Под парусом сквозь века. Разговорник Боцмана

Предисловие автора.

С необходимостью пояснений морских терминов Эпохи Паруса я столкнулся, ещё читая книги Патрика О’Брайана. Прекрасные романы, недостатком которых является необходимость держать во второй руке телефон с открытым поисковиком.

Я искренне пытался избежать этого во время написания «Под парусом сквозь века», но понял – лучше написать «выбрал фал», чем «потянул за веревочку».

Эта книга в первую очередь – справочник по типам парусников, во вторую – перевод терминов с морского языка на русский.

Надеюсь, после прочтения вы поймёте разницу между «нарваться на рифы» и «взять рифы», поймёте почему моряки всё же ходят, а корабли плавают, и многоэтажные названия парусов для Вас перестанут казаться смесью матерного выражения и древнего проклятия.

Как попаданцу не заблудиться на корабле?

Итак. Угораздила тебя нелёгкая запопаданить в Эпоху Паруса. Да ещё не куда-то там, а прямо на палубу. Радуйся, если это торговое судно. Радуйся, если ты не симпатичный юнга. Радуйся, если у тебя цинга не отняла зубы. Радуйся хоть чему-то, если сможешь. А пока ты ищешь повод улыбнуться, давай научимся не теряться на корабле. Начнём, пожалуй, с того, как не заблудиться на палубе. Мы, сухопутные, твёрдо знаем: у корабля есть нос и корма. Причём хорошо, если «корма», а не «зад корабля». Ещё знаеем, что есть борта, палубы и трюм.

Начнем с головы, то бишь с носа.

Нос — это лицо корабля. Для романтиков нос — это «форштевень» и бушприт, устремлённый вперёд, как копьё. Для моряков — это место, где тебя гарантированно обдаст солёной водой так, что можно больше не солить суп. На носу вечно сыро, скользко, и ветер там дует так, будто именно ты виноват в том, что паруса плохо набрали. Ещё древние греки стремились украсить свои галеры, рисуя на них прекрасные глазки, то к Веку Паруса на кораблях уже были более массивные украшения: резная фигура, позолота, иногда прямо музейное произведение. Носовые фигуры были разнообразны: русалки с внушительным бюстом, львы с зубами, которые никогда не видели стоматолога, грифоны, святые, ангелы… Ну и, конечно, любимый персонаж — Нептун, грозный владыка морей с трезубцем. Мол, увидит враг — и сразу в штаны, увидит союзник — и обзавидуется. А теперь внимание: прямо за этим великолепием располагался гальюн. То есть туалет. Моряки шли «делать дела» ровно туда, где снаружи корабль гордо показывал миру своего небесного покровителя. Получался шикарный дуэт: снаружи резной бог, внутри — матрос на доске с отверстием. Хотя порой вместо архаичного стульчака отхожее место представляло собой деревянную решётку, или того хуже — верёвочную сеть. Ирония доходила до абсурда. Представьте себе конструкцию: грозный Нептун, устремлённый вперёд, и прямо у него за спиной — юнга, решающий вечные вопросы бытия. На секунду можно было даже почувствовать, что ты действительно «у бога за пазухой». Только вместо благодати — сквозняк и солёные брызги. Хотя… Какой бог, такая и благодать. Причиной расположения отхожего места на носу принято считать направление ветра, который будет уносить запахи вперед. Естественно, словом «нос» не описать всё, что находится на судне спереди. Поэтому пробежимся по тем словечкам, которые с носом так или иначе пересекаются. Форштевень — если мы говорим про саму кромку корпуса. Слово звучит так, будто это фамилия немецкого бухгалтера. На самом деле это часть конструкции судна, продолжение киля, образующее переднюю оконечность судна. Бак — в интересующий нас период истории — носовая часть верхней палубы. Форкасл — надстройка на носу корабля, или приподнятая часть палубы на носу. Её изначальное назначение — быть повыше и стрелять по всяким супостатам, которые находятся ниже тебя. Ну и гостей почётных водить — там брызг поменьше. Бушприт — Наклонная мачта, необходимая для оттяжки кливеров и стакселей. Гальюн — да, технически это не название носа, а его функциональная достопримечательность, то самое место у «нептуна за пазухой». Но самый смех, что если в отечественной терминологии это именно отхожее место, то изначально слово произошло от голландского «galjoen», «нос корабля». Кстати, как правило, на баке кроме справления нужд было ещё одно важное общественное место — курилка. Чаще всего она представляла собой бочонок с забортной водой и фонарь для прикуривания. Курили трубки — причём не потому, что так эстетичнее — из трубки было сложнее выронить искру. Можно ещё сказать, что к тому моменту не были распространены сигары и сигареты — но сигары уже были, а сигареты в Европе стали популярны только после Крымской войны.

