Величайшее горе.

Глава 1Скорее, мизантроп, но лучше бы – поэтСлёз не умею оценить я человечьих.Болело и пройдёт, отгрохотало – нет…Все темы, приобретшие вид вечных,Исчерпаны. Но худшая тоскаХоть редко потревожит стенки сердца,Но глубоко и крепко прорастёт,Раздавит под пятой окованного берца,Спокойствия росток,И воздуха глоток попросит рот,Сухие округляя вздохом губы,Заставив замереть на краткий миг,Пока ладонью и шершавою, и грубойМне ветер волосы растреплет невзначайУкутанным в туманы зимним утром,Утопленным в февральскую печаль,С морщиной туч угрюмою и мудрой.Идёт народ от церкви Покрова,Пестря воскресной праздничной одеждойПод ликом слёзно-серой высоты,Неся на всех единую надежду,Но небо! Небо плачет наверху!И слёзы льются по ресницам вербы -По исхудавшим за зиму ветвям,Ещё не видевшим своей пуховки первой…Но небо плачет! И не даст никтоЕму так слепо приписанной силыСпасать, вершить, творить – хоть и…