!!!Ожидает перезапуска.!!! Pathfinder: Ярость драконьих гор.

Глава 1. Ярость Драконьих гор: рождение легенды

Ледяной ветер резал лица орков, собравшихся на склонах Драконьих гор. Зима сковала землю в мертвой хватке, и лишь редкие костры отбрасывали зловещие тени на скалистые пики. Сегодня решалась судьба клана Железного Клыка. Сегодня определялся вождь, что докажет своей силой и гордость предков. Право повести клан за собой.

Круг, очерченный окровавленными камнями, служил ареной для жестокой битвы. Толпа, состоявшая из закаленных в боях воинов, ощетинилась топорами и дубинами, наблюдая за происходящим с нескрываемым вожделением. Рев триумфа или крик агонии – вот музыка, которую они желали услышать.

Первыми в круг вышли старые соперники – Грум, чьи шрамы напоминали карту сражений, и Шарган, чья ярость была подобна горной лавине. Удары их топоров сотрясали воздух, а кровь брызгала на замерзшую землю. Грум пал, сраженный подлым ударом в спину, вызвав одобрительный гул в рядах зрителей.

Но турнир продолжался. Один за другим орки выходили на арену, демонстрируя свою силу, жестокость и готовность идти на все ради власти. Сила, кровь и ярость – вот цена, которую приходилось платить за право восседать на троне из костей.

На закате, когда солнце окрасило снег в багряный цвет, остался лишь один – Крогар, чьи глаза горели безумным огнем. Он стоял над телами поверженных врагов, упиваясь победой и чувствуя, как власть пропитывает его душу. Зима в Драконьих горах стала свидетелем нового вождя. Вождя, рожденного в крови и ярости.

- Ха-ха-ха, кто ещё? Кто из вас посмеет оспорить моё право занять место вождя? Крогар, своей аурой закалённой в боях и набегах, одним лишь видом, одной лишь позой говорил, вы ничтожества вы и близко не стоите рядом со мной. Что было не далеко от правды, Крогар чистокровный орк и даже так он отличался от своих соплеменников. Огромная гора мышц ростом почти восемь футов и весом почти двести пятьдясят фунтов. Среди племени он был самым сильным воином, что не проиграл не одного сражения. И в итоге одной лишь демонстрации силы стало мало, ему захотелось большего. Сила и свирепость его идеал, а его огромная секира инструмент достижения.

Казалось, желающих потягаться с этим чудовищем больше нет, ведь после битвы с ним, трое желающих орков отправились в обьятья Фаразмы, а остальные были на столько изуродованы, что не сразу узнаешь своего соплеменника. Но, в толпе зрителей началась возьня. Из этой кучи, выполз полукровка, всего каких шесть с небольшим футов, а телосложение было хоть и крепким, но не сравнимо с телом Крогара. В руках полуорк держал два боевых одноручных топора.

Крогар оглядел полукровку, но вместо отвращения, он чувствовал интерес. В его голове плескалось мысль "Бросить вызов? Это больше на шутку похоже." Он даже не потрудился изменить позу, оставаясь в своей доминирующей стойке, секира покоилась на его плече, словно игрушка. -Что это еще за козявка? – прорычал он скорее для себя, чем для остальных. В его голосе сквозило отвращение, смешанное с легким любопытством. Неужели этот ничтожный метис действительно посмеет бросить ему вызов?

Полукровка, игнорируя насмешки и взгляды толпы, медленно вышел вперед. В его глазах не было страха, лишь холодная решимость. Он крепко сжал топоры в руках, готовясь к бою. Его движения были плавными и уверенными, в них чувствовалась скрытая сила. Он остановился в нескольких шагах от Крогара, молча глядя ему в глаза.

- Ты думаешь, у тебя есть шанс? – усмехнулся Крогар. Его голос был полон превосходства. - Ты слаб и ничтожен. Тебе не место здесь. - Он шагнул вперед, заставляя полукровку отступить на шаг. Его аура силы и ярости подавляла, заставляя остальных орков замолчать в предвкушении кровавой бойни.

Полукровка не ответил. Он лишь крепче сжал топоры и приготовился к прыжку. В его глазах вспыхнула искра ярости, готовая вырваться наружу. Он знал, что его шансы невелики, но он был готов сражаться до конца. Никто не мог понять, в чём заключалась его цель, чего он хочет добить? Все зрители видели не противника Крогара, а нового желающего посетить залы Фаразмы.

Битва началась внезапно. Полукровка бросился на Крогара, словно дикий зверь, обрушивая на него град ударов своими топорами. Крогар, удивленный такой дерзостью, едва успел отбить первый удар секирой. Завязался яростный бой, в котором сила столкнулась с ловкостью, а ярость – с холодной решимостью.

Крогар взревел от ярости, отбрасывая полукровку в сторону мощным ударом секиры. Полукровка отлетел на несколько метров, но тут же вскочил на ноги, не теряя ни секунды. Он понимал, что каждое промедление может стать для него последним. Его тело горело от боли, но воля к победе не позволяла ему сдаться.

Бой продолжался с новой силой. Полукровка, словно вихрь, кружил вокруг Крогара, нанося быстрые и точные удары. Крогар, несмотря на свою мощь, с трудом успевал парировать атаки юркого противника. На его лице начали проступать капли пота, а в глазах появилось раздражение. Он привык к легким победам, но этот полукровка заставлял его попотеть.

"Он теснит меня? МЕНЯ?! Чёрт, я одновременно и в ярости и в неподдельном интересе."

В один из моментов полукровке удалось прорвать оборону Крогара и нанести ему глубокую рану на плече. Крогар взревел от боли и ярости, обрушивая на полукровку всю свою мощь. Полукровка едва успевал уклоняться от смертоносных ударов секиры. Он понимал, что долго так не протянет.

Собрав все свои силы, полукровка совершил отчаянный прыжок, целясь в голову Крогара. Крогар попытался отбить удар, но было слишком поздно. Топор полукровки оставил шрам на щеке Крогара. Но и Крогар не стал молчать, он нанёс яростный удар по плечу полукровки. Если бы Крогар не попался бы под атаку, то полуорк погиб на месте. Полукровка рухнул на землю а огромный орк упал на одно колено. Толпа орков замерла в изумлении, не веря своим глазам. Полукровка, тяжело дыша, лёжа в ожидании добивающей атаки Крогара, в его глазах читалась усталость и боль.

- ХА-ХА-ХА-ХА! - Орк с звонким смехом встал с колена и обратился к своиму противнику. - Ты порадовал меня, я честно сказать не ожидал такого от полукровки. Слыш, малец. Как тебя зовут? - Спросил Крогар.

- Дейвар. Сын Икдраса. - Промолвил полуорк серьёзным тоном, скрипя от жгучей боли в плече.

После сказанных слов в толпе начали ходить слухи.

Крогар ухмыльнулся, обнажив ряд острых зубов. - Дейвар, сын Икдраса? Того самого? ХА-ХА-ХА, тот самый что перед смертью забрал на тот свет сотню? Что же Икдрас высокопочетаемый мною Орк. Я наслышан о его подвигах. Из уважения к нему я сохраню тебе жизнь. Ты показал храбрость, которой не хватает целым ордам. - Он сплюнул на землю сгусток крови и подошел ближе к лежащему полуорку. - Обычно я не церемонюсь с такими, как ты. Полукровки - слабые, жалкие существа. Но ты… ты другой. -

Крогар протянул Дейвару свою огромную, покрытую шрамами руку. - Поднимайся, Дейвар. Ты заслужил право стоять рядом со мной. - Толпа орков зашепталась, пораженная таким неожиданным поворотом событий. Никто не мог поверить, что Крогар, самый жестокий и беспощадный воин в их племени, предлагает пощаду полукровке.

Дейвар, удивленный не меньше остальных, с сомнением посмотрел на протянутую руку. Боль в плече была нестерпимой, но он собрал остатки сил и ухватился за руку Крогара. Орк легко поднял его на ноги.

Крогар окинул взглядом притихшую толпу. - На правах нового вождя клана "Железный Клык" я Крогар Кровожадный, дарую тебе имя. Дейвар, ярость драконьих гор. У кого-то есть возражения? - В ответ воцарилась тишина. Никто не осмелился возразить Крогару, чья репутация внушала ужас даже самым отчаянным воинам.

Дейвар стоял пошатываясь после битвы, чувствуя на себе взгляды сотен орков. В их глазах читались недоверие, удивление и даже злоба. Он понимал, что ему предстоит долгий и трудный путь, чтобы заслужить их признание. Но он был готов к этому. В конце концов, он выжил там, где погибли бы многие чистокровные орки.

Крогар повел Дейвара к своему шатру, игнорируя перешептывания и косые взгляды. Внутри шатра было мрачно и тесно. На полу валялись шкуры животных, оружие и кости. Крогар усадил Дейвара на один из трофеев – череп огромного Совомедведя. И достал из сундука флягу с темной жидкостью.

- Пей – коротко приказал он, протягивая флягу Дейвару. Тот сделал глоток. Жидкость оказалась крепким самогоном, который обжег горло и разлился теплом по всему телу. Боль в плече немного утихла.

- Завтра ты начнешь тренировки. – сказал Крогар, глядя Дейвару прямо в глаза. - Я лично буду следить за тобой. И помни, Дейвар, ты получил шанс, который дается немногим. Не разочаруй меня. -

- Почему, ты решил поручиться за меня? - С недоверием спросил Дейвар. Покуда ситуаци похожа на сюжет сказки написаной человеческим ребёнком лет семи.

- Хах, после всех моих битв. Я перестал видеть мысль о поражении. Сначало я был рад этому. Но, в чём тогда смысл в битвах. Когда на кону перестаёт быть твоя жизнь. Эта мысль, гнетёт. Но, когда на ринг вышел ты, всего на мгновение, на одно маленькое мгновение я почувствовал это. И по этому я дарую тебе шанс. Ты станешь сильным, и сразишься со мной.-

Речь Крогара произвела на юного Дейвара воодушевление. Новый вождь видел соперника в свиду не чем не выделяющемся полукровке. Но Крогар думал иначе, если этот малец вышел против него, значит в нём отсутствует такая бесполезная вещь как страх. А значит в следующий раз, их бой будет куда лучше чем был. И от этого предвкушения, кровь Крогара закипала всё сильнее.

- Ну а пока, я дам тебе время что бы заличить свои раны. С этим тебе поможет моя дочь. И смотри мне, я не буду снисходителен. На оборот, что бы оправдать своё имя, я буду тренировать тебя в два раза усерднее. Понял? - Проговорил Крогар глядя в глаза Дейвара.

- Понял! -

Глава 2. Закалённые вершины: пламя сердца.

Морозный воздух щиплет щеки, словно тысячи невидимых иголок вонзающихся в кожу. Дыхание вырывается клубами пара, мгновенно растворяясь в ледяной дымке, окутывающей Драконьи горы. Ночь неохотно отступает, уступая место робким лучам рассвета. Небо на востоке алеет багряным, переходящим в нежный персиковый цвет. Снежные вершины гор, словно увенчанные алмазными коронами, первыми принимают этот нежный свет, вспыхивая ослепительным сиянием.

