
Миллениум. Четвертая часть
Жила-была тихая девочка-подросток, мать растила из нее гениальную пианистку и спуску не давала, одноклассники насмехались. Не жила Алена – выживала, как мышка в норке, глаз поднять не смела. И вдруг как встанет мышка на дыбы, как сверкнут клыки! И опустилась рука, поднятая для оплеухи.
Знаешь, как она меня отчитала за то, что я тебя посоветовала?!
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1. Все в этой музыкеСпускаясь по знакомой до боли тенистой аллее, я ругала себя за сорванное по глупости занятие. Горло саднило так, будто я наглоталась толченого стекла, наверное, и правда лучше было сегодня не петь.«Я прекращу занятия!» – звучал в голове разочарованный голос Екатерины Владимировны.Господи, если бы она только знала, что я орала вместе с толпой «Гагарин, я вас любила, о-о-о» не ради куража, а для того, чтобы выпустить напряжение, накопившееся за последнее время. Мне это было просто жизненно необходимо.Когда тебе внезапно снова пятнадцать и гормоны хлещут через край, а в голове живет беспощадная память обо всем, что случится со страной и с твоей жизнью, да еще вдобавок изводит пробудившийся дар предвидения, иногда единственное спасение — просто проораться.Который час? Почти полдень. В Баренцевом море уже должны начаться учения «Курска». Интересно, там, на стометров…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0