16+Роман
Лекарь 4-класса. Крымская война
Можно ли сохранить человечность, ежедневно кромсая человеческую плоть? Он не герой, не спаситель империи и не святой. Виктор Лапин уставший военный хирург, прошедший горячие точки XXI века. Погибнув под обстрелом, он приходит в себя в 1854 году, в чахоточном теле лекаря осажденного Севастополя.
На них лежал худой мужчина лет тридцати в расстёгнутом мундире.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1. Пять минут— Коваль ранен.Фе́льдшера почти заглушали дизель-генератор и далёкие разрывы. Под потолком мелко дрожала лампа, по бетонным стенам ходили слабые тени.Лапин не поднял головы. Обе руки были заняты: одна удерживала край раны, вторая искала повреждённый сосуд в открытом животе рядового. Кровь прибывала быстрее, чем ассистент успевал промокать её салфетками. Аппарат искусственной вентиляции с натужным шипением проталкивал воздух в лёгкие раненого, но тот всё равно дышал неровно, с хрипом.— Давление?— Семьдесят на сорок. Падает.— Куда попало?— В грудь. Может, ниже ушло. Не поймём. Кровит сильно.Лапин осторожно провёл пальцами глубже и нащупал край разорванной печени. Отступать было некуда. Если бросить сейчас, этот парень не дождётся даже следующего измерения давления.— Живот открыт. Закончу и приду.— Виктор Алексеевич, Коваль тяжёлый…— Я слышал. Закончу и приду.Он по-прежн…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0