Ли Гоцуй

Искусство выдерживать реальность. Как перестать прятаться от трудностей и обрести внутренний стержень

Часть 1

Ли Гоцуй

Избегание – всего лишь временное обезболивающее.

Серия «Принципы бамбука. Китайские психологи о том, что мягкость сильнее брони»

李国翠

习惯逃避：你在害怕什么

This edition is is authored by Li Guocui and published by Eksmo Publishing House Limited Company through the agency of Tianjin Mengchen Cultural Communication Group Co., Ltd.

Перевод с китайскогоРената Медерова

Предисловие

Незаметно прошло уже 18 лет с того дня, как я вошла в мир психологии. За это время многие черты моего характера тихо, но глубоко изменились – главным образом потому, что я постепенно научилась смотреть на себя прямо и всё реже использовать бегство как способ психологической защиты.

В юности я была робкой и слабой, почти не умела выдерживать удары жизни. Каждый раз, сталкиваясь с трудностями, я сознательно избегала их – во многом под влиянием семьи, в которой выросла. Уязвимая и слишком чувствительная, я даже получила от одноклассников прозвище Линь Дайюй[1]. Думаю, этим всё сказано: тогда я была хрупка до предела.

К счастью, за эти годы, постоянно изучая психологию, я смогла изменить свой характер и по-настоящему почувствовала, как внутренняя работа над собой приносит плоды. Постепенно перестала бояться трудностей, научилась встречать их лицом к лицу и находить выход. В сердце рождалось чувство уверенности и открытой, светлой радости.

Со временем я поняла: большинство проблем не так страшны, как мы воображаем.

Чаще всего нас останавливает не сама преграда, а страх перед ней: мы сдаёмся не реальности, а собственным фантазиям.

Когда я из ученицы психологии превратилась в практикующего психотерапевта, мне ежедневно приходилось встречать множество людей, измученных проблемами. И нередко их переживания удивительно напоминали мои собственные.

Английский поэт Джон Донн писал:«Нет человека, который был бы как остров, сам по себе… Смерть каждого умаляет и меня, ибо я часть человечества».

Страдания людей действительно схожи. Ещё много десятилетий назад Зигмунд Фрейд открыл закономерность человеческой боли и описал её как универсальный механизм – тот, что назвалпсихологической защитой.

Что это такое? Есть простое и точное определение, которое приписывают английскому психоаналитику Дональду Мельцеру:

«Любой защитный механизм – это ложь, которую мы рассказываем себе, лишь бы не чувствовать боль».

Жизнь человека почти всегда связана с испытаниями и страданиями. И естественно, что, чувствуя беспомощность и уязвимость, мы инстинктивно включаем защиту, чтобы пережить боль. Она действительно помогает нам выстоять. Но если пользоваться ей слишком долго, она застывают, превращается в единственный, автоматический способ реагировать на трудности. В итоге жизнь резко сужается, а боль возвращается.

Когда мы говорим «познать себя», во многом это значит распознать собственные защитные механизмы – понять, от какой боли, от каких вызовов мы когда-то уклонились. Затем попробовать взглянуть в лицо тому, от чего прежде бежали, разрушить старые схемы и вернуть себе свободу выбирать.

Разумеется, человек не может полностью избавиться от этих механизмов, да и не все они вредны. Но если они мешают жить, стоит остановиться и прислушаться к себе:

Не прячусь ли я всё это время от чего-то?

Неужели то, от чего я бегу, на самом деле не отпускает меня?

Попробуй встретиться с этим лицом к лицу.

Переход от привычки избегать к сознательной готовности идти навстречу – это не только смена мышления, но и новый взгляд на жизнь, позволяющий снова распахнуть двери в мир.

Я надеюсь, эта книга поможет тебе стать лучше.

Ли Гоцуй

Не будь страусом, прячущимся от проблем

Разберёшься в себе – станет понятно всё остальное. Любое бегство – это уход от себя. Любая неясность – отражение смутного самопонимания.

И чем спокойнее и яснее ты выражаешь своё несогласие, тем выше шанс, что тебя услышат и примут. А ты сам заслужишь уважение окружающих.

Если не решать проблему – сам становишься проблемой

А как в жизни? Бывает ли, что ты боишься столкновений с людьми – когда нужно высказать мнение или отстоять интересы? Чтобы избежать конфликта, молчишь, жертвуешь своим мнением ради чужого согласия?

Но если поступать так снова и снова, постепенно теряешь право голоса: в группе уже никто не ждёт твоего мнения, не учитывает чувств, обращается с тобой как с невидимкой. И даже когда тебя начинают чрезмерно давить, и ты, собравшись с силами, решаешь наконец-то заявить о своих интересах – окружающие либо игнорируют это, либо отвергают.

Так ты оказываешься на обочине, теряешь ценность в глазах других. Со временем становится ещё хуже. Ты чувствуешь, что это невыносимо, и наконец-то решаешь возразить – но протест оборачивается бурным конфликтом. В итоге терпишь сокрушительное поражение, а окружающие считают тебя неуправляемым и странным.

Тогда ты уходишь в другой коллектив и снова пытаешься осторожно влиться. Боишься задеть кого-то, терпишь, уступаешь, угождаешь – пока однажды история не повторяется: вспыхивает новый конфликт, вы расстаётесь.

Постепенно ты начинаешь сторониться жизни в группе. Или остаёшься в ней, но постоянно чувствуешь себя чужим. Живёшь с тяжестью, потому что не решаешься высказать своё мнение, не позволяешь себе спорить. Видишь: человек неправ, но в голове звучит одно:«Если я возражу, его это заденет, он рассердится и обрушится на меня».И чтобы избежать конфликта, снова угождаешь другим, лишь бы никого не расстроить, лишь бы о тебе не подумали плохо.

Так проходят дни в унижении. Наедине с собой спрашиваешь:«Неужели и дальше так жить? Почему я такой?»Обещаешь себе:«Больше не буду таким слабым и покорным».Но назавтра всё повторяется. Внешне и внутренне ты существуешь как два разных человека, и это противоречие сжигает изнутри. Ты устал, измотан, и тревога не отпускает.

Что делать?

Корень страха перед конфликтами в том, что

На деле эта уверенность – отражение старой, усвоенной в детстве модели страха перед родителями.

В семьях, где выросли люди, которые избегают конфликтов, родители обычно обладали абсолютной властью. Они требовали подчинения, не позволяли иметь собственное мнение и тем более высказывать его. Любая попытка возразить заканчивалась строгим выговором или даже наказанием. Постепенно в сознании ребёнка закреплялось:«Нельзя иметь иное мнение. Это опасно. Это грозит бедой».

Так родительская строгость прочно связала в его психике выражение несогласия со страхом. И уже взрослым он автоматически избегал заявлять о себе, потому что глубоко внутри живёт ужас: стоит только возразить – и последует наказание.

Некоторые родители, воспитывая детей, придают отказу подчиняться или выражению несогласия крайне негативный смысл. Стоит ребёнку возразить – и тут же звучит:«Ты ведёшь себя плохо», «Ты нехороший ребёнок», «Мама тебя не любит, если не слушаешься», «Какая же ты никчёмная!», «Делай, как сказали родители», «Кто тебе позволил возражать? Молчать!».

Такие угрозы –«если ты не сделаешь, как мы велим, или посмеешь спорить, то потеряешь любовь»– заставляют ребёнка подчиняться. В его сознании прочно связываются три вещи:выражать своё мнение – значит быть плохим, значит потерять любовь, значит быть наказанным.