Ветер завывает в ущельях, разнося по округе леденящие звуки, похожие на стоны древних духов. Драконьи горы – место силы и легенд что узрели каждые камни и каждая снежинка. Здесь, по местным сказания, дремлют старые боги ожидая своего часа, что бы вырваться из оков вечного сна. По мере того как рассвет крепчает, тени отступают, обнажая замерзший пейзаж. Заснеженные ели, словно стражи, стоят неподвижно, их ветви, покрытые толстым слоем инея, блестят в лучах восходящего солнца. Редкие следы на снегу говорят о том, что жизнь здесь все еще теплится, несмотря на суровые условия. Возможно, это следы горного козла, или, быть может, хищного зверя, рыскающего в поисках добычи. Но для юного полукровки, понять что это следы снежного барса, уже не свежие. Ночная метель постаралась замести следы, да так что их и не заметить толком.

Юный полуорк, отрабатывал удары топорами на вершине хребта, представляя противника перед собой. Лезвия с глухим звоном рассекали воздух, каждый выпад был наполнен яростной энергией. Ледяной ветер обжигал щеки, но полуорк не чувствовал холода. Перед его внутренним взором вставали злобные гримасы гоблинов, самодовольные лица людей. Он докажет им, чего стоит кровь орка что течёт в его жилах!

Взмах, еще взмах. Топоры описывали смертоносные дуги, превращая снег под ногами в белую пыль. Мышцы на руках наливались свинцовой тяжестью, дыхание обжигало горло, но он не останавливался. Каждая капля пота, каждый удар сердца – это вызов, брошенный миру. Но кого бы он не представил, истинный противник всё ещё впереди. Если Крогар увидел в нём достойного противника. То он долже соответствовать его словам.

- Недостаточно. Я должен стать сильнее. Иначе... меня ждёт смерть с позорм для гордости орков. - Всё проговаривал и проговаривал Дейвар отдыхая между подходами.

- Лишь ты... - Прозвучал многократный голос. Но когда Дейвар повернулся на источник, там никого не было.

- Останешься лишь ты. Моё творение. Твоя плоть принадлежит мне. - На сей раз. Голос словно звучал из головы и Дейвар начал чувствовать.

- ЗАТКНИСЬ! - Дейвар прокричал что бы заглушить голос в голове.

- Ты не можешь от меня убежать. Твоя кровь, плоть и кости. Всё это моё! Это истина! Всё это принадлежит мне! -

- ГДЕ ТЫ?! ПОКАЖИСЬ! -

Ответа не последовало, как и продолжения. Голос стих словно буря. Но вместо этого, за углом скалы послышался треск.

Дейвар, нахмурившись, пытался представить размеры существа за углом, но тщетно, ничего толкового в его разум не приходило. Но треск был отчетливым. Не просто осыпающийся камень. Что-то двигалось. Он ощущал это нутром – звериным чутьем, доставшимся ему от орочьей крови.

Пальцы крепче сжали рукояти топоров. Тяжелые, закаленные в боях лезвия мерцали в лучах восходящего солнца. Дейвар медленно переступил с ноги на ногу, готовясь к стремительному рывку. Он не знал, что там, за поворотом, но знал наверняка – ничего хорошего. Как вдруг, из-за поворота показалась полуорчиха.

Дейвар замер, словно громом пораженный. Перед ним стояла не просто полуорчиха, а воплощение дикой, необузданной красоты. Длинные заплетённые в косу, цвета воронова крыла волосы обрамляли лицо с виду женственным. Ее глаза, цвета янтаря, смотрели прямо в душу, прожигая насквозь своей проницательностью. На зелёно-смуглой коже играли отблески солнца, подчеркивая силу и грацию каждого мускула.

Она была одета в простую, но практичную кожаную броню, искусно украшенную костяными амулетами и перьями. На поясе висел полуторный меч, а за спиной – лук и колчан со стрелами. Все в ней кричало о готовности к бою, о жизни, проведенной в суровых условиях дикой природы.

Дейвар не понимал, что с ним происходит. Его орочья кровь бурлила, требуя признания в этой незнакомке родственную душу. Он чувствовал необъяснимую тягу, желание защитить ее, разделить с ней все тяготы и радости жизни. Он забыл о только что случившемся. Сейчас существовала только она – загадочная полукровка, пробудившая в нем чувства, которых он никогда прежде не испытывал.

Орчиха молчала, оценивая Дейвара своим пронзительным взглядом. В ее глазах мелькнуло что-то похожее на удивление, но тут же сменилось настороженностью. Она сделала едва заметный шаг вперед, и Дейвар почувствовал, как его тело напряглось в предвкушении. Что произойдет дальше? Будет ли это бой или союз? Только время покажет.

Он опустил топоры, подавая ей безмолвный знак доверия. Его сердце колотилось в груди, словно пойманная птица. Он готов был ко всему, лишь бы узнать эту загадочную воительницу получше. Ее присутствие заполнило все его существо, затмив собой все остальное. Мир сузился до размеров этой тропы, и единственным важным было то, что произойдет между ними в следующий миг.

Девушка, как ни удивительно, а её действительно можно было назвать девушкой, чуть прищурилась, словно пытаясь разгадать его намерения. В ее взгляде все еще читалась настороженность, но теперь в нем промелькнула искорка любопытства. Она медленно опустила руку с лука, делая ответный шаг к примирению. Тишина леса казалась оглушительной, нарушаемой лишь стуком его сердца.

- Тебя вроде Дейвар зовут? - наконец ответила она. Если она и вправду из его клана, то это не удивительно что она знала его имя, всё же он смог выстоять против сильнейшего орка своего клана Железного Клыка, Крогара Кровожадного не умерев при этом. А когда дело касается Крогара, каждый думает о победе в последнюю очередь.

Дейвар нахмурился. Он не помнил, чтобы видел ее раньше. - Зачем ты следила за мной? -

Его слова, произнесенные хрипловатым голосом, словно эхо пронеслись в горном ущелье. Дейвар почувствовал, как к зарождающемуся чувству примешивается подозрение. Клан Железного Клыка – не место для секретов. Почему она следила за ним? И кто она такая? Вопрос повис в воздухе, словно тяжелый камень. Он не мог понять, что заставило эту девушку следить за ним. Был ли это личный мотив или же нечто иное?

Девушка слегка покраснела, ее взгляд на мгновение отведен в сторону. - Я… просто хотела увидеть тебя. Все говорят о том, как ты выстоял против Крогара. – пробормотала она, словно признаваясь в чем-то постыдном. - Меня зовут Аита и я дочь Крогара. – добавила она тихим голосом, словно ожидая удара. Дейвар же немного входил в заблуждение.

Дейвар был ошеломлен. Дочь Крогара? Это объясняло ее интерес к нему, но также и усложняло ситуацию. Он не знал, как реагировать на это признание. Его чувства к ней были сложными и противоречивыми, а теперь, когда он узнал о ее происхождении, все стало еще более запутанным. Он сделал шаг вперед, приблизившись к ней. - Почему ты здесь? – спросил он, его голос смягчился. Он хотел понять ее, узнать, что движет ею.

Аита подняла на него глаза. - Я… я хочу узнать тебя. Хочу понять, как ты смог победить моего отца. – ответила она, ее голос дрожал от волнения. Она смотрела на него заворожённо. – А ты и в правду другой. Ты отличаешься от соплеменников. – Произнесла Аита, подойдя ближе, почти в упор, смотря в светло-серые глаза юноши. И осматривая шрам на плече, что оставил её отец.

Дейвар сглотнул, ощущая, как пересохло в горле. Слова Аиты были подобны легкому дуновению ветра, раздувающему тлеющий уголек внутри него. Битва с её отцом в которой он мог расстаться с жизнью, далась ему нелегко. Но в тот момент, стоя перед этой хрупкой девушкой, он понимал, что сражение было лишь началом чего-то большего.

- Честно сказать, я и не понимал до конца, что я хотел этим доказать. Я склоняюсь к тому, что я просто хотел показать, вот он я. Я могу сражаться на ровне с вами. Я достоин называться Орком. И когда исход был на лицо. Твой отец почти признал меня. Но, постепенно я думаю, а этого ли я хочу? - тихо ответил Дейвар, его голос звучал непривычно мягко. Он позволил ее взгляду блуждать по его лицу, по шраму, напоминающему о той битве. В ее янтарных глазах он видел не только любопытство, но и что-то еще – отголоски боли и надежды.

Аита протянула руку, осторожно касаясь шрама. - Этот шрам… он часть тебя. Он напоминает о том, что ты пережил. Но он, не определяет тебя. - прошептала она, ее пальцы слегка дрожали. Дейвар почувствовал тепло ее прикосновения, и его сердце забилось быстрее.

Он взял ее руку в свою, его пальцы переплелись с ее. – Я знаю как обстоит дело с его детьми. Все они рождены от женщин рабынь. Коих у него шестеро. И к своим детям он относится пренебрежительно. Пусть ты и рождена в ненависти и жестокости, в тебе есть свет, который я вижу", - произнес он, глядя ей прямо в глаза.

В этот момент мир вокруг них словно перестал существовать. Остались только они – две полукровки, стоящие на границе двух миров, объединенные общей болью и надеждой на будущее. Искра между ними разгоралась все сильнее, обещая пламя, способное осветить даже самую темную ночь.

Ее слова отозвались в нем странным эхом, словно подтверждая то, что он сам смутно ощущал. Дейвар никогда не чувствовал себя полностью своим среди клана, вечно ощущая груз недоверия и необходимость доказывать свою ценность. И теперь, эта девушка, дочь его «Наставника», видела в нем то, что он сам не всегда мог разглядеть.

- Свет? Во мне? Отец всегда говорил, что я – его позор для него. - прошептала Аита, ее голос дрогнул. Она попыталась отвести взгляд, но Дейвар не позволил ей этого, нежно сжав ее руку.

- Он ошибается. Ты – не его отражение. Ты сама выбираешь, кем быть, - твердо произнес Дейвар. Он видел в ее глазах не только боль, но и искру надежды, желание вырваться из тени отца. И он чувствовал непреодолимое желание помочь ей в этом.

В тишине горной вершины, нарушаемой лишь шелестом ветра, между ними возникла невидимая связь. Дейвар понимал, что их встреча – это не просто случайность. Это начало чего-то нового, сложного и, возможно, опасного. Но он был готов рискнуть, чтобы узнать Аиту, понять ее и, возможно, изменить свою судьбу вместе с ней. Его сердце, закаленное в битвах и разочарованиях, вдруг наполнилось теплом и надеждой, словно весеннее солнце, пробивающееся сквозь зимнюю стужу. Но что бы начать действовать. Нужно стать сильнее, намного сильнее.

Глава 3. Следы на снегу: Великая охота.

Рассвет едва окрасил снежные пики Драконьих гор в алый цвет, когда Крогар и Дейвар отправились на охоту. Новоизбранный вождь клана Железного Клыка решил лично проверить, достоин ли полуорк носить новое имя, данное им после неравного боя, что прошёл почти год назад. Благодаря тренировкам под началом Крогара, юноша стал крепче, уверенее и сильнее.

Добыча юноши совомедведь — опасное создание этих мест. Чудовище по размерам в два раза больше бурого медведя и клювом, способным перекусить человека пополам. Крик совомеда эхом разносится по темным рощам и укрытым ночью лесам, разрывая тишину и предвещая смерть жертвам этого зверя. Перья покрывают крепкую, косматую шкуру его медвежьего тела, а огромные, как блюдца, круглые зрачки гневно сверкают на совиной голове. Репутация совомедов, как свирепых, агрессивных, упрямых существ с абсолютно дурным нравом, делает их хищниками, которых боятся более всего в диких местах.

