16+Роман
Маньчжурский гамбит. Книга четвертая.
Умереть 58-летним олигархом в своем времени — обидно. Очнуться 20-летним белогвардейцем в промерзшем вагоне, который едет в Харбин — неожиданно. В кармане ни гроша, тело едва шевелится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародеры и жестокий 1920 год.
Я откинулся на спинку стула, несколько секунд молча изучал физиономию Соломона Марковича.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Селиванов затормозил в паре шагов от нас. Тулуп расстегнут, лицо раскраснелось от бега или от волнения. Сразу не разберешь. Скорее — второе. Бежал-то Петр недолго. Да и мы не стояли на месте.Как оказалось, в кулаке он сжимал смятые листы газеты.— Ваше... сиятельство... — начал управляющий, пытаясь восстановить дыхание.— Да не торопись, Петр, — спокойно произнес я, хотя внутри уже начала скручиваться тугая пружина напряженного предчувствия. — Что стряслось? Пожар? Кто-то заболел? Умер, не дай бог?— Вот... — Селиванов протянул мне несколько страниц, исписанных иероглифами и русским дублирующим текстом. — Утренняя. Я на рынок мотался, насчет муки и мяса договаривался. Все решил, к обеду привезут. Заодно газету свежую прихватил. Новости, оно ж всегда полезно.Я взял листы бумаги, от которых изрядно припахивало дешевой типографской краской. Посмотрел один, второй.— И что здесь такого? …
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0