Корма Корма — это то, что сзади. А сзади на судне, которое хоть немного претендует на ранг, красиво. От небольших окошек каюты на бриге до полноценной галереи на более крупном корабле. Если от высокой носовой надстройки отказались уже в XVII веке, то кормовая надстройка ушла в небытие только вместе с эпохой паруса. Надстройка на корме называлась шканцы, или квартердек. Она гордо возвышалась над открытой палубой и была сосредоточием власти — именно на квартердеке располагался командир корабля. Удобно — и видно всю палубу, и докричаться проще, и тебя видят. В задней части судна так же располагалась каюта командира судна. Если командир уходил поспать, или просто отходил куда-либо по тем или иным делам, на корме оставался вахтенный офицер. Стремление начальства оказаться на корме было обусловлено исторически. Именно на корме находился главный орган управления судном — руль. Изначально это было рулевое весло, позже — «нормандский руль» — рулевая плоскость с рычагом-румпелем. Позже румпель «тюнинговали», прицепив к нему штурвал и всю его систему тяг. Так вот. Рулил судном или сам командир, или кормчий, которому нужно было слышать команды непосредственно от командира. Так как центр управления находился на корме, то там же, как правило, стояла ещё одна святыня корабля — нактоуз. Специальный ящик или шкаф, хранилище компаса и песочных часов. В зависимости от типа судна и эпохи там ещё могли располагаться всякие полезные или необходимые навигационные приборы. В общем, как бы это грустно или смешно не звучало, но сердце корабля и его голова находились в ж*пе, то есть на корме. Итак, пробежимся по терминам, связанным с кормой. Корма — базовое название. Для простых смертных и сухопутных. Ахтерштевень — звучит так, будто не часть корабля, а фамилия сурового гауптмана. На деле — задний край киля, к которому крепится руль. Руль — большая поворотная лопасть, без которой судном в лучшем случае очень трудно управлять. Ахтерпик — помещение в корме, где обычно складировали что-то ненужное. В переводе на сухопутный язык: кладовка на ж… корабля. Ют — верхняя надстройка на корме. Тут всё не так просто. Название происходит от голландского «hut», что обозначает «каюта». По сути, ют в эпоху паруса — это именно кормовая надстройка. Хотя иногда — часть палубы от бизани и до самой задней кромки. Шканцы — это открытая палуба на юте, возвышающаяся над основной открытой палубой. Квартердек — та же история, только по-английски и ещё пафоснее. На нём стоять было особенно приятно, когда матросов полощет волной, а ты сверху — сухой и важный.

А, кстати. На корме кроме галереи, каюты и прочей прелести был ещё личный «храм уединения» капитана, и иногда — офицерский. Это объяснялось не только привилегией и нежеланием сидеть в одном ряду с матроснёй, но и банальной логикой. Пока на том же фрегате ты выйдешь из каюты, добежишь до носа, пролезешь на гальюн… Ну, сами понимаете.

Борта

С бортами всё просто. Стоим на палубе, смотрим на вперед, на нос. То что справа — правый борт, то что слева — левый. Главным во многих странах, в том числе и в России, считается правый борт. В большинстве случаев это обосновывают тем, что, мол, и мыс Горн, и Магелланов пролив во время первых кругосветок корабли проходили правым бортом, идя с востока на запад, прям таки «за солнцем вслед». Всё было бы неплохо, но в Российской Империи правый борт был главным и до первой кругосветки Крузенштерна. Да и сомневаюсь, что пока не обогнули шарик, моряки не могли решить, что делать и как строиться — какой борт «главный» и так далее. Скорее всего «старшинство» бортов пошло с тех времен, когда нормандский руль ещё не был изобретён, и использовалось рулевой весло. Как правило, оно располагалось справа. Из-за этого правый борт в английской терминологии часто называют «Starboard», от древнего Stuur (рулевой). Левую сторону островные любители чая прозвали «Port». Это название пошло оттуда же — так как справа находилось рулевое весло, швартовка (парковка по морскому) судна к причалу производилась левым бортом, чтобы не повредить главный орган управления кораблём (рулевое весло). А вот у португальцев главный борт — левый. И они тоже объясняют это тем, что кругосветку они прошли не как все остальные, а с запада на восток.

