
Трусы, алкоголичка и великая держава
Артём Тарелкин умел тосковать красиво. Он делал это с таким упоением, что даже школьный психолог, заподозрив неладное, пытался выяснить, не умер ли у мальчика хомячок. Но хомячок был жив, здоров и толст, а тоска Артёма носила исключительно исторический характер.
На следующий день в школе на него смотрели с удивлением.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Артём Тарелкин умел тосковать красиво. Он делал это с таким упоением, что даже школьный психолог, заподозрив неладное, пытался выяснить, не умер ли у мальчика хомячок. Но хомячок был жив, здоров и толст, а тоска Артёма носила исключительно исторический характер.— Эх, не те нынче времена, — вздыхал он на перемене, прислонившись к подоконнику и глядя вдаль затуманенным взором, который он репетировал перед зеркалом. — Раньше люди были душевнее, трава зеленее, а мороженое — по семь копеек.— Ты-то откуда знаешь? — фыркала отличница Соня, не отрываясь от задачника. — Ты ж две тыщи десятого года рождения. Какие семь копеек? Ты инфляцию-то видел?— Душа знает, — многозначительно отвечал Артём, поправляя значок с Лениным, купленный в переходе за триста рублей. — Это память предков. Генетическая ностальгия. Мне дед рассказывал...Дед рассказывал мало, потому что в основном молча смотрел футб…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0