Роман
Путин из внутренней эмиграции
Что если у каждого лидера есть тень, но не от прожекторов, а от системы? Скромный человек, сказавший правду, оказался втянут в проект, о котором не говорят даже в стенах Лубянки. Вместо репатриации — строгий карантин в Звёздном городке. Вместо семьи — кураторы и фальшивые биографии.
Я живал в стране, где — только представь себе — однажды всем владельцам Большой Советской Энциклопедии по почте прислали пакеты: страницы на замену.
Читать фрагмент
Читать ещёПредисловие от сынаНе важно, как меня зовут, сколько мне лет и где я сейчас живу. Я веду блог о политике, играю в шахматы, иногда срываюсь на сатиру. Этот текст — не мой. Это история моего отца, и, возможно, это единственное, что от него осталось.Он не был героем. Не был ни оратором, ни революционером. Он просто умел смотреть в лицо правде и не отводить взгляд. Даже тогда, когда правда могла стоить всего. Особенно тогда.Если вы сейчас держите в руках эту книгу, считайте, что она — его исповедь. Только не перед вами, а перед собой. Такого не напишешь в дневнике и не расскажешь жене. Это — внутренний монолог человека, который однажды оказался слишком честным и слишком заметным.Мой отец был почти инженером и чуть больше чем переводчиком. В девяностые он служил в одной из протестантских общин в Петербурге, а потом работал в крупном сетевом магазине. Вёл тихую, «внутренне эмигрантскую» жизнь…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0