И когда этот ребёнок вырастает, то, столкнувшись с разногласиями и риском конфликта, он изо всех сил избегает его, лишь бы снова не пережить тот детский страх – стать нелюбимым и отвергнутым.

Люди, которые боятся конфликтов, на самом деле страшатся не столько столкновения с другими, сколько встречи с собой и возможной критики. Им кажется: в общении нельзя никого злить. Если кто-то рассердился или настроился против них – значит, они поступили неправильно, они плохие.

Часто родители таких людей вели себя схожим образом. Конфликт был для них чем-то невыносимым, вызывал сильную тревогу и чувство беспомощности. Любая ссора нарушала душевное равновесие. Как правило, у таких родителей была низкая самооценка: они слишком зависели от чужих мнений, словно жили в них. Их собственная ценность держалась на внешнем одобрении. Поэтому в отношениях с другими они не чувствовали себя равными – где-то глубоко внутри постоянно ощущали себя хуже и старались всем угодить.

В семье с заниженной самооценкой ребёнок с детства впитывает это вместе с родительским поведением. Постепенно он усваивает ту же модель и принимает взгляды родителей как часть собственной системы оценок. Для него конфликт превращается в событие с огромным риском. Он начинает верить: главное в отношениях – сохранить видимую гармонию, а не честно выразить мнение и защитить свои права.

Со временем такая модель наносит детям серьёзный вред. Родители, подавлявшие себя ради мнимого согласия, копят в душе массу противоречий и обид – им кажется, что они многим жертвуют ради других, а благодарности нет. Эти внутренние разрывы и горечь незаметно переходят к детям и закрепляются в их поведении. Так формируется привычка быть «удобным» человеком: внешне покладистым и бесконфликтным, а внутри – напряжённым, недовольным и обречённым на внутренний дисбаланс.

Есть и более разрушительный сценарий.

Родители, которые боятся вступать в конфликты вовне, часто отыгрываются дома – предъявляют детям нелепые и жёсткие требования.

На работе или среди знакомых они не в силах открыто заявить о себе, не получают уважения и признания, поэтому ищут компенсацию в семье:«Раз уж я во внешнем мире всем уступаю, значит, дома мне обязаны подчиняться безоговорочно».Но они даже не понимают, какой урон этим наносят.

Я нередко встречала такие истории. С виду покорный, тихий отец, но едва он переступал порог дома, превращался в деспота, требовавшего от жены и детей безусловного послушания. Когда что-то шло не по его воле – начинались упрёки, крики, а порой и побои.

Так неразрешённые снаружи конфликты переносятся внутрь семьи. Боясь открыто отстаивать себя, люди копят гнев и обиду. Чтобы сохранить хоть какое-то равновесие, они изливают этот яд на близких – и вместе с ним невольно передают свой страх.

Есть и другая категория родителей – чаще матерей, – для которых контроль над ребёнком становится почти смыслом жизни. В семье такие женщины годами играют роль жертвы, а удовлетворение ищут в подчинении детей:«Раз муж не слушает, значит, ребёнок обязан слушаться во всём».

Маленький ребёнок ещё не умеет отличать добро от зла, у него нет собственных критериев. Чтобы порадовать родителей, он строит своё поведение вокруг их желаний. Он особенно чутко улавливает настроение матери и берёт на себя ответственность за её чувства. Стоит ей нахмуриться или показать недовольство – ребёнок сразу чувствует вину и страх:«Это я виноват, я недостаточно хороший, поэтому мама несчастна».

Многие родители даже не замечают, какой вред наносят таким поведением.

Их жизнь и без того полна нерешённых проблем, которые отнимают все силы. У них просто не хватает ресурса задуматься о детях глубже. Погружённые в собственные трудности, не способные к саморефлексии, они втягивают ребёнка в водоворот нерешённых конфликтов.

Уверена, многим, кто боится конфликтов, это знакомо: стоит начать страшиться столкновения – оно не исчезает, а, наоборот, становится неизбежным. Чем сильнее ты убегаешь от конфликта, тем быстрее он догоняет.

В отношениях люди изначально стремятся расширять границы. И если ты показываешь страх, живёшь чужими потребностями, то другие шаг за шагом займут твоё пространство, пока не вытеснят тебя полностью. Особенно это свойственно тем, кто самоутверждается за счёт других. Твоё отступление лишь подогревает их наглость. В крайних случаях это выливается в травлю.

Жертвами травли чаще становятся именно те, кто боится столкновений и упорно избегает их. Агрессор видит слабость – замечает, как страх и вина парализуют жертву, – и потому действует всё более дерзко. Внутренний голос жертвы звучит так:«Это со мной что-то не так, поэтому меня и унижают».

Чем явственнее ты показываешь страх перед конфликтом, тем сильнее притягиваешь тех, кто питается им.

Разногласия – естественная часть человеческих отношений. У каждого своя наследственность, история и опыт, поэтому различие взглядов и поведения – естественно. Когда ты ясно формулируешь мысли и выражаешь потребности, это заслуживает уважения. Ведь право высказать мнение есть у каждого – и оно абсолютно законно.

Человек, боящийся конфликтов, искажает саму картину происходящего. Он связывает выражение мнения с наказанием и страхом, а недовольство других – с собственной «плохостью». Из-за этого вынужден подавлять свои настоящие мысли и желания. Но

Иначе говоря, избегая столкновений, человек не уходит от них – он лишь меняет внешний конфликт на внутренний, который со временем неизбежно оборачивается открытым противостоянием.

Ценность каждого определяется не умением угождать, а его способностями. Склонность подстраиваться рождается из ложного убеждения«Если я всегда буду послушным и поддержу любого, то меня будут любить».Но это заблуждение. Люди не уважают того, у кого нет мнения, кто проявляет лишь слабость. Наоборот, такого человека считают незначительным.

Со временем, даже если у тебя есть талант и умения, их просто не будут замечать – ведь ты не решаешься о них заявить. Постепенно ты потеряешь вес в глазах окружающих и элементарное уважение. Финал закономерен: именно то, чего ты боялся, ты и получаешь.

Если не решать проблему – сам становишься проблемой.

Причина страха перед конфликтами в искажённых представлениях о них. Чтобы изменить эту модель, нужно пересмотреть собственные заблуждения.

Во-первых, важно понять: выражать мысли и несогласие – естественное право каждого. Это не означает вражду или неприязнь. Ошибочная связь между возражением и враждебностью обычно тянется из детства, когда родители навешивали на любое «не согласен» ярлык «ты дерзишь». Но это ложное убеждение.

Во-вторых, общение изначально полно разногласий и столкновения взглядов. Это нормально: можно оставаться разными и всё же находить точки соприкосновения. Конфликт может стать поиском подвижного баланса, который устроит обе стороны. Тогда каждый остаётся при своём мнении, но способен пойти на разумный компромисс, чтобы сохранить диалог. Так формируется модель общения, где обеим сторонам комфортно: есть взаимное уважение и готовность принять различия.

Не стоит бояться конфликтов – они разрешимы. В здоровых отношениях важно не отсутствие споров, а понимание, что они естественная часть общения.

Наша задача – научиться ясно и правильно выражать несогласие, отделяя мнение от эмоций. Многие, когда высказывают другую точку зрения, испытывают гнев, враждебность или раздражение, потому что глубоко внутри уверены: возражать – значит враждовать, а значит – рисковать. Тогда собеседник улавливает не смысл, а эмоциональный фон. Агрессия вызывает ответную реакцию – и вот уже недоразумение превращается в ссору.

