Обложка книги Репликанты16+
Роман

Репликанты

0.00 оценок 0 отзывов16+

Лето 1955 года. На старом озере в Донбассе мальчишка ловит свою первую рыбу, а отец смеётся и говорит: «Бояться — это нормально. Когда перестанешь бояться, перестанешь быть собой». Это мгновение счастья останется с ним навсегда. Проходит семь лет. Шахта «Октябрьская» взрывается метаном.

Он смотрел на неё так, как смотрят на предмет, который не имеет значения, — как на стул, как на стол, как на стену, на которой облупилась краска.

О книге

Лето 1955 года. На старом озере в Донбассе мальчишка ловит свою первую рыбу, а отец смеётся и говорит: «Бояться — это нормально. Когда перестанешь бояться, перестанешь быть собой». Это мгновение счастья останется с ним навсегда. Проходит семь лет. Шахта «Октябрьская» взрывается метаном. Из-под завала выходят не спасённые шахтёры — а кто-то другой. Они носят лица родных, помнят все события, но не чувствуют ни боли, ни радости, ни любви. Их называют репликантами, и они пришли не убивать — они пришли избавить мир от страданий. Тихо, без насилия, просто предлагая забыться. Дмитрий, чей брат Мишка стал одним из них, отказывается принимать «идеальный порядок». Он продолжает писать дневник, хранить старую фотографию с рыбалки и учить детей рисовать кривые линии — потому что дрожь в руке доказывает, что ты ещё жив. Но сможет ли он остановить волну всеобщего покоя, когда даже его мать добровольно уходит в пустоту?

Читать фрагмент

Читать ещё

Часть 1«Репликанты»ПРОЛОГ. РыбалкаЛето 1955 года. За месяц до того, как отец в последний раз кашлянул кровью. За семь лет до обвала шахты.Петушиный крик раскроил утреннюю тишину, вонзился в предрассветный сумрак, как гвоздь в сухую древесину, — и замер, оставляя после себя звенящий след, тонкую дрожащую нить, что ещё секунду висела в воздухе, а потом растворилась в сырости, не успев добежать до леса. Дмитрий лежал на скрипучей кровати, укрытый старым одеялом, которое хранило запах мыла, пыли и той особенной, настоявшейся теплоты, что оседает в вещах, когда их долго не выносят на свет, — запах, въевшийся в шерсть до такой степени, что казалось, будто одеяло само дышит этим теплом, тихо и ровно, как спящий зверь. За тонкой стеной, отделявшей комнату от сеней, отец смолил лодку — смола шипела на огне, пузырилась, лопалась с тихим, почти мурлыкающим звуком, и этот ритм был домашним, как дых…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.