было написано про три красных жетона.

— И я встретила лисенка у дуба, — добавила она с улыбкой. — Он был похож на ту двухвостую лису, которую мы видели в лесу. Я отдала ему один из последних пирожков. Он сказал, что если мне понадобится помощь, я могу найти его у старого дуба.

Максим слушал внимательно, не перебивая. Когда она закончила, он улыбнулся и сказал:

— Ты стала настоящей героиней этого города, Настя.

Она смутилась, но приятное тепло от его слов разлилось внутри.

— Я чувствую, что это только начало, — сказала она. — Мне нужно добыть еще три красных жетона.

— И ты их добудешь, — спокойно сказал Максим. — Но сначала… — он посмотрел на нее с легкой улыбкой. — Ты, наверное, голодна?

Она не сразу поняла, но когда он упомянул еду, ее желудок издал предательское урчание.

— Я давно доела последний пирожок, где-то на полпути к городу, — смущенно призналась она.

Максим засмеялся — негромко, но искренне.

— Тогда я знаю, куда нам нужно идти, — сказал он, вставая. — Там неподалеку открылось новое место. Называется «Суши-филины». Говорят, у них лучшие роллы в городе и чай, который преподносится как лекарство для души.

Настя улыбнулась и встала рядом с ним.

— Суши-филины? — переспросила она, удивленная названием. — А почему филины?

— Потому что они продают суши в форме филинов, — объяснил Максим. — И еще их подают с совиным соусом.

— Совиным соусом? — скептически переспросила Настя.

— Ну, по крайней мере, так называется, — загадочно улыбнулся Максим.

Они засмеялись, и Настя почувствовала, как усталость после долгого утра отступает, уступая место легкости и покою. Рядом с Максимом даже самые странные названия казались уютными, а город — почти родным.

— Тогда идем, — сказала она, беря его под руку. — Я готова попробовать совиный соус.

Глава 10. Сады, ссоры и немного любви

В «Суши-филинах» было тихо и уютно. За окном ярко светило солнце, заливая зал золотистыми лучами, которые играли на деревянных столиках и керамических тарелках, разрисованных яркими филинами. Настя сидела напротив Максима, чувствуя приятную сытость после обеда. Она откинулась на спинку мягкого стула и позволила себе просто наслаждаться моментом.

Взгляд ее блуждал по залу, и она заметила, что здесь жили настоящие филины. На высоких деревянных насестах, встроенных в стены, сидели несколько крупных птиц с большими круглыми глазами и мягким оперением. Одни были бурыми — обыкновенные филины. Другие, поменьше и изящнее, с более светлым и пестрым оперением, напоминали бенгальских филинов.

Один из небольших филинов, сидевший ближе всех к их столику, медленно повернул голову почти на сто восемьдесят градусов и уставился на Настю большими немигающими глазами. Его перья переливались в солнечных лучах — то становились золотистыми, то отливали изумрудом, то вспыхивали теплым медным блеском.

— Он смотрит на меня, — прошептала Настя, чувствуя легкое смущение под пристальным взглядом птицы.

— Это Ух Уховец, — сказал Максим, кивая в сторону филина. — Он главный говорун здесь. Если ему что-то не понравится, ты узнаешь об этом сразу.

Филин, словно услышав свое имя, расправил крылья и издал низкое, раскатистое «у-у-ух», которое прокатилось по залу. Рядом с ним зашевелился еще один филин — тот, что поменьше, с ярко-рыжими кисточками на голове. Он повернулся к Уху и выдал целую серию коротких «ух-ух-ух», словно что-то отвечая.

— Они разговаривают, что ли? — удивилась Настя.

— О да, — усмехнулся Максим. — У некоторых из них есть дар речи. Только не всегда понятно, что они говорят. Но если прислушаться, иногда можно уловить смысл.

Настя прислушалась. Филины продолжали обмениваться уханьем, и ей показалось, что она различает интонации — словно один из них рассказывал историю, а другой перебивал его и вставлял свои замечания.

На другом насесте сидел еще один филин — с блестящими серебристо-синими перьями, которые переливались, как чешуя рыб, когда он поворачивал голову. Его глаза казались почти прозрачными, и он не сводил с Насти внимательного, изучающего взгляда.

— Этот молчаливый, — заметил Максим. — Его зовут Мрак Мраковец. Он редко говорит, но если начинает, то все замолкают и слушают.

Настя почувствовала, как от этого филина исходит какая-то особая, почти гипнотическая энергия. Она отвела взгляд и снова перевела его на Уха — тот снова издал короткое «ух», словно подбадривая ее.

— Это невероятно, — сказала она. — Я не думала, что здесь могут жить настоящие филины. Причём такие красивые.

— Здесь многие заведения имеют своих магических обитателей. Филины считаются хранителями мудрости и уюта, — ответил Максим.

Настя улыбнулась и отпила еще глоток зеленого чая. Ей казалось, что птицы наблюдают за ней с доброжелательным интересом, и от этого на душе становилось тепло и спокойно.

— Это было невероятно вкусно, — призналась она, ставя чашку на стол. — Я никогда не думала, что суши с совиным соусом могут так хорошо сочетаться.

Максим улыбнулся, отпивая свой чай:

— Я же говорил, тебе понравится.

Она улыбнулась в ответ. Она чувствовала себя почти счастливой. Рядом был друг (а может быть, и не только друг), у нее был новый свиток с подсказкой, и впереди — целый день для новых приключений.

Внезапно браслет на ее запястье издал короткую вибрацию, похожую на звон колокольчика. Настя удивлённо опустила взгляд и увидела новую записку на столе, разрисованную филинами:

«Новое задание. Помири влюбленных, которые поссорились из-за пустяка. Награда: 1 желтый жетон».

Она удивленно подняла глаза на Максима:

— Помирить влюбленных? Это что-то новенькое.

Максим наклонился, чтобы прочитать текст, и усмехнулся:

— Задания такого типа — тоже часть системы. Иногда они сложнее, чем кажутся. Ведь ссоры между людьми порой труднее уладить, чем победить монстра или пройти старую башню.

— То есть ты хочешь сказать, что помирить двух людей сложнее, чем запустить торт в незнакомца? — с улыбкой спросила Настя.

— Именно, — кивнул Максим. — Но я верю, что у тебя получится. Ты умеешь слушать и чувствовать. Это самое важное.

Настя взяла чашку с чаем и задумалась:

— Интересно, кто эти влюбленные и из-за чего они поссорились?

— Скоро узнаем, — сказал Максим, поднимаясь. — Ну что, идём?

— Идём, — ответила Настя, чувствуя, как внутри зажигается предвкушение нового приключения.

Она встала из-за стола и бросила прощальный взгляд на филинов. Ух Уховец снова издал короткое «ух» — на этот раз оно прозвучало почти как напутствие. Настя улыбнулась ему и направилась вместе с Максимом к выходу.

Выйдя из кафе, Настя прищурилась и улыбнулась — день был настолько хорошим, что даже казалось, все зло в обоих мирах исчезло. Где-то вдалеке пели птицы, а ветер доносил аромат цветов и свежей выпечки.

— Итак, с чего начнем? — спросил Максим, оглядываясь по сторонам.

Настя уже хотела ответить, как вдруг ее браслет слегка нагрелся. Она опустила взгляд и заметила, что от него отделилась маленькая искра золотистого света, которая повисла в воздухе на мгновение, а затем плавно поплыла вперед.

— Ого, — удивилась Настя. — Похоже, система дает нам подсказку.

— Идем за ней, — сказал Максим, и они двинулись следом за искрой.

Искра вела их через городские улицы, мимо лавок, фонтанов и уютных двориков. Настя заметила, что она держится на уровне ее глаз, словно приглашая следовать за собой. Где-то в небе пролетело несколько птиц, оставляя за собой едва заметные блестящие шлейфы.

Через десять минут Настя и Максим оказались у входа в парк Мечтателей. Искра мягко замерцала и растворилась в воздухе, указывая на то, что они пришли по адресу. Настя огляделась.

Парк был зеленым и ухоженным: аккуратные дорожки вились между клумбами с яркими цветами, деревья шелестели листвой, а в центре стоял небольшой фонтан с каменной русалкой, держащей в руках ракушку. Повсюду сновали люди — кто-то читал, кто-то рисовал, а кто-то просто сидел на скамейках и наслаждался тёплым днём.

Настя заметила девушку, которая стояла чуть поодаль, у большой клумбы с красными розами. Она поливала цветы из лейки, но движения ее были медленными и рассеянными — она явно была чем-то расстроена. Ее рыжие волосы были собраны в небрежный пучок, а на фартуке виднелись пятна земли и несколько прилипших листьев.

— Похоже, это она, — тихо сказала Настя, кивая в сторону девушки.

— Идем, — ответил Максим. — Я буду рядом.

Настя сделала глубокий вдох и направилась к девушке.

— Здравствуйте, — сказала она мягко, подходя ближе. — Извините, что отвлекаю.

Девушка подняла голову. В ее зеленых глазах мелькнуло удивление, смешанное с настороженностью.

— Здравствуйте. Я вас не знаю, — сказала она, чуть нахмурившись. — Вы кого-то ищете?

— Честно говоря, я ищу вас, — улыбнулась Настя. — Мне сказали, что у вас случилась неприятность. Я здесь, чтобы помочь, если позволите.

Девушка вздохнула и поставила лейку на землю.

— Вы даже не знаете, кто я, — сказала она, но в голосе уже не было настороженности — только усталость.

— Тогда давайте познакомимся, — предложила Настя. — Меня зовут Настя. А вас?

Девушка помедлила, потом улыбнулась — чуть заметно, но искренне.

— Алина, — сказала она. — Я здесь работаю садоводом.

— Приятно познакомиться, Алина, — сказала Настя, присаживаясь на скамейку. — Я могу выслушать вас, если хотите.

Алина села рядом и, помолчав, начала рассказывать, глядя в сторону клумбы, которую только что поливала. Ее голос звучал тихо и немного обиженно.

— Мы с Игорем встречаемся уже два года, — начала она. — И каждый год он дарил мне цветы в день нашей годовщины. Васильки, пионы, розы… Он знал, что я их обожаю. А в этом году он просто забыл про это. Я ждала, готовила ужин, думала, он хотя бы позвонит. А он пришел домой уставший и сказал: «Ой, сегодня был такой тяжелый день». И все. Он даже не извинился. Я не выдержала и ушла к себе.

Настя слушала внимательно, стараясь понять суть.

— А он пытался извиниться? — спросила она мягко.

— Пытался, — вздохнула Алина. — Но как-то неуклюже. Сказал, что у него был трудный день и он просто забыл. Но я хочу понять, что я для него вообще хоть что-то значу.

Настя положила руку на плечо Алины.

— Я понимаю вас. Иногда мы ждем не слов, а поступков. Но, может быть, он на самом деле не хотел вас обидеть? Просто у него действительно был трудный день, и он не знал, как исправить ситуацию?

Алина помолчала.

— Наверное, вы правы, — сказала она тихо. — Но я не знаю, как снова начать разговор.

— Я могу поговорить с ним, — предложила Настя. — Если вы не против.

Алина удивленно посмотрела на нее:

— Вы правда хотите помочь?

— Я здесь для этого, — улыбнулась Настя. — Обещаю, я не буду лезть в ваши отношения. Просто попытаюсь понять, что происходит.

Алина кивнула:

— Тогда скажите ему… что я жду его в парке. Если он придет с каким-нибудь подарком, я, возможно, смогу его выслушать. А, и он работает официантом в «Пьяном коте». Скорее всего, он сейчас там.

***

Настя и Максим, следуя за искрой, вошли в «Пьяный кот». Максим сел за соседний столик, сделав вид, что изучает меню, а Настя подошла к стойке, где стоял Игорь.

В кафе, к счастью, было тихо — дневная смена только начиналась, и посетителей было немного. Игорь выглядел подавленным: плечи опущены, движения вялые, он вытирал одну и ту же чашку уже несколько минут, глядя в одну точку.

Настя подошла к стойке и села на высокий стул. Она заметила на форме Игоря небольшой бейджик с именем — на нем было аккуратно выгравировано «Игорь».

— Здравствуйте, Игорь, — сказала она мягко.

Игорь поднял голову и узнал ее. На мгновение в его глазах мелькнуло удивление, но оно быстро сменилось усталостью.

— О, это вы… девушка с тортом, — сказал он. — Настя, верно? Мне система подсказала, когда вы вошли. У нас в кафе так принято — новичков запоминаем.

— Да, — улыбнулась Настя. — Но сегодня я пришла не для этого.

Она подождала, пока он поставит чашку, и сказала:

— Я говорила с Алиной.

Игорь вздрогнул и поднял на нее глаза.

— Она… что она сказала? — спросил он с надеждой в голосе.

— Она сказала, что ждала цветов, — ответила Настя. — И что она до сих пор не знает, почему вы забыли о годовщине. Она хочет понять, что происходит.

Игорь тяжело вздохнул, провёл рукой по волосам и признался:

— Я не забыл, Настя. Я просто… я хотел сделать ей сюрприз. Я купил ей редкий сорт роз, но их доставили с опозданием. Я хотел подарить их ей вечером, но она ушла, не дослушав меня. Я не успел ничего объяснить.

Настя внимательно посмотрела на него.

— Алина сказала, что она будет ждать вас в парке. Если вы хотите ее увидеть, вам нужно прийти не с пустыми руками. Я знаю одно место, где можно найти кое-что особенное.

Игорь поднял глаза, и в них засветилась искра надежды:

— Вы правда думаете, что у меня получится ее удивить?

— Я уверена, — сказала Настя. — Пойдемте, я покажу вам это место.

Настя, Максим и Игорь вышли из «Пьяного кота» и направились к магазину Лены. Солнце по-прежнему светило ярко, и город казался особенно уютным. Игорь шел чуть позади, надеясь, что Настя действительно поможет ему найти что-то стоящее.

Магазин Лены встретил их знакомым запахом тканей, дерева и сухих цветов. Лампы мягко светились, создавая уютную и спокойную атмосферу. Лена стояла за прилавком и перебирала шелковые ленты, но, увидев гостей, улыбнулась:

— Настя! Какая приятная неожиданность! И ты даже не одна!

Настя подошла к прилавку и коротко объяснила ситуацию:

— Лена, это Игорь. Он хочет помириться с любимой девушкой, но не знает, что выбрать. Ты не поможешь нам найти что-то особенное?

Лена с интересом посмотрела на Игоря, потом на Настю и понимающе кивнула:

— Конечно. Для такого дела у меня как раз есть кое-что особенное.

Она вышла из-за прилавка и провела их вглубь магазина, где на отдельном стеллаже лежали аккуратные коробочки и шкатулки. Она открыла одну из них и достала небольшой изящный кулон — серебряный, с прозрачным камнем, внутри которого мерцал огонек.

— Это не обычное украшение, — сказала Лена. — Это кулон-воспоминание. Он показывает самые теплые моменты, которые были у человека, когда он его носит. Если Алина наденет его, она сможет вспомнить все хорошее, что было между вами.

Игорь смотрел на кулон с затаенным дыханием.

— Это... невероятно, — прошептал он. — Сколько он стоит?

— Это стоит не много, — ответила Лена. — Но я отдам его за один желтый жетон. Для такого случая — это хорошая цена.

Настя отошла в сторону и позволила Игорю принять решение самостоятельно. Он поднял руку, коснулся браслета на запястье, и через мгновение в его ладони засветился желтый жетон. Он протянул его Лене.

— Я возьму его, — сказал он с уверенностью. — Алине обязательно понравится.

Лена упаковала кулон в красивую коробочку и протянула Игорю:

— Удачи вам, Игорь. И помните: иногда самые важные вещи — это не дорогие подарки, а те, что идут от сердца.

Игорь кивнул и, сжав коробочку в руках, посмотрел на Настю:

— Вы идете со мной? Я хочу, чтобы вы видели ее лицо, когда я все ей скажу.

Настя улыбнулась:

— Конечно. Я буду рядом.

Максим одобрительно кивнул, и они втроём — Настя, Максим и Игорь — вышли из магазина, направляясь в парк Мечтателей.

***

Настя заметила Алину на той же скамейке, где они разговаривали раньше. Она сидела, глядя на клумбу с розами, и теребила край фартука. Ее поза была напряженной — она ждала, но не знала, чего именно.

— Она там, — тихо сказала Настя, кивая в сторону скамейки. — Идите. Я буду рядом, если понадобится.

Игорь глубоко вздохнул, сжал в руках коробочку с кулоном и направился к Алине. Настя и Максим остались стоять в тени старого дуба, откуда было хорошо видно, но не слышно их разговора.

— Ты думаешь, у него получится? — тихо спросил Максим.

— Я надеюсь, — ответила Настя. — Он искренний. Это уже половина успеха, не меньше.

Алина подняла голову, когда Игорь подошёл. Она не встала, но в ее глазах мелькнула смесь удивления и надежды.

— Я пришел, — сказал Игорь, остановившись перед ней. — Я пришел, чтобы извиниться. Я понял, что был полным дураком.

Алина молчала, но ее лицо чуть смягчилось.

— Я… я хотел подарить тебе цветы, — продолжал он. — Я заказал их заранее, но их привезли с опозданием. Я хотел всё объяснить, но ты не дала мне слова сказать. И я не виню тебя — ты ждала внимания, а я его не дал.

Он протянул ей коробочку:

— Это не цветы. Но, может быть, это поможет тебе вспомнить, что я всё ещё люблю тебя.

Алина взяла коробочку, осторожно открыла ее и увидела кулон. Камень внутри мерцал теплым светом, и она замерла, разглядывая его. Внутри нее будто что-то дрогнуло — и она почувствовала легкое тепло, которое напомнило ей о том, как они смеялись вместе, о том, как он впервые взял ее за руку, о том, как он смотрел на нее, когда они встретились у этого самого фонтана с русалкой. И конечно, она вспомнила, как они вместе ловили шкодливого сыча, который пытался утащить у них вазочку.

— Игорь… — прошептала она, и голос ее дрогнул.

— Я знаю, что я облажался, — сказал он. — Но если ты дашь мне шанс, я сделаю все, чтобы ты снова улыбалась.

Алина смотрела на него несколько мгновений, потом вдруг улыбнулась, будто увидела алмазного филина.

— Ты всегда знаешь, как растопить мое сердце, — сказала она, вставая и обнимая его.