На деле мнение – это просто мнение, а эмоции – лишь эмоции. Суть«твёрдости без вражды»– в умении замечать свои чувства, понимать их причины и отделять эмоции от позиции. Ведь часто кажется, будто мы просто возражаем, а на деле транслируем сигнал к конфликту. И тогда конфликт становится неизбежным.

Разберёшься в себе – разберёшься во всём. Любое бегство – это бегство от себя; любая неясность – отражение внутренней путаницы.

Чем спокойнее и точнее ты выражаешь собственное несогласие, тем выше шанс, что тебя услышат и поймут. И тем больше уважения ты обретёшь.

Кто боится поражения, тот проиграл ещё до начала

Недавно ко мне обратился друг: на работе появился шанс на повышение. По профессиональным качествам он был одним из сильнейших кандидатов. Но вместо уверенности его охватило напряжение. Он испытывал огромный стресс, перестал спать по ночам, а днём ходил подавленный и рассеянный.

Три года он упорно трудился и показывал отличные результаты. Но у него есть слабость: он легко поддаётся тревоге, особенно когда речь идёт о чём-то по-настоящему важном. В такие моменты он становится излишне ранимым, мучается сомнениями, теряет уверенность и боится упустить шанс. В итоге хорошие возможности нередко ускользают прямо из рук.

Когда он учился в университете, ему нравилась однокурсница. Она отвечала взаимной симпатией, но он так и не решился разорвать плёнку недосказанности и открыто признаться. Всё ограничивалось намёками и тёплым, но неопределённым общением.

В этот момент появился другой молодой человек, который также питал к ней чувства. Он воспользовался ситуацией: ухаживал, говорил приятные слова, проявлял настойчивость и смелость. В итоге именно он стал её возлюбленным.

Для моего друга это стало тяжёлым ударом. Он переживал невыносимую боль, но изменить уже ничего не мог. Так в его жизни появилась глубокая эмоциональная рана – и с тех пор я не раз видела, как похожие истории повторялись снова.

За годы работы психологом я часто встречала похожие случаи.

Многие выпускники, только начавшие искать работу, на собеседованиях так нервничают, что показывают себя хуже, чем могли бы. Если первая попытка оказывается неудачной, во второй раз волнение лишь усиливается. Постепенно это превращается в замкнутый круг: напряжение растёт, уверенность тает.

Есть и другая категория – успешные сотрудники крупных компаний. Им поручают подготовить отчёт или презентацию, и именно в такие моменты их охватывает тревога. В результате доклады срываются, звучат неуверенно и всё заканчивается неудачей. Хотя их профессиональный уровень высок, должность и признание часто не соответствуют их талантам – словно их усилия растрачиваются впустую.

Но так ли это на самом деле?

Мы привыкли считать, что каждый стремится к любви, успеху и счастью. Однако, наблюдая за многими клиентами, я заметила: когда человек сталкивается с тем, что ему по-настоящему дорого, в нём просыпаются разные чувства.

Кого-то это наполняет радостью и воодушевлением. Они чувствуют счастье, представляют, как сбудется желанное, и эта картина подталкивает к действию. Такие люди смелее идут навстречу целям и в итоге достигают их, получая жизнь, о которой мечтали.

Но есть и другие. Встречаясь с чем-то важным, они ощущают не радость, а тревогу и напряжение. Внутри срабатывает сигнал опасности – и они погружаются в стресс. То, что должно было принести удовольствие, превращается в источник давления. Они идут навстречу любимому человеку или делу так, будто им предстоит экзамен или трудное испытание. Нередко эти переживания оказываются невыносимыми, и на самом важном шаге человек пасует. Конец предсказуем: он упускает возможность или человека, который был ему так дорог.

Различие между этими типами поведения давно известно психологии. Ещё в 1960-е годы американский психолог Джон Аткинсон предложил теорию мотивации достижения.

В своих исследованиях он показал: в зависимости от ведущих мотивов людей можно условно разделить на две группы – тех, кто избегает неудачи, и тех, кто стремится к успеху.

Для первых главным стимулом становится страх поражения. Они стараются избегать риска и живут так, чтобы было безопасно.

Для вторых движущей силой служит стремление к победе. Эти люди не боятся рискнуть, готовы бороться за желаемое

Проще говоря, люди с разными убеждениями действуют по-разному. Их жизненный фон окрашен в разные тона, и сценарии, по которым они строят свою судьбу, различаются по смыслу и настроению. От этого меняется сама энергия жизни.

Для тех, кто живёт с установкой «избегать неудачи», главное – безопасность. Их взгляд прикован к негативу, а основная энергия уходит на защиту. Жизнь проходит под знаком обороны, и внутренние силы словно сжимаются внутрь.

У людей, ориентированных на успех, всё иначе. Они уверенно идут к цели, не страшась ни потерь, ни поражений. Само предвкушение результата наполняет их радостью и поддерживает страсть к движению вперёд. Их энергия естественно направлена наружу – к миру.

Мой друг, о котором я упоминала выше, – типичный представитель группы «избегающих неудач». На поверхности казалось, что он стремится к любви или к карьерным достижениям, но в глубине души его настоящая потребность была иной.

У одних людей сознательное и подсознательное желания совпадают. У других – нет: внешне они хотят одного, а внутри боятся быть непринятыми или потерпеть поражение.

И тогда истинные желания никогда не воплощаются – будь то работа мечты или долгожданные отношения.

Какие установки подсознания мешают нам, когда мы сталкиваемся с тем, что дорого?

1.«Я обречён никогда не получить того, что люблю».

Если в детстве человек редко или вовсе никогда не получал того, что ему нравилось, а порой даже терпел поражения при попытке приблизиться к желаемому, в подсознании закрепляется установка«Мне это не достанется».

Один мой клиент рассказывал: в детстве всё, что ему нравилось, мать безжалостно отнимала. Повзрослев, он ощущал безнадёжность перед любым объектом желания. Он был убеждён: это не для него, он не имеет права обладать этим. Более того, сознательно отталкивал от себя всё приятное:«Раз уж я не смогу этим насладиться, лучше отказаться сразу».

Когда человек убеждён, что ему никогда не достанется желаемое, он начинает видеть мир через призму разочарования, смотреть на жизнь холодным взглядом. Внутренний огонь гаснет, исчезает энергия действовать. Он становится наблюдателем, а не участником и уж тем более не творцом собственной судьбы.

2.«Я не достоин того, что люблю».

Те, кто рос в атмосфере унижений, легко усваивают навязанные им оценки:«Я плохой, ничтожный, не заслуживаю желаемого».В глубине души прячется мощное чувство стыда, и оно заставляет их верить: всё хорошее – не для них. Такие люди часто чувствуют себя ущербными, сжимаются перед жизнью, нервничают и теряются при малейших трудностях.

Многие соискатели, которые на собеседованиях мучаются от волнения и тревоги, относятся именно к этой категории. Сталкиваясь с чем-то значимым, они прежде всего боятся неудачи:«Я сделаю что-то не так – и меня отвергнут».Из-за этого не могут свободно проявить тепло и энтузиазм, которые действительно испытывают.

Корни этой установки часто уходят в детство. Ребёнок любит родителей, но в ответ сталкивается с холодом, неприятием или упрёками. Со временем в нём закрепляется страх: приблизишься к тому, что любишь, – тебя отвергнут. И тогда всё внимание сосредоточено не на том, чтобы выразить любовь, искренность и уверенность, а лишь на том, как бы не вызвать недовольства и не быть отвергнутым.

