16+Роман
Лазаревское кладбище
Москва середины двадцатых. В Марьиной Роще застрелен пожилой кладбищенский сторож дядя Вова. В убийстве подозревают милиционера, частенько захаживавшего к дяде Вове на стаканчик-другой первача. Однако он сам, будучи с похмелья, не помнит ровным счётом ничего. Странностей в этом деле много.
Впрочем, на тетрадки я обратил внимание отнюдь не сразу — почерк показался мне детским, грешным делом, я решил, что это мои каракули.
Читать фрагмент
Читать ещёНечаянное наследство. Вместо предисловияМой дядя Нестор Леопольдович Цвикун был коренным киевлянином. Рано подорвав здоровье в разнузданных молодецких забавах, влачил он юдоль скромную и в высшей степени заурядную: врачевал домашних питомцев, подворовывал спирт у советского государства да изредка наведывался к нам с мамой в Москву. Я же, напротив, бывал в Киеве так часто, как только мог. Каждая поездка к дяде становилась глотком свежести после терпкого удушья материнских забот.Меж тем время упорно вертело свои жернова. Я вырос, поступил в университет — пришла моя очередь наживать недуги всевозможными сомнительными излишествами. Видеться с дядей мы стали реже, а вскорости и вовсе перестали.Распался Союз, просвистели лихие девяностые, осенней распутицей прочавкали под ногами унылые нулевые. Память померкла, и известие о дядиной кончине я встретил с удивительным равнодушием, словно и не с …
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0