
Еще один шанс
Элеонора Аркадьевна, заслуженный театральный педагог с сорокалетним стажем, усталая, циничная, с больными коленями и бесконечной любовью к театру, просыпается в 1977 году где-то на окраине Москвы в теле Сонечки Бравицкой — двадцатидвухлетней девчонки из Гомеля, которая только что окончила Минский театрально-художественный институт и приехала в столицу покорять сцену с одним чемоданом, двумя копейками в кармане и дипломом, который здесь оказался никому не нужен.
Казалось, они с Виктором отоваривались в одном цветочном киоске на углу.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Она сидела в кресле, которое, по легенде, помнило ещё Станиславского — во всяком случае, так любила повторять сама Элеонора Аркадьевна. Потрёпанная обивка, рассохшиеся деревянные подлокотники, скрип, который впитал в себя стоны сотен обиженных абитуриентов. Кресло скрипело, колени ныли, а в душе зрело привычное апрельское раздражение.Шёл первый тур предварительного отбора. Абитуриенты один за другим читали чтецкую программу — басню, стих, прозу — перед строгой комиссией. В аудитории царила тишина, нарушаемая лишь нервным покашливанием и шумом проезжающего по улице трамвая.Рядом сидели два аспиранта с кафедры актёрского мастерства, их лица выражали явное недовольство. Они невольно поморщились, переглядываясь друг с другом после выступления только что покинувшего аудиторию молодого паренька. Этот самоуверенный юноша, который почему-то уже возомнил себя прирождённым актёром, читал б…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0