Постепенно такие люди перестают доверять себе, верить, что достойны своих желаний. Вместо этого они ждут подтверждения извне – от окружающих, будь то начальник или интервьюер на собеседовании. Ситуация повторяет детский опыт, когда родители лишали веры в себя и словно держали в руках ключ от их самоценности. И каждый раз им приходилось дрожащей рукой тянуться за этим ключом – искать признание, умолять о доверии, вместо того чтобы опираться на собственную силу.

Но как работодатель может выбрать кандидата, который сам в себя не верит?

То же происходило и с моим другом. На поверхности казалось, что он добивается расположения девушки, но в глубине души искал не любовь, а подтверждение того, что он достоин быть любимым. Ему нужны были её поддержка и смелость, которую она будто должна была ему дать. Он ждал, что она сама сделает шаг навстречу, примет и укрепит веру в себя. Но ожидания и пассивность стоили ему отношений, лишь усилив прежнюю установку«Я плохой. Я не заслуживаю того, чего хочу».

3.«Я не могу проиграть».

Причина, по которой мой друг в решающие моменты теряется, тревожится и мучается сомнениями, проста: он боится неудачи. Всё внимание сосредоточено на риске и возможных ошибках. Он отчаянно хочет контролировать результат, но сам оказывается под властью собственного страха, который лишает его сил и мешает проявить себя в полную меру.

Для таких людей главная преграда к успеху – установка«Я не имею права на ошибку».

С детства его воспитывали строго: любое неверное действие не прощалось. Постепенно он пришёл к выводу, что ошибка – нечто ужасное. Повзрослев, стал ограничивать себя лишь «безопасным» кругом дел:«Лучше ничего не делать, чем ошибиться».Но именно это и лишало его шанса на рост: слишком сильное давление не позволяло воспользоваться открывающимися возможностями.

Жизнь – это путь, школа. Чем сильнее человек боится неудач, тем чаще оказывается их пленником. Только отпустив этот страх и разрушив ограничивающую установку, можно открыть дорогу к настоящему успеху.

4.«Мне трудно получить то, чего я хочу».

Есть люди, для которых достижение цели кажется непомерно сложным. Их сознание переполнено ограничивающими убеждениями.

Один мой клиент хотел сменить работу, но, перешагнув сорокалетний рубеж, стал считать возраст непреодолимым барьером. Окружающая среда лишь усиливала это чувство: казалось, в 40 лет он вовсе не конкурентоспособен.

Если мы принимаем подобные ограничения как истину, то сами загоняем себя в ловушку. Начинаем убеждать себя:«Пора смириться», «Не стоит больше зря дёргаться», «Добиться желаемого слишком трудно»– и постепенно сдаёмся.

Но действительно ли всё обстоит именно так?

Вспомним Чу Шицзяня: в 74 года он взял в аренду пустынные земли и начал выращивать апельсины. Несмотря на диабет и скепсис окружающих, он создал знаменитый бренд Chu Orange и вошёл в историю бизнеса.

С моей точки зрения, это вовсе не чудо. Просто он не позволил чужим убеждениям лишить себя свободы. Поэтому и прожил жизнь без ограничений.

Так и каждый из нас: если решаешься на что-то, шансы достичь цели очень велики. Но если с самого начала сам себе не веришь, то не сможешь раскрыть потенциал.

Ведь тогда перед

Жизнь во многом похожа на самосбывающееся пророчество. Практика показывает: во что веришь – то и получаешь.

Тот, кто не верит, чтолюбить просто,сам превращает любовь в путь с бесконечными зигзагами и испытаниями. И в итоге получает лишь крохи чувств, потому что уверен: только добытая через страдания любовь – настоящая.

Те, кто убеждён, что деньги зарабатывать трудно и они появляются через экономию, тратят массу сил на бережливость и ощущают свою ценность именно в умении откладывать.

Но Уоррен Баффетт высказался об этом предельно жёстко:«Если у тебя мозг, заточенный только на экономию, у тебя не останется сил развить мозг, способный зарабатывать. Так ты обречён быть стабильно бедным».

И это действительно так: думаешь определённым образом – поступаешь соответственно, вкладываешь энергию в то, на чём сосредоточен, и создаёшь именно такую реальность.

Рост возможен лишь тогда, когда замечаешь собственные ограничивающие убеждения, наблюдаешь за собой и вовремя себя корректируешь.

И в отношении детей это особенно важно помнить. Вместо того чтобы обесценивать их старания, нужно чаще поддерживать, доверять им, помогать им с детства укреплять веру:«Если я хочу и стараюсь, то получить желаемое не так уж трудно».

Поэтому, сталкиваясь с тем, что тебе дорого, нужно идти вперёд смело. Не позволяй страху неудачи сковывать себя.

Твоя уступчивость – почва для чужой наглости

Однажды я пошла с мамой в больницу навестить двоюродную тётю, у которой был рак и которая проходила курс химиотерапии.

Я сидела у её кровати. Тётя, которой было за шестьдесят, выглядела измученной – с вечно нахмуренным лбом и усталым выражением лица. Из их разговора я узнала, сколько в её жизни было терпения и скрытого страдания.

В детстве из-за того, что родители ценили сыновей выше дочерей, её заставили рано бросить учёбу и заняться хозяйством. Она тяжело работала в поле, помогала взрослым, и хотя в душе копилась обида, ослушаться она не смела.

Когда выросла и вышла замуж, муж пристрастился к алкоголю, часто возвращался домой глубокой ночью, и всё воспитание детей легло на неё. Соседи и родственники нередко занимали у неё деньги – крохи, которые она откладывала, экономя буквально на всём. Даже если долг не возвращали месяцами, она не осмеливалась напомнить.

Недавно сын попросил её присмотреть за внуком. Она переехала к нему с невесткой, но стоило той хоть немного рассердиться – тётю сразу выгоняли за дверь.

Когда мы вышли из больницы, мама вздохнула:

– Она всё время терпела, слишком много жертвовала ради других. Даже когда ей было тяжело, никогда не жаловалась. Я всегда думала: так недолго и заболеть. И вот, так и вышло.

Многие считают, что психика влияет лишь на настроение, но не на тело. На самом деле привычка всё сносить молча и глотать обиды способна довести до болезни.

В психологии такой характер называют типом C – «раковым типом личности» (от английского cancer).

Исследования показывают: у людей с таким складом вероятность опухолей более чем в три раза выше, чем у остальных.

Так что же представляет собой этот тип C?

Есть два слова, которыми можно описать типичное проявление личности типа C:«терпеть»и«молчать».

Они гасят эмоции через подавление («терпят») и выстраивают отношения через безмолвное подчинение («молчат»).

Что касается «молчания», у людей с С-типом личности оно проявляется в двух формах.

Первая – отсутствие самовыражения.

Поскольку они не умеют открыто говорить о своих потребностях и чувствах, то превращаются в замкнутые «сосуды без крышки» – пассивные, подавленные, плывущие по течению и не решающиеся показать, что творится у них внутри.

Истоки этого – в детстве. Таких детей не слушали, их желания не принимали всерьёз. Если попытка заявить о себе приводила к конфликту и заканчивалась наказанием, у ребёнка закреплялась привычка: не высказываться, не спорить, любой ценой избегать столкновений.

Так было и у моей двоюродной тёти. В их семье родительская «поговорка» звучала угрожающе:«Осмелишься возразить – рот разорву!»или«Будешь сопротивляться – убью!».

