Антихрупкость

Пролог

Человек, сидящий напротив него, лениво переворачивает белые страницы. Потом так же не спеша поправляет очки на носу.

Кажется, будто время растянулось до неузнаваемости. Муха, стучащаяся в окно, изрядно действует на нервы.

Он тоже чувствует себя мухой. Такой же беспомощной и бесполезной. Ведь Он тоже стучится в закрытое окно.

– Прошу прощения, – вырывает его из задумчивости голос человека напротив.

Видимо его звали уже не раз, но Он этого не слышал.

– Безусловно, у Вас есть задатки. Неплохой потенциал, – продолжает человек в очках.

Он уже знает, что последует за этими словами. Каждый раз одно и то же.

Муха. Каждый раз Он как муха, тщетно бьющаяся в окно.

– Но мы не можем Вас издать, сожалею – заканчивает его собеседник.

***

На улице дождит. Даже тут не повезло. Что ж, значит, так тому и быть.

Удаляющаяся черная фигура человека оттеняет промокшие белые листы, торчащие из мусорного бака.

Глава 1

В коридоре школы толпа.

Он протискивается мимо людей, осторожно пробираясь к объекту всеобщего интереса.

Виновник сего торжества сидит за столом и со скучающим видом вертит в руках шахматную фигуру. А вот его соперник не так расслаблен. Видно, что мальчуган усердно пытается выбраться из безвыходного положения, но даже неискушенному игроку уже понятно, что его время сочтено.

– Сдавайся, чудак – бросает ему кто-то из толпы.

Мальчонка вздыхает и нехотя покидает поле боя.

Его противник усмехается и ставит шахматную фигуру на стол. Ерошит черные кудрявые волосы и говорит:

–Ну что, есть еще желающие уйти сегодня с позором?

Кто-то тянет Его за рукав рубашки

–Коль, может ты сыграешь? Ты ж у нас вроде как умный.

Это Сеня, друг.

Обыкновенно Он очень застенчив, и вряд ли подсел бы к кому-нибудь играть. Он ведь даже слова сказать незнакомцам не может.

Но что-то в характере парня жутко раздражает. Может быть, его заносчивость, может, неуважение к соперникам, но в итоге Он отодвигает стул, и молча подсаживается на свободное место.

– Ха, еще один нашелся, – усмехается черноволосый парень. – Ну что ж, сыграем.

***

Положение безвыходное. Фигуры на доске расплываются перед глазами.

Он не может проиграть. Не так. Не этой заносчивой личности.

– Эх, какие же вы все бездари, – зевает его соперник. – Ну, чего сидим, ворон считаем? Либо ходим, либо уходим.

Он резко отодвигает стул, встает и протискивается через толпу к спасительной свободе.

– Коль, погоди. Коль! – кричит вдогонку чей-то голос.

Он нехотя оборачивается. Сеня.

– Коль, ну ты не расстраивайся, с кем не бывает. Все-таки Витя лучше всех в нашей школе играет.

Глава 2

– Коль, что тебе на день рождения подарить? – спрашивает его мама. – Или лучше пусть будет сюрприз?

– Шахматы, – отвечает Он.

– Шахматы? – удивляется она. – А ты что, умеешь играть?

– Умею. У Сени доска была. Я научился, – отвечает Коля.

– Шахматы я тебе итак могу купить. Завтра как раз в магазин за продуктами. Поехали со мной, по дороге доску купим.

***

Доска манит его своей незамысловатостью. Узор из черно белых клеточек уже прочно засел в мозгу. А фигуры впечатались в подсознание.

Но отступать нельзя.

– Коль, ты уже третий час на эти фигуры смотришь. Может пора отвлечься? – обеспокоенно спрашивает мама.

–Нет, не пора – упрямо отвечает Он.

Через два часа приходит отец. Они негромко переговариваются о чем-то с матерью в соседней комнате.

– Сын, может передохнешь? – ложится ему на плечо большая теплая рука.

– Сыграй со мной, – отвечает мальчик.

***

– Ну даешь, Колян. Неплохо, – говорит отец, кладя поверженного короля на доску.

– Не достаточно, – бормочет Он себе под нос. – Этого не достаточно.

– Чего? – удивляется отец.

Но парень не отвечает. Сосредоточенно смотрит на фигуры, пытаясь запомнить все свои ошибки.

Глава 3

– Коль, вон он, твой Витя. Зачем он тебе? – спрашивает Сеня, указывая пальцем на фигурку на футбольном поле.

Но Он не отвечает. Он молча пересекает поле и перехватывает рукой запястье черноволосого парня.

– Эй, ты чего, совсем с дубу рухнул? – кричит возмущенно Витя – Я бы гол мог забить! Ты что вообще на поле забыл?