Ну, а теперь по палубам. Итак, про шканцы, которые квартердек, я уже говорил. Расскажу «от входа», тот есть сверху вниз.

Открытая, она же верхняя палуба. Её ещё на английский манер называют оппердек. Это — жизнь. Тут тянутся снасти, тут доступ к управлению. Тут капитан устраивал смотр, молитву, принимал гостей и наказывал накосячивших. Жилой этаж — это склянки и рында. Отмер времени и сигнал о смене склянок и вахт. Это — боевой этаж. На верхней палубе стоят пушки. Почти всегда. Даже если у вас шхуна или катер, бриг, корвет, шлюп… В общем, если вы попали на любое судно без крытой орудийной палубы, то орудия — тут. И тут же, на палубе, решается судьба судна при абордаже. Так что доски оппердека поливаются не только водой, но и иногда кровью. А ещё верхняя палуба — это главный жилой двор матросни. Днём здесь сушили гамаки, латали штаны, играли в кости и травили байки.

Главная, она же батарейная палуба. Она же гондек. Днём здесь был рабочий цех: чистили орудия, катали ядра, натирали медные замки на пушках (если они стояли). Капитан поумнее ещё и устраивал стрельбы для команды, не давая терять матросам навык быстрой и меткой стрельбы. . На главной палубе жили матросы. Именно здесь они вешали свои гамаки для сна. Гамак для матроса — единственное личное пространство, кровать, а в случае гибели ещё и саван. На этой палубе так же ставили перегородки. Не полноценные стены, а небольшие перегородки, которые позволяли отделить каюту для особо ценного гостя, или кают-компанию для офицеров. И которые легко убирались в случае тревоги, чтобы освободить место орудийной прислуге. Потому что, когда начинался бой, гондек превращался в адскую кузню. Замкнутое пространство, пороховой дым. Грохот. В случае пробития борта — облако щепок, которые куда страшнее ядра. Почему?

Ты прочистил банником ствол и отошёл в сторону — сейчас загрузят в ствол картуз, потом пыж, потом ядро и ещё один пыж. Потом мы накатим орудие, старый Франсуа подобьёт клин, пробьёт картуз — и… Грохот. Треск. Свист. Ты видишь Франсуа, которого пробило ядром, и который отлетел в дальний угол палубы как тряпичная кукла твоей сестрёнки Жозефины. Ты пытаешься встать — но сил нет. Пытаясь понять, что с тобой, ты нащупываешь торчащую из бедра щепку в фут длиной и в ладонь толщиной. Ты тянешься к ней, но в глазах темнеет. И вслед за Франсуа ты отправляешься на поклон к морскому дьяволу, сдохнув от кровопотери за пару минут.

Да. Щепки и обломки во время морского боя наносили команде урона больше, чем ядра. Рваные раны, застрявшие в зашитой ране кусочки дерева. И расколотое по волокну дерево — это не стальной клинок. Он не прорезает, он рвёт. Так что кроме грохота, дыма и адского напряжения — это ещё кровь на досках, и тела друзей, которые некогда убирать. Батарейных палуб на линейных кораблях было две или три. В принципе, разницы между ними особой не было — но чем ближе палуба к ватерлинии, тем мощнее пушки на неё ставили. Чем мощнее орудие, тем оно тяжелее. А центр тяжести старались сделать пониже — пытались увеличить (или хотя бы не уменьшить) остойчивость судна.