Она всегда оставалась в тени, без права голоса. Её заставляли ухаживать за младшим братом и при этом запрещали конфликтовать с ним или огорчать его. Стоило мальчику расплакаться, всё наказание падало на неё. Постепенно тётя и выработала такой характер: терпеть и уступать, сколько бы это ни стоило ей самой.

Однако молчание не значит, что у людей с С-типом личности нет собственных мыслей или взглядов. Напротив, они есть, но человек не может выразить их открыто. Внутреннее напряжение растёт. Так было и с моей тётей: ей, кажется, никогда не доводилось жить «по своим чувствам» или хоть раз самостоятельно разрешить конфликт. Все желания и потребности она сворачивала в узел и проглатывала – раз за разом.

Второе проявление «молчания» – постоянное избегание столкновений. Чтобы сохранить внешнюю гармонию, люди с С-типом бесконечно отступают и уступают. Так они превращаются в «жилетки для ударов» – тех, кто всё терпит и не умеет защитить себя.

Они не только не выражают собственных чувств, но и не могут сказать «нет» на чужие чрезмерные требования. У моей тёти это было особенно заметно: когда должники не возвращали деньги, она не смела напомнить – просто терпела. Когда невестка предъявляла несправедливые претензии, тоже молчала, не решалась отстоять правоту.

За этим скрывались глубокое бессилие и страх. Ей казалось: стоит только настоять на своём – и мнимое согласие в отношениях рухнет. Она не умела заботиться о собственных чувствах и считала это ненужным. Главное – не испортить отношения с другими. Но именно это постоянное подавление себя и болезненная зависимость от чужих эмоций привели её к горькой и печальной старости.

С самого детства тётя не слышала, что её чувства тоже важны, что они достойны уважения и защиты. Наоборот, всякая попытка постоять за себя грозила наказанием. Так в душе закрепился сильнейший страх перед любыми попытками отстаивать свои переживания.

Ей оставалось лишь терпеть и смиряться. Постепенно она утратила собственное мнение и превратилась в человека, которым окружающие распоряжались по своему усмотрению.

Многие люди с С-типом личности верят, что смирение и покорность помогут сохранить отношения. На деле такие связи полны неравенства, подавленности и фальши. Поэтому людям этого типа трудно построить по-настоящему здоровые отношения.

Постепенно они превращаются в «мягкие мишени» – тех, кого легко подавить, чьи личные границы постоянно нарушаются.

Привычка молчать

Со временем этот заряд прорывается в форме «терпения до изнеможения» – болезненной привычки сдерживать и глотать обиду.

Снаружи такие люди выглядят честными, добродушными, «простыми». Но именно это становится их ловушкой: под маской «хорошего человека» они вовсе не защищают себя, не умеют противостоять чужим требованиям и агрессии. В отличие от тех, кто действительно спокоен и независтлив, люди С-типа лишь прячут внутри океан злости. И поскольку она годами не находит выхода, то разрушает их изнутри, превращая жизнь в клубок обид – на себя и на других.

Возьмём мою тётю. С детства она жила под гнётом родителей, для которых сын был важнее дочери; вышла замуж за мужа-пьяницу; терпела соседей и родственников, которые брали деньги и не возвращали; в старости столкнулась с властной невесткой. Снаружи она выглядела спокойной, будто ничего не происходило. Но внутри её разъедала боль. Многолетние обиды копились в сердце и терзали её день за днём.

Она не умела выражать протест, заявлять о своих потребностях. Иногда злилась молча и винила во всём себя:«Наверное, я сама виновата, раз со мной так обращаются».Порой и вовсе сваливала всё на судьбу:«Просто такая у меня горькая доля».

Так и бывает у людей с С-типом личности: внутри бушует буря, а снаружи – видимость спокойствия. Они бесконечно подавляют свои чувства, но при этом всё время думают о чувствах других. Не замечают, как обида, злость и самоуничижение поочерёдно пожирают их силы и изматывают тело.

С виду кажется, что у них хорошие отношения со всеми. Но эта «хорошесть» держится на одностороннем подчинении и не имеет ничего общего с настоящей близостью.

Поддержание мнимого равновесия отнимает последние силы и не оставляет возможности честно сказать, что они думают. В итоге они берут всё на себя – несут груз, копят обиды и никогда не ищут поддержки. Это почти неизбежно ведёт к одиночеству и безысходности.

Помимо болезненных отношений, есть ещё одно препятствие, мешающее людям с С-типом личности искать поддержку.

Они не боятся, что другие доставят хлопоты им, но ужасно боятся сами обременить других. Им кажется: пожаловаться, попросить о помощи – значит доставить неудобство. Это вызывает у них сильное чувство неловкости.

В основе такой установки лежит их глубокое ощущение собственной «малой ценности». Возможно, когда-то они уже пытались обратиться за помощью, но в ответ получили отказ или упрёки – и тогда окончательно замкнулись.

Моя тётя, например, только когда тяжело заболела и оказалась одна на больничной койке, после долгих расспросов мамы наконец-то со слезами начала порывисто рассказывать о своей боли и обидах.

Это была её первая попытка выговориться – но, увы, слишком поздняя.

У многих людей с С-типом всё происходит так же. Когда внутри загорается гнев, они выбирают молчание. Постепенно подавленные эмоции превращаются в депрессию и отчаяние, лишают сил сопротивляться и загоняют человека в замкнутый круг. Гнев, тоска, безнадёжность, чувство бессилия – если такие состояния годами гложут изнутри, здоровье не остаётся невредимым.

В итоге привычка«терпеть и молчать»,на первый взгляд безобидная, оборачивается тяжёлыми последствиями. По сути, это медленное самоуничтожение.

Если тело можно считать языком, то болезни – это его крик: «Позаботься обо мне! Обрати на меня внимание! Полюби меня хоть немного больше! Услышь мои чувства!»

Именно эти слова люди с С-типом личности годами держат внутри и не решаются произнести вслух. Непрожитые обиды и подавленная злость, лишённые выхода, находят единственный способ проявиться – через тело, превращаясь в болезнь.

Рак – искажённое выражение подавленных обид и злости.

Для человека с С-типом личности главная задача – научиться здоро́во выражать агрессию и перестать бесконечно подавлять себя.

Фрейд говорил: сексуальность и агрессивность – две основные движущие силы человеческого поведения. Если сексуальность даёт продолжение рода, то здоровая агрессивность – основа самой жизни, источник энергии и внутренней устойчивости.

Чтобы агрессивность стала здоровой, нужно прежде всего научиться беречь собственные чувства и выражать их.

Эта способность есть у каждого от рождения. Но если человек не умеет отстаивать себя и всё время думает лишь о других, это часто говорит о раннем опыте: когда-то он пережил ситуацию, из которой сделал ложный вывод:«Если я буду защищать свои чувства, я причиню боль другому. А если причиню боль другому, меня накажут или отвергнут».

На самом деле разумная защита собственных чувств не причиняет вреда другим и не разрушает здоровые отношения.

Исключение – связи, построенные на потребительстве и эксплуатации. Но именно такие отношения не стоит сохранять. Только позволив нездоровой связи закончиться, можно создать по-настоящему здоровую.

Те, кто не решается отстаивать свои чувства, часто думают: уступками и компромиссами можно купить гармонию. Но это заблуждение. За ним скрывается заниженная самооценка: человек не видит собственной ценности и не считает себя достойным уважения. Он завышает значимость других и их переживаний. Но важно понять: недооценивать себя – тоже форма самоуничтожения, скрытая агрессия против самого себя.