Игорь обнял ее в ответ, прижимая к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет. Настя, стоявшая под дубом, выдохнула с облегчением.

— Наконец-то они помирились, — сказала она. Она была очень рада, что влюбленные помирились — так, как будто это произошло не с ними, а с ней и с… кем-то еще, похожего на Максима.

— Все благодаря тебе, Настя, — сказал Максим, глядя на нее с улыбкой.

Браслет на ее запястье тихо щелкнул. +1 желтый жетон.

Они вышли из парка, и Настя чувствовала приятную легкость. День определенно удался. Она помогла Игорю и Алине найти друг друга, получила желтый жетон, и на душе было тепло и спокойно.

— Ты сегодня хорошо поработала, — сказал Максим, идя рядом. — Помирить влюбленных — это не каждому удается с первого раза.

— Просто я знаю, каково это — когда тебя не слышат, — ответила Настя. — Иногда человеку достаточно, чтобы кто-то просто выслушал и помог разобраться.

— А ты… в твоем мире… часто сталкивалась с тем, что тебя не слышали? — осторожно спросил Максим.

— Постоянно, Макс. Ну, почти постоянно. Мне так хотелось, чтобы у меня было больше друзей, подруг… Конечно, я ценю Юлю, но все же. Я даже не могла нормально попросить на перемене в вузе, чтобы мое место не занимали, если я куда-то отлучалась. Это все так достало меня… Хорошо, что теперь я здесь. Наверное.

— Здесь ты всегда будешь спокойна, Настя. Здесь самая дружелюбная атмосфера во вселенной. Другой такой ты нигде не найдешь.

— Правда?

— Ага. Ой, смотри, какая прелесть тут сидит! — Максим показал взглядом на маленького кроличьего сыча, на котором сидело не меньше десятка разных бабочек.

— И в самом деле, прелесть, — улыбнулась Настя.

Они прошли еще немного, когда Настя заметила впереди знакомую фигуру. Маленький, коренастый чудик, с уже привычной острой шапкой в виде перевернутого чертополоха — но на этот раз он выглядел несколько иначе. На нем был аккуратный фартук, в руках он держал лейку, а рядом стояла тележка с садовым инвентарём. Он стоял у клумбы с яркими цветами и поливал их с важным видом.

— Магнолий? — удивленно окликнула Настя.

Чудик обернулся, и на его лице засияла широкая улыбка — на этот раз без оскала.

— Настя! — воскликнул он, бросая лейку и подбегая к ней. — Я так рад тебя видеть!

— Ты… работаешь здесь? — удивилась она, оглядывая его новый фартук и тележку.

— Да! — гордо сказал Магнолий. — После той нашей встречи я подумал: если ты смогла мне помочь, значит, и я могу помочь другим. Я пришёл в парк, попросился помощником садовода. И меня взяли! Я поливаю цветы, сажаю новые, ухаживаю за клумбами. И мне это очень нравится!

Он протянул руку и показал браслет, на котором горели две зеленые искры.

— Смотри! У меня уже есть жетоны! Я заработал их честным трудом. И знаешь, я вернул все те жетоны, которые украл. Теперь я никому ничего не должен.

Настя почувствовала гордость. Она смотрела на него и не могла поверить, что этот же самый чудик когда-то прятался в лесу, боясь показаться людям.

— Магнолий… это замечательно, — сказала она. — Я так рада за тебя!

— Это все благодаря тебе, — сказал он, глядя на нее с серьезным выражением лица. — Если бы ты не пришла тогда, я бы до сих пор боялся и воровал. Ты дала мне шанс. И я его не упустил.

Он протянул ей маленький полевой цветок — скромный, но ярко-синий, с тонкими лепестками.

— Это тебе, — сказал он. — Он называется «Слеза неба». Это символ надежды. Я хочу, чтобы он всегда напоминал тебе: ты меняешь мир к лучшему.

Настя взяла цветок и улыбнулась:

— Спасибо, Магнолий.

Они постояли еще немного, а затем Настя и Максим двинулись дальше, оставляя чудика за его работой.

— Он изменился, — сказал Максим, когда они отошли.

— Да, — ответила Настя, сжимая в руке цветок. — И это, наверное, лучшая награда за сегодня.

Глава 11. Привет из дома

Настя и Максим остановились у двери ее комнаты.

— Спасибо за сегодняшний день, — сказала Настя, глядя на Максима. — Ты был рядом, и это много для меня значит.

— Я всегда буду рядом, — ответил Максим с легкой улыбкой. — Отдыхай. Ты сегодня сделала больше, чем многие за неделю.

Он легко коснулся ее плеча на прощание и направился в сторону голубых фонарей. Настя еще некоторое время смотрела ему вслед, а затем вошла в комнату и закрыла за собой дверь. «Слезу неба» от Магнолия она поместила в красивую кристальную вазу, которую кто-то предусмотрительно поставил на подоконник. Сняв обувь, села на кровать и взяла в руки кролика. Тот был привычно теплым, и Насте показалось, что он чуть прижался к ее ладони.

— Какой замечательный день был, — прошептала она. — Я нашла свиток в башне, Дима признал свою неправоту, Игорь и Алина помирились, Магнолий нашел работу… И Максим был рядом.

Она легла на подушку, глядя в потолок. Мысли текли медленно и спокойно. Она думала о том, как изменилась за эти дни, как перестала бояться людей, как научилась слушать и помогать. Ей даже не верилось, что всего пару недель назад она не могла спокойно смотреть в глаза незнакомцам.

Внезапно раздался настойчивый стук в дверь. Настя вздрогнула и села на кровати. Стук повторился. Она подошла к двери и открыла ее. На пороге стояла… Юля.

На мгновение Насте показалось, что у нее начались галлюцинации. Юля выглядела точно так же, как и раньше: те же чуть растрепанные волосы, та же легкая настороженность в глазах, тот же голос, который она слышала тысячу раз. Но сейчас она была здесь — у ее двери, с браслетом на запястье и растерянным видом.

— Настя! — выдохнула Юля. — Ты здесь! А я думала, ты пропала!

Настя открыла рот, но не нашла слов.

— Юля? — наконец выдавила она. — Как ты… ты как здесь оказалась?

— Я сама не понимаю! — сказала Юля, размахивая руками. — Я искала тебя несколько дней! Звонила — ты не отвечала! Пришла к тебе домой — никого нет! А потом нашла какую-то дверь в подворотне, открыла ее, и вдруг… оказалась здесь! — Она посмотрела на свои руки, словно проверяя, что это действительно она. — Что это за место? Почему здесь все люди в каких-то браслетах?

Настя стояла в ступоре, будто ей в живот врезался здоровенный филин и не извинился. Она не могла поверить, что Юля попала сюда.

— Юля, — сказала Настя, взяв ее за руки. — Это долгая история, но я помогу тебе разобраться. Заходи.

Она отступила в сторону, впуская подругу в комнату. Юля шагнула через порог, и дверь за ней мягко закрылась. Она остановилась посередине комнаты, оглядываясь по сторонам с выражением человека, который попал в чужой сон. Глаза ее все еще были широко раскрыты, а дыхание прерывистым.

— Настя, это какой-то розыгрыш? — спросила она, и голос ее дрожал. — Ты снимаешь все на скрытую камеру? Это все шутка, да? Скажи мне, что это шутка.

Настя мягко взяла ее за плечи и усадила на кровать.

— Юля, сядь. Это не розыгрыш. Это… я не знаю, как правильно сказать, но это реально. Ты попала в волшебный мир. Он называется Улулулия, а здешний город — Улулулин. И… ты разве не получила письмо от филинов?

Юля уставилась на нее, как на сумасшедшую.

— Не получила. Да даже если бы и получила, то не поверила бы! Почему я должна верить какому-то филину?! Это точно волшебный мир, а не дурдом какой-то?

— Да, точно, — вздохнула Настя. — Посмотри на свой браслет.

Юля опустила взгляд. На ее запястье тускло поблескивал бронзовый браслет — такой же, как у Насти, только с пустыми шкалами.

— Что это за штука? — спросила она.

— Это волшебный браслет-счетчик, — сказала Настя. — Он связан с системой Улулулии. Ты получаешь жетоны за смелые поступки. Зеленые — за маленькие, желтые — за средние, красные — за большие. Жетоны можно тратить на еду, магические предметы и многое другое. Если потеряешь браслет — останешься без помощи на неделю. Чтобы посмотреть, на что можно потратить жетоны, просто коснись браслета, закрой глаза и скажи мысленно, что хочешь посмотреть меню.

Юля смотрела на нее с недоверием, но в глазах уже не было прежнего отрицания. Она слушала внимательно.

— Допустим, я тебе верю, — медленно сказала она. — Но как я здесь оказалась? Я просто нашла какую-то дверь в подворотне. Открыла ее — и вдруг оказалась в этом… Улулулине. А потом какой-то парень в странной одежде сунул мне в руки браслет и сказал: «Новенькая? Тогда сюда, к этой девушке, она ждет тебя, передаю, что это Настя»…

— Не знаю. Мне никто не рассказывал, почему этот мир соединен с нашим. Просто… ну, прими это как данность, пожалуй, и все, — ответила Настя.

Она взяла кролика, который лежал на подушке.

— Знакомься, это мой талисман. Он спасает меня от смерти один раз в день. У тебя тоже такой должен быть.

Юля пошарила в карманах кофты и вытащила кролика, очень похожего на Настиного, только розового. Она зажмурилась, а затем медленно выдохнула:

— Ладно. Допустим, это все правда. Но как мне теперь вернуться домой?

Настя села рядом с ней.

— Я знаю, как вернуться, Юля. Я нашла свиток, в котором говорится, что для этого нужно собрать три красных жетона и провести ритуал. Это сложно, но возможно. Я уже потратила один красный жетон на разблокировку прохода в город (его заколдовал какой-то колдун), и мне нужно найти еще три. Мы вместе сможем это сделать. Но пока я ищу способ — нужно действовать по правилам. Если будешь бояться и прятаться — система не даст тебе шанса. Если будешь пробовать, даже по чуть-чуть — ты сможешь выжить. А я буду рядом и помогу тебе освоиться.

Юля смотрела на нее, и в ее глазах постепенно проступала знакомая Насте решимость.

— Ты действительно изменилась, Настя, — сказала она. — Ты сейчас говоришь как… не знаю… как человек, который знает, что делать.

— Я просто научилась не бояться всего подряд, — ответила Настя с легкой улыбкой. — И я научу тебя тому же.

Юля неуверенно улыбнулась, и в этой улыбке мелькнула та самая Юля, которую Настя знала и любила много лет.

— Тогда рассказывай, — сказала она. — Что я должна делать?

***

Настя только закончила приводить примеры из своего опыта, когда Юля вдруг вскрикнула и выронила из рук что-то небольшое и белое.

— Что это? — испуганно спросила она, глядя на листок бумаги, который только что появился у нее в ладони.

Настя наклонилась и подняла его. Это была записка — такая же, как те, что она получала по утрам. На ней было написано ровным аккуратным почерком:

«Первое задание. Подойди к незнакомцу и попроси у него воды. Награда: 1 зеленый жетон».

Настя улыбнулась, протягивая записку Юле:

— Это и есть, собственно, система. Она дает тебе первое задание. Не бойся, это нормально. У меня самой в первый день было нечто подобное.

Юля прочитала записку и подняла на нее округлившиеся глаза:

— Попросить у незнакомца воды? Это что, шутка?

— Нет, — спокойно ответила Настя. — Я помогу тебе. Мы выйдем на улицу, найдем кого-нибудь, и ты попросишь. Я буду рядом.

Юля вздохнула и, чуть помедлив, кивнула:

— Ладно. Если ты справилась, то и я справлюсь. Кстати… если за воду нужно платить, то почему тут, в этом задании, не нужно? Почему дают жетон за просьбу о воде?

Настя пожала плечами.

— Не знаю. Система Улулулии вообще очень загадочная штука.

Они вышли из комнаты и направились к ближайшей улице. Юля шла рядом с Настей, сжимая записку в руке и оглядываясь по сторонам с настороженным интересом.

— Смотри, — сказала Настя, кивая в сторону небольшой лавки с фруктами под названием «Фрукты от лесных сов». — Вон там стоит продавец, который выглядит… вполне дружелюбным. Как считаешь, сможешь к нему подойти?

Юля остановилась, посмотрела на продавца — пожилого мужчину с седой бородой, который раскладывал яблоки, — и набрала полную грудь воздуха.

— Я справлюсь, — сказала она, скорее себе, чем Насте. — Это же просто вода. Я тысячу раз просила у незнакомцев воду в кафе.

Она шагнула вперед, но чем ближе подходила к прилавку, тем медленнее становился ее шаг. Голос, который был таким уверенным всего минуту назад, вдруг стал тише и дрогнул.

— Добрый день… — начала она, и продавец в фартуке, разрисованном мультяшными сычами, поднял голову.

— Здравствуй, — ответил он с добродушной улыбкой. — Тебе чего?

— Я… — Юля запнулась. Она на мгновение замерла, чувствуя, как краска заливает щеки. — Я… хотела попросить у вас… стакан воды.

Продавец улыбнулся шире, налил ей воды из кувшина и протянул стакан:

— Вот, милая. Пей.

Юля взяла стакан, сделала глоток и почувствовала, как внутри разливается облегчение.

— Спасибо, — сказала она уже увереннее.

— Не за что, — ответил продавец. — Приходи еще.

Юля отошла от прилавка, чувствуя, как на ее запястье браслет издает тихий щелчок. Она подняла руку и увидела на зеленой шкале одну искру.

— Это сработало, — сказала она изумленно.

— Ты молодец, — сказала Настя, подходя к ней с теплой улыбкой. — Ты справилась. Это твой первый шаг в Улулулии.

Юля смотрела на браслет, на стакан в руке, на голубые фонари вокруг — и медленно улыбнулась. Настя обняла ее, чувствуя гордость. Она теперь была кем-то вроде наставника, как Максим когда-то для нее. Ее браслет тихо щелкнул — добавился один зеленый жетон.

— Ой, я, кажется, тоже получила жетон, — сказала Настя, глядя на свой браслет. — Видимо, за то, что наставляю тебя.

— Ух ты! Когда-нибудь и я смогу кого-нибудь наставлять, — улыбнулась Юля.

Они зашли в «Золотого филина» — Настя уже чувствовала себя здесь почти как дома. Внутри было тепло и уютно, пахло свежей выпечкой и всякими травами. Они сели за столик у окна, и Юля с любопытством огляделась.

— Это место выглядит… как из сказки, — сказала она, рассматривая деревянные стены и мерцающие лампы.

Настя тоже огляделась и вдруг замерла:

— Странно...

— Что? — спросила Юля, проследив за ее взглядом.

Настя указала вверх, на деревянные балки под потолком. Там сидело несколько небольших сов с большими круглыми глазами. Самая маленькая из них перелетела с одной балки на другую, бесшумно взмахивая крыльями.

— Раньше здесь не было сов, — сказала Настя с легким удивлением. — Я уже не раз приходила сюда, и ни одной птицы не было.

— Их сегодня утром привезли, — раздался голос из-за стойки. Бармен — тот же молодой парень, которого Настя видела в прошлый раз — подошел к их столику с улыбкой. — Хозяин решил, что раз кафе называется «Золотой филин», пора завести настоящих пернатых жильцов. Говорят, это привлекает удачу.

Он указал на самую высокую балку, где сидел крупный филин с золотистыми глазами, важно оглядывающий зал.

— Это Злато. Он главный. А те, что поменьше, — его свита. Приехали из питомника на окраине города. Они уже освоились, ведут себя примерно. Не бойтесь, если кто-то подлетит — они просто любопытные.

— Это прекрасно, — сказала Настя. — Здесь и так было уютно, а теперь стало еще уютнее. Совы — удивительные создания.

Бармен улыбнулся и отошел, оставив девушек с их чаем и новыми пернатыми соседями. Юля с любопытством оглядывалась, наблюдая, как одна из сплюшек тихо ухает, переговариваясь с другой:

— Они как будто разговаривают.

— Кажется, что они обсуждают нас, — ответила Настя с улыбкой.

Одна из сплюшек, та, что была поближе, тихо и мелодично ухнула и перелетела на другую балку, откуда было видно лучше. Юля проводила ее взглядом и засмеялась:

— Она как будто позирует для нас!

Филин Злато на самой высокой балке сидел неподвижно, но его голова медленно поворачивалась, следя за всем, что происходит в зале. Когда его взгляд встретился с Настей, он издал короткое, почти приветственное «ух».

— Он на тебя посмотрел, — заметила Юля. — Хм… знаешь, мне кажется, они могут тут что-нибудь испачкать, — добавила она шепотом. — Как-то непрактично они тут выглядят.

— Не, совы тут вполне воспитанные, — так же шепотом ответила Настя. — Я еще ни разу не видела, чтобы они ходили в туалет в неположенных местах.

Филин, словно подтверждая ее слова, снова издал то же мелодичное «ух», на этот раз чуть громче. Ему ответили сразу несколько голосов — с разных концов зала, и получилась целая перекличка.

Юля рассмеялась:

— Боже, это же целый хор!

Настя засмеялась вместе с ней:

— Да, такие они. Вечером особенно активные.

Пока они говорили, маленький сычик — совсем маленький, пушистый, с большими оранжевыми глазами — вдруг бесшумно спланировал прямо на их столик. Он приземлился на край чашки Юли и внимательно посмотрел на нее, наклонив голову то в одну, то в другую сторону.

Юля замерла:

— Ой... Он же грязный.

— Не бойся, — сказала Настя, едва сдерживая смех. — Мне кажется, они моют лапки. С мылом.

Птица издала тихое «у-ух», затем быстро моргнула и перелетела обратно на балку, словно получив всю необходимую информацию. Юля выдохнула и засмеялась:

— Ну и ну! Я думала, он сейчас в мою чашку нырнет! — Помолчав, отпивая чай и поглядывая на балку, Юля добавила: — Знаешь, когда ты пропала, я места себе не находила. В голове прямо вся жизнь пронеслась. Я вспомнила, как мы впервые познакомились, как смеялись над глупыми картинками из интернета, как вместе ловили филина, залетевшего ко мне в квартиру… в общем, мы столько всего пережили вместе. И не могла принять тот факт, что тебя, возможно, уже нет. Поэтому я и пришла за тобой.