Существует очень мало вещей, которых испугался бы голодный совомед. Даже чудовища, превосходящие совомедов по силе и размеру, избегают причин связываться с ними, так как эти существа не обращают внимания на превосходство противника и атакуют без предупреждения. Совомеды покидают свои логова на закате и охотятся в самые темные ночные часы, ухая и крича, чтобы обозначить свою территорию, призывая партнера или чтобы загнать жертву в свои охотничьи угодья.

Обычно это лесистая местность, знакомая совомеду, и достаточно густая, чтобы уменьшить шансы побега жертвы. Совомеды обустраивают свои логова в пещерах или руинах, которые вскоре устилаются костями их добычи. Недоеденную добычу они тянут в логово, складируя её части среди камней, кустов и деревьев. Тяжелый запах крови и разлагающейся плоти разносится близ логова совомеда, привлекая падальщиков, которые становятся новой добычей. Эти чудовища охотятся поодиночке или парами.

Если добычи достаточно, семья совомедов может остаться вместе на более долгий срок, чем необходимо, чтобы завести потомство. В противном случае их пути расходятся, как только молодняк научится охотиться самостоятельно.

Крогар шёл впереди, ведя Дейвара по следам зверя. Вождь не говорил ни слова, лишь изредка останавливался, изучая отпечатки лап и клочки перьев. Полуорк следовал за ним, держа топоры наготове.

Внезапно Крогар замер, подняв руку. Впереди, в ущелье, они заметили совомедведя. Чудовище охотилось на горного барана, его медвежьи лапы рассекали воздух с оглушительным свистом.

— Помни, — прошептал Крогар, — Совомедведь хитёр и опасен. Он нападёт первым, если почувствует слабость. Твоя задача — не дать ему загнать тебя в угол, и не показывать слабости. -

Дейвар кивнул, сжимая рукояти топоров. Сердце колотилось в груди, но он старался не показывать страха. Ведь он лично видел, что происходит с теми, кого настигли эти твари.

Совомедведь заметил их. Его глаза вспыхнули красным огнём, клюв раскрылся в яростном крике. Чудовище приготовилось к атаке, встав на две лапы. Это существо, было больше на голову Крогара, и крупнее по сравнению с мускулатурой вождя.

— Теперь или никогда! — прорычал Крогар, давая указание Дейвару к атаке.

Битва началась. Совомедведь топнул передними лапами, поднимая снежную завесу, но Дейвар успел метнуть один из топоров, попав зверю в совиный глаз. Чудовище взревело от боли, смотря на полуорка.

- Ну давай, сыч чёртов. Я здесь. – Прорычал Дейвар, провоцируя зверя. Зверь повёлся, встав на задние лапы готовясь нанести удар. Но ловким движением, Дейвар нанёс удар вторым топором в брюхо, после чего прыжком забрал топор что торчал из головы зверя. И сделал три шага назад, ожидая действий от зверя. Тварь не заставила долго ждать. Резким движением она рванула в сторону полуорка, ревя раскрыв свой клюв. Дейвар уклонился от смертоносного клюва, вонзая топор в бок зверя. Кровь хлынула на снег, окрашивая его в алый цвет. Совомедведь взревел, пытаясь достать полуорка лапой. Но атака была тщетной. В этот момент Дейвар сделав перекат, совершил решающий удар, разрубив шею чудовища. Совомедведь рухнул на землю, дёргаясь в агонии.

— Неплохо, полукровка. — прохрипел вождь, подходя к трупу Зверя. — Ты доказал, что достоин носить имя ярости Драконьих гор. Но это только начало твоего пути. Как ни как, тебе придётся тащить эту тушу. Как никак пир Великой охоты начнётся после заката. -

Дейвар тяжело дышал, глядя на поверженного зверя. Кровь зверя брызнула на его лицо и одежду, смешиваясь с потом. Руки дрожали от напряжения, но в глазах горел огонь победы. Он поднял окровавленный топор, ощущая его вес как символ триумфа.

Крогар молча осматривал добычу. Его суровое лицо не выражало ни радости, ни удивления. Лишь легкое одобрение промелькнуло в его глазах. Он знал, что Дейвар был силен, но теперь он увидел его истинную силу и ярость. Силу, закаленную в тренировках и лишениях. Ярость, которую он мог направить на защиту своего клана.

Дейвар принялся за непосильную задачу – тащить огромную тушу совомедведя по заснеженному лесу у подножья гор. Каждый шаг давался с трудом, но Дейвар помнил слова вождя о празднике Великой Охоты. Он знал, что от его усилий зависит его собственная честь. В праздник Великой охоты, орки соревновались кто лучше всего охотится. Смог загнать оленя? Пф, слабо. Притащил тушу медведя? Неплохо. Но если совомедведь или ещё какая здоровая, злющая и опасная тварь. То ты сразу зарабатывал уважение в глазах соплеменников. Конечно, и дракона можно попробовать притащить, но никто, даже Крогар не в силах поднять их массивные тела.

- Кстати Дейвар. Ты же ведь, на мою дочь посматриваешь? – Внезапно проговорил Крогар.

- Буду честен с вами, вождь. Да, в ней есть нечто притягательное. Да и лицом и телом она виданная красавица. – Сказал полуорк кряхтя от веса туши поверженного зверя. Он понимал, что вождь считает свою дочь полукровку, позором для него. Но… говорил он это только ей, а при остальных он даже не заводил никаких разговоров про Аиту.

Крогар остановился, наблюдая за тем, как Дейвар с трудом переставляет ноги под тяжестью туши. В его глазах промелькнуло что-то похожее на уважение.

— Знаешь, — продолжил вождь, — не каждый осмелится признаться в таком. Особенно полукровке. Аита — моя гордость и я знаешь ли, много что для неё готовлю. Её мать была человеком, но спустя пару лет после её рождения. Она покончила с собой. Именно по этому, я собираюсь изменить наш минталитет. Что бы исключить подобные случаи. -

Дейвар замер, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Он не ожидал, что вождь заговорит об этом.

— Я вижу, как ты смотришь на неё. — продолжил Крогар, не отрывая взгляда от дороги. — И знаешь что? В этом есть своя ирония. Ты такой же отверженный, как и она. Но в отличие от других, ты доказал свою ценность кровью. -

Полуорк молчал, не зная, что ответить. Слова вождя застали его врасплох.

— Если ты действительно намерен добиваться её руки. — Голос Крогара стал жёстче. — Тебе придётся доказать не только свою силу, но и верность клану. Аита — не просто полукровка, она так же моя дочь. И я не позволю ей связать судьбу с тем, кто не достоин этого. -

— Я докажу свою преданность, вождь. — Произнёс он твёрдо. — И сделаю всё, чтобы заслужить право руки Аиты. –

Крогар усмехнулся, но в его усмешке не было насмешки.

— Посмотрим, полуорк. Посмотрим. Знаншь, я вот думаю, а что это мы делим на своих и полукровок. Почему бы просто не жить как свои? -

Крогар остановился, задумчиво глядя вдаль, его массивная фигура отбрасывала длинную тень на заснеженную тропу.

— Знаешь, Дейвар, — медленно произнёс вождь, — в тебе есть то, чего я не ожидал увидеть. Честность. Редкое качество в наши времена. -

Дейвар молчал, ожидая продолжения. Он чувствовал, как участился его пульс — разговор принимал неожиданный оборот.

— Аита… — Крогар тяжело вздохнул, — она особенная. Не только потому, что она моя дочь. Она умна, сильна, достойна большего, чем может предложить наш клан. -

Дейвар напрягся, не зная, куда ведёт этот разговор.

— Ты тоже особенный, — неожиданно сказал вождь. — Полукровка, который доказал свою ценность. Ты сражаешься не за страх, а за совесть. -

Он помолчал, глядя на небо.

— К чему я веду. В каждом из нас есть нечто особенное. Но минталитет прошлого вождя, сделал так, что полукровок считают вторым сортом. А тут появился ты, рубанул мне по лицу, и доказал мне что даже полукровки могут быть на ровне с орками. - Крогар завёл речь и Дейвар понял, что он хочет донести до него.

— Да, вождь, — тихо произнёс Дейвар, — я понимаю, о чём вы говорите. Прошлое нельзя изменить, но можно построить будущее. -

Крогар кивнул, словно одобряя его слова.

— Именно так, полуорк. Именно так. Ты заставил меня задуматься о многом. О том, как мы относимся к полукровкам, о предрассудках, которые передаём из поколения в поколение. =

Дейвар почувствовал, как внутри него разгорается надежда. Возможно, у него есть шанс изменить не только свою судьбу, но и отношение всего клана к полукровкам.

— Если вы позволите, вождь, — осторожно начал он, — я хотел бы использовать этот шанс. Не только для себя и Аиты, но и для всех полукровок нашего клана. -

Крогар внимательно посмотрел на него, и в его глазах промелькнуло что-то новое — возможно, признание.

— Ты говоришь смело, полуорк. Но помни: слова ничего не стоят без действий. Покажи им, на что ты способен. Докажи, что достоин не только моей дочери, но и уважения всего клана. Ты сможешь доказать что даже часть крови орка, достойна гордости. -

Дейвар выпрямился, несмотря на тяжесть туши зверя.

— Я докажу, вождь. Клянусь честью полукровки. -

Крогар усмехнулся, но в его усмешке теперь была теплота.

— Посмотрим, Дейвар. Посмотрим. А теперь идём. У нас ещё много дел. -

Дейвар ощутил прилив новой энергии, словно слова вождя стали для него глотком свежего воздуха. Он упрямо двинулся вперед, таща тушу совомедведя, словно доказывая свою силу и выносливость не только Крогару, но и самому себе. Он понимал, что путь к благословлению Крогара будет нелегким. Ему потребуется не просто выйти против него. Но также одержать неоспоримую победу, но теперь у него появилась цель, и он был готов пройти через любые испытания.

Солнце неумолимо клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона. Горы отбрасывали длинные тени, словно напоминая о надвигающейся ночи. Дейвар и Крогар продолжали свой путь, упрямо двигаясь вперед, к цели. Они знали, что их ждут, и что добыча Дейвара станет главным украшением праздничного стола.

По мере приближения к поселению, Дейвар почувствовал нарастающее напряжение. Он знал, что его возвращение с добычей вызовет разные реакции. Кто-то будет рад его успеху, кто-то позавидует, а кто-то откровенно возненавидит. Но сейчас это не имело значения. Главное – он доказал себе, что способен на большее.

В поселении их встретили настороженно. Жители, увидев огромную тушу совомедведя, замерли в изумлении. Шепот пробежал по толпе, когда Дейвар и Крогар приблизились к главной площади. Старейшины с уважением склонили головы перед Крогаром, но их взгляды были прикованы к Дейвару и его добыче.

Крогар, довольный произведенным эффектом, громко объявил о предстоящем празднике в честь удачной охоты. Он подчеркнул роль Дейвара, назвав его отважным охотником и достойным членом племени. Эти слова, словно бальзам, пролились на душу Дейвара. Он почувствовал, что его усилия были оценены по достоинству.

Праздник начался с заходом солнца. Огромный костер осветил площадь, вокруг которого собрались все жители поселения. Мясо совомедведя жарилось на вертелах, распространяя аппетитный аромат. Дейвар сидел среди старших орков, чувствуя себя частью племени. Прямо сейчас, в этот момент он был счастлив и горд своими достижениями.

