
Правое полушарие
Они были обречены. Воровка, фарцовщик и хакерша в камере предварительного заключения московского «обезьянника» летом 1993 года. Судьба дала им странный выбор: тюрьма или таинственный научный эксперимент по «перепрограммированию личности». Но что-то пошло не так.
За окном, где-то там, в этом огромном, безумном городе, жили Макс и Лера.
Читать фрагмент
Читать ещёПРОЛОГТрое в «обезьяннике» или Теория большого провалаЗапах здесь был концентрированной квинтэссенцией безнадежности. Он не витал в воздухе, а въедался в поры, в волосы, в самую душу: стойкая смесь застарелого пота, махорочного дыма, прелой соломы, которой уже год как не было на полу, и ещё чего-то неуловимого, тоскливого, липкого, от чего под ложечкой появлялся противный холодок. Металлическая дверь с зарешеченным глазком, похожим на мутный, подозрительный глаз, отделяла этот мир от другого, где сейчас, в июле 1993 года, вовсю светило московское солнце, а женщины в разноцветных лосинах, купленных у спекулянтов на «Горбушке», мечтали о бананах. Здесь, в «обезьяннике» московского отделения милиции, лето пахло только так: въедливой духотой, нервной дрожью, надеждой на скорую ментовскую баланду и липким, как этот пот, страхом перед этапом.Духота была невыносимой, воздух спертым и тяжелым, …
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0