Обложка книги Мёртвый Сезон.Оренбург.
Роман

Мёртвый Сезон.Оренбург.

0.00 оценок 0 отзывов0+

Ноябрь, Оренбург. студент-юрист Саша просыпается в мире, где мертвые встают после смерти и кидаются на живых. Родители в Кувандыке, в двухстах километрах. Трасса перекрыта, связь рвётся, а отец в последнем сообщении просит: «Сиди дома. Трасса - это смерть». Саша уходит из города не один.

Мужик в камуфляже рядом со мной сидел, сунув правую руку за пазуху, и смотрел прямо перед собой.

О книге

Ноябрь, Оренбург. студент-юрист Саша просыпается в мире, где мертвые встают после смерти и кидаются на живых. Родители в Кувандыке, в двухстах километрах. Трасса перекрыта, связь рвётся, а отец в последнем сообщении просит: «Сиди дома. Трасса - это смерть». Саша уходит из города не один. С ним Маша, студентка-медичка, которая умеет шить раны и считать удары молотком, и четырёхлетний Тёма с плюшевым зайцем. Позади мёртвые. Впереди бывшие менты, которые давно перестали быть законом, и человек, называющий себя Первым. Он держит округу страхом. Отцовские правила просты: вода, тепло, оружие, еда. А когда страшно, считай. Но есть вещи, которые не пересчитаешь: слово, данное умирающей женщине, дружба с первой парты и вопрос, ради чего вообще стоит ехать дальше. Жёсткая постапокалиптика в степях Оренбуржья. Выживание, дорога, осада, любовь и потери. Для тех, кто любит книги Андрея Круза: без героев-одиночек и без лёгких побед.

Читать фрагмент

Читать ещё

ГЛАВА 1. Ноябрь. НачалоЧасть первая. УтроБудильник я проспал. Не то чтобы совсем - телефон честно отыграл свои три раза, и все три раза я честно нажал «отложить». Так что когда я наконец сел на кровати и посмотрел на экран, там было семь сорок, а пара начиналась в восемь тридцать. Из нашего района до Комсомольской - это если повезёт с маршруткой и с пробкой на Неплюева - минут тридцать пять. Если не повезёт - то как Бог на душу положит.За окном был ноябрь. Оренбургский ноябрь - это не время года, это диагноз. Небо серое, как старый бетон, ветер из степи такой, что продувает куртку, свитер и, кажется, рёбра заодно, а с неба сыплет не снег и не дождь, а какая-то мелкая ледяная крупа, которая бьёт по стеклу с сухим шорохом. Наша семнадцатиэтажка на Геннадия Донковцева, пятнадцать, стоит как раз так, что весь этот ветер ловит в лоб, и окна у меня на девятом этаже гудят на одной ноте, как бу…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.