Запах дыма, жареного мяса и кислого эля дурманил, заставляя слюнки течь даже у самых суровых воинов. В огромных котлах, выдолбленных из цельных стволов деревьев, бурлило пиво, сваренное из дикого хмеля и лесных ягод. Орки, от мала до велика, толпились вокруг, подставляя под плещущуюся волну кружки, черепа и даже просто ладони. Грохот барабанов, вой рогов и пьяные выкрики сотрясали воздух.

После того, как первый голод был утолен, начались забавы. Орки мерялись силой, ломая кости и рыча друг на друга. Молодые орчихи, наряженные в шкуры и перья, исполняли дикий танец вокруг костра, восхваляя силу и свирепость орков. Но юнец, не мог поймать взглядом ту, что не могла выйти из его головы. Дейвар рыскал взглядом Аиту. Но не как не мог её найти.

Дейвар осторожно пробирался между спящими у костров орками, стараясь не разбудить их. Его сердце билось чаще обычного — он направлялся к жилищу вождя, где, как подсказал старый Грах, могла находиться Аита. Воздух был пропитан запахами праздника: дымом костра, жареным мясом и пивом.

Луна освещала путь серебристым светом, превращая заснеженные пики в серебряные шпили. Добравшись до жилища вождя, Дейвар остановился. Кожаная штора была приоткрыта, но внутри не было света. Собравшись с духом, он тихо постучал. В ответ — тишина. Но взглянув немного в бок от шатра. Он заметил следы ведущие прочь из деревни орков. Дейвар насторожился. Следы были свежие, и их размер говорил о том, что оставила их нога полукровки. Сердце бешено заколотилось «Неужели Аита сбежала?» Эта мысль пронзила его разум. Он не мог терять ни минуты. Не раздумывая, Дейвар рванул по следам. Они вели в сторону гор, туда, где снег лежал особенно глубоко. Лунный свет помогал ему ориентироваться, но с каждой минутой становилось все холоднее. Ветер пронизывал до костей, но Дейвар не сбавлял темпа. Он должен был догнать Аиту, должен был убедиться, что с ней все в порядке. Следы становились все отчетливее, и Дейвар узнал в них знакомый рисунок сапог Аиты. Значит, она действительно сбежала. Но почему? Что заставило ее покинуть деревню орков посреди ночи? Ночь была тёплой для Драконьих гор. А небо было безоблачным, ветра так же не было. Вопросы роились в голове, не давая сосредоточиться на дороге. Но Драконьи горы на то и Драконьи, среди пик и гор, обнаружить летящего дракона было не редкостью, а также нельзя забывать про остальную живность. Внезапно следы оборвались у подножия скалы. Дейвар огляделся. Никаких других следов, никаких признаков того, что Аита могла продолжить путь. Неужели она забралась на скалу? Это казалось невероятным, но другого объяснения не было.

Он начал карабкаться, цепляясь за выступы и трещины. Камни были скользкими от инея, и каждый шаг давался с трудом. Ветер усилился, грозя сорвать его со скалы. Но Дейвар не сдавался. Он знал, что Аита где-то рядом, и он должен ее найти.

Наконец, он добрался до вершины скалы. Перед ним открылась небольшая поляна, укрытая от ветра. И там, в центре поляны, он увидел ее. Аита сидела на камне, закутавшись в плащ. Ее глаза были устремлены на луну.

- Аита! - крикнул Дейвар, подбегая к ней. Она вздрогнула и обернулась.

- Дейвар… Что ты здесь делаешь? — её голос дрожал, но не из-за холода.

- Я искал тебя. Увидел твои следы и понял, что ты ушла. Почему ты убежала? -

- А, извини. Ночь сегодня довольно красивая. Здесь я люблю предаваться мыслям. – Отрезала девушка.

- Красивая ночь… - повторил Дейвар, подходя ближе. - Но это не ответ на мой вопрос. Что-то случилось? -

Аита вздохнула, отводя взгляд.

- Ничего особенного. Просто… захотелось побыть одной. Подумать. -

Дейвар присел рядом с ней на камень, оставив между ними небольшое расстояние.

- О чём же ты думала? - На этот вопрос девушка молчала, собираясь с мыслями.

- Да так, о мелочах. Какого это расти в тени отца и прочее. – Саркастически ответила она.

- В тени отца… - тихо повторил он. - Ты мне казалась такой уверенной, такой сильной. Неужели ты чувствуешь тяжесть от того что он вождь? -

Аита наконец подняла глаза, и в их глубине Дейвар увидел целую бурю эмоций.

- Мой отец, великий вождь. - Произнесла она с гордостью, но в голосе проскальзывала горечь. — Но иногда… иногда его ожидания слишком тяжелы. Он хочет, чтобы я была идеальной дочерью, идеальной наследницей. Но, что бы я не делала. Ничего не выходит. -

Дейвар взял её руку, согревая в своих ладонях.

- Однажды, мой отец сказал так. Не выходит? Так сделай так что бы вышло. Соты раз. Тысячный. Пока пальцы не сотрутся в кровь. Потому что альтернатива - сдохнуть тихо и незаметно. Но ты прекрасна такой, какая есть. - Искренне сказал он. - И знаешь что? Твой отец прав в одном - ты действительно особенная Аита. - Наконец закончил Дейвар.

Аита улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалась печаль.

- Легко говорить, когда ты не его дочь, - тихо произнесла она. - Каждый день я чувствую, как он разочарован во мне.- Дейвар наклонился ближе, глядя ей прямо в глаза.

- Знаешь. А мне он говорил совсем другое. Что бы он тебе не говорил, а всё же он тебя ценит. Не знаю, заботится ли он так или же он слишком долго в боях что просто не может проявлять свои чувства. Аита, ты не представляешь, как сильно ты изменилась с тех пор, как я встретил тебя год назад. И Крогар тоже это понимает. Ты стала сильнее, увереннее.-

Аита кивнула, и в её глазах зажглась новая искра надежды. Они сидели, обнявшись на вершине скалы, глядя на усыпанное звёздами небо. Холодный ветер играл с их волосами, но рядом друг с другом им было тепло. Луна освещала их лица мягким серебристым светом, превращая снежинки в крошечные бриллианты.

Аита прижалась к Дейвару, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её собственным. В этот момент весь мир казался таким далёким и неважным. Дейвар крепче обнял её, вдыхая аромат её волос. Они молчали, наблюдая, как звёзды мерцают над их головами. В этом безмолвии было больше слов, чем в любых речах. Но момент был не долгим, метель резко настигла их врасплох. Что вынудило их искать укрытие. Немного побродив, они нашли пещеру что укрыла их от ненастья. Найдя кое какой хворост, они с лёгкостью развели костёр.

Аита, уютно устроившись рядом с Дейваром, почувствовала тепло, исходящее от огня. Пламя трепетало, отражаясь в его глазах, которые светились мягким светом. Они обменялись взглядами, и в этом молчании снова возникли те самые невысказанные слова, которые витали между ними.

Дейвар наклонился ближе, его дыхание смешивалось с теплым воздухом пещеры и ароматом костра. Он провел пальцами по её щеке, будто пытаясь запомнить каждую деталь её лица. Аита закрыла глаза, ощущая, как сердце колебалось в ритме их близости.

Она открыла глаза и увидела его улыбку, которая затмила свет пламени. Вновь сблизившись, их губы встретились в трепетном поцелуе, который сначала был мягким и осторожным, но вскоре углубился, наполняясь страстью. Вокруг них мир остановился, и все, что им нужно было, — это этот момент, это тепло друг друга и пламя, от которого горели сердца.

Постепенно поцелуй становился всё более настойчивым, и между ними возникло ощущение, будто они находятся на грани чего-то удивительного и непреклонного. Дейвар обнял Аиту крепче, пока она не приникла к нему, как будто искала защиту и тепло. Нежность переходила в нечто большее, когда их руки начали исследовать друг друга, позволяя волнам желания накрывать их.

Как будто все вокруг исчезло, оставаясь лишь тёмной пеленой за пределами пещеры, где бушует метель. Каждый звук, каждое прикосновение и каждый взгляд создали непреодолимую связь, обвивающую их как сладкий сон.

Вскоре огонь их страсти разгорелся, обжигая и поглощая их, оставляя позади только шёпот и отголоски счастья. Время утратило своё значение.

По утру, они вернулись в деревню. Никто из соплеменников, не знал что они вообще уходили. Так как еда была великолепной, а пиво лилось рекой.

Глава 4. Кровавый рассвет.

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая снежные вершины гор в багряные тона. Дейвар, полуорк с мускулистым телом, покрытым шрамами, продолжал свои изнурительные тренировки. Взмахи его топоров были быстры и смертоносны, воздух рассекался со свистом, а снег под ногами взлетал вихрем. Он не щадил себя, понимая, что завтрашний день станет решающим в жизни клана. И в тоже время, завтра ему исполнится пятнадцать лет.

Мысли Дейвара были заняты Крогаром, его другом, наставником и вождем клана Железный Клык. Крогар научил его всему, что он знал о бое, о выживании в суровом мире, о чести и верности. Он видел в Дейваре потенциал, которого не замечали другие сородичи, и терпеливо направлял его. Но завтра им предстояло сразиться в дуэли, исходом которой станет поражение одного из них и судьба всего клана.

Причина дуэли была странна, вождь, не проигравший ни одного сражения, жаждал лишь одно чувство. Ни бесчисленные победы, ни женщины, и даже его дети не могли дать ему это. Чувство поражения. Все сородичи не могли нанести даже царапину на нём, но ничем не примечательный полукровка, два года назад, когда Крогар был ярым претендентом на пост вождя. Юноша что ещё не достиг совершеннолетия, на мгновение, подарил ему это чувство.

Дейвар помнил тот день, словно это было вчера. Крогар, молодой и полный амбиций, пробивался к вершине власти, сметая всех на своем пути. Дейвар, тогда еще совсем юный и неопытный, под всплеском эмоций вышел на ринг. В порыве мальчишеского азарта он вызвал Крогара на поединок, и вождь, снисходительно усмехнувшись, принял вызов. Никто не ожидал, что из этого выйдет что-то серьезное. Но Дейвар, используя свою ловкость и неожиданные приемы, сумел нанести Крогару легкую рану на щеке. Пусть и сам получил серьёзную рану в плечо. Этого было достаточно, чтобы получить уважение нового вождя.

Но тогда Крогар уже не был прежним. Победы перестали приносить ему удовлетворение, слава казалась пустой и бессмысленной. Он искал достойного противника, способного превзойти его, но тщетно. И вот, в тот день, он решил, что только Дейвар сможет подарить ему то, чего он так жаждал - поражение.

Дейвар понимал, что Крогар не желает ему зла. Вождь просто хотел найти покой, освободиться от бремени непобедимости. Но если Крогар будет повержен, что же будет дальше. Кто возьмёт роль вождя что бы повести клан за собой?

Дейвар колебался. Он знал, что Крогар не просил его о легкой победе. Вождь жаждал настоящего, яростного сражения, в котором оба бойца выложатся на полную, без остатка. Но Дейвар, в отличие от Крогара, не был готов отдать все ради одного момента. Он видел будущее клана, его нужды и заботы. Он понимал, что поражение Крогара может обернуться хаосом и междоусобицами.

Его руки слегка дрожали, но не от страха — от предвкушения. Он тренировался годами, чтобы достичь этого момента. Каждый удар, каждый приём был отточен до совершенства.