Настя слушала ее, чувствуя, что их дружбу ничто не способно разрушить — даже переезд в другой мир. Она смотрела на подругу и не могла поверить, что та пришла за ней.

— Ты пришла за мной, — сказала Настя тихо. — Ты не побоялась.

— Ну конечно, я пришла! — фыркнула Юля, пряча улыбку в чашке. — Ты — моя лучшая подруга. Я не могла просто оставить тебя неизвестно где.

К глазам Насти подступили слезы. Она быстро моргнула, стараясь не показывать эмоций, но Юля заметила.

— Настя, — сказала она мягче. — Ты изменилась. Ты стала совсем другой.

Настя подняла на нее глаза и улыбнулась.

— Я стала собой, — ответила она. — Здесь я научилась быть смелой. Я помогла многим, я говорила с гигантским орлом, который запросто мог заклевать меня, с чудиком-волшебником, который мог превратить меня в жабу… В общем, я сама себя не узнаю.

Снова раздалось тихое «ух» — филин Злато снова повернул голову к ним, словно соглашаясь или подбадривая. Настя улыбнулась ему и вернула взгляд к подруге.

— Этот город научил меня многому, — добавила она. — И одно из главных — что я могу быть собой. Могу показывать характер и быть счастливой. Сейчас я даже боюсь представить, что было бы, если бы я осталась дома. Надеюсь только, что я не потеряю так свою работу.

— Ты ее уже, скорее всего, потеряла, — ответила Юля, задумчиво глядя в окно. — Но, думаю, если ты вернешься, то с новыми навыками общения ты без особых проблем найдешь еще какую-нибудь. А пока мы здесь… я останусь с тобой на столько времени, на сколько понадобится. Мы всегда были вместе. Нас ничто и никогда не разлучит.

Маленький сычик снова спустился и приземлился на плечо Юли, словно подтверждая ее слова. Юля вздрогнула, но потом улыбнулась и аккуратно протянула руку.

— Ну, здравствуй, — сказала она тихо. — Будешь моим новым другом?

Сычик наклонил голову, внимательно посмотрел на Юлю и издал тихое, почти ласковое «у-ух». Настя засмеялась и сказала:

— Кажется, ты ему нравишься.

— Наверное, он хочет чаю, — ответила Юля, улыбаясь.

Сычик еще раз ухнул и бесшумно взлетел обратно на балку, оставляя их наедине с теплым чаем и уютной тишиной, нарушаемой лишь шелестом крыльев и тихими перекличками пернатых обитателей кафе.

***

— Я хочу показать тебе кое-кого, — сказала Настя, когда они подошли к фонтану с драконом. — Это Максим. Он помогал мне освоиться в этом мире. Без него я бы, наверное, до сих пор боялась подойти к незнакомому человеку.

Юля с любопытством посмотрела в сторону фонтана. Максим стоял, прислонившись к каменной белке, и, как обычно, смотрел куда-то вдаль с задумчивой улыбкой. Увидев Настю, он улыбнулся и шагнул им навстречу.

— Настя, — сказал он, — я уже думал, что ты вовсю отдыхаешь. А ты снова гуляешь… — Он перевел взгляд на Юлю и слегка удивился. — О, у тебя гостья.

— Максим, это Юля, — сказала Настя. — Моя лучшая подруга. Она пришла за мной из другого мира.

Максим слегка склонил голову, приветствуя Юлю:

— Приятно познакомиться. Я слышал о тебе от Насти. Она говорила, что у нее есть подруга, которая всегда ее поддерживала.

Юля изучающе посмотрела на него, сначала с легким подозрением — будто проверяла, насколько можно ему доверять, — но потом ее лицо чуть смягчилось.

— Ты тот самый Максим? — сказала она с легким интересом. — Настя много о тебе рассказывала.

— Надеюсь, только хорошее, — усмехнулся Максим, глядя на Настю с легкой лукавинкой в глазах.

Настя покраснела, но улыбнулась:

— Все хорошее, не переживай.

Юля перевела взгляд с Насти на Максима и обратно, и на ее лице появилась едва заметная улыбка.

— Так вот ты какой, — сказала она. — Я очень рада, что ты был рядом с ней в первые дни. Она еще недавно была очень застенчивой, постоянно боялась людей… Но ты изменил ее. Ты настоящий герой.

— Нет, настоящий герой — это Настя, — ответил Максим, и в его голосе прозвучала мягкость, которая тронула Настю до глубины души. — Если бы не ее упорство, у нее ничего бы не получилось.

Максим, помолчав, добавил:

— Если хочешь, я могу показать тебе город, Юля. Пока Настя отдыхает, я проведу тебе небольшую экскурсию. У нас есть много красивых мест.

Юля взглянула на Настю с вопросительной улыбкой, и Настя кивнула:

— Иди. Я пойду отдыхать, а если нужно, то подойду.

— Но… тут у нас нет телефонов, — растерянно сказала Юля.

— Да, нету. Но у нас есть филины-почтальоны. Их можно позвать, оплатив почту вкусностями, — подсказал Максим. — Так, сейчас… — Он пошарил в карманах кофты, вытащил оттуда пару конфет, завернутых в яркие фантики, и протянул подругам по одной. — Это конфеты из мышей, тростникового сахара и апельсинов. Совы их обожают. А бумагу и ручку они вам предоставят.

— Прикольно, — сказала Юля. — Надеюсь, они быстрые.

— Они очень быстрые. Они используют специальную магию, которая помогает моментально отыскивать адресата.

— А что нужно сделать, чтобы вызвать сову? — спросила Настя.

— Нужно коснуться браслета и подумать о почте. Тогда сигнал дойдет до ближайшей свободной совы, и она прилетит, — пояснил Максим.

Юля подошла к Максиму, и они направились в сторону рынка. Настя смотрела им вслед и чувствовала спокойствие. Два ее мира — реальный и волшебный — начинали соединяться. И это было прекрасно.

Глава 12. Ночной зов и немного о совах

Настя закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя приятную усталость. День был долгим — встреча с Юлей, объяснение правил, первое задание подруги, разговор по душам в «Золотом филине», знакомство с Максимом. Она сделала так много, что голова шла кругом, но на душе было спокойно, как у сыча, который спрятался в самое уютное гнездышко.

Она сняла кроссовки, повесила толстовку на спинку стула и уже хотела лечь, как вдруг заметила на столе что-то необычное. Маленький листок бумаги, сложенный вчетверо, лежал на самом видном месте. Она точно помнила, что не оставляла его там.

Настя заинтересованно наклонила голову, подошла к столу и взяла бумажку в руки. Она была грубой, чуть мятой, с неровными краями — совсем не похожей на аккуратные записки системы. От нее слегка пахло сухими травами. Настя развернула ее и прочитала:

«Ты уже многому научилась, но этот мир хранит еще много тайн. Приходи в полночь к старому дубу на опушке леса. Там тебе откроются новые пути. Не говори никому — некоторые вещи тебе предстоит понять и прочувствовать самой»

Настя перечитала записку дважды, и на ее губах появилась улыбка. Как же здорово, что ее пригласили узнать кое-то новое, сделать шаг вперед, туда, куда система не могла ее направить.

Она взяла кролика и прижала к груди. Тот был привычно теплым, и ей показалось, что он слегка шевельнулся — словно тоже заинтересовался запиской. Она посмотрела на него внимательнее и заметила, как его глаза на мгновение блеснули в лунном свете.

— Ты тоже хочешь узнать, что там? — прошептала она с легким волнением.

Кролик, конечно, не ответил. Но Насте было очень любопытно, кто же ее пригласил и для чего именно. Улулулия и так казалась удивительной уже, например, потому, что здесь обитают разумные животные, а тут еще и какие-то новые тайны, связанные с саморазвитием… Кто бы так в обычном мире ей стал бы по доброй воле подсказывать, в каком направлении можно развиваться? Настя уже с первых дней здесь начала чувствовать, что ее не бросят. Что она — важная частичка Улулулии, жительница Улулулина, которому нужны герои. Или, может быть, просто люди, от которых есть хоть какая-то польза.

Настя вышла из комнаты, чувствуя, что ей нужно чем-то занять руки и мысли. Записка все еще лежала в кармане, и предстоящая ночь манила ее загадкой, но до полуночи было еще несколько часов. Вместо того чтобы сидеть в тишине и скучать, она решила провести время с пользой.

— Схожу в супермаркет, — сказала она себе. — Куплю что-нибудь на ужин. И заодно посмотрю, что еще интересного есть в Улулулине.

Она направилась к главной улице, где, как она помнила, был небольшой магический магазин продуктов, который она видела, когда они гуляли с Максимом. Зайдя внутрь, она замерла от восхищения.

Супермаркет «Сытый филин» снаружи выглядел вполне обычно, но внутри творились настоящие чудеса. Светящиеся корзины летали по залу, перенося продукты. На полках стояли банки с соусами, которые меняли цвет в зависимости от того, под каким углом на них посмотреть. Хлеб был теплым и свежим, даже если лежал на полке несколько часов, некоторые булочки и пирожки были посыпаны мерцающими звездочками и сердечками, а в отделе с фруктами лежали яблоки и груши, которые сами поворачивались, подставляя лучшую сторону покупателю. Настя с интересом разглядывала все вокруг, чувствуя, как это маленькое приключение поднимает ей настроение.

— Добрый вечер, — сказал продавец — статный улыбчивый парень в зеленом фартуке с пузатым филином в венке из фруктов. — Вы у нас впервые? Могу показать, что у нас есть.

— Спасибо, я просто посмотрю, — ответила Настя с легкой улыбкой. — Хочу изучить ассортимент.

Подняв корзину, она пошла по проходам, с удовольствием разглядывая необычные товары. Она взяла несколько простых продуктов: хлеб, сыр с пятнами плесени в виде сов, пару персиков, бутылку воды с легким лимонным вкусом, а заодно комплект одноразовой посуды. Но потом ее взгляд упал на странный отдел — там продавались «магические десерты». Один из них выглядел как маленький разрезанный на небольшие кусочки торт «Наполеон», но с надписью «Исполняет одно желание в день, если съесть один кусочек».

Настя заинтересованно наклонила голову. Она вспомнила свой первый день, когда она получила красный жетон, свой смелый поступок с тортом. Как много изменилось с тех пор! И этот маленький десерт казался ей забавным напоминанием о том, с чего все началось.

— Возьму-ка я его, — сказала она сама себе с улыбкой.

Когда она подошла к кассе, продавец улыбнулся и сказал:

— Это хороший выбор. Но будьте осторожны: желание может исполниться не совсем так, как вы ожидаете.

Настя улыбнулась в ответ.

— Иногда это самое интересное, — сказала она.

— Кстати, фрукты можно не мыть, — сообщил продавец. — Мы обрабатываем их специальным совиным спреем, который убивает все микробы.

Она расплатилась желтым жетоном и вышла из магазина, чувствуя легкость и приятное возбуждение. Вернувшись в комнату, Настя разложила продукты на столе и с удовольствием приготовила себе бутерброды. Хлеб оказался необыкновенно мягким, с хрустящей корочкой, а сыр таял во рту, оставляя легкое послевкусие базилика и меда. Сочные персики напоминали ей о теплых летних днях. Торт она поставила на подоконник, решив, что прибережет его для особого момента.

Когда она закончила ужинать и убрала все со стола, часы показывали еще не слишком поздний час. До полуночи оставалось время, и Настя подумала, что могла бы зайти к Лене — она знала, что подруга иногда задерживается в магазине допоздна, раскладывая товары или просто наслаждаясь тишиной вечернего города.

Она надела толстовку и вышла из комнаты. Ночной воздух был свежим и прохладным, и Настя с удовольствием вдохнула его полной грудью. На паре голубых фонарей недалеко от магазина Лены сидели филины с переливающимися перьями и громко ухали, будто смеясь. В «Птичьей элегантности» еще горел свет. Настя толкнула дверь, и колокольчик над входом тихо звякнул.

— Настя! — Лена подняла голову от прилавка, и ее лицо озарилось теплой улыбкой. — Какой приятный сюрприз! Ты обычно не заходишь так поздно.

— Гуляла вечером и решила зайти, — сказала Настя, подходя ближе. — Надеюсь, не помешаю?

— Ты всегда желанный гость, — сказала Лена, выходя из-за прилавка. — Как раз собиралась сделать чай. Хочешь?

— С огромным удовольствием.

Они прошли в маленькую комнатку за прилавком — уютную, с мягкими креслами и старым деревянным столом. Лена заварила травяной чай, и в воздухе разлился аромат липы, смешанный с тонким запахом сушеных цветов розы. Настя села, обхватив чашку руками.

— Как проходит вечер? — спросила Лена, глядя на нее с мягким участием. — Ты выглядишь немного задумчивой, но счастливой.

Настя улыбнулась. Лена всегда умела замечать самое главное.

— Подруга из обычного мира Юля появилась, я ей все рассказала о правилах, теперь Максим ей устроил экскурсию по городу, — ответила Настя.

— Ого, надо же. А как Юля сюда попала? Тоже через ту дверь?

— Да. Она искала меня, заподозрив неладное. Так и пришла сюда.

— Надеюсь, ей тут понравится.

— Я тоже.

Лена отпила глоток чая. Она откинулась на спинку кресла с легкой улыбкой.

— Я еще сходила в «Сытого филина». Купила там продуктов, — добавила Настя.

— О, это один из самых известных магазинов Улулулина! — воскликнула Лена. — Советую попробовать торт, исполняющий желания.

— О, я как раз его и купила.

— Так вот, он исполняет желания зачастую довольно забавно, — в глазах Лены заплясали смешинки. — Например, загадываешь желание стать красивее — а получаешь совиный клюв на пару часов! Или, допустим, хочешь стать феей — и получаешь в подарок пыльцу, которая делает твой голос тоненьким, как у мышки, и дает крылья со смешными рисунками.

— Да уж… — хихикнула Настя. — Видимо, я попробую этот торт еще не скоро. Вдруг он превратит меня в червячка.

— Да ты не бойся. Можно устроить вечеринку в какой-нибудь свободный день и провести конкурс, кто смешнее загадает желание.

— О, а это идея, — согласилась Настя. — Что ж, приглашаю тебя на вечеринку, Лена.

— Спасибо, — улыбнулась Лена. — Ой, смотри, там за окном совы зажигают!

Настя обернулась и увидела, как совы высоко задирают лапы и машут крыльями. Едва слышная музыка доносилась из-за окна.

— Какие они смешные, — улыбнулась Настя. — Вообще не закомплексованные создания.

— Знаешь, у нас в городе говорят: «Филины видят больше, чем люди, но говорят меньше». И это правда, — сказала Лена. — Вот, например, недавно один из них, Ух Уховец, залетел в кондитерскую и украл пирожное с вишней. И знаешь что?

— Что? — спросила Настя, подаваясь вперед с интересом.

— Он не просто его украл, — Лена засмеялась. — Он сел на подоконник, демонстративно съел его прямо перед носом кондитера, а потом бросил на пустую тарелку один зеленый жетон. Как будто расплатился!

Настя рассмеялась, представив эту картину.

— И что, кондитер рассердился?

— Он тоже не остался в долгу! — сказала Лена, поднимая палец. — На следующий день он испек специальный пирог «Совиное счастье» и повесил табличку: «Для пернатых гостей — скидка 50%». Ух прилетел, изучил табличку, а потом привел с собой еще трех филинов. И теперь каждое утро они сидят у кондитерской, дожидаясь открытия.

Настя засмеялась от души. Она представила себе эту картину — важные, степенные филины, терпеливо сидящие у дверей, как самые дисциплинированные посетители.

— Это невероятно! — сказала она. — Я и не думала, что филины могут быть такими... предприимчивыми.

— О, это еще не все, — Лена хитро прищурилась. — Мой знакомый продавец цветов рассказывал, что к нему часто прилетает бенгальский филин по имени Изумруд Ухыч. Каждое утро он выбирает один цветок, долго его рассматривает, а потом кивает и улетает. И каждый раз на следующий день этот цветок кто-то покупает. Продавец говорит, что Изумруд — его главный помощник в выборе ассортимента.

Настя представила себе этого изящного филина, который с важным видом инспектирует цветы, и улыбнулась еще шире.

— А Ух и Изумруд — они знакомы?

— Конечно! — Лена махнула рукой. — Они же все тут друг друга знают. Это же город — он маленький, если ты сова. Иногда они собираются на крыше ратуши по вечерам и... ну, я не знаю, о чем они говорят. Но иногда можно услышать такое уханье, что кажется — они обсуждают самые важные городские новости.

Настя засмеялась, чувствуя, как на душе становится тепло и легко. Она смотрела на Лену и понимала, как ей повезло встретить такого хорошего человека.

— Это прекрасно, — сказала Настя, вздохнув. — Я люблю этот город все больше и больше.

Лена понимающе кивнула и ничего не сказала. Они сидели в тишине, наблюдая с улыбкой, как за окном весело танцуют совы.

— У тебя всегда есть место, где можно просто побыть в спокойной обстановке, — сказала Лена через некоторое время. — И люди, которые тебя ждут. Помни об этом всегда.

Настя кивнула и улыбнулась. Они еще немного посидели в уютном молчании, допивая чай, а затем Настя поднялась.

— Мне пора, — сказала она. — Есть еще кое-какие планы на ночь. Но спасибо тебе за этот вечер. Истории очень забавные. Они подняли мне настроение.

Лена обняла ее на прощание и сказала:

— Приходи когда захочешь. Я всегда рада тебя видеть. И если ты решишь попробовать совиный чай — я знаю рецепт, Ух однажды подсказал.

— Совиный чай? — удивилась Настя.

— Забавная история, — загадочно улыбнулась Лена. — Расскажу как-нибудь в следующий раз.

Глава 13. Тайны старого дуба

Настя вышла из «Птичьей элегантности», посмотрела на часы, висящие над входом в соседнюю лавку, и поняла, что до полуночи осталось всего ничего. Если она хотела успеть к дубу, нужно было торопиться.

— Удачи тебе, — донеслось из-за двери. Лена выглянула и улыбнулась. — И пусть ночь принесет тебе только хорошее.

Настя махнула рукой и быстро зашагала по пустынной улице. Голубые фонари мягко освещали ее путь, и в их свете город казался особенно красивым — словно нарисованным акварелью на темном бархате неба. Тишина была почти полная, лишь где-то вдалеке тихо звенели колокольчики.