– Матч. Завтра, – выдавливает Он.

– Чего? Какой матч? – ошарашенно смотрит на него вихрастый пацан.

– Шахматы, – выдавливает Он еще одно слово.

На лице Вити пробегает толика узнавания.

– А, это ты что ли? Тот, который мне проиграл две недели назад? Еще что ли хочешь получить? – на его лицо возвращается задиристая ухмылка. – Ну лады. Завтра после уроков, буду ждать тебя там же, где играли в прошлый раз, – бросает парень и убегает гонять мяч дальше.

А Он облегченно вздыхает. Хорошо, что не пришлось много говорить, иначе Он бы просто не выдержал. Стоял бы как столб и молчал.

Проклятая немота. И почему слова так не хотят вылезать, когда им очень надо наружу?

– Ну как, получилось? – это Сеня подбежал узнать, как у него дела.

Коля кивает.

Да. Завтра тот самый матч.

Глава 4

Когда Он пришел, шахматный фигуры уже были расставлены, а Витя сидел за столом, поджидая его.

Он молча садится. С этого момента игра началась.

Фигуры скользят по доске, угрожая одна другой.

Витя сначала играет расслабленно, словно нехотя берет в руки деревянных бойцов, и небрежно ставит их на черно-белые клеточки.

Но это продолжается недолго. Уже к середине игры парень напряжен, и от его заносчивости не остаётся и следа.

Коля выиграет. Он точно это знает. Он уже видит, как поставить противнику мат.

А тот не верит своим глазам, нервно грызет ногти, потом одергивает себя и, наконец, тихо произносит: «Черт».

***

На пути со второго этажа, где была партия, Колю ловит учитель математики.

– Коль, я не знал, что ты хорошо умеешь играть в шахматы. Подсмотрел, как вы с Витей сражались. Неплохо вы сыграли, мое уважение, – говорит он.

– Я что хотел то, – продолжает старый преподаватель. – Я заведую шахматным кружком. Присоединяйся. Будешь на соревнования ездить.

Коля качает головой. Нет, он не для этого учился играть.

– Нет, спасибо. Я своей цели добился, пока что мне этого хватит, – отвечает Он, и сбегает вниз по лестнице.

Глава 5

Он улыбается, вспоминая историю из детства. Как много лет прошло, а Он особо не изменился.

Такой же замкнутый и тихий, и такой же упрямый. Разве что говорить может чуть более свободно, чем тогда

***

Следующие несколько недель Он усердно пишет. Пишет днем и ночью, в перерывах между основной работой.

Удаляет по несколько страниц сразу, и пишет заново.

Снова и снова.

Снова и снова.

***

Это уже девятое издательство. И девятая рукопись. Он каждый раз пишет новую.

Он каждый раз становится лучше. По крайней мере, хочется в это верить.

Пожилая женщина просматривает его работу, шурша белыми листами.

Прямо как тогда, в самый первый раз. И во второй раз. И в третий. И во все предыдущие разы.

Но в этот раз что-то по-другому.

– Удивительно, – восклицает она, – просто невероятно. Прекрасная рукопись.

Сначала Он думает, что ослышался. Что это его больной разум уже напридумывал себе чего попало, и морочит ему голову.

Но следующий вопрос развеивает его сомнения об иллюзорности происходящего.

– Скажите, почему Вы выбрали именно наше издательство? – спрашивает она.

Он невольно улыбается.

– Вы мне поверите, если я скажу Вам, что это моя девятая попытка издать рукопись? Каждый раз я приходил точно так же в разные издательства, и каждый раз мне говорили, что у меня есть потенциал, но чего-то в рукописи не хватает.

– Я преклоняюсь перед вашим упорством, – отвечает его собеседница. – Но зачем писать каждый раз новую рукопись? Может быть, нужно было попробовать издать старую в новом издательстве?

– Видите ли, я считаю, что могу лучше. Я считаю, что каждая ошибка делает меня собой. Пускай путь к цели растягивается, но от этого цель становится еще более желанной, а дорога к ней еще интересней. Я бы все равно не перестал бы писать, даже если бы Вы отказали мне сегодня. Писал бы до гроба, пускай мою работу никто бы не издал.

Он замолчал на пару секунд.

– Я бы ошибался снова и снова только, чтобы наконец прийти туда, куда хочу прийти. Я бы ошибался только чтобы стать собой.

Эпилог

Ошибайся.

Потому что ты учишься.

Ошибайся.

Потому что ты становишься собой.

Будь сильным.

Но не будь твердым, иначе сломаешься.

Будь гибким.

И пусть подобно гидре вместо одной отрубленной головы у тебя вырастает две.