Внезапно воздух в комнате словно сгустился. Полуорк почувствовал холодок, пробежавший по спине. Что-то было не так.

Не успел он обернуться, как чья-то невидимая сила схватила его. Магия. Древняя, тёмная магия, от которой волосы вставали дыбом.

"Ты — ошибка природы, сгусток злобы и тупости, но тем не менее ты будешь полезен. И сейчас ты докажешь свою никчёмную полезность." — раздался в его голове холодный голос.

Дейвар попытался сопротивляться, но его тело словно окаменело. Мышцы отказались повиноваться, даже дыхание стало тяжёлым.

"НЕТ! СТОЙ!" кричал он мысленно, но губы не могли произнести ни звука.

"Ты не можешь от меня убежать. Твоя кровь, плоть и кости — всё это моё! Твоя любовь, печаль, гордость и даже ярость! Это истина! Всё это принадлежит мне!" — голос становился всё громче, заполняя сознание Дейвара.

Полуорк чувствовал, как чужая воля проникает в каждую клеточку его существа. Магия колдуна была подобна ледяной волне, замораживающей его волю, его душу.

В его разуме проносились образы прошлого, настоящего, будущего. Всё смешивалось в безумном калейдоскопе. Он видел своих соплеменников, Аиту, Крогара.

Колдун продолжал шептать заклинания, укрепляя свою власть над телом Дейвара. Полуорк чувствовал, как его воля слабеет, как тьма поглощает его сознание. В моменте борьбы, Дейвар понял. Он отнял способность двигаться и говорить. В его сознании вспыхнули воспоминания о тех моментах, когда Крогар и Аита верили в него больше, чем кто-либо другой. Воспоминания о тренировках до изнеможения, о советах, о поддержке. Всё это теперь казалось таким хрупким перед лицом тёмной магии.

"Не сегодня!" — мысленно прорычал Дейвар, собирая остатки своей воли в кулак. Его дух сопротивлялся, несмотря на парализующую хватку колдуна. Внезапно перед его внутренним взором возник образ Аиты. Её глаза, полные надежды и веры в него. Её улыбка, которая всегда придавала ему сил. И в этот момент что-то внутри него надломилось. Не страх, не боль — нечто большее.

"Я — Дейвар из клана Железный Клык!" — мысленно закричал он, чувствуя, как по венам разливается огненная волна сопротивления. "Моя судьба — не быть марионеткой! Моя сила — в моей душе!"

- И ты думаешь, какие-то слова. Помогут тебе? Что бы ты не делал, всё будет тщетно. Молчи и подчинись. -

Тёмная фигура выступила из тени, её силуэт искажался в неверном свете скрывшегося за горизонтом солнца. Колдун, скрывавший своё лицо под глубоким капюшоном, медленно приближался к обездвиженному Дейвару. Полуорк чувствовал, как чужая воля пытается подчинить его разум, но теперь в нём разгорался внутренний огонь сопротивления. Воспоминания о Крогаре, об Аите, о клане — всё это придавало ему сил.

"Нет!" — мысленно закричал он, пытаясь разорвать невидимые оковы. — "Я не позволю тебе использовать меня!"

Колдун рассмеялся, его смех эхом прозвучал в горах.

-Ты слишком самоуверен, полукровка. Твоя воля слаба перед моей магией. Ты всего лишь инструмент в моих руках. -

Но Дейвар продолжал сопротивляться. Каждая клеточка его существа кричала о свободе. Он вспомнил все уроки Крогара, все тренировки, все моменты, когда казалось, что силы на исходе. Внезапно полуорк почувствовал, как что-то внутри него надломилось. Не страх, не боль — нечто большее. Это была ярость, чистая и яростная. Ярость за свой клан, за Аиту, за всё, во что он верил.

"Моя кровь — кровь воина!" — мысленно взревел он. "Моя душа — душа свободного существа! Ты не властен надо мной!" С этими словами Дейвар почувствовал, как невидимые цепи начинают рваться. Его тело постепенно возвращало контроль над собой. Колдун в ярости усилил натиск, было уже поздно заклинание произнесено и вступило в силу немедля.

— Ты проиграл, полукровка! — взревел чародей. — Ты не сможешь противостоять моей мощи! –

Дейвар чувствовал, как его сила воли постепенно угасает. А его движения тела более не подвластны ему. Тьма заволакивала сознание, словно густой туман. Он видел, как его руки поднимаются против воли, как топоры тяжелеют в ладонях.

"Нет… нет… я не сдамся!" — билось в его сознании. Но голос становился всё тише, а воля слабела с каждой секундой. Он лишь мог смотреть, смотреть за тем. Что уготовил ему колдун.

Колдун торжествующе поднял руки.

- Наконец-то ты понимаешь своё место, полукровка. Теперь ты станешь моим верным слугой. И первым твоим заданием будет уничтожение тех, кого ты называешь своими соплеменниками. - Продолжил колдун.

Дейвар чувствовал, как тёмная магия проникает всё глубже, подчиняя каждую клеточку его существа. Его глаза помутнели, а в них загорелся зловещий багровый свет.

"Я… не… могу…" — последняя искра сопротивления угасала в его душе.

- Отлично, — прошипел колдун. — Теперь ты готов исполнить свою судьбу. И завтра весь клан Железный Клык, падёт от твоей же руки. -

С этими словами чародей развернулся и растворился в сгущающихся сумерках, оставив Дейвара наедине с его судьбой. Полуорк стоял не подвижно, его глаза всё ещё хранили отблеск борьбы, но тело уже принадлежало другому.

Дейвар стоял, словно каменная статуя, лишь багровый отблеск в глазах выдавал чужую волю, поселившуюся в его теле. Ветер завывал в горах, словно оплакивая его утраченную свободу. Внутри бушевала тихая, но отчаянная борьба. Воспоминания о прошлом, о близких и клане, на мгновение вспыхивали ярким светом, но тьма неумолимо поглощала их.

С каждым шагом, направленным к лагерю Железного Клыка, тьма в душе Дейвара сгущалась. Он чувствовал, как его ноги несут его против воли, как руки сжимают топоры, готовые к убийству. В его сознании всплывали лица соплеменников, тех с кем он рос бок о бок, и тех, кем он был воспитан. Но тьма безжалостно стирала эти образы, заменяя их жаждой крови и разрушения.

Он приблизился к лагерю, окутанному ночной тишиной. Лишь редкие огоньки костров мерцали, словно звезды в черном небе. Внутри Дейвара вспыхнула последняя искра надежды. Он попытался остановить себя, крикнуть, предупредить. Но его тело не повиновалось. Он был лишь марионеткой в руках безжалостного кукловода.

И вот, первый крик прорезал ночную тишину. Затем второй, третий… Топоры взлетали и опускались, сея смерть и разрушение. Дейвар мог лишь наблюдать, как его руки убивают тех, кого он любил, тех, кого поклялся защищать. В его душе воцарился ад отчаяния и бессилия. Когда уже десяток орков пали от его руки. Воины были уже наготове.

Кровь брызнула на лицо Дейвара, смешиваясь со слезами, которые он не мог остановить. Он чувствовал вкус меди на губах, вкус смерти, который преследовал его в кошмарах. Каждый удар топора отдавался эхом в его голове, каждое тело, рухнувшее под его натиском, становилось еще одним гвоздем в крышку его гроба. Он стал воплощением предательства, убийцей своего народа.

Вскоре его окружили. Воины Железного Клыка, очнувшись от внезапного нападения, с яростью обрушились на него. Дейвар сражался, как зверь, ведомый не своей волей, а темной силой, что овладела им. Он отбивал удары, крушил кости, не чувствуя боли, не зная жалости. Но силы были неравны.

Рана за раной пронзали его тело. Кровь заливала его тело. Он спотыкался, теряя равновесие, но тьма внутри не позволяла ему упасть. Она толкала его вперед, заставляя сражаться до последнего вздоха. До тех пор, пока перед ним не показался Крогар. Вождь клана стоял перед ним, его глаза были полны боли и разочарования. В них читался не гнев, а глубокая печаль. Крогар поднял свою боевую секиру, готовясь к бою.

— Дейвар… — прошептал он. — Как ты мог? Для чего всё это? Ты был символом нового начала для клана. Я надеялся, что всё будет так как я планировал. Так почему? -

Но Дейвар не мог ответить. Тёмная магия сковывала его язык, его волю. Он мог лишь смотреть, как Крогар заносит оружие для удара. Развязалась жестокая битва. Крогар наносил тяжёлые атаки, Дейвар с трудом мог уворачиваться и блокировать их. Каждый удар секиры вождя оставлял глубокие следы на его броне, каждый блок отдавался острой болью в руках.

В этот момент Дейвар почувствовал, как тьма внутри него начинает бороться с остатками его собственной воли. Два начала противостояли друг другу в его сознании: тёмная магия, толкающая к разрушению, и искорка истинного «я», пытающаяся пробиться сквозь пелену колдовства. Но магия была сильнее.

"Дейвар" нанёс удар в бок Крогара. Секира вождя дрогнула, его лицо исказилось от боли. Кровь хлынула из раны, окрашивая и без того уже красный снег в более тёмные тона.

Сражение продолжалось. Крогар и Дейвар напирали друг на друга, борясь словно звери. Каждый их удар был наполнен смыслом: один — отчаянием и тьмой, другой — болью и надеждой. Воздух вокруг них искрился от напряжения, а снег под ногами становился алым от пролитой крови. В конце концов, вождь не смог более держаться на ногах.

— Дейвар… — прошептал он, падая на колено и опуская секиру. — Борись с тьмой. Ты сильнее её. – Прохрипел вождь, глядя как Дейвар, занёс топор для последнего удара.

— Нет… — прорычал голос в сознании Дейвара. — Он мой. И сегодня клан Железный Клык падёт. –

После чего топор опустился вниз, кровь хлынула из шеи Крогара. И тело некогда великого вождя упало на холодный, окрашенный кровью снег. Резня продолжилась, но теперь, когда воины были повержены, жертвами топора Дейвара стали дети, женщины и старейшины клана. В конце концов, тело его, залитое кровью, покрытое ранами стояло, напротив того, кого истинное "Я" любило всем сердцем. Перед ним стояла Аита держа полуторный меч на готовности.

Топор Дейвара окрасился в багряные тона, а его разум тонул в океане тьмы. Последнее сопротивление его души было подавлено безжалостной магией. Аита стояла перед ним — единственная из выживших, кто осталась противостоять обезумевшему воину. В её глазах читалась не ненависть, а бесконечная печаль и любовь.

— Дейвар, — прошептала она, поднимая меч. — Пожалуйста, борись. Я знаю, что ты там. -

Но тьма внутри него не оставила места для ответа. Его руки двигались механически, бездумно. Топоры взметнулись в воздух, готовые обрушиться на ту, что была дороже всего в его жизни.

Аита парировала удар, её клинок звенел от напряжения. Их оружие скрестилось в последнем танце. Каждый её выпад был наполнен надеждой, каждое движение — любовью и отчаянием. Но Дейвар был сильнее — тьма придала ему нечеловеческих сил.

Их бой был коротким, но жестоким. Аита сражалась с отчаянием обречённой, понимая, что не может победить. Её движения становились всё медленнее, силы покидали её. Дейвар наступал, ведомый тёмной волей, его удары были точны и беспощадны.

Последний удар пришёлся в незащищённые плечо. Меч Аиты выпал из ослабевших рук. Она отступила, споткнувшись о тело павшего воина. Дейвар поднял топор для финального удара. В его глазах не было ни капли узнавания, только холодная решимость.