Вспомнив о Юле, Настя села на скамейку и вызвала сову-почтальона, которая прилетела всего через несколько секунд. Оплатив почту той самой конфетой из мышей, тростникового сахара и апельсинов, Настя написала Юле, что ее пригласили к старому дубу, чтобы рассказать кое-что о тайнах Улулулии. Сова, радостно скушав конфету, подхватила письмо и улетела.

Настя прошла через центральную площадь, где днем всегда кипела жизнь, а сейчас было пустынно и тихо. Голубые фонари отражались в окнах домов, создавая причудливые узоры. Настя на мгновение остановилась, чтобы полюбоваться этой красотой, а затем двинулась дальше.

Городская стена показалась быстро — Настя уже знала дорогу. Она подошла к небольшой калитке и толкнула ее. Та бесшумно открылась, пропуская ее в ночное поле. Маленький рыжий лисенок сидел у самой калитки, словно ждал Настю. Его уши были настороженно подняты, а глаза блестели в лунном свете, как два теплых огонька.

— О, привет, — прошептала Настя. — Ты, наверное, ждал меня?

Лисенок смешно фыркнул, поднялся на лапы и отряхнулся. Затем сделал несколько шагов в сторону поля и оглянулся на нее, словно проверяя, идет ли она за ним.

— Я иду, — сказала Настя, улыбнувшись.

Она шагнула за калитку, и лисенок бесшумно побежал. Его рыжий хвост мелькал среди высокой травы, и Настя поспешила за ним, стараясь не отставать.

Поле простиралось до самого леса, и в лунном свете оно казалось бескрайним, серебристым, как поверхность тихого озера. Трава мягко шуршала под ногами, где-то вдалеке стрекотали ночные насекомые. Улулулия не переставала поражать Настю своей неповторимой красотой.

Лисенок бежал уверенно, словно знал каждый камень и каждый кустик на этом пути. Он иногда останавливался, оборачивался и ждал, пока Настя догонит его, а затем снова устремлялся вперед.

— Ты знаешь, куда идти, да? — спросила Настя, слегка запыхавшись. — Ты уже был там?

Лисенок тихо фыркнул и тряхнул головой — это было похоже на «да». Затем он повернулся и побежал дальше, огибая небольшие кочки и камни. Постепенно они вышли на лесную тропу, и лисенок замедлился, чтобы Настя могла идти рядом. Вскоре впереди показался старый дуб. Он возвышался на небольшой поляне, раскинув свои мощные ветви, словно обнимая ночное небо. Лисенок остановился у самых корней, сел и посмотрел на Настю.

— Так, мы пришли, — сказала она. — Но где же автор записки?

Словно в ответ на ее слова из тени проступил темный силуэт.

— Ты пришла, — раздался тихий, чуть хрипловатый голос. — Я знал, что ты не побоишься.

Из-за ствола вышел пожилой мужчина. Он был невысоким, с добрым, немного уставшим лицом, обрамленным седыми волосами, которые серебрились в лунном свете. Его светло-серые глаза смотрели на Настю с теплым вниманием. Он был одет в простую льняную рубаху и темные штаны, а на плечах лежал старый потертый плащ, который, казалось, впитал в себя всевозможные запахи леса.

Настя перевела дыхание. Внутри нее все еще трепетало легкое волнение, но при виде этого человека оно утихло, сменившись тихим любопытством.

— Вы… вы тот, кто оставил записку? — спросила она, делая шаг вперед.

Мужчина чуть улыбнулся:

— Да. Меня зовут Аркадий. Я хранитель знаний этого леса и всего, что с ним связано. Я живу здесь уже много лет и слежу за теми, кто приходит в наш город.

Настя удивленно моргнула:

— Следите? За мной?

— Не то, чтобы слежу, — ответил он спокойно. — Я наблюдаю. Вижу, как люди меняются, как они растут, как находят себя. Я видел тебя с самого первого дня — когда ты переступила порог и Роман выдал тебе браслет.

Он сделал паузу, и его глаза потеплели.

— Я видел, как ты робела и боялась, как ты краснела при первом задании. И видел, как ты изменилась — как стала смелее, увереннее, как начала помогать другим. Это было красивое зрелище.

Настя почувствовала, как щеки заливает легкий румянец.

— Спасибо, — сказала она тихо. — Но я не знаю… я просто делала то, что казалось правильным.

— Именно это и важно, — кивнул Аркадий. — Ты не просто выполняла задания, чтобы получить жетоны. Ты вкладывала в них сердце, душу. Ты помогала другим искренне, а не ради награды. Это редкость.

Он перевел взгляд на ее браслет, который тихо мерцал в лунном свете, и его голос стал чуть задумчивее.

— Многие думают, что жетоны — это просто награда или валюта. Но на самом деле их смысл глубже. Жетоны — это отражение того, что у тебя внутри. Каждый раз, когда ты получаешь зеленый жетон, это значит, что ты сделала что-то искреннее, доброе. Желтый — что ты решилась на шаг, который изменил твой путь. А красный… красные жетоны означают, что ты готова рискнуть всем ради того, во что веришь.

Настя смотрела на него, затаив дыхание.

— То есть система не управляет мной? — спросила она осторожно. — Она просто… показывает, какой я становлюсь?

Аркадий кивнул:

— Именно. Она не принуждает тебя, она дает тебе возможность видеть свой рост. Жетоны — это не награда и не оковы. Это своего рода зеркало. И то, что ты видишь в нем, зависит только от тебя.

— А почему тогда… — неуверенно начала Настя. — Почему, если не выполнишь какое-то задание, тебя могут оставить на неделю в комнате?

— О, а это просто стимул не сидеть на месте, — ответил Аркадий. — На самом деле никто тебя не закроет в комнате просто за невыполнение задания. Это было бы слишком жестоко. Закрывают вообще где-либо только за грубые нарушения. За убийство, за воровство, за издевательства над невинными, например.

Настя хотела спросить, почему Магнолия не закрыли за воровство жетонов, но решила не выдавать друга, который к тому же исправился.

— Но этот город, — продолжил Аркадий, — скрывает гораздо больше, чем может показать система. Есть пути, которые не откроются через задания. Есть тайны, которые можно найти только самому — когда ты готов их услышать и понять. Я позвал тебя сегодня, чтобы рассказать об этом.

Настя затаила дыхание.

— Какие тайны? Что еще я могу узнать?

Аркадий улыбнулся и подошел ближе. Его голос стал мягче, почти доверительным:

— Ты видишь только часть этого мира. Город, задания, жетоны — это как верхушка айсберга. Но есть и другое — места, где магия течет по-другому, где можно услышать голос земли, почувствовать ритм ночи. Там не нужны жетоны, чтобы меняться.

Он протянул руку и коснулся ее плеча:

— Ты уже готова узнать эти тайны? Или хочешь подождать?

Настя посмотрела в его глаза. Он выглядел вполне дружелюбным, поэтому вряд ли он расскажет что-то страшное.

— Я готова, — ответила она твердо.

Аркадий улыбнулся:

— Хорошо. Тогда слушай…

Настя затаила дыхание. Лисенок у ее ног тихо фыркнул и прижался к ее лодыжке, словно тоже слушал.

— Первое место — Родник Тихих Сычей, — сказал Аркадий. — Он находится в небольшой роще к востоку от города. Вода в нем всегда холодная и прозрачная, и говорят, что если умыться ею, можно услышать свой внутренний голос без помех. Тот голос, который часто заглушают сомнения, страхи и чужие ожидания. Многие приходят туда, чтобы понять, чего они на самом деле хотят.

Настя представила себе этот родник — тихий, скрытый среди деревьев, с водой, отражающей звезды. Ей захотелось увидеть его.

— Второе место — Сад Одиноких Неясытей, — продолжил Аркадий, и в его голосе послышалась легкая улыбка. — Он расположен на холме за старым мостом. Там растут «волчата» — цветы, которые распускаются только в полнолуние. Они невероятно красивы — серебристые, с мягким свечением, по форме напоминают морду волка. И каждый, кто видит их, понимает, каких людей стоит опасаться, а каких — уважать и ценить.

— Как это возможно? — прошептала Настя. — Цветы могут показать, кого нужно опасаться, кого нужно ценить?

— Эти — могут, — ответил Аркадий. — Они растут в месте, где магия особенно сильна. И они не обманывают.

Он перевел взгляд на нее, и его глаза стали чуть загадочнее.

— И третье место — Камень Самых Сонных Сплюшек. Он лежит у старого русла реки, там, где вода ушла много лет назад. Камень гладкий, серый, нагретый солнцем за многие годы. И если прикоснуться к нему ладонью и закрыть глаза, можно увидеть свой путь со стороны — прошлый, настоящий и будущий.

Настя молчала, переваривая услышанное. Ей казалось, что перед ней открылась новая карта — карта собственной души.

— Я не говорю, что ты должна найти их все, — сказал Аркадий мягко. — Возможно, ты вообще не захочешь их искать. Но я хотел, чтобы ты знала — они существуют. И если в какой-то момент система перестанет давать тебе ответы, ты всегда сможешь найти их сама.

Настя подняла на него глаза. В лунном свете его лицо казалось спокойным и мудрым, словно он сам был частью этого леса, этих звезд, этих тайн.

— Спасибо, — сказала она тихо.

Аркадий улыбнулся:

— Ты заслужила это, Настя. Ты пришла сюда не за легкими ответами. Ты пришла, чтобы расти. И я вижу, как ты меняешься.

Он протянул руку и коснулся ее плеча:

— Помни: система — это лишь отражение. Она показывает тебе то, что уже есть внутри. Но настоящая магия этого мира — в тебе. В твоем выборе. В твоих решениях. И когда ты будешь готова — ты найдешь эти места.

Он замолчал, и в ночной тишине было слышно, как где-то в ветвях ухнула сова. Лисенок поднял голову и тихо фыркнул, словно соглашаясь.

— Я запомню, — сказала она. — И когда буду готова — я найду их.

Аркадий кивнул, и в его глазах блеснула теплая искра:

— Я знаю, что найдешь. А теперь иди. Ночь уже не так молода, и твоя подруга Юля, наверное, волнуется.

— А… что насчет нее? Она же тоже может посетить эти волшебные места? — спросила Настя.

— Конечно. Но тогда, когда будет готова. Возможно, сейчас ей пока не стоит их посещать. А может, стоит. Время покажет.

Настя улыбнулась, погладила лисенка по голове и сделала шаг в сторону тропы.

— Спасибо, Аркадий. За все.

Она пошла обратно, чувствуя, как ветер мягко касается ее лица, а звезды освещают путь. Лисенок бежал рядом.

Лес постепенно редел, и впереди показалось поле, серебристое в лунном свете. Лисенок ускорил шаг, и Настя почти бежала за ним, предчувствуя, что завтра будет интересное задание.

Когда они вышли к городской стене, лисенок остановился. Он сел на траву, поднял голову и ласково посмотрел на Настю блестящими глазками.

— Спасибо тебе, — сказала Настя, присаживаясь перед ним на корточки.

Лисенок тихо фыркнул, затем подошел ближе и на мгновение коснулся носом ее руки. Это было похоже на прощание. А затем развернулся и бесшумно исчез в ночи, растворившись среди теней и высокой травы. Настя еще мгновение смотрела ему вслед, а затем толкнула калитку и шагнула в город.

Голубые фонари встретили ее мягким светом. По улицам летали многочисленные совы, приветственно ухая при виде Насти. Она шла не спеша, разглядывая знакомые дома и витрины — они казались ей теперь еще более родными, словно она увидела их в новом свете после разговора с Аркадием.

Она подошла к своему дому, поднялась по лестнице и открыла дверь комнаты. Внутри было тихо и темно, лишь в углу горел маленький ночник в виде полупрозрачного сиреневого филина, который Юля, видимо, оставила для нее. На столе лежала записка:

«Я пошла спать, но оставила травяной чай в термосе. Он еще горячий. Если что — я рядом, в соседней комнате с филином на двери. Юля».

Настя улыбнулась. Она сняла куртку, подошла к столу и взяла термос в руки — он и правда был еще теплым. Настя отпила глоток травяного чая, и его мягкий вкус успокоил ее, согревая изнутри.

Настя легла, укрылась одеялом и прикрыла глаза. Где-то за окном кто-то загадочно ухнул, будто говоря «Спокойной ночи». Настя улыбнулась — возможно, это был Ух Уховец или Изумруд Ухыч, а может, Мрак Мраковец.

Глава 14. Тихие сычи знают тайны твоего сердца

Настя проснулась с чувством легкости, будто летала всю ночь по Улулулии, как ошалелый сыч, потерявший страх перед колдунами, которые варят супы из сов. Солнечные лучи пробивались сквозь щели в шторах, и где-то за окном весело щебетали совы, которым не спалось днем. Она повернула голову и увидела, что Юля уже сидит на кровати, обхватив колени руками, и смотрит на нее с нетерпением.

— Ну? — спросила Юля. — Ты уже проснулась? Рассказывай!

Настя села, потянулась и улыбнулась.

— Подожди, дай мне хотя бы умыться, — сказала она. — А то сразу с вопросами, как любопытная совка.

— Я ждала тебя всю ночь, то засыпала, то просыпалась! — возмутилась Юля. — Ты вернулась под утро, а я не хотела тебя будить. Но теперь-то ты не сбежишь!

Настя засмеялась и встала с кровати. Она умылась, переоделась и села за стол, где Юля уже приготовила завтрак — простые тосты с сыром и горячий чай с шиповником. Настя отпила глоток чая и начала рассказывать.

— Вчера я встретила у старого дуба одного таинственного человека по имени Аркадий, — начала она. — Он живет в лесу. Он сказал, что в этом мире есть три волшебных места, о которых не знает система.

Юля подалась вперед, затаив дыхание.

— Что за волшебные места?

— Например, Родник Тихих Сычей, — сказала Настя. — Говорят, если умыться его водой, можно услышать свой внутренний голос без помех, узнать свои тайные желания, в которых не признаешься самому себе. Или Сад Одиноких Неясытей — там цветы распускаются только в полнолуние, и каждый, кто их видит, понимает, каких людей нужно ценить и уважать, а каких — опасаться. И еще Камень Самых Сонных Сплюшек — он у старого русла реки, и если к нему прикоснуться, то можно увидеть свой путь — прошлый, настоящий и будущий.

Юля слушала, открыв рот.

— Это... это просто невероятно! — сказала она. — Ты веришь, что это правда?

Настя задумалась на мгновение, а затем кивнула:

— Я хочу в это верить. Аркадий не выглядел как врущий филин.

Юля откинулась на спинку стула и улыбнулась:

— Тогда мы должны непременно найти эти места! — воскликнула она.

— Может быть, когда-нибудь потом, — осторожно сказала Настя. — Но, наверное, не сегодня. Сначала нужно разобраться с заданиями.

Юля кивнула, но в ее глазах уже горел азарт:

— Тогда сегодня я все сделаю, чтобы мы поскорее отправились на поиски!

Настя улыбнулась. Ей нравилось, что Юля разделяет ее интерес, что они теперь вместе исследуют Улулулию.

Они допивали чай, когда на столе появились две записки – одна поближе к Насте, другая — к Юле.

— О! — Юля подняла записку и уставилась на текст. — Кажется, мне пришло заданьице!

Настя тоже взяла свою записку. На ее поверхности проступили буквы:

«Помоги жителю города, который стесняется своей внешности, почувствовать себя красивым. Награда: 1 желтый жетон»

Настя удивленно моргнула. Вроде бы задание слишком простое, тут и смелости особой как будто и не нужно…

— Что у тебя? — спросила Юля, заглядывая через плечо.

— Помочь человеку, который стесняется своей внешности, — прочитала Настя вслух. — Да уж, а недавно я помогала чудику, который совсем не стеснялся своих острых зубов. Теперь, наверное, нужно помочь кому-то на самом деле… красивому.

— А у меня! — Юля протянула ей руку. — «Помоги незнакомцу донести покупки. Награда: 2 зеленых жетона» — ну, это гораздо проще.

Она с сомнением посмотрела на свое задание, а затем сказала:

— А знаешь, твое задание звучит гораздо интереснее. Я бы с радостью помогла закомплексованному человеку. Может, я поменяюсь с тобой?

Настя рассмеялась:

— Задания, к сожалению, не меняются. Раз мне оно уже пришло, значит, помогать кому-то со стеснительностью придется мне.

Юля вздохнула, но потом улыбнулась:

— Ну, по крайней мере, я справлюсь со своей задачей. А когда мы закончим, встретимся здесь и все обсудим.

— В полдень, — кивнула Настя. — Договорились?

— Договорились! — сказала Юля.

Они быстро собрались и вышли из комнаты. У дверей они разошлись в разные стороны: Юля — в сторону рынка, а Настя — в сторону восточной окраины города.

Настя шла по улицам, пока дома не начали редеть, уступая место небольшим садам и огородам. Восточная окраина оказалась тихой и зеленой — здесь пахло цветами и свежей землей, а воздух был чище, чем в центре. Она прошла мимо небольшого леса, который начинался сразу за последними домами, и заметила в кустах едва заметную тропинку, уходящую вглубь. Настя на мгновение задержала на ней взгляд, но покачала головой и пошла дальше.

Вскоре она нашла нужный дом — небольшой, аккуратный, с деревянными ставнями и разноцветной геранью на подоконниках. Настя постучала в дверь, и через несколько секунд та приоткрылась. Из-за двери выглянула девушка примерно ее возраста. Лица было почти не видно — большой черный капюшон скрывал ее черты, и она смотрела в пол, избегая взгляда.

— Ты Настя? — спросила она тихо. — Мне сказали... система сказала, что ты придешь.

— Да, это я, — ответила Настя мягко. — Мне сказали, что тебе нужна помощь.

Девушка помедлила, но потом открыла дверь шире и пропустила Настю внутрь. Дом внутри оказался уютным — светлым, с деревянной мебелью и множеством книг на полках. На спинках стульев были вырезаны забавные совы с листьями и цветами, на стенах висели многочисленные портреты разных животных, а с потолка свисало несколько изящных люстр в виде цветов.

Девушка села на край стула и замерла, все еще не поднимая головы.

— Меня зовут Аня, — сказала она едва слышно. — Я... я не знаю, зачем система отправила тебя ко мне. Это все равно, мне кажется, не поможет.

— Поможет, если мы поговорим, — уверенно сказала Настя, присаживаясь напротив. — Расскажи мне, что случилось.