Орлоп-дек — это нижняя жилая палуба, глубоко под всеми батареями, прямо над трюмом. Чаще всего — на уровне ватерлинии или ниже неё. Если верхняя палуба была лицом корабля, а батарейная — его ударным кулаком, то орлоп — это его печень: тёмная, страдающая и перегруженная. На орлоп-деке находился госпиталь, ремонтные мастерские и склады. Если батарейные палубы более-менее проветривались, то орлоп этой радости был лишён. Думаю, вы понимаете, какого было больным в госпитале? Сырость, духота. Тьма. Поэтому матросы в те времена болели редко. Как правило — один раз.

Ну, мы почти достигли дна. А точнее — трюма. Трюм- это хранилище всего, что может понадобится в пути — от запасной парусины и провианта, до порохового погреба (он же крюйт-камера). А ещё это — зоопарк и место для охоты. Именно в трюме жили корабельные крысы, столь ненавидимые в сытое время и такие дорогие, когда провиант начинал портиться.

Ну, вроде бы всё. По сторонам корабля сориентировались, по этажам пробежались. Что там дальше?

Многоэтажные названия палок и тряпок.

Итак, начнём с самого простого. В книгах и статьях часто встречаются многоэтажные названия парусов, рей, и чего-то ещё. Всякие педии в лучшем случае показывают картинку с выделенным парусом, мол, это оно. А порой, словно издеваясь, объясняют, что этот фиг-его-запомнишь парус находится на не-фига-не-выговоришь рее, которая на черт-язык-сломит мачте. И вообще, мол, там же всё просто. А на самом деле всё реально просто. До того, как начали строить стальные многомачтовые суда, как правило мачт было не больше трёх. Бывали исключения — на тех же галеонах порой бывало до пяти мачт. Про китайские корабли-сокровищницы пока говорить не буду, на востоке своя атмосфера. Итак, от одной до трёх мачт. Золотая середина.

Рангоут. Погнали. Главная мачта — это грот. Грот есть всегда, если есть мачта. Если внезапно добавляется вторая мачта, она называется фок. Причём она добавляется спереди. Ну, а если добавляется третья, её называют бизань. Грот, как самый главный, стоит в центре. Фок — спереди, бизань — сзади. Если вдруг корабел упоролся и сделал четыре мачты, или вообще семь (были такие, были) — то первая мачта это фок, последняя — бизань. А остальные — грот, с номером от носа судна.

Но вернёмся к трём мачтам. Главный прикол грота кроме того, что он по центру — это то, что его «обвес» имеет нормальное «отчество» «грот/грота». У Фока обвес начиная со второй части имеет приставку «Фор…» (хотя бы похоже), а у Бизани — «крюйс». Не спрашивайте почему, так исторически получилось.

Мачта — это вертикальное дерево. До того, как парусное вооружение начало спешно эволюционировать, использовалась мачта, и на ней ставился рей и парус. Но люди всё же люди — и что бы кораблик бежал побыстрее, они не покрасили его в красный, а увеличили площадь парусов. В конце 16 века изобрели стеньги — вместо того, чтобы пытаться сделать цельную мачту длиннее, ее решили собирать из двух частей. Проще изготавливать, проще устанавливать, проще чинить. Идея быстро разошлась по Европе, и вскоре изобретательные корабелы начали делать мачту из трёх, четырёх и даже пяти частей.

Теперь давайте разберёмся, как это всё запомнить. Возьмём за пример грот.

Ну, нижняя секция ладно. Она называется по мачте. Когда приделывают «удлинитель», и его так и называют — грот-стеньга.

А если удлиняют удлинитель? Или удлинитель удлинителя?

Первый удлинитель называют стеньга. Второй — брам, третий бом. Что бы было проще, можно запомнить лайфхак. Из скольки частей многоэтажный термин, такая это часть мачты от палубы.

Т.е.:

Грот — 1я,

Грот-стеньга — 2я,

Грот-брам-стеньга — 3я,

Грот-бом-брам-стеньга — 4я.

Если вам жахнуло в голову поставить пятую, это прям почти пробитие дна. Поэтому там стоит не куча слов, а тупо «трюм». Грот-трюм-стеньга — это 5я от палубы секция грот-мачты.

Теперь погнали о реях. На мачту парус не прицепить — нужны горизонтальные палки — реи. Ещё есть гафели и гики, но в России они за реи не считаются (ага, курица не птица). Не важно, мелкие особенности терминологии. Тем не менее, запоминаем название рей.