Людям с С-типом личности, а также тем, кто склонен к такому поведению, нужно учиться смело выражать и защищать свои чувства – иначе говоря, учиться любить себя.

Если ты не любишь себя, позволяешь другим постоянно обижать и подавлять тебя, не стоит удивляться, когда однажды «госпожа Опухоль» постучится в дверь.

Чтобы агрессивность была здоровой, нужно отказаться от привычки копить обиды и подавлять эмоции.

По сути, таить злость – значит направлять агрессию против самого себя.

Когда человека задели, унизили или он не решился высказать своё мнение, все невыраженные чувства он обращает внутрь. Если не дать этим эмоциям выхода, они превращаются в саморазрушение – в привычку тихо злиться.

Такая скрытая злость всегда обращена к другим:

«Как ты можешь так со мной поступать?!»

«Почему ты такой несправедливый?!»

«Неужели ты не можешь хоть немного учитывать мои чувства?!»

Корень здесь в том, что обиженный человек думает: раз он сам старается учитывать чужие чувства, то и другие должны делать то же самое.

Но, к сожалению, мы не властны над поведением других. Каждый волен поступать так, как считает нужным. А вот за свои чувства мы в ответе сами.

Если чужие действия приносят тебе боль, у тебя есть право защитить себя.

Поэтому бессмысленно злиться на других – куда важнее

Когда учишься любить себя и беречь, поводов для тайной злости становится всё меньше.

Но скрытая злость оборачивается агрессией не только к другим, но и к самому себе.

Когда человек не может выплеснуть силу наружу, он поворачивает её внутрь: начинает считать себя никчёмным, впадает в депрессию. Проще говоря, он бьёт себя, лишь бы хоть как-то справиться с давлением внешней агрессии.

Важно понять: самобичевание возникает потому, что внутри нас живёт напуганный ребёнок. Он убеждён, что у него нет силы, не видит собственной ценности. Поэтому, когда на него нападают, он не сопротивляется, а наказывает себя, словно облегчая чужое давление.

Ты должен сказать этому внутреннему ребёнку:

«Хватит мучить себя. Я всегда буду тебя защищать. Никогда больше не позволю тебе копить обиды. Если тебе будет больно – я скажу об этом вслух».

Любовь – лучшее лекарство.

Для людей с С-типом личности любить себя – значит научиться ставить себя на первое место. Это значит уметь открыто выражать свои мысли и чувства, потому что внешний мир не так страшен, как кажется.

Поэтому перестань терпеть и молчать. Уважай себя – пока ещё не поздно.

Когда приходит любовь, чего ты боишься?

В обществе немало людей сталкиваются с одной и той же трудностью: они никак не могут построить близкие отношения с тем, кого действительно любят.

У них может быть партнёр, но в глубине души они понимают: это не тот человек, которого выбрали бы сердцем. Просто раз уж с любимым не получилось, остаётся довольствоваться тем, кто оказался рядом.

Нередко такие люди оказываются втянутыми в любовные треугольники – и этим мучают и себя, и других. У некоторых близость будто всегда возникает в запутанных схемах: чем сложнее, тем привычнее. На самом деле это бегство от подлинной интимности.

Они прячутся за видимостью тёплых отношений или за сложными переплетениями чувств, лишь бы не столкнуться с главной проблемой – страхом настоящей, глубокой связи.

Почему с ними происходит именно так?

Ответ в том, что внутри них живут два «я».

Одно – подлинное, уязвимое.

Другое – ложное, жёсткое, надетое поверх первого.

Второе «я» – защитное, маска, которую человек надевает, чтобы скрыть слабость настоящего.

Но постоянная жизнь в этой броне приводит к раздвоению: внутри звучат два голоса. Для окружающих слышен только голос внешнего «я» – уверенного и сильного. А вот о существовании внутреннего, настоящего, знает только сам человек.

Иногда человек настолько срастается с этой ролью, что сам забывает о своём уязвимом «я». Лишь в стрессовой ситуации оно прорывается наружу. Например, во время стресс-интервью на работе многие, кто обычно выглядит уверенно, не выдерживают давления и буквально «ломаются».

Бывает, человек снаружи кажется невероятно сильным и жёстким, но в глубине души он жаждет лишь одного – чтобы кто-то сумел разглядеть сквозь эту броню его настоящего, ранимого.

Однако маска надета так долго, что чаще всего рядом оказываются те, кого привлекает именно эта видимая сила. Их восхищение, с одной стороны, льстит, а с другой – пугает. Внутри звучит напоминание:«Я ведь совсем не такой».

В таких отношениях словно стоит невидимая перегородка: как ни тянись – не дотронешься до человека по-настоящему. Ведь ему нужна не подлинная близость, а твоё восхищение его «силой».

Есть и другая форма защиты.

Некоторые на людях живые, остроумные, обаятельные, умеют блистать и шутить. Будто они играют роль «любимца публики» и всегда оказываются в центре внимания. Все их обожают, но выбор спутника жизни часто удивляет: рядом оказывается самый обычный человек, на первый взгляд вовсе не подходящий им. Это сбивает с толку окружающих.

Есть и другая крайность – гордое, отрешённое одиночество. Человек словно стоит особняком, не прикасаясь к земной суете. Кажется, будто он вовсе не нуждается в любви. Но на деле ему нужно, чтобы его любили – только на расстоянии, не приближаясь слишком близко, чтобы сохранить ауру недосягаемости.

Общее у всех этих людей одно: они не умеют открыться по-настоящему, позволить другому увидеть их изнутри.

Неспособность показать себя настоящего в близких отношениях – признак нехватки внутренней безопасности.

Когда появляется человек, который глубоко нас задевает, с кем мы чувствуем особый отклик и созвучие, мы испытываем счастье – и одновременно тревогу: любовь способна всколыхнуть нашу хрупкую опору, поколебать чувство защищённости.

Любовь всегда связана с потерей контроля: разум отходит на второй план. Она рождает желание раскрыться, показать себя настоящего, установить глубокую связь. Мы ждём, что любимый человек поймёт и примет нас целиком – вместе с радостью, болью и уязвимостью.

Но людям, которым катастрофически не хватает внутренней безопасности, помимо радости любовь приносит сильный страх. Он запускает защитный механизм: на сцену выходит второе, ложное «я», которое должно уберечь их от боли. В итоге наружу идёт противоречивый сигнал – они хотят быть ближе, но ведут себя так, будто отталкивают.

Сегодня тянутся, завтра отталкивают. То пылают страстью, то холодны. Иногда и вовсе оба импульса проявляются одновременно: в словах – нежность, в поступках – отстранённость. Такой двойной сигнал сбивает партнёра с толку и причиняет боль.

Люди с катастрофической нехваткой внутренней безопасности нередко несут в себе глубокую психологическую травму. Она прочно укоренилась в подсознании, была вытеснена и забыта, но продолжает жить как скрытая боль. Часто её истоки – в детстве: ребёнка не любили, не понимали, не принимали. С матерью не возникла подлинная эмоциональная связь, и у него не сформировалось чувство опоры.

Внутренне он убеждён:«Я не достоин любви, не достоин счастья».

Позже эта рана прячется за маской – ложным вторым «я». Но всякий раз, когда в его жизнь приходит любовь, когда кто-то пытается приблизиться, старая боль оживает.