Аня молчала долго, будто скрывала какую-то страшную тайну, связанную с жонглированием невинными филинами, и нервно теребила край своей рубашки. Наконец, вздохнув, она медленно подняла руку и сняла капюшон. На ее правой щеке оказалось золотистое родимое пятно, похожее на маленькую звезду. Оно было на самом деле красивым, но Настя видела, как Аня стесняется его: она сразу же отвела взгляд и снова опустила голову.

— Я знаю, что это уродливо, — прошептала она. — Все отводят взгляд. Никто не хочет смотреть на меня. Я даже на рынок выхожу только в капюшоне. А когда я была маленькой, дети часто дразнили меня.

Настя смотрела на нее, и ее сердце сжалось. Она вспомнила себя — свою былую стеснительность, как она краснела при каждом взгляде, как опускала глаза, как боялась заговорить с незнакомцами. Она чувствовала абсолютно ту же боль, ту же неуверенность.

— Аня, — сказала она тихо. — Я знаю примерно, что ты чувствуешь. Я тоже стеснялась себя. Всю жизнь я думала, что я неинтересная, скучная, что я не вписываюсь в любое общество. Я избегала взглядов, я боялась говорить. Мне казалось, что все видят во мне лишь одни недостатки.

Аня подняла на нее глаза — в них блестели слезы.

— Правда?

— Да, — кивнула Настя. — А потом я попала в Улулулию. И поняла, что моя стеснительность не была уродством. Она была… ну, просто частью меня, как нога или рука. И когда я перестала бояться людей, я поняла, что могу быть собой.

Она протянула руку и осторожно коснулась плеча Ани.

— Твое пятно — тоже не уродство, Аня. Оно на самом деле очень похоже на звезду на небе. Никто, глядя на звезду, не думает, что она некрасивая. Ты просто… не совсем такая, как другие. И это нормально. Даже прекрасно. А может, у тебя вообще есть какой-нибудь особенный дар, который ты пока не раскрыла в себе.

Аня смотрела на Настю, и в ее глазах постепенно загоралась робкая искра надежды.

— Ты правда так думаешь? — спросила она.

— Я знаю это, — сказала Настя. — Ты красивая, Аня. Возможно, ты могла бы даже стать моделью… Или в Улулулии нет моделей? — она чуть смутилась, думая, что вопрос звучит немного глупо.

— Почему, есть. И да, ты угадала. Я всегда хотела быть моделью, но стеснялась показаться агентствам, — уже чуть увереннее ответила Аня.

Она поднялась и подошла к небольшому зеркалу, висевшему на стене. Затем она поднесла руку к щеке и провела пальцами по родимому пятну.

— Ты думаешь... — начала она. — Ты думаешь, я могу перестать прятаться? Могу осуществить свою мечту?

Настя подошла к ней и встала рядом, глядя на их отражения:

— Я верю, что ты можешь. Да, это поначалу может быть страшно, но потом, когда сделаешь первый шаг — все становится гораздо проще.

Аня сделала глубокий вдох.

— Спасибо, — сказала она тихо. — Ты не представляешь, как много это для меня значит.

Настя улыбнулась в ответ. В этот момент ее браслет щелкнул, и желтая шкала загорелась на один жетон больше.

Аня заметила это и кивнула:

— Ты выполнила задание, но я хочу сделать для тебя кое-что еще.

Она подошла к двери и накинула легкую шаль.

— Пойдем, я покажу тебе одно место. Оно рядом с моим домом, в лесу. Я хочу подарить тебе эту красоту — как благодарность.

Настя не могла отказать. Она вышла за Аней, и та повела ее по тропинке, которая проходила за домом и уходила вглубь леса.

— А знаешь, я недавно видела, как в агентство «Модные филины» зазывают новых моделей, — вспомнила Настя. — Раздают листовки там, клеят объявления. Да и совы стали часто летать с почтой по городу.

— Ого. Надо бы наведаться туда, — обрадовалась Аня. — А какие параметры должны быть у моделей, случайно не знаешь?

— Я не приглядывалась, но вроде там ищут стройных и с необычными фишками. Не знаю, что подразумевается под «необычными фишками», но что-то мне подсказывает, что тебя они точно будут рады видеть.

— Спасибо, буду иметь в виду, — улыбнулась Аня.

Скоро они вышли на небольшую поляну. В центре нее, окруженный мшистыми камнями, журчал родник. Вода в нем была прозрачной и слегка светилась в лучах солнца. Настя узнала его по описанию Аркадия.

— Это Родник Тихих Сычей, — прошептала она.

— А, так ты знаешь о нем? — удивилась Аня. — Я думала, это мой маленький секрет.

Настя покачала головой:

— Я… я слышала о нем. Но я не думала, что найду его прямо сегодня.

Аня улыбнулась:

— Тогда это не случайность. Иди, попробуй воды.

Настя подошла к Роднику и опустилась на колени. Она зачерпнула ладонями воду и умыла лицо. Вода была прохладной, но приятной. Настя закрыла глаза и услышала внутри свой внутренний голос:

«Я хочу остаться здесь. Я хочу жить в Улулулии. Но я хочу иногда навещать близких из обычного мира. Это мой выбор»

А затем в ее голове мелькнул образ Максима, как человека, который стал ей дорог. Она увидела его улыбку, его спокойные серые глаза, его небрежные темно-русые волосы, услышала его ласковый голос. И поняла: ей хочется быть рядом с ним. Ей хочется, чтобы он смотрел на нее так же тепло, как она сейчас смотрит на него.

Настя улыбнулась и открыла глаза. Аня спросила:

— Ты в порядке?

— Да, — ответила Настя. — Я… я поняла кое-что важное о себе. Спасибо большое тебе за этот Родник.

Аня кивнула и мягко улыбнулась:

— Тогда я оставлю тебя на минуту. Я буду ждать у дома.

Она неторопливо пошла обратно по тропинке. Настя еще раз зачерпнула воду, умылась и посидела в тишине, слушая, как журчит вода и шелестят листья.

А затем она заметила, что на ветвях старых деревьев, окружавших поляну, висели небольшие гнезда — аккуратные, сплетенные из сухих веток и мха, с мягкой подстилкой из пуха и листьев. Они располагались довольно низко, и Настя могла разглядеть их в деталях. В одном из них сидела небольшая сова с большими круглыми глазами и важно наклонила голову, глядя на Настю с явным любопытством. Ее оперение было серо-коричневым, с темными крапинками, и она выглядела очень уютно на фоне зеленой листвы.

Настя замерла, боясь спугнуть птицу. Она вспомнила название: «Родник Тихих Сычей». И вот они — настоящие сычи, тихие и наблюдательные, словно хранители этого места.

Сыч издал короткое, мелодичное «у-ух», и ему ответил другой — из соседнего гнезда, которое висело на другом дереве. Настя заметила, что гнезд было несколько: одно на старом дубе, другое на высокой сосне, а третье почти скрыто в густой листве. Из одного гнезда выглядывала голова маленького сыча с огромными желтыми глазами — он казался совсем юным и смотрел на мир с наивным любопытством.

Настя улыбнулась. Ей казалось, что эти птицы знают о Роднике больше, чем кто-либо.

— Здравствуйте, милые сычи, — тихо сказала она им. — Спасибо, что разрешили мне побыть здесь.

Один из сычей снова приветливо ухнул, словно отвечая на ее слова. Настя еще немного посидела, слушая журчание воды и тихие переклички птиц, а затем поднялась и направилась обратно к Ане.

Настя вышла из леса и увидела Аню, которая сидела на крыльце своего дома. Она уже не пряталась под капюшоном — ее лицо было открытым, и золотистая звезда на щеке мягко поблескивала на солнце.

— Ты что-то долго, — сказала Аня. — Я уже начала волноваться.

— Прости, — улыбнулась Настя. — Я просто… я не могла просто уйти. Там такие милые сычи… и вообще там все очень волшебно…

— Я знаю, — кивнула Аня. — Я часто прихожу туда, когда мне грустно. Родник всегда помогает.

Они немного побыли в тишине, глядя друг на друга.

— Спасибо тебе, — сказала Аня тихо. — За то, что пришла. За то, что сказала мне те слова. Я… я не знаю, как долго я еще пряталась бы, если бы не ты.

Настя взяла ее за руку и сжала ладонь:

— Ты сильная, Аня. Я верю, что у тебя все будет хорошо.

Аня улыбнулась, и в ее глазах блеснули слезы.

— Ты тоже, — сказала она. — Ты — хороший человек, Настя. Я это чувствую.

Они обнялись на прощание, и Настя пошла обратно в сторону города. Она обернулась у самой калитки и увидела, что Аня стоит на крыльце и машет ей рукой. Настя помахала в ответ и зашагала дальше.

Когда она вошла в город, солнечный свет заливал улицы, и жизнь кипела вокруг — люди спешили по своим делам, летающие книги кружились над головами, а где-то вдалеке слышался смех детей. Настя улыбнулась и направилась в сторону рынка, чтобы немного прогуляться перед встречей с Юлей.

***

А в это время Юля уже была на рынке.

Она шла между рядами, с любопытством разглядывая прилавки, где продавали все — от сверкающих амулетов до пушистых клубков ниток, которые двигались сами собой. Рынок казался ей огромным и шумным, и Юля чувствовала легкое головокружение от обилия красок и запахов.

Внезапно она заметила пожилого мужчину, который пытался нести две тяжелые сумки, полные продуктов. Он кряхтел и останавливался через каждые несколько шагов, вытирая пот со лба.

— Вам помочь? — спросила Юля, подходя ближе.

Мужчина повернул к ней усталое лицо и улыбнулся:

— Ох, дочка, ты бы очень выручила меня! Эти сумки стали для меня тяжелыми, а дом мой вон там, за углом.

Юля взяла одну из сумок и удивилась ее весу — она и правда была тяжелой. Она пошла рядом с мужчиной, стараясь идти в ногу с его медленным шагом.

— Вы что-то тяжелое купили? — спросила она.

— Да, купил камни для сада, — ответил он. — Люблю возиться с цветами. Это мое маленькое хобби. Моя жена, царствие ей небесное, тоже любила цветы. Теперь я ухаживаю за ними в память о ней.

Юля почувствовала, как внутри что-то кольнуло. Она посмотрела на мужчину и улыбнулась:

— Это очень трогательно. Думаю, она бы гордилась вами.

Они дошли до небольшого дома, и мужчина поставил сумки у входа. Он выпрямился, тяжело вздохнул и посмотрел на Юлю с благодарностью.

— Спасибо тебе, дочка, — сказал он. — Ты не представляешь, как я тебе благодарен. Возьми это, в знак моей признательности.

Он протянул ей руку, и на его ладони лежал маленький, необычный плод — что-то среднее между яблоком и персиком, переливающийся всеми оттенками розового и золотого.

— Это сладкий плод из «Сытого филина», — сказал он. — Говорят, он приносит удачу. И, кстати, очень вкусный.

Юля взяла плод и улыбнулась:

— Спасибо большое! Вы не должны были.

— Ты заслужила, — твердо сказал мужчина. — Доброта всегда возвращается. Запомни это.

Он кивнул ей на прощание и скрылся за дверью, а Юля посмотрела на плод в своей руке и улыбнулась. Зеленая шкала на браслете загорелась — получено два зеленых жетона.

Она спрятала плод в карман и направилась обратно к рынку, чувствуя приятную легкость. Все шло хорошо — задание было выполнено, и у нее было немного времени, чтобы прогуляться.

Она шла по улице, рассматривая витрины, как вдруг кто-то окликнул ее:

— Эй, красотка! Ты новенькая?

Юля обернулась и увидела перед собой парня примерно ее возраста. Он был одет в модную белую куртку с черными минималистичными филинами, волосы его были небрежно взлохмачены, а на лице играла самоуверенная улыбка. Он смотрел на Юлю с явным интересом, чуть прищурившись.

— Прости, я тебя знаю? — спросила Юля холодно.

— Пока нет, — усмехнулся он, делая шаг ближе. — Меня зовут Дима. А ты, я так понимаю, подруга той стеснительной девушки? Как ее там… Настя, кажется?

Юля нахмурилась. Ей не понравилось, как он назвал Настю.

— Она не стеснительная, — сказала она резко. — И мы не знакомы. Я иду дальше.

Она попыталась обойти его, но Дима шагнул в сторону, преграждая ей путь.

— Ну, не будь такой холодной, — сказал он, стараясь казаться обаятельным. — Я просто хотел познакомиться. Ты же новенькая, я бы мог показать тебе город, если хочешь. Я здесь уже неделю, знаю много интересных мест.

Юля остановилась и посмотрела на него с ледяным спокойствием.

— Во-первых, я не ищу экскурсовода. Во-вторых, если ты хочешь казаться крутым, то у тебя плохо получается. А в-третьих, я сказала, что иду дальше. И я это сделаю.

Она шагнула в сторону и обошла его, даже не обернувшись. Дима замер на мгновение, не ожидая такой резкости, а затем крикнул ей вслед:

— Ну и ладно! Не больно-то и хотелось!

Юля услышала, как он что-то пробормотал себе под нос, но не стала разбирать слова. Она ускорила шаг, чувствуя легкое раздражение, но и некоторое удовлетворение — она не позволила ему вести себя нагло. Она все-таки не какой-то там зашуганный сыч, который боится выйти за пределы своего гнездышка.

«Настя, похоже, была права насчет него, — подумала она. — У него явно проблемы с чувством такта».

Она свернула за угол, где сразу стало тише и спокойнее, и немного замедлила шаг. Солнце поднималось все выше, и в городе становилось жарче. Юля взглянула на часы, которые показывали уже почти полдень, и поспешила обратно к комнате, чтобы встретиться с Настей и поделиться своими новостями.

***

Настя вошла в комнату ровно в полдень и увидела, что Юля уже сидит на кровати, поджав ноги, со стаканом дымящегося чая в руках. На столе стоял еще один стакан — для Насти.

— Ты как раз вовремя, — сказала Юля, кивая на второй стакан. — Я уже заварила чай. Давай, рассказывай!

Настя сняла куртку, села на стул, взяла чашку, отпила глоток и улыбнулась.

— У меня был очень необычный день, — начала она. — Сначала я пошла на восточную окраину и нашла девушку по имени Аня. Она стеснялась своей внешности из-за родимого пятна в форме звезды на щеке. Она прятала его под капюшоном и почти не выходила из дома.

— Ой, бедняжка, — сказала Юля, сочувственно нахмурившись. — И что ты сделала?

— Я просто поговорила с ней, — ответила Настя. — Я рассказала ей, что сама когда-то стеснялась себя. Что я боялась взглядов, краснела, избегала людей. И что я поняла: это не уродство, а часть меня. Я сказала ей, что ее пятно похоже на звезду на небе.

Юля смотрела на нее с мягкой улыбкой.

— И что она?

— Она поверила, — сказала Настя, и в голосе ее зазвучала теплая гордость. — Она сняла капюшон и впервые за долгое время улыбнулась своему отражению. Это было очень трогательно.

— Ты молодец, — сказала Юля. — Ты помогла ей поверить в себя.

— А потом она показала мне Родник, — продолжила Настя. — Тот самый, о котором говорил Аркадий — Родник Тихих Сычей. Он был прямо за ее домом, в лесу.

Юля подалась вперед:

— И что? Это правда? Он работает?

Настя кивнула, и в ее глазах загорелся мягкий свет:

— Да, и там живет много сычей. Конечно, сычей можно и в городе увидеть, но там они были какими-то особенно милыми. В общем, я умылась тамошней водой и услышала свой внутренний голос. Он сказал мне… что я хочу остаться здесь, в Улулулии. И что я на самом деле влюблена в Максима.

Она замолчала на мгновение, вспоминая милых сычей.

— А заодно я рассказала Ане об агентстве «Модные филины», которое ищет новеньких. Она ведь всю жизнь мечтала быть моделью.

— О, а это очень находчиво с твоей стороны, Настя! — Юля показала большой палец. — Раньше ты не могла подобрать, казалось бы, очевидные темы для диалога, а теперь… ты прямо выросла! Я уверена, мы еще встретим Аню где-нибудь на совином подиуме.

Они немного помолчали. Настя тихо сказала:

— Я правда хочу остаться в Улулулине, Юля. Здесь я стала собой. Я больше не боюсь быть смелой. Я помогаю людям, я чувствую, что я на своем месте. Я хочу жить здесь всегда, но я хочу иногда навещать близких из нашего мира.

Юля искренне улыбнулась:

— Я на самом деле уже чувствовала это, когда ты рассказывала про Улулулию. Ты здесь сияешь, Настя. Ты стала счастливой. И я думаю, Максим тебе очень подходит.

Настя почувствовала, как к глазам подступают слезы радости:

— Спасибо. Ты даже не представляешь, как много для меня значит, что ты понимаешь меня.

— Эй, — сказала Юля, наклоняясь вперед, — я твоя подруга. Я всегда буду тебя понимать. И если ты хочешь остаться, то я поддержу тебя.

Она отпила глоток чая и добавила:

— А еще… у меня тоже были приключения.

— Рассказывай! — сказала Настя, чувствуя жгучее любопытство.

— Я пошла на рынок и помогла пожилому мужчине донести сумки, — сказала Юля. — Он купил камни для сада, и ему было тяжело. Я донесла их до его дома, и он был так благодарен, что подарил мне этот плод.

Она достала из кармана необычный плод — золотисто-розовый, переливающийся на свету — и показала его Насте.

— Он сказал, что это сладкий плод из «Сытого филина» и что он приносит удачу. Я пока не пробовала, но выглядит очень вкусно.

— Это чудесный подарок, — улыбнулась Настя. — Ты заслужила его.

— А потом, — продолжила Юля, и ее голос изменился на слегка раздраженный, — я встретила того самого парня, о котором ты говорила. Диму.

Настя нахмурилась:

— Ох, и что он сделал?

— Он пытался со мной познакомиться, — сказала Юля. — Но так неуклюже и нагло, что у меня чуть глаз не задергался. Он назвал меня «красоткой», сказал, что может показать мне город, и вел себя так, будто я должна быть польщена и он сделал мне великое одолжение, заговорив со мной.

— И что ты ответила? — спросила Настя с любопытством.

— Сказала, что не ищу экскурсовода, и что у него плохо получается казаться крутым, — усмехнулась Юля. — И просто ушла.