Тут тоже всё просто. Сначала идет название места крепления.

Т.е. Грота-рей — это рей, стоящий на гроте. На первой секции мачты.

Для второй секции решили вместо слова «стеньга» использовать слово «марс». Поэтому на второй секции рей называется грот-марса-рей.

А выше решили не заморачиваться, и просто меняют слово «стеньга» на слово рей.

Т.е если вы видите страшное слово «грот-бом-брам-стеньга», то это — вертикальная деревяха, четвертая от палубы, на центральной мачте. А «грот-бом-брам-рей» — рей, прицепленный к этой самой деревяхе.

Ещё на некоторых кораблях есть мачта, торчащая вперёд. У неё бывает разный угол наклона. Она называется бушприт. Если вдруг её решают удлинить, то «удлинитель» называют «Утлегарь». В принципе, не сложно ведь.

Теперь о парусах. Паруса крепятся к реям. Если рей ведёт название от стеньги, к которой прикреплён, то парус ведёт название от рея. В англицком языке слово парус звучит как «sail», то бишь «сэйл». В голландском — «zeil», тоже похоже. Чисто в теории, парус, висящий на уже упомянутом рее, должен иметь имя «грот-бом-брам-парус». Возможно, когда-то его так и звали, но со временем иноязычное «сейл» или «зейл» превратилось в наше «-сель», которое срослось с предыдущим словом. Получился «грот-бом-брамсель». Без этой "-сель" называется только самый здоровый парус на мачте - у него такое же имя, как у первой секции мачты. Кроме прямых парусов были косые паруса. Они отлично работали при боковом ветре, в некоторых случаях могли даже тащить судно под довольно острым углом к ветру. Сейчас на яхтах ставят косое парусное вооружение – чаще всего бермудский грот (треугольник сзади) и стакселя. Одним из самых ранних косых парусов стал латинский парус. Он крепился к косой поперечной деревяхе, которую называли не рей, а рю. Самым известным типом судна с латинским парусом стала шебека, несущая два или три таких паруса, по одному на мачту. Ещё одним распространённым видом косого паруса был триксель. Триксели можно увидеть на таких кораблях, как шхуна. Нижний и верхний края (шкаторины) паруса крепятся к горизонтальному рангоуту, передний – к мачте. Нижняя горизонтальная деревяха называется «гик». Она до сих пор есть на яхтах, и порой при смене галса по ветру может сильно ушатать зазевавшегося матроса. Верхняя деревяха называется «гафель». Его используют для натяжения трикселя и регулировки паруса. Если речь идёт о шхуне, или корабле, у которого триксели являются основными парусами на мачте, то их просто называют по названию мачты. А вот если прямой парус стоит, то этот парус уже является не главным, и имеет название «имя мачты-гаф-триксель». В случае с бизанью, этот парус называют контр-бизанью. К мачтам и бушприту крепят треугольные паруса без рея. Они называются «стаксель», и многоэтажная пристройка у них идёт от названия вертикальной деревяхи, к которой ближе всего располагается верхний угол «треугольника». Если Вам совсем скучно и интересно понять, почему именно так, поясню. Элемент такелажа, к которому крепится передний край (шкотарина) треугольного паруса называется «штаг». Он – элемент растяжки вертикальных рангоутных деревьев. И каждый конкретный штаг имеет так же своё имя, которое идёт от названия рангоутного дерева, к которому он крепится. Думаю, проще всё же первый вариант. Смотрим по верхнему углу «треугольника». Единственным стакселем, у которого есть проблема с именем, является «апсель». Это нижний стаксель, идущий от бизани к гроту. Если вдруг нижний край (шкаторина) стакселя находится над бушпритом, а не над палубой, то это уже не стаксель, а кливер. Или – это стаксель сорвало, и его полощет.

И под конец главы о гермафродитах.

Прямое парусное вооружение называли "мужским", косое - "женское". А корабли со смешанным парусным вооружением называли «гермафродит». Так, шхуну-бриг нередко называли «бриг-гермафродит». Аналогичная обидная обзывалка коснулась и баркентин. Как-то так)