Притягательность любви в том, что она даёт возможность снова испытать чувство единства и покоя, которое когда-то давало материнское объятие. Но для людей с тяжёлым дефицитом безопасности вместе со сладостью она пробуждает и другое – страх, гнев, недоверие. И именно этот коктейль эмоций становится главной преградой на пути к настоящей близости.

Чтобы справиться с этим внутренним конфликтом, люди выбирают разные пути.

Одни запутываются в многоугольниках отношений – ведь именно в них оживает знакомое с детства чувство: смесь любви и ненависти, которую они испытывали к матери.

Другие бесконечно проверяют, любят ли их на самом деле: устраивают партнёру испытания, ловушки, провоцируют ревность. Когда тот, измученный, уходит, внутренний голос торжествует:«Вот видишь, меня нельзя любить».

Кто-то так и остаётся в стороне, лишь издали глядя на

Если рядом с тобой любимый человек, чьё поведение сбивает с толку, – возможно, он принадлежит к категории людей с глубокой нехваткой внутренней безопасности, к тем, кто живёт с неустойчивым типом привязанности. Лучший способ помочь ему выйти из этого круга – подарить чувство защищённости. Даже когда он ведёт себя нелогично и непонятно, продолжать любить – именно так исцеляется его глубинная рана.

Больше всего в отношениях он жаждет именно этого: чтобы его не покинули, чтобы рядом остались и приняли таким, каков он есть. Лишь получив безусловную поддержку, он постепенно почувствует безопасность, научится наслаждаться близостью и мало-помалу откроет сердце.

Но это вовсе не просто.

Любить человека с небезопасным типом привязанности – испытание. И если ты не обладаешь зрелой личностью и внутренней устойчивостью, такие отношения способны изранить. Многие, попав в отношения с таким партнёром, в конце концов вынуждены с болью всё прекратить.

Человек с дефицитом внутренней безопасности может проявлять себя по-разному: быть ветреным, отстранённым, изменять снова и снова.

И если ты не относишься к редкому типу сильной личности-спасателя, уход зачастую и правда оказывается лучшим решением. Но если ты понимаешь, что его странные и болезненные поступки не от злого умысла, а от детских травм и тяжёлых эмоций; если ты способен принять его, помочь избавиться от страха близости – тогда у тебя есть шанс построить необычайно прочную близость.

Ты разглядишь его настоящего – слабого, уязвимого – и дашь то, чего он никогда прежде не получал: эмоциональное принятие и психологическую опору.

Тогда он уже не сможет уйти от тебя. Ты станешь самым важным человеком в его жизни, проникнешь в его глубину.

Но есть условие – ключевое.

Нужно уметь отличать его истинные потребности от тех, что продиктованы маской и защитным вторым «я». Для этого требуется не только проницательность, но и развитое сочувствие. Только обладая обоими качествами, можно понять его по-настоящему.

В мире, по сути, нет неразрешимых психологических проблем.

Как сказал один психотерапевт, человек сталкивается с трудностями не потому, что с ним «что-то не так», а потому, что он ещё не встретил того, кто способен его по-настоящему понять.

Но, увы, не каждому везёт. Многие ждут и ждут, надеясь встретить такого человека, и в конце концов убеждаются: выход всё равно придётся искать самим.

Если ты жаждешь любви, но боишься, если не умеешь строить отношения с близким человеком – значит, пора задуматься о своём сценарии любви.

Почему всякий раз, когда любовь приходит, ты отступаешь?

Чего ты боишься?

Что пытается сказать твоё сердце?

Почему ты вновь и вновь оказываешься в запутанных историях, где несколько участников?

Кого на самом деле любит твоё «я»?

Почему ты способен любить только издали, но не позволяешь себе радости настоящей близости – когда двое рядом и действительно касаются друг друга?

Ты наслаждаешься чужим восхищением, но не решаешься открыть сердце и показать, какой ты есть. Другим ты демонстрируешь тщательно собранный образ – почти идола. Но за этим фасадом прячется одиночество.

Разве именно этого ты хочешь?

Если нет – что мешает тебе говорить о своих настоящих желаниях? Что не даёт тебе быть живым, простым, обыкновенным – со всеми человеческими слабостями и теплом?

Почему ты так боишься показать миру своё подлинное «я»?

Для любого человека близкие отношения – словно зеркало, в котором отражается он сам.

Здоровая, настоящая близость способна исцелить то, что осталось недоразвитым, разрушить фальшивую оболочку и вернуть смелость быть собой.

Истинное «я» – это и есть наша внутренняя жизненная сила. Когда человек пробуждает её, он ощущает счастье и радость. Но если это «я» долго не получает питания, если его подавляют или искажают, жизненная энергия постепенно угасает, и жизнь превращается в источник боли. Тогда человек существует, опираясь на ложный образ, а его подлинное «я» страдает в глубине. Со временем это внутреннее противоречие неминуемо рождает серьёзные психологические проблемы.

Ложное «я» может породить лишь ложную близость. Боятся любить те, кто не способен снять свою броню – защитный механизм, тот самый фальшивый образ. Вступая в отношения, они включают сразу два голоса – истинное и ложное «я».

Это выражается в противоречивом поведении: с одной стороны – сильная жажда любви, с другой – панический страх быть раненным и убеждённость, что никто не способен полюбить их по-настоящему.

В итоге именно ложное «я» ведёт их по жизни, не позволяя искренне отдаться чувствам. Но такая стратегия не решает проблему – она лишь закрепляет внутреннюю пустоту. Они продолжают играть в любовь, собирают «трофеи» мимолётных связей, соблазнений, разрывов. Единственное, чего им не хватает, – подлинной любви.

Снаружи они кажутся довольными собой, но за этим всегда прячется неутолимая жажда настоящей близости.

Если бы у человека не было глубокой жажды любви, он не стал бы снова и снова ввязываться в любовные истории. За внешней бравадой и показным цинизмом скрывается стремление к серьёзным чувствам.

Он хочет, чтобы кто-то доказал ему: любовь существует.

Только сам он не осознаёт, что в глубине души – неисправимый романтик. Так бывает: святой и повеса нередко оказываются одной и той же натурой. Всё зависит от того, в какой среде человек живёт и какие испытания ему выпали.

Понять свои подлинные желания – первое условие близости и первый шаг к самопознанию.

Но если слишком долго носить маску, однажды перестаёшь различать, где настоящий ты, а где выдуманный образ.

Тот, кто кажется сильным и непробиваемым, – это твоё подлинное лицо? Или маска, которую ты надел, чтобы не ранить своё самолюбие? Твоя холодность, горделивое равнодушие – часть характера или лишь попытка сохранить видимость достоинства?

Человек, который не понимает, что живёт в маске, обречён не встретиться со своим настоящим «я». А без него он остаётся беззащитным: когда любовь стучится в его дверь, он оказывается слишком слаб, чтобы впустить её и – тем более – чтобы принять.

Если в нынешних отношениях ты живёшь в мучительной смеси любви и злости, если снова ранишь партнёра – возможно, ты просто повторяешь ранний семейный сценарий.

Если ты без конца испытываешь любимого, признай: за этим стоит недоверие. В глубине души ты не веришь ни в любовь, ни в собственную достойность.

Когда другой не выдерживает твоих «проверок», дело не в нём, а в тебе. Спроси себя: зачем моё сердце плодит столько подозрений? Почему я всё время проверяю любовь?

Под этой настойчивостью почти всегда прячется не прожитая до конца травма.

Ты не удерживаешь любовь, когда она приходит, потому что подсознательно отталкиваешь её и снова запускаешь знакомый тебе болезненный сценарий.

