Обложка книги 1987: Точка невозврата
Роман

1987: Точка невозврата

0.00 оценок 0 отзывов0+

Страна, которая когда-то запустила первого человека в космос, теперь сама летит в пропасть. Архип Проскурин — борт-инженер космического корабля. Впереди — станция «Мир», звёзды и американский шаттл, который идёт на перехват советской космической станции.

Смех у него был громкий, раскатистый — совершенно неподходящий для машзала с его приглушённым гулом.

О книге

Страна, которая когда-то запустила первого человека в космос, теперь сама летит в пропасть. Архип Проскурин — борт-инженер космического корабля. Впереди — станция «Мир», звёзды и американский шаттл, который идёт на перехват советской космической станции. Архипу придётся вспомнить, кто он на самом деле. На Земле - его жена Аня. Театр, кино, съёмки, роли. Она уходит на свою орбиту. Архип остаётся между долгом и любовью, между небом и Землей, между жизнью, которую он выбрал, и той, от которой отказался. Реальность трещит по швам. И точка невозврата приближается для всех — для него, для неё, для страны, которая когда-то верила, что может всё. Примечания автора: Данное произведение является художественным вымыслом в жанре альтернативной истории. Все персонажи, события и диалоги, включая сцены с участием реальных исторических лиц (Р. Рейган, М.Горбачев и другие), существуют исключительно в воображении автора. Изображение советских и американских политических деятелей, их мысли и поступки в романе не являются документальной реконструкцией и не претендуют на историческую достоверность. Любые совпадения с реальными фактами или гипотетическими секретными операциями случайны. Сюжетная линия, связанная с мистическим переносом сознания, а также все ключевые герои — полностью вымышлены. Автор не ставил целью оскорбить чью-либо память или исказить историческую правду, а лишь использовал образы ушедшей эпохи для создания фантастического нарратива. Приятного чтения!

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1Начало мая 1985 года выдалось тёплым — крайней мере, для этой суровой земли. Днем солнце припекало по-летнему, но ночами земля еще дышала холодом, и бетонные плиты гарнизонных дорожек к утру покрывались инеем. Вечерами, после захода солнца, холодало быстро — и на землю вновь падала изморозь.Я лежал на железной койке, застеленной казенным одеялом, и смотрел в потолок, где под лампой дневного света вилась одинокая ночная бабочка. Она билась о яркое мерцающее стекло, падала, снова взлетала. В казарме стоял ровный гул — дыхание сорока мужчин, сливавшееся в один низкий, утробный звук, да скрип панцирных сеток, когда кто-то садился или ворочался на кровати.Офицеров на днях обещали переселить в общежитие. Пока же приходилось делить помещение с личным составом. Я повернулся на правый бок и натянул до плеча одеяло. Подушка была тощей, казенной, набитой комковатой ватой. Я сжал ее под голо…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.