Настя засмеялась:

— Ой, Юля, как ты это сказала! Он, наверное, обиделся?

— Пф, — фыркнула Юля. — Пусть учится нормально общаться с людьми. Нельзя быть таким наглым с первого взгляда.

Она отпила чай и добавила:

— Но, если честно, я даже довольна, что так вышло. Я показала ему, что меня не так легко впечатлить.

— Ты молодчина, — сказала Настя, качая головой. — Ты не дала ему себя задеть.

Они помолчали, наслаждаясь тишиной и теплом комнаты. Солнечные лучи играли на стенах, создавая причудливых солнечных зайчиков, за окном слышался тихий шум города. Маленькая сова пролетела мимо окна и тихонько ухнула.

— Знаешь, Настя, — сказала Юля тихо. — Раньше… когда мы в первый раз встретились… я вообще думала, что ты никогда не сможешь раскрыться. Но теперь вижу, что ошибалась в тебе. Ты как… как маленький смелый сычик, который всегда знает, чего хочет.

Настя ответила с улыбкой:

— А почему именно сычик? Думаешь, я могла бы стать друидом-сычом?

— Ну-у… А почему бы и нет? — лукаво посмотрела на нее Юля. — В одной известной онлайн-игре же есть друиды-совы… Или совухи… В общем, совообразные. А кстати… — она отпила чай и откусила от бутерброда. — Поинтересуйся как-нибудь у Макса, можно ли тут стать друидом-совой. Ну или оборотнем-совой. Интересно же.

— Эм… — Настя смутилась. — Как-нибудь потом, наверное. Вдруг он подумает про меня не совсем то, что надо.

— А что такого? Если ты просто хочешь стать чуточку сильнее, может, летать над городом и выслеживать всяких вредителей, то что тут может быть плохого? Я бы на твоем месте спросила бы.

— А ты сама не хочешь быть друидом?

— Ну… над этим надо подумать… В целом, я не хочу тебя как-то затмевать, тем более что ты в обычном мире всегда была стеснительной. А тут, если ты можешь проявить себя в полном объеме, то почему бы тебе не воспользоваться этим.

Бум!

Подруги вздрогнули и посмотрели в окно.

По стеклу медленно съезжал растрепанный бенгальский филин с выпученными глазами. На его хвосте почему-то болталась целая связка разноцветных фантиков.

— Это вообще что?! — расхохоталась Юля.

— Не знаю, видимо, он не заметил стекло, — сказала Настя, из вежливости сдерживая смех.

Глава 15. Рано или поздно каждый запустит торт в незнакомца

Когда филин улетел, Настю внезапно осенило:

— Юля! — сказала она, поворачиваясь к подруге. — У меня же есть голубое платье! Но нету туфелек к нему. У меня есть несколько желтых жетонов, и я хотела бы потратить их на туфли.

Юля улыбнулась:

— Это прекрасная идея.

Настя быстро переоделась в голубое платье, которое мягко струилось по фигуре, и подошла к маленькому зеркалу. Она посмотрела на себя и улыбнулась — в этом платье она чувствовала себя увереннее и красивее.

— Ну что, идем? — спросила она, поворачиваясь к Юле.

— Идем! — ответила та, и они вышли из комнаты.

Город встретил их послеполуденным солнцем. Голубые фонари уже начали мягко загораться, но небо все еще было ясным и ярким. Настя и Юля прошли мимо знакомых улиц и свернули в сторону, где, как они знали, находился небольшой магазинчик «Лапки стройного филина».

Он оказался именно таким, как описывали — небольшим, но очень уютным. Витрины были украшены резными деревянными рамами, а внутри туфельки сами кружились в медленном танце, привлекая внимание прохожих. Над входом висела вывеска с изображением совы с изящными лапками в ярких сандалиях.

— Какая красота! — выдохнула Юля, заглядывая в витрину. — Они как будто живые!

Настя толкнула дверь, и та бесшумно открылась.

Магазин внутри оказался настоящей восточной сказкой. Стены были в теплых персиковых и золотистых тонах, повсюду висели резные светильники в форме лотосов, которые мягко светились теплым желтым светом. В углах сидели разноцветные игрушечные совы из дерева и керамики — они, казалось, наблюдали за посетителями с легким любопытством. В воздухе витал тонкий аромат сандала и сухих цветов.

У входа, на высоком деревянном насесте, сидела огромная сова ростом с человека. Ее оперение переливалось темным золотом, а большие янтарные глаза внимательно следили за каждым вошедшим. Настя на мгновение замерла, чувствуя, как от птицы исходит необычная, почти гипнотическая энергия.

— Не бойтесь, — раздался голос из глубины магазина. — Дух Древней Совы не тронет тех, кто пришел с добром.

Из-за прилавка вышла девушка. Она была примерно одного возраста с Настей, с живыми, добрыми глазами и улыбкой, которая мгновенно располагала к себе. Ее одежда была необычной — легкая, переливающаяся, разрисованная совами и цветами, и на ней мягко светились узоры, как неоновые.

— Добрый день! — сказала она. — Меня зовут Катя. Я здесь консультант. Выбираете обувь?

Настя кивнула, все еще поглядывая на огромную сову:

— Да... И я прошу прощения, а это кто? Она... настоящая?

Катя рассмеялась мелодично:

— И да, и нет. Это дух-хранитель нашего магазина. Его зовут Тенистый. Он очень старый и очень мудрый. Он согласился охранять магазин в обмен на лакомства — обожает печенье с медом и ягодами.

Настя посмотрела на сову с уважением. Та слегка наклонила голову, словно приветствуя ее, и издала тихое, но глубокое «у-ух».

— Какой он красивый, — прошептала Юля.

— Тенистый любит гостей, — сказала Катя, улыбаясь. — Но только тех, кто приходит с открытым сердцем. А вы, я вижу, пришли именно такими.

Настя улыбнулась в ответ и перевела взгляд на полки, уставленные туфельками. Они были самых разных цветов и фасонов — от изящных балеток до сапожек с мерцающими узорами. Но ее взгляд сразу упал на одну пару.

Туфельки были нежно-голубыми, с серебряной вышивкой в виде мелких звезд. Они мягко светились, словно в них была заключена частичка лунного света. Настя подошла ближе, и туфельки словно узнали ее — они слегка приподнялись на полке, как будто приветствуя ее.

— О, да они же идеально подходят к твоему платью, — сказала Юля, встав рядом.

Катя подошла и одобрительно кивнула:

— Отличный выбор. Это модель «Лунная звезда». Говорят, они помогают чувствовать себя увереннее. Примерь их.

Настя присела на мягкую скамью, сняла свои старые туфельки и надела новые. Они сели идеально, как будто были сделаны специально для нее. Она встала и прошлась немного по магазину — туфельки мягко ступали, а серебряные звезды на них вспыхивали при каждом шаге.

— Я беру их, они классные, — сказала Настя с улыбкой.

— Отлично! — Катя подошла к прилавку, и Настя протянула один желтый жетон. Та приняла его и вложила в свой браслет.

— И еще, — сказала Катя, наклоняясь к Насте с заговорщицким видом, — я хочу подарить тебе маленький бонус. Это от меня и от Тенистого.

Она протянула Насте маленькую шелковую ленту, вышитую серебряной нитью.

— Завяжи ее на туфельке. Она добавит тебе капельку удачи.

Настя приняла ленту:

— Спасибо тебе, Катя. Ты не представляешь, как я рада этой покупке.

— Удачи тебе, — сказала Катя с теплой улыбкой. — И заходи еще. Тенистый будет скучать, если ты не вернешься.

Настя посмотрела на сову и улыбнулась. Та медленно моргнула, словно соглашаясь.

— Я обязательно приду, — сказала она.

Она вышла из магазина, чувствуя себя еще более нарядной и счастливой, чем раньше. Юля шла рядом и улыбалась:

— Ты выглядишь потрясающе, Настя. Эта покупка определенно стоила того.

— Спасибо, — ответила Настя. — Я чувствую себя... по-настоящему красивой. Конечно, я и раньше чувствовала себя красивой, но теперь… я прямо особенно красивая, как сова, родившаяся под самой яркой звездой.

— Может, ты и есть сова. Сова-друид, — Юля сделала загадочный вид.

— Может, и так… — тихо ответила Настя. Она все еще не знала, стоит ли ей спрашивать Максима о магии друидов.

Они прошли несколько шагов, и Настя уже собиралась сказать, что можно было бы зайти к Лене, как вдруг у Юли в руке появилась записка.

Юля удивленно посмотрела на нее:

— Ой... Что это? У меня новое задание?

Она поднесла записку к глазам и прочитала:

«Помоги старому колдуну наладить работу его магической лавки. Награда: 1 желтый жетон»

Юля подняла глаза на Настю:

— Починить лавку? Я даже не знаю, как это делается!

Настя улыбнулась и взяла ее за руку:

— Мы справимся. Я пойду с тобой.

От Юлиного браслета отделилась маленькая золотистая искра, которая повела подруг в сторону старой части города.

***

Настя и Юля прошли через несколько улиц, сворачивая в сторону старой части города. Здесь дома были старше и причудливее, с резными деревянными балконами и коваными фонарями, которые светились мягким сиреневым светом.

Наконец они увидели лавку. Над входом висела покосившаяся вывеска с надписью «Дремлющий сыч», выведенной золотыми буквами, которые уже потускнели от времени. Ставни были плотно закрыты, на подоконниках лежал слой пыли, и казалось, что сюда давно никто не заходил.

— Выглядит заброшенным, — прошептала Юля.

— Только выглядит, — ответила Настя. — Постучи, наверное, кто-нибудь да откроет.

Юля неуверенно постучала в дверь. Через пару мгновений дверь со скрипом приоткрылась, и оттуда высунулась взлохмаченная голова, с седыми прядями и кустистыми бровями.

— Чего надо? — раздался ворчливый голос.

— Здравствуйте! — сказала Юля, стараясь говорить приветливо. — Нам сказали, что вам нужна помощь.

Дверь открылась шире, и они увидели колдуна. Он оказался невысоким стариком с хитрыми, но добрыми глазами, одетым в необычную мантию — разноцветную, расшитую драконами всех видов: зелеными, золотыми, синими, даже крошечными фиолетовыми. Драконы на мантии как будто двигались, периодически подмигивая или меняя позы.

— Помощь? — фыркнул колдун. — Чем вы, маленькие девочки, можете мне помочь? Моя лавка — все! — он махнул рукой внутрь, приглашая их войти.

Они перешагнули порог и оказались внутри. Лавка была небольшой, но заполненной множеством вещей: на полках стояли банки с сушеными травами и кореньями, висели связки чеснока и странных ярких цветов, в углу возвышался большой глиняный котел — чистый и ухоженный, но в данный момент он странно шипел, хотя под ним не было огня. Рядом на столе лежали половник, деревянная ложка и несколько глиняных мисок.

— Посуда сама гремит, двери сами хлопают, — жаловался колдун, ходя по лавке. — А этот котел! Я хочу сварить волшебный суп из корня звездодуба и «зайчиков», а он шипит на меня, как злая гусыня! Я не могу так работать!

Он остановился, тяжело вздохнул и добавил:

— И самое обидное — никто не хочет мне помогать. Даже старый Тенистый из обувной лавки отвернулся от меня на днях!

Юля растерянно оглянулась на Настю, ища поддержки. Настя улыбнулась и подошла ближе к колдуну:

— А что, если лавка могла обидеться на вас?

Колдун нахмурился и даже приоткрыл рот, собираясь возразить, но осекся. Он почесал голову, задумался, а затем буркнул:

— Обидеться? На что? Я кормлю ее, я ухаживаю за ней, я чиню полки каждую весну! Чего еще ей надо?

— А день рождения? — спросила Юля, которой внезапно пришла в голову простая мысль. — У нее же есть день рождения?

Колдун широко раскрыл глаза и на мгновение потерял дар речи.

— День рождения... — прошептал он. — Ну да, есть... В позапрошлом году я испек для лавки пирог. А в прошлом... в прошлом я забыл.

— Дух лавки, наверное, обиделся, — сказала Настя мягко. — Попробуйте извиниться перед ним.

— Извиниться?! — возмутился колдун. — Я — великий маг! Я не извиняюсь перед лавкой!

Юля шагнула вперед и положила руку на плечо колдуна:

— Послушайте, — сказала она мягко, но настойчиво. — Ваша лавка — это не просто какое-то здание. Это место, где вы живете, работаете, варите супы. Она вас охраняет. Она заслужила уважение. Попробуйте сказать ей простое «прости». Духи любят, когда к ним обращаются по-доброму.

Колдун посмотрел на нее с сомнением. Но что-то в голосе Юли заставило его ослабить хватку. Он вздохнул, подошел к центру лавки и, глядя на стены, пробурчал:

— Ну... прости меня. Я забыл про твой день рождения. Просто... у меня было много забот, я варил суп, собирал травы... Ты прости меня, пожалуйста.

Его голос звучал неловко, почти сердито. Но вдруг полки перестали дрожать, дверь мягко закрылась без стука, а котел успокоился и перестал шипеть.

Колдун оглянулся вокруг и удивленно выдохнул:

— Она... она успокоилась. Неужели это сработало?

Настя улыбнулась:

— Похоже, да. Духи чувствуют искренность. И вы правда искренне извинились.

В этот момент браслет Юли мягко засветился желтым, браслет Насти — зеленым (+1 зеленый жетон за, видимо, наставничество).

Юля облегченно выдохнула и улыбнулась.

— Мы рады, что смогли помочь, — сказала она.

Колдун взглянул на них с теплотой, которую, впрочем, не очень хотел показывать. Он откашлялся и сказал:

— Ну... раз уж вы помогли мне... я должен как-то вас отблагодарить.

Он подошел к шкафчику и достал две маленькие глиняные коробочки, украшенные затейливыми узорами.

— Это мои фирменные волшебные леденцы, — сказал он. — Они превращают в какое-нибудь симпатичное животное на несколько минут.

Он протянул их Насте и Юле. Те с благодарностью приняли подарки.

— Спасибо, — сказала Юля. — Это очень мило.

— Мило, — буркнул колдун, но в его глазах заплясала улыбка. — Ну, идите уже. Мне нужно варить суп, а вы тут расселись...

Настя и Юля вышли из лавки, и дверь за ними мягко закрылась. На вывеске «Дремлющий сыч» буквы на мгновение засветились теплее, словно лавка благодарила их за помощь.

***

Настя и Юля шли по улице, обсуждая, какие совы милее, когда Юля снова получила записку в руку.

— Что еще? — пробормотала она, поднося записку к глазам.

«Запусти торт в прохожего, который надоедает кому-нибудь или ругается на того, кто этого не заслужил. Награда: 1 красный жетон. Торт материализуется на ближайшей свободной лавке».

Юля выдохнула и подняла глаза на Настю. В ее взгляде заплясали веселые искорки.

— Это что еще такое... я должна запустить торт в человека? — спросила она, усмехаясь.

Настя кивнула, чувствуя теплоту. Она вспомнила свой первый красный жетон — как она боялась, как колебалась, как Максим поддерживал ее.

— Да, — сказала она. — Это твой шанс получить красный жетон. Я тоже так делала в самом начале. Это страшно, но...

Юля перебила ее, весело хлопнув в ладоши:

— Я справлюсь! Ты же знаешь, я всегда была смелее тебя! — она подмигнула. — К тому же, если задание требует запустить торт в нахала — я сделаю это с удовольствием!

Она огляделась, и Настя заметила, как в ее глазах загорелся азарт. Юля явно была готова к этому приключению.

— Тогда я пойду искать подходящую цель, — сказала Юля. — Ты не волнуйся, для меня это пустяк! Встретимся дома! А, возьми еще, пожалуйста, эти леденцы, сложи их в комнате — я попозже попробую!

И она, передав леденцы от колдуна, быстро зашагала в сторону главной площади.

Настя смотрела ей вслед, чувствуя гордость за подругу и легкое волнение. Да, Юля была сильной, она справится. Но все равно Настя чувствовала, как внутри шевелится тревога — вдруг Юля решит запустить торт в какого-нибудь колдуна или колдунью, и ее в отместку превратят, допустим, в червячка.

Она сделала несколько шагов в сторону дома, как вдруг услышала знакомый голос:

— Настя!

Она обернулась и увидела Максима. Он стоял в нескольких шагах от нее, с легкой улыбкой на лице. На закатном солнце его серые глаза казались особенно теплыми и даже какими-то волшебными.

— Максим! — сказала она, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Как ты здесь оказался?

— Искал тебя, — ответил он, подходя ближе. — Люди сказали, что видели тебя на восточной окраине. Я хотел спросить... у тебя есть время сегодня вечером?

Настя почувствовала, как внутри разливается приятное тепло. Она кивнула:

— Да, есть.

— Тогда я хочу показать тебе кое-что, — сказал Максим. — Ты была в старой башне за городом, да? Но есть еще одна — на южной окраине. Ее называют Башней Бабочек. Там живут удивительные создания, которых не увидишь больше нигде в городе. И оттуда открывается невероятный вид на закат.

Настя улыбнулась.

— Я бы с удовольствием пошла с тобой, — сказала она мягко. — Но можно мне забежать в комнату на минутку? Я хочу переобуться в новые туфельки.

— Конечно, — улыбнулся Максим. — Я подожду тебя здесь.

Настя быстро зашагала к дому, чувствуя, как легкость и предвкушение наполняют каждую клеточку тела. Она почти взбежала по лестнице, влетела в комнату и, тяжело дыша, остановилась у кровати.

Сердце билось быстро — от быстрого бега и от волнения. Она посмотрела на старые кеды, которые все еще были на ней, затем перевела взгляд на коробку с новыми туфельками.

Она сложила на окно леденцы, присела, быстро расшнуровала кеды и сняла их. Затем аккуратно достала новые туфельки «Лунная звезда» — голубые, с серебряной вышивкой, мягко мерцающие в свете вечернего солнца. Она надела их, и они сели идеально, как будто были созданы специально для нее.

Настя встала и посмотрела на себя в маленькое зеркало, висящее на стене. Голубое платье мягко струилось, туфельки нежно сверкали, и Настя почувствовала, что в этот момент она выглядит именно так, как всегда мечтала выглядеть.

Она взяла кролика, прижала его к груди на мгновение и прошептала:

— Я скоро вернусь.