— Прости… — прошептала Аита, закрывая глаза.

Топор описал смертоносную дугу. Звон металла оборвался хрустом костей. Тело Аиты медленно опустилось на окровавленный снег. Её глаза, полные слёз и любви, закрылись навсегда.

Дейвар замер, его оружие всё ещё было поднято. В этот миг что-то внутри него надломилось. Тьма, торжествуя, поглотила последние остатки его сознания. Он рухнул на колени, его тело содрогнулось в конвульсиях. Сознание покинуло его, унося с собой последние остатки боли и сожаления.

Лагерь Железного Клыка погрузился в мёртвую тишину. Только ветер, завывая среди камней, разносил запах смерти и предательства. Тьма одержала полную победу.

Холодный ветер трепал окровавленные одежды Дейвара, когда он наконец пришёл в себя. Его глаза медленно открылись, встречаясь с серым небом, затянутым свинцовыми тучами. В ушах стоял звон, а в голове пульсировала боль, словно тысячи молотов били по вискам.

Первое, что он увидел — это море крови вокруг. Тела его соплеменников были разбросаны по всему лагерю, их глаза смотрели в небо невидящим взглядом. Но одно зрелище заставило его сердце остановиться — Аита.

Её тело лежало рядом с ним, неподвижное и безжизненное. Её меч валялся рядом, покрытый багряными разводами. Дейвар попытался подняться, но ноги подкосились, и он рухнул на колени.

— Аита… — прошептал он, протягивая к ней дрожащую руку.

Его взгляд упал на свои руки — они были покрыты чужой кровью. Вдалеке раздался вой волков, привлечённых запахом крови. Дейвар поднял голову и увидел, как первые хищники появляются из-за деревьев, принюхиваясь к воздуху. Они медленно приближались к лагерю, готовые поживиться плодами этой трагедии.

Дейвар огляделся вокруг. Лагерь Железного Клыка, в котором он вырос, был разрушен. Его народ, которому он желал светлое будущее, был уничтожен. И во всём этом был виноват он сам.

Внезапно он почувствовал, как что-то холодное коснулось его плеча. Обернувшись, он увидел первого волка, который уже был готов наброситься на него. Но зверь не спешил атаковать — он словно ждал чего-то.

Дейвар поднял первое оружие что попалось под руки, меч аиты, но его руки дрожали так сильно, что оружие едва не выпало. Он был измождён, ранен и сломлен. Но тем не мене, он находил силы для боя. К хищнику начали подходить другие волки, окружая полуорка. Раненого и почти без сил.

Холодный металл меча Аиты казался обжигающе ледяным в его ослабевших пальцах. Дейвар стоял, окружённый стаей голодных волков. Хищники медленно кружили вокруг него, прижимая к остаткам разрушенного лагеря. Каждый шаг давался с трудом — раны давали о себе знать острой болью, а потеря крови затуманивала сознание.

Вожак стаи, крупный серый волк с чёрной полосой на спине, вышел вперёд. Его рычание эхом разнеслось по лагерю, заставляя остальных хищников притихнуть. Зверь припал к земле, готовясь к прыжку, но что-то останавливало его.

Дейвар ушёл в себя, разум показывал ему воспоминания минувшей ночи. То, как его топор поднимался и опускался множество раз. То, как он сражался с Крогаром. И как его топоры лишали жизней детей — от тех, кто почти достиг совершеннолетия, до совсем грудничковых младенцев.

Перед его внутренним взором проносились лица тех, кого он убил. Их глаза, полные ужаса и непонимания. Их крики, застрявшие в его ушах навечно. Он видел, как падает Крогар, как Аита закрывает глаза, прощая его.

Каждый взмах меча в настоящем отзывался в его памяти новым воспоминанием. Он чувствовал, как его руки дрожат не только от слабости, но и от осознания содеянного. Его разум разрывался между реальностью и кошмаром прошлого.

Волки кружили всё ближе, их дыхание становилось горячее, а рычание — громче. Но Дейвар не замечал их. Он был погружён в свой персональный ад, созданный его собственными руками. После чего, его тело ринулось в бой, каждый удар был чудовищен. Волки падали один за другим до тех пор пока меч не снёс голову вожака стаи. Когда вожак пал, Дейвар посмотрел вверх и издал клич. Это не был боевой клич, это был крик души, наполненый болью. Оставшись на едине с ветром, Дейвар всё так же смотрел вверх. Снег сорвался с серого неба, падая на его щёки. В душе царила пустота, и чувство разжигающее изнутри. МЕСТЬ! Но перед тем как отправиться в путь, ему потребуется. Захоронить всех убитых Соплеменников.

- Хм, хорошая работа. Несмотря на раны. - Вновь донёсся тщеславный низкий голос. - Ты действитель можешь быть полезным в будущем.-

Дейвар обернулся, словно его ударили хлыстом. Навстречу ветру, словно призрак из ночных кошмаров, высилась фигура в темной мантии. Капюшон, словно пелена, скрывал лицо, но даже в сумраке можно было различить острые, словно лезвия, черты эльфа, серебро седых волос и нездоровую бледность кожи, напоминавшую лунный свет на могильной плите. Полуорк издал утробный рык, и, словно вырвавшийся из клетки берсерк, ринулся на незнакомца, занося меч для удара, способного рассечь надвое. В ответ эльф лишь небрежно вскинул руку. В его глазах, словно осколки льда, вспыхнул ослепительный белый свет, и из уст сорвалось слово, властное и холодное, как дыхание самой смерти.

– ЗАМРИ! -

Холодный свет магии сковал мышцы Дейвара, превращая его в неподвижную статую. Он чувствовал, как ярость закипает в груди, но не мог пошевелиться, не мог даже моргнуть. Эльф медленно приблизился, его шаги были бесшумны на заснеженной земле.

— Впечатляет, — произнёс он, рассматривая застывшего полуорка с холодным интересом. — Такая сила, такая ярость… И всё это — в твоих руках... - Колдун замер в удивлении. Одной лишь силой, Дейвар словно игнорировал паралич. и немного проталкивал меч в сторону головы колдуна

Магия колдуна дрогнула под натиском воли Дейвара. Полуорк, несмотря на сковывающие его чары, сумел сдвинуть руку с мечом на несколько драгоценных дюймов. Его глаза пылали первобытной яростью, а жилы на шее вздулись от напряжения.

Эльф отступил на шаг, его брови удивлённо приподнялись.

– Хм. Жалкий глупец, – прошипел эльф, и в его глазах вновь вспыхнул ослепительный белый огонь. Дейвара отшвырнуло назад, словно тряпичную куклу, на несколько футов.

– ПОЧЕМУ? ЗАЧЕМ ТЫ ЗАСТАВИЛ МЕНЯ? – проревел Дейвар, поднимаясь на ноги. Кровь, закипая от ярости, клокотала в его жилах.

– Во-первых, орки вызывают у меня лишь брезгливое отвращение. Во-вторых, мне необходимо было проверить границы твоей… силы… -

Дейвар не дал эльфу договорить. Схватив с земли огромный двуручный топор, он метнул его в эльфа с яростью, достойной древнего берсерка. Топор с мерзким хрустом вонзился в лицо эльфа, оставив зияющую рану, тянущуюся от левого уголка рта до самого правого глаза. Эльф издал истошный вопль, зажимая лицо руками, и рухнул на ледяной снег, окрашивая его багровым. В следующее мгновение, словно растворившись в воздухе, он исчез, оставив Дейвара в одиночестве со своей яростью и вопросами, оставшимися без ответа.

Дейвар тяжело дышал, глядя на багровое пятно на снегу, где только что лежал эльф. Ярость медленно отступала, уступая место растерянности и нарастающему чувству тревоги. Он не понимал, что только что произошло, зачем эльф спровоцировал его на эту бессмысленную атаку. И самое главное – что это была за сила, которая позволила ему преодолеть заклинание, пусть и ценой неимоверных усилий?

Глухой вой ветра лишь усиливал ощущение зловещей тишины, воцарившейся вокруг. Дейвар с трудом заставил себя поднять с земли свой меч, покрытый запекшейся кровью эльфа. Он чувствовал себя опустошенным, словно после тяжелой битвы. Каждое движение отдавалось болью в мышцах, но еще сильнее болела голова от непонятных вопросов.

Он знал, что не может оставаться здесь. Этому эльфу наверняка известны могущественные союзники, и месть не заставит себя долго ждать. Но куда идти? Кого искать, чтобы получить ответы? В голове не было ни одной здравой мысли. Лишь буря.

Глава 5. Начало пути: Клятва.

Холодный ветер трепал его длинные волосы, когда Дейвар стоял перед огромным погребальным костром. Пламя, казалось, отражало боль в его глазах, а дым поднимался к небу, словно пытаясь донести последние слова павших до небес.

Он поднял руки к небу, его голос звучал твёрдо, несмотря на бушующую внутри сердца печаль и боль:

— Я, Дейвар из клана Железного Клыка, перед душами павших братьев и сестёр, перед памятью тех, кого я предал, клянусь! Клянусь найти того, кто поработил мой разум, кто заставил меня пролить кровь моих сородичей. Я буду идти по его следу, пока не найду. Буду преследовать его через все земли, через все преграды. Моё имя станет проклятием для него, моя месть — его кошмаром. -

Его голос эхом разносился по пустому лагерю, отражаясь от скал и уносясь ввысь. Волки, которые когда-то охотились на него, теперь держались на почтительном расстоянии, словно чувствуя силу его клятвы.

— Пусть земля примет души погибших, пусть огонь очистит их путь в загробный мир. А я… я стану их мечом, их голосом, их возмездием. -

Он бросил в пламя последний факел, и огонь вспыхнул с новой силой, озаряя его лицо багровым светом. В этот момент что-то изменилось в его взгляде — в нём больше не было отчаяния, только решимость и холодная ярость.

— Я найду тебя, — прошептал он, обращаясь к своему невидимому врагу. — И когда найду… ты пожалеешь, что обратил на меня свой взор. КЛЯНУСЬ! -

Пламя погребального костра взметнулось в небо, словно принимая его клятву. Дейвар повернулся к остаткам лагеря, готовый начать свой путь мести. Его шаги были твёрдыми, а взгляд — непреклонным. Теперь у него была цель. Теперь у него был смысл продолжать жить — чтобы умереть или отомстить. И он был готов заплатить любую цену за исполнение своей клятвы.

Но прежде, чем уйти, он остановился. Его взгляд упал на пепел, который разносил ветер. В этом пепле была надежда на будущее. Надежда на то, что его путь приведёт к искуплению, что его месть принесёт мир душам погибших.

Дейвар поднял голову к небу, где первые звёзды начали загораться в темноте. Они словно подмигивали ему, давая знак, что путь его будет долгим, но он не будет одинок.

С этими мыслями он шагнул вперёд, навстречу своей судьбе. Его тень удлинялась в свете угасающего костра, а шаги эхом разносились по пустому лагерю. Теперь он был не просто полуорком, погрязшим в вине. Теперь он был мстителем, готовым пройти через все испытания ради справедливости.

И пусть дорога будет трудной, пусть враг силён и коварен — Дейвар знал, что теперь у него есть сила, способная сокрушить любые преграды. Сила клятвы, сила памяти, сила любви к тем, кого он потерял.

