Обложка книги Пастырь
Роман

Пастырь

0.00 оценок 0 отзывов0+

Прошлая жизнь стёрта. Остался натренированный ум и опыт, с которыми он выброшен на берег Верхней Волги XI века. Вокруг — вековые дебри, подступающие топкие болота и один длинный дом-землянка, где всем миром выживают голодные язычники.

Оставшиеся балыки Ждан выкурит можжевельником — это паек лесорубам в бор, жевать на лесоповале.

О книге

Прошлая жизнь стёрта. Остался натренированный ум и опыт, с которыми он выброшен на берег Верхней Волги XI века. Вокруг — вековые дебри, подступающие топкие болота и один длинный дом-землянка, где всем миром выживают голодные язычники. Сказки про порох на коленке и мгновенное величие здесь не работают. Каждый вершок суши придётся защищать и обустраивать, а за ошибки люди платят жизнями. Глобальную историю менять запрещено — любое крупное вмешательство разрушит ткань времени. Его предел — локальные шаги, скрытые от чужих глаз. Нужно превратить глухой погост в прочный, защищённый град, который для внешнего мира останется призраком и не попадёт в летописи. Пока Верхняя Волга спит, у него есть немного времени. Хватит ли холодного расчёта, чтобы заставить эти дикие земли работать на общину и удержать шаткий баланс? Примечания автора: Исторический контекст: XI век, дремучие леса и болота. Никаких теремов. Язычники выживают в одной общей землянке («длинном доме»). Границы прогресса: Без автоматов, пороха и покорения мира. Глобальный ход истории менять запрещено. Только локальные шаги из местных ресурсов. Формат текста: Это художественный роман, а не пошаговое руководство. Поминутных описаний замеса глины и устройства механизмов до винтика здесь не будет. В приоритете сюжет. Модерация: Явные логические ошибки в процессах пишите в комментарии — исправлю. Пустой хейт, нытьё («где магия?») и токсичность — мгновенный бан. Текст выходит по главам. Приятного чтения.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1. Прибытие.Лес стоял глухой стеной, и в этой стене чудилось не просто безмолвие, а затаённая угроза: будто деревья, сгрудившись, подслушивали каждый шаг, каждую мысль. Пастырь ступил на сырую землю и сразу подобрал босые ступни — холод впился в пятки, как мелкие иглы. Он замер, прислушиваясь не к звукам даже, а к тому, как меняется тишина. Где-то далеко стучал дятел, в кронах шелестел ветер, а ближе, у реки, слышался ровный гул воды — спокойный, но равнодушный, как дыхание зверя, который не против, чтобы ты жил, но и не обязан тебе помогать.«Сначала вода, потом огонь», — подумал он. Не как правило из книжки, а как старую, въевшуюся в кости привычку: если не сделаешь простого, не дойдёшь до сложного. И ещё одна мысль держалась на краю сознания, упрямая и холодная: «Нельзя идти к людям голым и с пустыми руками. Для них я либо зверь, либо добыча. Надо стать полезным».Он двинулся к р…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.