Затем осторожно положила его на подушку и вышла из комнаты, чувствуя, как легкость и радость наполняют ее. Она спустилась вниз и увидела Максима, который ждал ее у входа. Когда он увидел ее, то невольно замер, будто стесняясь.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказал он тихо.

Настя улыбнулась.

— Спасибо, — ответила она. — Я готова.

Они пошли по улице, оставляя позади шумный город.

— Расскажи мне про Башню Бабочек, — попросила Настя, идя рядом с Максимом и чувствуя, как его рука иногда касается ее руки.

— Это особенное место, — сказал он. — Там живут бабочки, которых не встретишь больше нигде. Они рождаются из лунного света и питаются звездной пылью. Говорят, что если загадать желание, когда они садятся тебе на плечо, то оно обязательно сбудется.

Настя улыбнулась. Она не знала, сбудется ли ее желание, но знала одно — она хотела запомнить этот момент навсегда. Солнце, дружелюбные жители Улулулина, Максим рядом, а впереди — Башня Бабочек, где ее ждет что-то новое и прекрасное.

Она подумала о Юле, которая сейчас, возможно, уже ищет подходящую цель для торта. Она подумала о том, как изменилась ее жизнь за последние дни. И она поняла, что у нее есть все, что нужно для счастья.

Глава 16. Мечты должны сбываться, а наглые коты — быть чуть-чуть скромнее

Настя и Максим шли по улицам города, и воздух был наполнен ароматами цветов и трав. Голубые фонари уже начали мягко загораться.

— А когда и как появилась Башня Бабочек, Максим? — спросила Настя.

Максим улыбнулся и посмотрел на небо, на пролетавшего где-то далеко орла.

— Она появилась очень давно, — начал он. — Еще когда города были совсем маленькими, а магия только начинала зарождаться. Говорят, что ее создала добрая колдунья по имени Ириана. Она хотела сохранить для людей частичку их радости.

— Частичку радости? — переспросила Настя, заинтересованно взглянув на него.

— Да, — кивнул Максим. — Ириана верила, что настоящая магия живет не в заклинаниях, а в счастливых мгновениях. Когда люди смеялись, когда они влюблялись, когда радовались — она собирала эти мгновения, как светлячков, и вплетала их в стены башни. Так и родилась Башня Бабочек. Каждая бабочка в ней — это частичка чужой радости, воплощенная в крыльях.

Настя задумалась. Ей показалось, что это самая красивая история, которую она слышала в Улулулии.

— Значит, когда мы смотрим на бабочек, мы видим чье-то счастье? — спросила она.

— Именно, — ответил Максим. — И если бабочка садится тебе на плечо, значит, она хочет поделиться с тобой этим счастьем.

Они прошли через центральную площадь и свернули на улицу Совиных Кувшинок, которая вела к южной окраине города. Здесь дома были ниже и проще, некоторые фонари светились розовым, а кое-где, среди кустарников и деревьев, прятались таинственные маленькие пруды. Вскоре впереди показался большой сад, в котором росло много яблонь и груш. Дорожки были усыпаны разноцветными лепестками, а ветви деревьев переплетались над головой, образуя живой туннель.

— Как тут красиво... — Настя с восхищением рассматривала сад.

— Ага. Этому саду больше трехсот лет, — ответил Максим. — Мы уже почти пришли.

Они вышли на поляну, и Настя увидела Башню Бабочек, которая стояла в центре сада — невысокая, изящная, сложенная из светлого камня, светящегося в сумерках. Она была увита растениями, а ее стены переливались всеми оттенками голубого и серебряного.

У входа их встретил старый смотритель — высокий и седой мужчина в длинном светлом плаще. Его глаза были такими же светлыми, как стены башни, и он смотрел на них с чуть загадочной улыбкой.

— Вы пришли, — сказал он тихо, словно приветствуя старых знакомых. — Я чувствовал, что сегодня будут гости.

— Добрый вечер, — сказала Настя. — Мы слышали, что здесь водятся удивительные бабочки.

— Да, они здесь живут, — ответил смотритель. — Но помните одну вещь: бабочки любят тишину. Они остро чувствуют шум и суету. Если вы будете говорить тихо и слушать сердцем, они покажутся вам.

Настя улыбнулась.

— Спасибо, — сказала она. — Мы запомним.

Смотритель кивнул, и дверь перед ними медленно отворилась, открывая путь внутрь.

Настя шагнула внутрь и удивленно осмотрелась.

Башня оказалась не совсем такой, как она себе представляла. Внутри не было ни лестниц, ни перекрытий — только огромное, уходящее ввысь пространство, залитое мягким лунным светом. Свет лился откуда-то сверху, проникая сквозь стеклянный купол, и казалось, что сама башня дышит этим сиянием.

Стены и потолок были усыпаны бабочками. Их были тысячи — они сидели неподвижно, сложив крылья, и переливались всеми оттенками голубого и серебряного. Когда Настя вошла, несколько бабочек взметнулись в воздух, бесшумно кружась над ее головой, словно приветствуя.

— Это… потрясающе, — прошептала Настя, боясь нарушить тишину.

Максим стоял рядом и улыбался, глядя на нее:

— Я знал, что тебе понравится.

Она сделала еще несколько шагов вперед, чувствуя, как мягкий свет окутывает ее. И вдруг одна из бабочек — самая маленькая, с крыльями нежно-голубого, почти белого цвета — отделилась от стены и с легким трепетом спланировала вниз. Она покружилась над головой Насти, словно выбирая место, а затем опустилась ей на плечо.

Настя замерла, боясь пошевелиться. Она чувствовала легкое прикосновение крошечных лапок и видела, как крылья бабочки медленно раскрываются и закрываются, переливаясь в лунном свете.

— Она выбрала тебя, — тихо сказал Максим. — Это добрый знак.

Настя улыбнулась.

Они подошли к широкому окну, выходящему на запад. Оттуда открывался невероятный вид — город голубых фонарей, лес, уходящий к горизонту, и небо, окрашенное в синие тона. Солнце начинало опускаться за горизонт.

Они сели на широкий подоконник, и Настя почувствовала, как Максим сидит рядом — так близко, что она чувствовала его тепло.

— Спасибо, что привел меня сюда, — сказала она тихо.

— Не за что, — ответил он. — Знаешь, я сначала думал, что ты не согласишься идти. Что не захочешь провести со мной время в подобном месте. Но я рад, что ошибался.

Они помолчали, глядя на закат. Бабочка на плече Насти тихо шевелила крыльями.

— Я рад, что ты решила остаться в Улулулии, — сказал Максим негромко. — И не только потому, что это правильное решение для тебя... А еще потому, что ты делаешь этот мир лучше. Я слышал, что некоторые, вдохновленные твоим примером, стали добрее, смелее. Нашли себе новые занятия по душе.

— Например, Магнолий?

— Не только он. Например, одна девушка по имени Таня, которая все время боялась пойти на йогу, записалась недавно на занятия. Да, она стесняется того, что она не очень гибкая, но она готова преодолеть это стеснение и даже поискать там новых подруг. А еще она недавно вылечила раненого филина. Она говорила, что если бы не ты, то она бы вряд ли записалась на занятия йогой.

— Ого. Ничего себе.

— И это еще не все. Один музыкант по имени Кирилл играет на волшебной лютне — знаешь, такие, у которых струны светятся в темноте? У него невероятный голос. Но он годами боялся выступать. Он думал, что его осудят, что он недостаточно хорош, что люди будут смеяться. И он просто сидел дома и играл для себя.

Настя слушала затаив дыхание.

— А потом он услышал историю о девушке, которая запустила торт в незнакомца, — продолжил Максим, и в его глазах мелькнула теплая искра. — Которая боялась, но сделала. Которая помогала другим, даже когда сама сомневалась. И он подумал: «Если она смогла переступить через свой страх, то и я смогу». На следующей неделе он вышел на площадь и сыграл свою песню.

— И… что было дальше? — спросила она, почти боясь услышать ответ.

— Ему похлопали, — просто сказал Максим. — Он получил свои первые аплодисменты. А теперь он собирается играть каждую неделю в разных кафе. Говорят, у него уже есть постоянные слушатели. И он больше не боится.

Настя улыбнулась. Это маленькое чудо — узнать, что кто-то, кого она даже не знает, нашел смелость благодаря ей.

— Здорово. Я рада, что делаю людей счастливее, — прошептала она.

— Это еще не все, — сказал Максим, и в его голосе послышалась легкая улыбка. — Есть еще один человек. Борис.

— Борис?

— Столяр, — пояснил Максим. — Он работал на складе всю жизнь. Ненавидел свою работу, но боялся рискнуть. У него была мечта — делать деревянные игрушки. Он говорил, что это глупо, что никто не будет их покупать, что он слишком стар для этого.

Настя чувствовала, как эта история все сильнее захватывает ее.

— И что же было дальше?

— Он услышал твою историю. Как ты рискнула, как переступила через страх, как выбрала быть собой. И он подумал: «Если она смогла, то и я смогу». Он уволился с работы, открыл небольшую мастерскую и теперь делает деревянные игрушки в виде паровозиков, филинов, драконов. И знаешь, что?

— Что?

— У него очередь из покупателей, — улыбнулся Максим. — Люди говорят, что его игрушки сделаны с душой. Он наконец-то стал счастливым.

Настя почувствовала, как к горлу подступает теплый комок. Она не искала славы, не хотела быть примером. Но все же она стала им, и это было необычно ощущать.

— Я не знала, — сказала она тихо. — Я не знала, что моя история может так повлиять на других.

— Иногда мы не знаем, какое эхо оставляем, — ответил Максим мягко. — Но ты оставила доброе эхо, Настя. И оно продолжает звучать.

Бабочка на ее плече слегка шевельнула крыльями, словно соглашаясь. Настя посмотрела в окно, на звезды, на город голубых фонарей. Сердце забилось быстрее. Она повернулась к Максиму и встретила его взгляд.

— Я очень рада, что я здесь, — ответила она. — И рада, что ты есть.

***

Пока Настя любовалась бабочками в лунном свете, Юля бодро шагала по рынку, высматривая подходящую цель для своего задания. Она чувствовала себя почти охотницей — только вместо лука и стрел у нее был торт, который должен был материализоваться где-то поблизости.

Наконец Юля увидела небольшую лавку, над которой висела вывеска «Клубки мечты». На прилавке лежали волшебные клубки ниток — они переливались всевозможными цветами, мягко светились и, казалось, сами тянулись к покупателям.

За прилавком стояла милая девушка с добрыми, но уставшими глазами. Она пыталась обслужить покупательницу, которая выбирала нитки для вязания, но ей явно кто-то мешал.

Этим «кем-то» оказался толстый рыжий кот. Он сидел прямо на прилавке, скрестив передние лапы, которые выглядели почти как человеческие ладони, и нагло обводил взглядом всех вокруг. На нем была полосатая футболка и такие же полосатые шорты — видимо, он пытался казаться похожим на тигра, но из-за его упитанной фигуры это выглядело скорее забавно, чем устрашающе.

— Эй, Агата, — сказал кот с ленивой наглостью, обращаясь к продавщице, — скажи этой даме, что ее выбор — полный провал! Эти нитки слишком тусклые для такой скучной девушки.

Покупательница возмущенно фыркнула и отложила клубок.

— Простите, — сказала Агата, краснея. — Он не со зла…

— А вот и со зла! — перебил кот, поднимая когтистый пальчик. — Я всегда говорю правду, и она редко бывает приятной. А вот вы, дорогуша, — он повернулся к другой покупательнице, — вы думаете, что зеленый цвет вам идет? Ой, нет, нет, нет! Даже я, кот, знаю, что рыжий — ваш цвет!

Девушка обиженно сжала губы и положила клубок обратно.

— Базя, пожалуйста, — взмолилась Агата, почти плача, — дай мне работать! Ты же обещал вести себя прилично!

— Я и веду себя прилично! — возмутился кот, поправляя свою полосатую футболку. — Просто я честный! А это в наше время редкость! Вот хочешь, я скажу всем, что у тебя в шкафу лежит запасная мантия с дыркой на локте?

Агата закрыла лицо руками. Ей явно было стыдно и обидно, а покупатели один за другим отворачивались от лавки.

Юля стояла в стороне и наблюдала за этой сценой с нарастающим возмущением. Оглядевшись, она заметила на соседней лавке свежий торт с кремовой глазурью — он материализовался сам собой, как по волшебству, словно только и ждал, когда его запустят в цель.

Юля подошла к лавке и взяла торт в руки. Кот снова начал цепляться к какой-то старушке, и внутри у нее вскипело: «Ты заслужил это!»

Она сделала шаг вперед, прицелилась, и с размаху швырнула торт прямо в рыжую морду!

Торт со свистом полетел и с глухим шлепком врезался прямо в физиономию наглого кота. Кремовая глазурь размазалась по его носу, ушам и полосатой футболке. Кот замер на мгновение, ошарашенный, а затем начал отплевываться и вытирать крем с глаз.

— Кхм-кхм! Что за… кто это сделал?! — возмущенно завопил он, крутя головой.

Покупатели, которые все это время терпеливо слушали его насмешки, не выдержали и дружно расхохотались. Кто-то даже захлопал в ладоши. Агата подняла голову, увидела перепачканную морду кота и тоже не удержалась от смеха.

— Ну вот, — сказала она, вытирая слезы, — тебя наконец-то проучили!

Юля подошла к прилавку и улыбнулась.

— Это тебе за всех, кого ты обидел, — сказала она коту, который все еще пытался отчистить глазурь с усов.

Кот обиженно фыркнул, но, видимо, решил не связываться с решительной девушкой. Он неловко соскочил с прилавка, отряхнулся, облизываясь и бормоча себе под нос:

— Неблагодарные люди! Никто не ценит честности! А я всего лишь хотел помочь им стать лучше! Ну и ладно! Я еще вернусь!

Он гордо выпрямился, поправил полосатую футболку и, переваливаясь с боку на бок, направился прочь с рынка, оставляя за собой следы крема на брусчатке.

— Спасибо тебе, — сказала Агата, обращаясь к Юле. — Я уже не знала, как с ним справиться. Базилик такой наглый, но безобидный… и очень говорливый. Ты не представляешь, как он меня утомил.

Юля улыбнулась:

— Я рада, что смогла помочь. Он заслужил этот урок.

В этот момент браслет Юли ярко засветился красным светом.

Юля посмотрела на красный жетон на своем браслете и почувствовала гордость.

— Удачи тебе, — сказала она Агате. — И если этот кот вернется, зови меня. У меня есть еще один торт в запасе.

Агата засмеялась и помахала ей на прощание.

***

Настя возвращалась в город, когда уже был закат. Она думала о Максиме, о том, как они сидели у окна и смотрели на природу и город. Она вспоминала, как бабочка села ей на плечо, как загадочно светилась башня, истории про людей, которые изменились благодаря ей. В своем мире она и думать не могла, что однажды станет для кого-то примером.

Когда она вошла в комнату, ее встретил яркий свет и возбужденный голос Юли:

— Настя! Ты вернулась!

Юля сидела на кровати, поджав ноги, и в руке у нее что-то ярко блестело. Она была вся переполнена энергией, и глаза ее сияли.

— Я сделала это! — воскликнула она, поднимая руку с браслетом, где светился красный жетон. — Я получила красный жетон!

Настя улыбнулась, присаживаясь рядом:

— Рассказывай! Я хочу все узнать!

Юля засмеялась и, не скрывая своей радости, начала рассказ, жестикулируя и перебивая саму себя:

— Ты не поверишь! Я была на рынке, и там была лавка с клубками — такая милая, с вывеской «Клубки мечты». А там продавщица — Агата, такая добрая, но очень уставшая. И ей мешал этот ужасный кот Базилик! Он сидел на прилавке и просто уничтожал всех покупателей! Одной сказал, что ее нитки тусклые, другой — что зеленый ей не идет, всем грубил. Агата чуть не плакала!

Настя внимательно слушала, чувствуя, как ее улыбка становится все шире.

— И что ты сделала?

— А я вспомнила задание! — сказала Юля, вскакивая с кровати и размахивая руками, словно показывая сцену. — И тут я смотрю — на соседней лавке лежит торт! Свежий, с кремовой глазурью! Я взяла его, прицелилась и... бах! — она эффектно замахнулась, — прямо в его рыжую морду!

Настя рассмеялась, представив эту картину:

— И что было потом?

— Крем размазался по всей его физиономии! — Юля снова засмеялась. — Он был в шоке! Сначала молчал, а потом начал отплевываться и ворчать. А покупатели — они все смеялись! Агата чуть не плакала от счастья! И я получила красный жетон!

Она показала браслет, и Настя подтвердила, что красный жетон светился на нем ярко и ровно.

— Ты молодец, — сказала Настя, с гордостью глядя на подругу. — Ты сделала это. Сама, да с такой отвагой.

Юля села рядом и хитро улыбнулась:

— А теперь рассказывай ты. Как прошло твое свидание? Система подсказала, что ты с Максом пошла к Башне Бабочек.

Настя почувствовала, как легкий румянец покрывает щеки, и улыбнулась:

— Это не свидание. Мы просто... ну, гуляли.

— Ну да, ну да, — поддела ее Юля. — Просто гуляли в Башне Бабочек. Просто сидели у окна и смотрели на звезды. И бабочка села тебе на плечо. Просто так.

Настя засмеялась:

— Откуда ты знаешь про бабочку?

— Я все знаю! — фыркнула Юля. — Ты светишься вся. Тебя же видно за версту.

Настя покачала головой, но в ее голосе звучало тепло:

— Это было прекрасно, Юля. Правда. Башня оказалась волшебной — она светилась, тысячи бабочек кружились вокруг нас. И Максим... он сказал, что рад, что я решила остаться. Это было важно.

Юля мягко улыбнулась и положила руку на плечо Насти:

— Я знаю, что он тебе небезразличен. И я рада, что у тебя есть кто-то здесь, кто поддерживает тебя. Ты заслуживаешь быть счастливой.

Настя почувствовала, как к горлу подступил теплый комок.

— Спасибо, — сказала она тихо. — А еще он рассказал про людей, которые вдохновились моим примером и стали смелее.

И Настя вкратце рассказала про Кирилла, Бориса и Таню.

— Ого, да ты прямо знаменитой становишься! — восхитилась Юля. — Надеюсь, и я кого-то уже вдохновила и своим примером. Это так здорово, что мир становится лучше благодаря нам. Ты, кстати, есть хочешь, наверное? Я тут пирожков с мясом купила.

