Обложка книги Распорядитель нейросетей. Книга 1. Наследник мёртвого рода
Роман

Распорядитель нейросетей. Книга 1. Наследник мёртвого рода

0.00 оценок 0 отзывов0+

Представьте: вы просыпаетесь в теле чужого подростка — с памятью человека, который умер четыреста лет назад. Вокруг — клановая Россия будущего, где нейросети думают за людей, а роды владеют кораблями Древних. Ваш род мёртв. Вы — последний. И за вами уже охотятся.

Тихий изготовил документы за ночь — идеальные, с биографиями, с печатями, с историей.

О книге

Представьте: вы просыпаетесь в теле чужого подростка — с памятью человека, который умер четыреста лет назад. Вокруг — клановая Россия будущего, где нейросети думают за людей, а роды владеют кораблями Древних. Ваш род мёртв. Вы — последний. И за вами уже охотятся. Савелий Стрежнёв не просил перерождаться. Помещик-авантюрист из царской России, убитый завистниками во сне, он оказался в шкуре юноши, чей род вырезали ради секретного корабля. Официально — Савелий мёртв. Фактически — в его голове живёт нейросеть Приказчик, а в душе — характер хозяина, который привык распоряжаться сам. Тихая война против клана Штернбергов — это только начало. За кланом стоит Система с именем. И она уже чует наследника. Четыре акта. Тридцать девять глав. Один человек против мира, где все разучились думать без импланта. Примечания автора: Мир «Распорядителя» — что если взять русского человека с дореволюционным складом ума и бросить в будущее, где люди разучились принимать решения? Не супергероя — обычного хозяина. Книга написана полностью. Публикую по главам.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1. Среди мёртвыхСначала был гул. Низкий, ровный — будто огромный колокол уходил под воду, а вода вместе с ним. И было внимание: чьё-то огромное, не злое — взвешивающее. Меня всего, со всеми потрохами и грехами, положили на весы и глядели на стрелку. Стрелка качнулась. Гул смолк. Темнота кончилась — как кончается монета: щёлк — и нет.Первое, что я понял о новой жизни, — она началась с убытка.Болело всё. Не по-честному, как спина после сенокоса, — а рвано, без описи, в местах, о которых я не подозревал, что они у меня есть. Я лежал на полу, щекой в тёплой золе, и над мной был потолок — высокий, лепной, господский. Через пролом в нём, там, где положено быть небу, стояло зарево. Не пожарное — пожар я как раз чуял носом: густо, с примесью палёного мяса, справа тянуло гарью. Зарево было другое: ровное, мертвенное, розово-синее, будто кто-то развесил над миром аптечные склянки и зажёг в …

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.