Обложка книги Носитель
Роман

Носитель

0.00 оценок 0 отзывов0+

Мне сорок семь. Я трезв девяносто восемь дней, у меня паспорт, койка на Деповской и куртка с шевроном фонда «Ночлег». И десятый уровень, а с десятого меня видно. Человек в сером пальто — врач. Кардиолог, уровень пятьдесят восемь, три чужие Системы внутри. Убивать меня он не собирается. Пока.

Егор сказал это так, что я поверил, и Система, видно, тоже.

О книге

Мне сорок семь. Я трезв девяносто восемь дней, у меня паспорт, койка на Деповской и куртка с шевроном фонда «Ночлег». И десятый уровень, а с десятого меня видно. Человек в сером пальто — врач. Кардиолог, уровень пятьдесят восемь, три чужие Системы внутри. Убивать меня он не собирается. Пока. Он устраивается в медпункт вокзала, лечит наших бесплатно и хорошо и предлагает сделку, которую Система заверяет как договор: он не трогает меня до двадцатого уровня, я не бегу. Всё лето я расту — на кирпичном заводе, в лесу над чужой могилой, у цистерны на четвёртом пути — и всё лето выясняю, сколько стоит каждая новая функция и зачем охотнику нужен не мой уровень, а мои письма. А на сортировочной горке ночью вагоны идут тихо. Вторая книга цикла «Бомж с системой». Примечания автора: Вторая книга цикла «Бомж с системой». Начало — книга «Бомж с системой». Текст создан с помощью нейросети по замыслу автора.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1. СтетоскопСтетоскоп он достал раньше, чем снял пальто.Во вторник, двадцать первого апреля, в восемь сорок Бортников постучал костяшкой в нашу дверь. Он всегда стучит, хотя замка на этой двери нет и не было.— Я кардиолога привёл, — сказал он из коридора. — Из второй горбольницы. Сам вызвался, бесплатно. Митрича посмотрит.За ним в дверь вошло серое пальто.Я стоял у окна, спиной к депо. За стеклом четвёртый день было мокро: крыши цехов, труба котельной, лужа у стрелки на вытяжном, куда маневровый как раз заталкивал три вагона, чтобы через минуту утащить их на соседний путь. С восьмого апреля я сначала считаю лица, а строки читаю потом. Егор на койке, руки поверх одеяла, восемь пальцев на двоих. Глухой у тумбочки с тетрадью. Гена Ткачёв лежит в ботинках и делает вид, что спит. Бортников в дверях. Митрич на раскладушке у двери, пятый в комнате на четверых: в четверг его перевели к на…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.