Роман
Граф поневоле. Книга третья
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С остальным как-нибудь разберусь. В прошлой жизни я умел решать безнадёжные дела. Так что держитесь, господа.
Помимо крайней разговорчивости у корнета обнаружилась ещё одна особенность.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1: Друг познается в бедеУжинали мы дружной компанией. Я, корнет, Наум, Сенька и Агафья. Вернее, ели только мы с корнетом, остальные просто присутствовали. Наум и Арсений скромно встали по углам. Агафья молчаливой статуей замерла у буфета и смотрела на гостя так, будто прикидывала, как бы его половчее придушить, а потом прикопать, чтобы никто не нашёл. Корнет няньке не нравился, и это было видно невооружённым взглядом. Она искренне считала, что ничего хорошего гость из Петербурга не сулит.Как выяснилось, столичный друг Аркашки объявился в Столпове ещё после обеда. Привёз его, кстати, бородач с выгона. Тот самый, с кусачей кобылой. Будто во всём уезде нет других возничих. Наум успел вызнать у дворни, что за дорогу корнет расплатился по-гусарски — целковым. Так что теперь бородач, надо думать, будет помнить этого человека до гроба.Агафья гостя в дом пустила. Не пустить не могла: всё-…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0