— Да, хочу.

Юля встала, заварила чай и вытащила пакет с пирожками. В комнате разлился аромат трав, и подруги устроились на кровати, обхватив чашки руками.

— Странно, — сказала Настя, глядя в окно. — Еще несколько дней назад я хотела только одного — вернуться домой. А теперь этот мир стал моим домом.

— А я еще несколько дней назад сидела в своей квартире и волновалась, где ты, — ответила Юля. — А теперь я швыряю торты в наглых котов и получаю красные жетоны.

Они обе засмеялись.

— Сегодня был особенный день, — сказала Настя, обнимая свою чашку. — Для нас обеих.

— Особенный, — согласилась Юля. — И знаешь, что самое главное?

— Что?

— Что тот бенгальский филин с фантиками шлепнулся в окно.

Настя улыбнулась и кивнула. Она чувствовала, что внутри нее есть место и для тихой радости, и для волнения, и для теплой уверенности. Этот день стал еще одним важным шагом в ее новой жизни.

Они пили чай, смотрели на вечернее небо и чувствовали, что все будет хорошо.

Глава 17. Мечты сбываются, но не от торта

Внезапно воздух в комнате стал слегка густым, и на столе начал материализовываться небольшой светящийся конверт. Он медленно принял форму — плотный, переливающийся голубым и серебряным, с сургучной печатью в виде глазастой совы.

Юля замерла с чашкой в руке:

— Это что еще за... чудеса?

Настя осторожно протянула руку и взяла конверт. Он был теплым на ощупь, как будто хранил в себе солнечный свет. Она сломала печать и развернула письмо.

На тонкой, светящейся бумаге было выведено четким, красивым почерком:

«Дорогие Настя и Юля!

Вы доказали, что доброта и смелость — главные силы нашего мира. Вы помогали другим, рисковали, выбирали сердцем. И мы хотим, чтобы у вас было место, которое вы сможете назвать своим.

Завтра утром к вам придет гонец с ключами от жилья в старом доме на улице Лунных Фонарей, дом 7.

С любовью, Улулулин и все его жители».

— Юля... — сказала Настя срывающимся голосом. — Нам дарят дом.

— Что?! — Юля вскочила, заглядывая Насте через плечо. Она прочитала письмо и выдохнула: — Нам... нам дарят квартиру? Целую квартиру?!

Настя кивнула, чувствуя, как слезы радости подступают к глазам.

Они сидели несколько мгновений в полной тишине, переваривая новость. Светящиеся буквы переливались на бумаге, и в комнате витал легкий аромат цветов.

— Я все еще не могу поверить, что нам дарят место, где можно полноценно жить, — сказала Юля, проводя пальцем по строчкам. — Мне даже кажется, что я сделала слишком мало в Улулулии и не вполне заслужила дом…

Настя улыбнулась:

— Я думаю, ты сделала достаточно. Дом дарят — и хорошо. Не стоит отказываться.

Они помолчали, и вдруг Настя подскочила на кровати, словно ее осенило:

— Юля! Я вспомнила! У меня же есть магический торт! Тот самый, из «Сытого филина»! Я купила его еще тогда, когда ходила в супермаркет, помнишь? Он исполняет желания!

Юля округлила глаза:

— Что? У тебя есть торт, исполняющий желания? И ты молчала?!

— Я просто забыла, — смутилась Настя. — Столько всего случилось... А он лежал в дальнем углу, ждал своего часа.

Юля вскочила с кровати и закружилась по комнате:

— Мы должны его съесть! Но не одни! Это же такой повод! Настя, а давай устроим вечеринку? Пригласим всех, кто стал нам дорог!

Настя задумалась на мгновение, а затем улыбнулась:

— Ты права. Это будет наш маленький праздник. Праздник перед тем, как мы переедем в новый дом.

Юля хлопнула в ладоши:

— Тогда давай напишем им письма!

Настя кивнула, чувствуя, как внутри загорается предвкушение.

— Только… у нас нет бумаги и ручек. И нет конфет, чтобы вызвать сов.

— А я сегодня нашла три штуки, — радостно сказала Юля. — Лежали под старым вязом на рынке. Сейчас вызову сову.

Она вытащила конфеты из кармана, коснулась браслета и подумала о почте. Вскоре в открытое окно прилетела сплюшка и с дружелюбным уханьем приземлилась на стол.

— Ну привет, сплюшечка, — улыбнулась Юля.

Совка развернулась спиной, и Юля аккуратно вытащила из ее крошечного портфеля бумажки и ручку, а затем положила туда конфету.

— Ну какая же ты милаха, — сказала Настя сове и погладила ее по голове.

— Ну что, давай писать? — Юля взяла ручку, развернула бумагу. — Я могу написать все письма, а ты будешь что-нибудь добавлять от себя, если хочешь.

— Договорились.

В комнате стало тихо — только слышался легкий скрип ручек по бумаге.

Письмо Лене:

«Дорогая Лена!

Ты была одной из первых, кто встретил меня в этом городе с такой добротой. Ты подарила мне не просто платье и амулет-филин — ты подарила мне чувство, что я не одна. Спасибо тебе за твою улыбку, за твою поддержку и за то, что ты всегда находишь время для чашки чая. Ты — настоящий друг. Настя

Большое спасибо тебе за то, что поддержала мою подругу Настю! Приходи сегодня вечером! Мы хотим разделить с тобой одно маленькое чудо. Юля»

Письмо Кате:

«Дорогая Катя!

Спасибо тебе за туфельки «Лунная звезда» — они принесли мне удачу и сделали этот день по-настоящему волшебным. Спасибо тебе за добрые слова и за Тенистого — он теперь тоже часть моего сердца. Настя

Приходи сегодня вечером! Будет чай, угощения и немножко магии. Ты — часть нашей маленькой семьи. Юля»

Письмо Магнолию:

«Дорогой Магнолий!

Помнишь, как мы встретились? Тогда ты воровал жетоны, а я пыталась понять, кто я в этом мире. Сейчас я вспоминаю это с улыбкой. Ты изменился, я изменилась — и это здорово. Настя

Здорово, что ты нашел свой путь. Приходи сегодня вечером! Мы будем рады видеть тебя — и, может быть, даже поделимся с тобой тортом. Юля»

Письмо Ане:

«Дорогая Аня!

Ты — одна из самых важных встреч в этом городе. Спасибо тебе за Родник Тихих Сычей и за то, что ты поверила в себя. Твоя звезда на щеке — твое уникальное украшение. Помни об этом всегда.

Приходи сегодня вечером! Мы хотим, чтобы ты была с нами в этот особенный день.

Настя и Юля»

Письмо Тенистому:

«Дорогой Тенистый!

Ты — самый мудрый и величественный страж, которого мы встречали. Спасибо тебе за твою защиту и за то, что ты всегда внимательно смотришь на мир.

Прилагаем к письму угощение — печенье с медом. Надеемся, оно тебе понравится! Если захочешь присоединиться — мы всегда рады видеть тебя.

С уважением и теплом, Настя и Юля»

Угощение для Тенистого Настя и Юля заказали через Юлин браслет за один зеленый жетон.

Письмо Максиму:

«Дорогой Максим!

Ты был рядом с самого первого дня. Ты помогал мне, поддерживал, верил в меня, даже когда я сама в себя не верила. Ты показал мне, что этот мир может быть добрым, если в нем есть такие люди, как ты.

Сегодня я хочу сказать тебе спасибо — за все. За твою мудрость, за твою заботу, за то, что ты всегда находишь слова, когда они нужны.

Приходи сегодня вечером. Я хочу, чтобы ты был рядом, когда мы будем загадывать желания.

С теплом и благодарностью, Настя»

Настя и Юля перечитали каждое письмо, проверили, не пропустили ли чего, а затем сложили их в сплюшкин портфель.

— Ну все, можешь лететь, сплюшка, — сказала Настя.

Радостно ухнув, совка взлетела и исчезла в вечернем небе.

***

К вечеру комната Насти и Юли преобразилась. Они зажгли маленькие голубые свечи, которые мягко мерцали в полумраке, постелили на пол плед и расставили подушки. В центре на столе красовался магический торт — он мягко светился, переливаясь всеми оттенками бежевого и золотого.

Первой пришла Лена — с корзинкой свежего печенья и маленьким букетом «зайчиков».

— Это вам на новоселье! — сказала она, обнимая обеих.

За ней появилась Катя — она принесла чай с банановым ароматом.

— Думаю, это пригодится после торта, — улыбнулась она.

Магнолий пришел с небольшим мешочком сушеных ягод — он немного стеснялся, но улыбался.

— Это из моих запасов. Я теперь честно их зарабатываю, — сказал он с легкой гордостью.

Аня появилась с робкой улыбкой. Она уже не прятала лицо, и ее звезда на щеке мягко блестела в свете свечей.

— Я принесла яблочный пирог, — сказала она, ставя его на стол. — Сама испекла.

Последним пришел Максим. В руках у него была маленькая стеклянная банка со звездной пылью.

— Это чтобы у вас в доме всегда было светло, — сказал он, протягивая ее Насте. Их взгляды встретились, и по комнате разлилось тепло, которого не могла дать никакая магия.

Юля хитро посмотрела на Настю, но ничего не сказала.

Когда все расселись на пледе и подушках, Настя торжественно взяла торт и поставила его в центр.

— Это не совсем обычный торт, — сказала она, оглядывая гостей. — Я купила его в «Сытом филине». Он исполняет желания. Но, как мне сказал продавец, желание может исполниться не совсем так, как ожидаешь.

— И это самое интересное! — сказала Юля, поднимая чашку с чаем. — Давайте загадаем!

Настя разрезала торт. Каждый взял по кусочку, и на мгновение в комнате повисла тишина.

— Я загадаю, — сказала Настя, закрывая глаза. Она хотела, чтобы ее лицо стало чуть более красивым, чтобы она чувствовала себя увереннее, глядя в зеркало. Она загадала это желание и откусила кусочек торта.

Торт мягко вспыхнул голубым светом, и Настя почувствовала, как по лицу пробежал легкий холодок. Она открыла глаза, и Лена, сидевшая напротив, приоткрыла рот.

— Настя... у тебя... что-то с глазами!

Настя подошла к маленькому зеркалу и ахнула. Ее глаза стали полностью черными — как у настоящей неясыти. А на щеках появились мягкие серебристые перья, которые при каждом движении переливались в свете свечей.

— Ну и ну, — сказал Максим, сдерживая улыбку. — Ты теперь настоящая неясыть.

Настя улыбнулась и пожала плечами:

— Я же говорила — желания исполняются не так, как ожидаешь. Но мне даже нравится!

— Тогда теперь я! — сказала Юля, поднимая свой кусочек. — Я загадаю красивую прическу!

Она откусила торт, и в ту же секунду на ее голове начало что-то происходить. Ее волосы зашевелились, а затем свернулись в аккуратное, но очень уютное гнездо. Настоящее гнездо из веточек и сухих травинок.

Юля поднесла руку к голове и оцепенела:

— У меня... гнездо?!

Все дружно расхохотались, но Юля, немного пощупав свое новое украшение, улыбнулась:

— Ну, птицы же так делают! И вообще — это практично! Где еще я буду хранить мелкие вещи?

— Теперь твоя очередь, Лена! — сказала Настя, протягивая ей кусочек.

Лена загадала совиный маникюр — чтобы ногти были красивыми, с рисунками сов и перьев. Она откусила торт и посмотрела на свои руки.

На ее ногтях появились яркие картинки... в виде пернатых унитазов! Маленькие, забавные, с крыльями и клювами, они сидели на каждом ногте и смотрели на нее круглыми глазками.

Лена уставилась на них, а затем расхохоталась:

— Ну, зато оригинально! Буду теперь мыть руки с удовольствием!

Катя загадала новое платье — и тут же на ней появилось платье, которое выглядело как лапша быстрого приготовления! Оно струилось и переливалось, как вареная лапша, и даже немного пахло куриным бульоном.

— Ну, зато я всегда могу перекусить, — сказала Катя, кружась по комнате, и все снова рассмеялись.

Аня, чуть смущаясь, загадала новую сумочку с принтом в виде стрекоз. Торт вспыхнул — и рядом появился мешок размером с нее саму. Мешок был набит чем-то легким, и Аня осторожно развязала его — и из мешка с громким жужжанием вылетела огромная стая стрекоз. Они закружились по комнате, переливаясь в свете свечей, а затем, сделав несколько кругов, вылетели в открытое окно.

— Ой! — только и сказала Аня, глядя им вслед. — Ну... по крайней мере, желание исполнилось! Сумочка со стрекозами!

Магнолий загадал себе новую миску для приготовления еды — и перед ним материализовался глиняный котел, который тут же начал громко булькать и говорить непонятные слова на каком-то древнем языке.

— Ну, — сказал Магнолий, глядя на котел, — хоть вкусная еда будет...

И наконец настала очередь Максима. Он загадал игрушечный паровозик — просто так, для смеха. И перед ним появилась маленькая пятнистая свинка, которая громко пыхтела, как паровоз, и смешно перебирала копытцами.

Максим уставился на нее, а затем засмеялся:

— Ну, это даже лучше! Такая уютная свинка!

Все засмеялись, а торт мягко светился, и комната наполнилась теплом и уютом. Настя посмотрела на своих друзей — на Лену с ее унитазами, на Юлю с гнездом, на Катю в платье-лапше, на Аню, провожающую стрекоз, на Магнолия с говорящим котлом, на Максима с пыхтящей свинкой — и поняла, что этот вечер она запомнит навсегда.

***

Все уже попробовали торт, обменялись историями про сов и сидели на пледе, смеясь и болтая. В комнате было тепло и уютно, и даже странные метаморфозы казались частью большого чуда.

И вдруг в открытое окно бесшумно впорхнула огромная тень. Она мягко приземлилась на подоконник, и все обернулись.

На подоконнике сидел Тенистый — огромный, величественный, с янтарными глазами, которые мягко светились в полумраке. В клюве он держал маленький сверток, перевязанный золотой лентой.

— Тенистый! — воскликнула Настя, поднимаясь. — Ты пришел!

Филин издал тихое, мелодичное «у-ух», перелетел на спинку стула и аккуратно положил сверток на стол. Затем он повернул голову к Насте, и в его глазах мелькнуло что-то теплое.

Настя осторожно развернула сверток — внутри лежало маленькое перышко, переливающееся серебром, и записка. Она развернула ее и прочитала вслух:

«Спасибо за печенье и за то, что вы помните о тех, кто не всегда видим. Когда я был человеком, я тоже мечтал о доме и друзьях. Вы дали мне то, чего я не имел при жизни — место, где меня ждут.

Тенистый»

Настя почувствовала, как слезы подступают к глазам. Она подошла к филину, протянула руку и осторожно коснулась его серебристого пера.

— Ты всегда можешь прийти к нам, Тенистый, — сказала она тихо. — Наш дом теперь и твой.

Филин слегка наклонил голову, а затем издал еще одно тихое «ух» — на этот раз оно прозвучало почти как «спасибо».

Юля подошла и погладила его по голове:

— И печенье с медом всегда будет для тебя.

Все гости улыбнулись, а Тенистый расправил крылья и бесшумно взлетел. Он покружил над их головами, словно прощаясь, а затем вылетел в открытое окно, растворившись в ночном небе.

— Он был человеком? — спросила Аня тихо.

— Похоже на то, — ответила Настя, глядя на перышко в своей руке. — И он тоже нашел свой дом.

Вечер продолжался, но в воздухе витал легкий, едва уловимый аромат древней магии.

***

Настя проснулась оттого, что солнечные лучи пробивались сквозь щели в шторах и играли на стене. Она улыбнулась, вспоминая вчерашний вечер — торт, странные желания, друзей и Тенистого, который прилетел на подоконник.

Юля уже не спала. Придя в комнату Насти, она сидела на кровати с чашкой чая и задумчиво смотрела в окно.

— Доброе утро, — сказала Настя, потягиваясь.

— Доброе, — ответила Юля. — Я все думаю... Это правда было? Все это? Или мне приснилось?

Настя засмеялась и показала на маленькое серебристое перышко на столе:

— Тенистый был здесь. Это не сон.

Они быстро умылись, оделись и сели завтракать. На столе стояли яблочный пирог от Ани, печенье и букет цветов от Лены, сушеные ягоды от Магнолия и заварной чайник с банановым чаем.

— Знаешь, — сказала Юля, откусывая пирог, — я никогда не думала, что утро может быть таким... правильным.

— Я тоже, — ответила Настя. — Но теперь все по-другому.

Они допивали чай, когда в открытое окно бесшумно влетела небольшая сова. Она была серебристо-голубой, с большими зелеными глазами, а в клюве держала конверт, от которого исходило мягкое свечение.

Настя подошла к окну, и сова аккуратно опустила конверт ей на ладонь. Затем она тихо ухнула и так же бесшумно вылетела обратно.

— Это, кажется, от города, — сказала Настя, разворачивая конверт.

Внутри лежали две связки ключей. Они выглядели необычно — полупрозрачными, словно сотканными из легкого светящегося тумана. На каждом ключе был маленький кулон в виде совы, и они мягко переливались в утреннем свете.

Юля подошла и заглянула через плечо:

— Это они... ключи?

— Да, — ответила Настя, чувствуя теплое волнение. — Мы получили дом.

Они быстро переоделись, разложили вещи и еду по пакетам, взяли ключи и вышли на улицу. Улица Лунных Фонарей оказалась рядом, в пяти минутах ходьбы — тихой, уютной, с домами, увитыми плющом и цветами.

Дом номер 7 стоял в глубине небольшого сада из персиковых деревьев. Он действительно был старым, но красивым — с резными ставнями, балконом и черепичной крышей, на которой сидели две деревянные совы.

Настя подошла к двери и вставила ключ в замок. Он засветился, и дверь бесшумно открылась.

Внутри было тепло, светло и уютно. Большие окна выходили на сад, стены были выкрашены в теплые персиковые тона, а в воздухе витал легкий аромат цветов. На потолке в прихожей висела большая люстра с лампочками в виде прозрачных сычей, а на стене висела картина с Башней Бабочек в лунном свете. Новые пушистые тапочки с яркими бабочками уже ждали хозяек.

— Мы дома, — сказала Настя, чувствуя, как слезы радости подступают к глазам.

Юля обняла ее:

— Мы дома.