Он ушёл в ночь, что вскоре окрасится заревом, и только пламя погребального костра продолжало гореть, освещая его путь в темноте. Ближе к утру небо начали застилать тучи, предвещая буран. Но Дейвара это не останавливало.

Дейвар шёл несколько дней, преодолевая изнурительные перевалы. Ветер усиливался с каждой минутой, неся с собой колкий снег, который жалил лицо и проникал под одежду, пробираясь до самого тела. Но он научился игнорировать холод, превратив его в дополнительный стимул, в топливо для своей решимости. Его вели лишь обрывки видений и внутренний голос, который неустанно твердил: нужно добраться до графства Борея, и начать поиски оттуда. Но для начала нужно добраться до ближайшей деревни и переждать бурю — казалось, маршрут намечен, цель близка. Однако именно в этот момент, когда состояние «туннельного мышления» немного утихло, Дейвар осознал всю опасность своего положения. Начинался пик зимы в Драконьих горах — время, когда бураны могли вызывать лавины и не стихать неделями, а то и месяцами.

Серые тучи, затянувшие небо, сгущались всё плотнее, предвещая не просто буран, а настоящую снежную бурю. Но через воющий ветер он услышал крик и гоготанье… Он сразу понял — гоблины. Этот звук был ему слишком хорошо знаком — мерзкий, пронзительный смех маленьких существ, сопровождаемый отчаянными воплями их жертвы. Дейвар мгновенно напрягся, его рука сама собой легла на рукояти топоров.

Гоблины в Драконьих горах были особенно опасны — жестокие, хитрые и всегда охотившиеся стаями. Пригибаясь к земле, чтобы не быть замеченным, он начал осторожно пробираться в направлении звуков. Его глаза, привыкшие к полумраку зимнего дня, выискивали малейшие признаки движения среди снежных заносов. Вскоре сквозь пелену метели проступили тёмные фигуры.

Пятеро гоблинов окружили путника, стоящего возле разбитых саней без запряжённой живности. Существа прыгали вокруг него, размахивая ржавыми клинками и копьями, явно наслаждаясь страхом своей жертвы. Дейвар оценил ситуацию. Путник был безоружен и явно не мог противостоять нападавшим. А гоблины, почувствовав безнаказанность, становились всё более агрессивными.

Дейвар не дал им времени на размышления. Выхватив топоры, он бросился в атаку, скользя по заснеженным камням. Его движения были точными и смертоносными — годы тренировок не прошли даром.

Первый гоблин получил удар в шею, даже не успев обернуться. Второй попытался парировать атаку ржавым мечом, но его оружие разлетелось на куски от мощного удара топора. Дейвар двигался как вихрь, его топоры описывали смертоносные дуги в воздухе.

Третий гоблин, самый хитрый, попытался обойти его сзади, но полуорк предвидел этот манёвр. Ловкий поворот, и второй топор нашёл свою цель. Оставшиеся двое, осознав, что столкнулись с настоящим зверем, попытались сбежать, но было поздно.

Их крики утонули в вое ветра, когда топоры Дейвара завершили свою работу. Он стоял среди тел поверженных врагов, тяжело дыша. Его оружие было покрыто кровью, но в глазах не было ни капли сожаления.

— Ты в порядке? — спросил Дейвар, убирая оружие. — Нужно уходить, пока не появились их сородичи. -

Путник кивнул, всё ещё не веря своему спасению. Он был должен этому полуорку жизнью, но даже не знал его имени. Впрочем, сейчас это было неважно. Важно было лишь то, что смерть от когтей гоблинов миновала его. Но не смерть от холода.

Дейвар, не теряя времени, начал собирать припасы с тел поверженных врагов. В горах каждая лишняя фляга воды или кусок вяленого мяса могли спасти жизнь.

— Идём, — бросил он через плечо. — Буря усиливается, а нам нужно найти укрытие до темноты. -

Путник шёл следом, стараясь не отставать от уверенного шага полуорка. Его сани, были разбитые, и более не могли выполнять свою функцию, но полезные вещи прихватить стоит.

Вскоре они достигли небольшой пещеры, укрытой от ветра. Дейвар первым вошёл внутрь, проверяя безопасность убежища. Убедившись, что здесь можно переждать бурю, он жестом пригласил путника войти. Дейвар мигом развёл костёр, умело используя найденные в вещах гоблинов трут и кремень. Пламя быстро разгорелось, наполняя пещеру уютным теплом и пляшущими тенями на стенах.

Не теряя времени, варвар скинул с себя шкуры и одежду, оставшись в набедренной повязке. После чего его взгляд закрепился на путнике. Тот явно не собирался раздеваться.

Дейвар замер, вглядываясь в лицо своего спутника. Что-то в его осанке, в том, как он держался, показалось ему странным. Слишком хрупкие плечи для мужчины, слишком осторожные движения.

— Ты… — начал он, но осёкся, увидев, как путник инстинктивно отступил назад. В его глазах мелькнул страх, тот самый страх, который Дейвар уже видел однажды.

— Не бойся, — тихо произнес он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно мягче. — Я не причиню тебе вреда. -

Путник медленно поднял руки, словно показывая, что не вооружен, но продолжал держаться на расстоянии. Его дыхание участилось, выдавая внутреннее напряжение. Дейвар понял, что совершил ошибку, слишком резко проявив интерес. Он отвернулся к костру, давая незнакомцу время прийти в себя.

— Раздевайся, — сказал он, не глядя на путника. — Нам нужно просушить одежду, пока есть возможность. Буря снаружи только усиливается. -

Он начал развешивать свои вещи возле огня, стараясь не обращать внимания на напряженное молчание за спиной. Опыт подсказывал ему, что торопить события нельзя. Доверие нужно заслужить, особенно после всего, что произошло с ним самим.

Постепенно, по мере того как тепло костра разгоняло холод пещеры, напряжение в воздухе стало спадать. Путник, видимо, начал понимать, что Дейвар действительно не представляет угрозы. Его дыхание стало ровнее, а движения — менее резкими.

Дейвар не торопил события. Он знал, что иногда молчание может сказать больше, чем самые красноречивые слова. Пока пламя костра играло тенями на стенах пещеры, между двумя путниками начало зарождаться хрупкое доверие.

Внезапно снаружи раздался грохот — очередная лавина сошла с горных склонов. Пещера слегка дрогнула, но устояла. Этот звук словно стал катализатором — путник наконец решился.

Медленно, словно проверяя каждый свой шаг, он начал снимать промокшую одежду, развешивая её возле огня. Дейвар не оборачивался, продолжая заниматься своими делами, но краем глаза заметил, как незнакомец, покончив с раздеванием, присел поближе к теплу, стараясь держаться в зоне видимости, но сохраняя безопасную дистанцию.

В пещере воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в костре и завыванием ветра снаружи. Два совершенно разных человека, объединенных общей бедой и необходимостью выживания, начали долгий процесс узнавания друг друга.

Дейвар задумчиво смотрел на пламя костра, его мысли крутились вокруг странного поведения путника. Путник, немного расслабившись, начал осторожно осматривать пещеру. Его движения были плавными, почти грациозными, что совсем не вязалось с образом обычного путешественника. Дейвар отметил про себя, что под слоями промокшей одежды скрывалось что-то необычное.

Внезапно путник заговорил, его голос оказался неожиданно мягким и мелодичным:

— Спасибо тебе… за спасение. Я… не знаю, как отплатить тебе за это. -

Дейвар повернулся к ней, внимательно вглядываясь в лицо, скрытое тенью:

— Не бери в голову. -

Между ними снова повисло молчание, но теперь оно было иным — менее напряжённым. Дейвар достал из сумки немного вяленого мяса и протянул его путнику:

— Ешь. Силы тебе еще понадобятся. -

Путник принял еду с благодарностью, но все еще держался настороженно. Дейвар заметил, как ловко тот управляется с куском мяса, словно привык есть в любых условиях.

— Как тебя зовут? — наконец спросил Дейвар, нарушая тишину.

Путник помедлил с ответом:

— Лира… Меня зовут Лира.

Дейвар кивнул, принимая это имя. Лира. Женское имя. Теперь многое становилось на свои места.

— А ты, полуорк? Как мне обращаться к тебе? – Спросила она.

— Дейвар. Просто Дейвар. -

Дейвар поднялся, чтобы подбросить дров в костер:

— Буря продлится еще несколько дней. Нам придется переждать ее здесь. -

Лира кивнула, устраиваясь поудобнее у огня. Впервые за долгое время она чувствовала себя в относительной безопасности. А Дейвар, глядя на нее, понимал, что его путь может измениться сильнее, чем он предполагал.

Дни в пещере текли медленно, наполненные тихим шуршанием снега за стенами и потрескиванием дров в костре. Дейвар и Лира постепенно привыкали друг к другу, обмениваясь короткими фразами и молчаливыми взглядами.

Дейвар занялся починкой снаряжения, проверяя каждый шов на своих походных мешках и затачивая лезвия топоров. Лира тем временем изучала окрестности пещеры, делая короткие вылазки наружу, чтобы проверить погоду и поискать съедобные растения.

Однажды, когда буря немного утихла, Дейвар заметил.

— Ты хорошо ориентируешься в горах. Где научилась?

На что Лира помедлила с ответом, но всё же сказала.

— Брат научил. -

Дейвар кивнул, принимая её уклончивость. В пещере установился своеобразный распорядок: утром они собирали дрова и проверяли запасы, днём занимались своими делами, а вечером редко но метко делились историями у костра. Лира рассказывала о дальних землях, которые она посетила, о необычных существах и древних руинах. Дейвар слушал внимательно, впитывая каждую деталь, которая, по его мнению, могла помочь ему в дороге.

Однажды вечером, когда пламя костра играло на стенах пещеры, Лира спросила:

— Что привело тебя в эти края? Я чувствую, что твоя история не так проста. -

Дейвар помедлил, глядя в огонь. Он не привык делиться своими переживаниями, но что-то в Лире подталкивало его к откровенности.

— Ну, во-первых, я из этих краёв, а во-вторых, у меня есть долг, — наконец произнёс он. — Долг крови, который я должен отдать. -

Лира не стала настаивать на подробностях. Она просто кивнула, понимая, что, когда придёт время, Дейвар возможно расскажет больше.

Когда буря окончательно стихла, они начали готовиться к выходу. Дейвар изучил карту, которую нашёл среди вещей гоблинов, и определил направление. Лира предложила свой маршрут, основанный на знании местных ветров и рельефа.

Перед выходом Дейвар тщательно проверил своё снаряжение. Топоры были заточены до бритвенной остроты, ремни надёжно закреплены, а в заплечный мешок уложены все необходимые припасы. Лира тем временем занималась своими нехитрыми пожитками, аккуратно укладывая их в небольшой рюкзак.

— Готова? — спросил Дейвар, оборачиваясь к спутнице.

— Да, — коротко ответила Лира, поправляя капюшон. — Только давай договоримся: держись рядом. В горах опасно расходиться. -

Дейвар кивнул, соглашаясь с её словами.

- Вообще, это мои слова, но да ладно. -

Он и сам понимал, что в этих местах лучше не рисковать.

Путь через перевал Серебряного хребта оказался именно таким сложным, как и предсказывала Лира. Крутые склоны, покрытые скользким снегом, узкие тропы, продуваемые ледяными ветрами — всё это требовало предельной концентрации. Дейвар шёл впереди, пробивая путь, а Лира следовала за ним, внимательно глядя под ноги.

