Обложка книги Пришедший
Роман

Пришедший

0.00 оценок 0 отзывов0+

В мире, где неоновые рекламы соседствуют с рунами на асфальте, а эльфы торгуют чёрными чипами в подворотнях, проснуться в теле слабого подростка — не лучший старт. Особенно если твоё истинное имя веками сеяло страх, а теперь его стёрли даже из памяти ветров. Кристалсити — город-химера.

На её лацкане блестела брошь-совёнок — подарок от выпускника, наверное.

О книге

В мире, где неоновые рекламы соседствуют с рунами на асфальте, а эльфы торгуют чёрными чипами в подворотнях, проснуться в теле слабого подростка — не лучший старт. Особенно если твоё истинное имя веками сеяло страх, а теперь его стёрли даже из памяти ветров. Кристалсити — город-химера. Здесь драконы правят горными пиками, не опускаясь до людской суеты, а в трущобах дети играют с голограммами среди руин прошлых эпох. Но для Константина это ловушка. Его новое тело — Владимир, сирота с пневмонией в анамнезе — не держит даже простейших заклятий. Придётся начинать с нуля: воровать магию из страха медсестёр, жечь крыс на кострах из школьных тетрадей и рыть тоннели к власти через гнилые подвалы детдома. Но как он сюда попал? Кто разорвал связь с прошлым? И почему трещины в стенах шепчут на языке, которого нет в учебниках? Одно ясно: мёртвым здесь быть выгоднее, чем живым. Особенно если ты знаешь, как заставить страх работать на себя. Добро пожаловать в Кристалсити!

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1Холод впился первым. Не просто холод, а тысячи игл под кожей, будто тело собрали из осколков льда и ртути. Воздух загустел хлоркой — едкой, аптечной, но под ней шевелилось что-то иное. Сладковатая вонь гниющих лилий, будто кто-то закопал букет в мокрую землю и забыл. Звуки пробивались сквозь вату в ушах: стук каблуков, мерный, как метроном, и глухой скрежет — сталь о сталь, словно где-то точили нож или вскрывали клетку.Веки оказались свинцовыми. Когда удалось приподнять их на сантиметр, мир расплылся в серой акварели. Потолок, испещренный трещинами, напоминал карту забытого города. Тусклый свет лампы-паука ползал по штукатурке, отбрасывая тени, слишком длинные для этого помещения. На краю зрения маячил силуэт в белом халате. Не человек — манекен: слишком плавно двигался, слишком бесшумно. Лицо сливалось с белизной ткани, лишь очки блестели, как лужицы нефти.Пальцы дрогнули, пытая…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.