К полудню они достигли самой высокой точки перевала. Отсюда открывался величественный вид на заснеженные пики Драконьих гор, теряющиеся в облаках. С высоты птичьего полёта, они заметили столбцы дыма из труб избушек. Жизнь в селе шла обычным чередом.

С вершины перевала открывался захватывающий вид на долину внизу. Дым из труб деревенских изб поднимался в небо тонкими столбиками, а в воздухе витал аромат растопленных печей и готовящейся еды. Жизнь в поселении текла своим чередом, не подозревая о путниках, наблюдающих за ней с высоты.

Дейвар внимательно изучал местность через подзорную трубу, которую одолжил у Лиры:

— Кажется, в деревне всё спокойно. Но осторожность не помешает. -

Лира кивнула, доставая из рюкзака небольшой компас.

— Ветер сегодня благоприятный. Можем спуститься по западному склону — там тропа более пологая. -

Они начали спуск, стараясь держаться тени скал. Дейвар шёл первым, внимательно осматривая каждый шаг. Его чуткий слух улавливал малейшие звуки внизу — лай собак, голоса детей, скрип ворот.

К вечеру путники достигли окраины деревни. У колодца несколько женщин стирали бельё, весело переговариваясь между собой. Увидев незнакомцев, они на мгновение замерли, но быстро вернулись к своему занятию, лишь изредка бросая любопытные взгляды.

Дейвар и Лира остановились у первой же избы, чтобы спросить дорогу. Дверь открыла пожилая женщина с добрым лицом.

— Здравствуйте, путники. Что привело вас в наши края? -

— Ищем место для ночлега случаем, таверны у вас в деревне нет? —

Ответил Дейвар, стараясь говорить как можно дружелюбнее.

Хозяйка улыбнулась, отступая в сторону.

— Таверны у нас нет, но мы, деревенские, привыкли помогать путникам. Заходите, обогрейтесь. Муж как раз собирается готовить ужин. -

Внутри изба оказалась уютной и тёплой. На стенах висели пучки сушёных трав, в углу мурлыкал кот, а в печи потрескивали дрова. Хозяин, крепкий мужчина средних лет, радушно встретил гостей.

— Добро пожаловать! С дороги, небось, продрогли. Сейчас накормлю вас щами да пирогами. -

Лира, осмотревшись, заметила.

— Спасибо вам большое. Путь наш неблизкий а погода в горах нынче неласковая.-

За столом, уплетая горячие щи с краюхой хлеба, Дейвар решил расспросить о местных делах.

- Далеко ли до земель Борея? -

Хозяин на мгновение замер, его взгляд стал настороженным

— До земель Борея? Да не так уж и далеко, дня три пути будет. Только вот незадача — недобрые там нынче времена настали. -

Хозяйка, разливая морс по кружкам, тихо добавила.

— Граф стал слишком жаден. Налоги поднял, людей в рудники забирает почём зря. -

Лира, будто невзначай, спросила.

— А что за рудники такие? Слышали мы, будто там богатства несметные добывают. -

Хозяин нахмурился ещё больше.

— Богатства-то есть, да только простому люду от них проку нет. Работники там пропадают, домой почти никто не возвращается. Говорят, условия там невыносимые. -

Дейвар заметил перемену в настроении хозяев и решил сменить тему.

— А как у вас с торговлей? Везёте что-то в город? -

Хозяйка, немного расслабившись, начала рассказывать о деревенских делах, о том, как тяжело стало жить при новом наместнике графа. — Вот оно как. Эх, я так понимаю вход в крупные города платным стал, да? –

Проговорил Дейвар уплетая щи, при этом тяжело вздыхая.

Хозяйка, помешивая щи в горшке, кивнула.

— Верно говоришь, путник. Теперь за каждый въезд в город нужно платить пошлину. А для простых крестьян это немалые деньги. -

Лира, отставив пустую миску, спросила.

— А что говорят в деревне о самом графе? Видели ли его кто-нибудь? -

Хозяин, нарезая свежий хлеб, ответил.

— Граф в своих землях появляется редко. Говорят, он больше времени проводит в столице, оставляя вместо себя наместника. А тот, признаться, совсем не жалует простой люд. -

Дейвар, доев свою порцию, добавил от себя.

— Он не признаёт слабых. Сила, мужество и жестокость в боях. Вот чем о живёт, битвами. По крайней мере я так от Отца слышал. –

Хозяйка покачала головой. — Да, нравы у него суровые. Говорят, что он больше заботится о своей славе, чем о людях. А наместник его, тот вообще зверь лютый — за любую провинность карает без жалости. -

Лира, чувствуя, что тема становится опасной, решила перевести разговор. — А какие у вас тут праздники отмечают? Должно быть, весело бывает. -

Хозяин немного оживился. — Праздники-то у нас есть, да только нынче и их не особо празднуют. Всё больше работой заняты, чтобы налоги выплатить. А раньше-то как гуляли! И песни пели, и хороводы водили…

В этот момент в избу зашёл пожилой мужчина с седой бородой, опирающийся на клюку. Он внимательно оглядел гостей и присел к столу. — Вечер добрый, — пробасил он. — Кого это к нам занесло в такую пору? -

Хозяин представил старика. — Это наш деревенский мудрец, дед Михей. Он многое знает и помнит. -

Дед Михей, прищурившись, посмотрел на Дейвара. — А я гляжу, воин ты бывалый. Топоры-то боевые, не для охоты. Отчего же странствуешь? -

Дейвар помедлил с ответом. — Дело одно есть. -

Старик кивнул, словно понимая больше, чем говорили. — Мудрое решение. Только помни, воин: не всё то золото, что блестит, и не всегда месть приносит покой. -

Хозяйка, заметив, что разговор принимает серьёзный оборот, поспешила сменить тему. — А давайте-ка я вам ещё пирогов принесу. С грибами да с ягодами — сами собирали. -

Пока она хлопотала у печи, Лира тихо спросила у старика. — Дед Михей, а правда ли говорят, что в горах есть древние руины? -

Дед Михей усмехнулся в бороду.

— Руины? Да кто ж их не видел, тех руин! Только не всякий знает, что за ними скрывается. Говорят, там духи древние живут, да не любят они чужаков. Многие смельчаки пытались сокровища отыскать, да назад не вернулись. Горы – они молчаливые стражи. -

Лира загорелась любопытством: — А что там за сокровища? Золото, драгоценности?

Старик покачал головой.

— Не то золото ищите, девица. Там знания хранятся, сила забытая. Да только кому они нынче нужны? Все больше о звонкой монете пекутся. А сила без мудрости – что буря в стакане. Разрушит все вокруг, и себя не пощадит.

Хозяйка поставила на стол миску с ароматными пирогами. Все принялись за угощение, и разговор на время затих. Дейвар ел молча, словно не слыша беседу. Лира же, наоборот, не сводила глаз с деда Михея, пытаясь уловить каждое его слово. Ей казалось, что старик знает гораздо больше, чем говорит. А может, и видит дальше, чем остальные. В ее голове роились вопросы, но она боялась их задать, чтобы не спугнуть его откровенность. Ей чудилось, что в его словах кроется ключ к чему-то важному, к разгадке какой-то тайны, витавшей в воздухе. Проглотив кусок пирога Дейвар отметил, Лира выглядит очень серьёзно на вид. Но разговором словно ребёнок малый.

- Лира, а сколько тебе лет? –

Внезапно спросил Дейвар.

Лира чуть не поперхнулась от неожиданности. Вопрос застал её врасплох, и она на мгновение растерялась.

— А почему ты спрашиваешь? — ответила она вопросом на вопрос, стараясь скрыть смущение.

Дейвар пожал плечами.

— Просто интересно. Ты ведёшь себя то, как умудрённая опытом странница, то как неопытная девчонка. Словно два разных человека в тебе живут. -

Старик Михей усмехнулся в бороду, наблюдая за их диалогом. Хозяйка дома, заметив напряжение, поспешила вмешаться.

— А что тут такого, молодой человек? У каждого из нас есть свои тайны и свои причины скрывать свой истинный возраст. Может, девушка просто хочет остаться инкогнито? -

Лира благодарно улыбнулась хозяйке, но всё же решила ответить.

— Мне двадцать три. Не так уж и мало, согласитесь? -

Дейвар кивнул.

— Для девушки — вполне приличный возраст. Хотя, признаться, я думал, что тебе меньше. -

Лира опустила глаза, теребя край своей одежды.

— Просто… в моей жизни было много такого, что заставило меня повзрослеть раньше времени. -

Дед Михей подался вперёд.

— А расскажи-ка нам, дочка, откуда путь держишь? Не из столицы ли? Уж больно речь у тебя грамотная, не деревенская. -

Лира помедлила, но всё же решилась.

— Я из небольшого городка на западе. Училась в магической академии, пока… — она осеклась, не договорив. -

Дейвар заметил её нерешительность.

— Пока что? -

Но Лира лишь покачала головой.

— Неважно. Прошлое лучше оставить в прошлом. -

Дейвар решил, что стоит сменить тему, и выдал следующее.

- Хоть по мне и не скажешь, но мне исполнилось пятнадцать лет три месяца назад.-

В избе повисла тяжёлая пауза. Лира подняла глаза на Дейвара, не веря своим ушам.

— Пятнадцать? — переспросила она тихо. — Но… ты же… ты выглядишь намного старше! И шрамов у тебя предостаточно... -

Хозяйка всплеснула руками.

— Да как же так? С такой-то силой и таким оружием в пятнадцать лет? Неужто ты из тех кланов, где детей с пелёнок к бою готовят? -

Дейвар пожал плечами, словно его возраст не имел значения.

— В моём клане все так. К этому возрасту я уже прошёл все испытания и считался взрослым воином. -

Дед Михей наклонился вперёд, его глаза заблестели от интереса.

— И что же заставило такого молодого воина отправиться в путь одного? Обычно в вашем возрасте юноши ещё учатся у старших. -

Дейвар сжал челюсти, но ответил.

— У меня есть долг, который я должен отдать. Никто не сделает это за меня. -

Лира почувствовала, как внутри неё растёт уважение к этому юноше. Несмотря на юный возраст, он нёс на своих плечах бремя, которое многие взрослые не смогли бы выдержать.

— А твои родители? — осторожно спросила она. — Они знают, куда ты отправился? -

Дейвар отвернулся к окну.

— У меня больше нет ни дома, ни семьи и не осталось тех кого я любил. И повинен я в этом. -

Хозяйка дома перекрестилась.

— Ох, дитя, береги себя. Пережить в твои годы такое… -

Старик Михей, казалось, видел больше, чем говорили слова.

— Иногда именно в молодости мы совершаем самые важные поступки. Но помни, юноша: мудрость приходит с опытом, а опыт — с ошибками. Не торопись платить за него слишком высокую цену. -

Лира почувствовала, что между строк здесь скрывается целая история. История о потерях, долге и выборе. Она посмотрела на Дейвара по-новому — уже не как на опытного воина, а как на молодого человека, несущего на своих плечах непосильную ношу.

— Спасибо за откровенность, — тихо сказала она. — Теперь я понимаю, почему ты так серьёзен. -

Дейвар кивнул, но ничего не ответил. В его глазах читалась решимость, которую не могли поколебать ни возраст, ни сомнения окружающих.

Вечер продолжался, но теперь каждый из присутствующих понимал, что перед ними не просто случайные путники. За их спинами стояли истории, достойные легенд, а впереди ждали испытания, которые проверят их на прочность.