Ты боишься быть собой, потому что когда-то твоё подлинное «я» отвергли. Ты отрёкся от него, спрятал, пытался забыть – но оно, как тень, всё равно идёт рядом.

Ты не можешь избавиться от своей тени, потому что она – это часть твоего настоящего «я».

В детстве на неё навесили множество уничижительных ярлыков: «слабый», «некрасивый», «недостойный». Эти слова ранили тебя.

И чтобы не чувствовать боль, ты накинул поверх новую оболочку – маску-тень, которая должна была тебя защищать.

Теперь ты понимаешь: это было недоразумение.

Ты обидел свою тень. Обними её и выпусти наружу. Пусть она хрупка и беспомощна, но это часть твоей личности, и её нужно принять.

Если ты сам себя не примешь, тебя не сможет принять никто. Без этого внутреннего согласия утешение останется недостижимым. Ты не пускаешь людей в свою душу – и именно это мешает тебе выстраивать близость.

Чем искреннее ты живёшь, тем сильнее становишься.

Как только ты поймёшь себя и успокоишь свою тень – сделаешь лучший шаг навстречу любви. Даже если она пока не пришла, внутренне сильный ты обязательно сумеешь принять своё счастье, когда оно постучит в дверь.

Ты жаждешь общения, но привык молчать

В соцсетях обсуждалась горячая тема:

«Как относиться к тому, что сегодня всё больше людей становятся молчаливыми?»

Эта дискуссия отражает очень распространённую проблему, которую можно назвать пассивным молчанием.

В обществе оно проявляется так: когда нужно заговорить, человека охватывают напряжение и тревога. Он слишком остро чувствует взгляды окружающих. Хотя в голове полно мыслей и идей, в решающий момент наступает пустота – ни слова не удаётся произнести, не хватает смелости. Он остро жаждет общения, понимает, что это полезно и важно, но так и не может заговорить свободно и легко.

Люди «пассивного молчания» не умеют общаться естественно и поэтому постоянно обесценивают себя:

«Я не умею разговаривать».

«Мне удаются только неловкие, натянутые беседы».

«Я слишком быстро теряюсь рядом с другими».

Постепенно они отказываются от желания высказаться и уходят в тень. С завистью слушают тех, кто легко и уверенно говорит на публике, а сами прячут волнение за молчанием. Так, шаг за шагом закрепляют за собой ярлык «нелюдимого».

На первый взгляд кажется, будто они сами выбрали молчание. Но в действительности их вынудило к этому внутреннее напряжение. Так человек оказывается на собственном «социальном острове».

Одна из моих клиенток, студентка третьего курса по имени Сяо Я, страдает от «пассивного молчания».

На каждом собрании однокурсников, когда все оживлённо беседуют, она словно отрезана от происходящего. Ей невероятно трудно включиться в разговор, даже если тема ей хорошо знакома. Она искренне хочет измениться, наладить общение и стать ближе к одногруппникам.

Сидя рядом с ними, Сяо Я в уме тщательно формулирует то, что хотела бы сказать, но в итоге лишь краснеет и так и не решается открыть рот. Такой опыт невыносимо тягостен. В ситуациях, где нужно высказаться, она почти всегда чувствует зажатость. Даже на занятиях, отвечая преподавателю, она мямлит и путается.

Со временем у однокурсников сложилось устойчивое мнение:«Она слишком замкнутая». Её автоматически записали в категорию «молчунов». В учёбе и в быту, если возникала проблема, за советом к ней почти никто не обращался. Позже её стали всё реже звать на встречи и посиделки. Всё это сильно её ранило.

На самом деле людей, похожих на Сяо Я, очень много. Они живут в замкнутом круге: жаждут общения, но не могут заговорить – и в итоге вынуждены притворяться, будто молчание им комфортно.

Почему так происходит?

Какие же события в жизни довели их до такого противоречивого состояния?

Желание говорить – врождённый человеческий инстинкт. А вот страх высказываться почти всегда указывает на то, что в детстве – в отношениях с родителями или другими значимыми взрослыми – человек получил травму самовыражения. Он пытался озвучить свои настоящие мысли – и натыкался на равнодушие. Его слова обесценивали, высмеивали, отвергали, а порой его наказывали за саму попытку говорить.

В кабинете мы с Сяо Я начали вспоминать самые ранние эпизоды, связанные с желанием «выражать себя». И тихая девушка внезапно разозлилась.

Она рассказала о детских обидах: всякий раз, когда она пыталась высказать своё мнение, мама либо не замечала её, либо отмахивалась, либо смотрела с презрением. Особенно болезненно было в присутствии других: мама хвалила чужих детей – воспитанных и бойких, – а потом оборачивалась и критиковала:

«В общественных местах следи за словами, не болтай что попало».

«Что дети понимают? Если не разбираешься – молчи».

«Смотри, ты уже полчаса мямлишь, а вот тот говорит чётко».

«Почему ты такая невоспитанная? Все над тобой смеются».

«С таким поведением учителя тебя любить не будут».

После таких фраз маленькая Сяо Я испытывала невыносимый стыд и мечтала провалиться сквозь землю.

Мама Сяо Я болезненно зависела от мнения окружающих. Если дочь хвалили, мать сияла от радости. Но стоило девочке оказаться хоть в чём-то слабее других, как мама впадала в сильное беспокойство.

Под суровым воспитанием матери Сяо Я становилась всё менее уверенной в себе. Внутри ей хотелось проявить себя, понравиться людям, но в поведении она всё больше терялась и не знала, как «правильно» поступить. В итоге выглядела неуклюжей.

Мама всё замечала – и после каждого визита гостей устраивала очередную «воспитательную беседу». Так под постоянной критикой и упрёками способность Сяо Я говорить ослабевала. Чтобы не вызывать новых замечаний, она выбрала стратегию молчания: решила говорить как можно меньше. Постепенно это превратило её в робкую девушку, которая не могла свободно выразить свои мысли. Влияние матери распространилось на всю жизнь Сяо Я. Она усвоила навязанные оценки и поверила, что действительно плохо умеет говорить. Всякий раз, когда нужно было общаться, её охватывала неуверенность, страх показаться смешной и выставить себя в дурном свете.

Но дело было не только в критике. Мама ещё и внушала Сяо

Сравнивая себя с этими стандартами, Сяо Я приходила к выводу:«Раз я не дотягиваю, лучше молчать, лишь бы не опозориться и не пережить новый приступ стыда».

«Я хочу говорить, но боюсь выставить себя смешной»– наверное, именно так звучит самый искренний голос её души.

Таких, как Сяо Я, немало.

В детстве они однажды обожглись на самовыражении – и это оставило в них искажённые установки, которые со временем сделали их молчаливыми.

1.«Я не умею говорить. Обязательно опозорюсь».

Эти люди воспринимают речь как особый навык: будто право высказываться появляется только тогда, когда дотянешься до некоего идеала.

Корни этого убеждения уходят в детство. Родители с искажёнными воспитательными установками часто не принимают ребёнка таким, какой он есть, а любят воображаемого, «идеального». И потому к живому ребёнку предъявляют требования, соответствующие этому выдуманному образу, заставляя его жить по «стандартам совершенства».

Отсюда бесконечные требования, сравнения, критика. А ребёнок всё чаще испытывает стыд и неуверенность:«Настоящий я – плохой, неправильный. Говорить можно только тогда, когда стану совершенным. Иначе опозорюсь».

Взрослый, который вырос с этим страхом, ощущает тревогу и скованность в любой социальной ситуации. Поэтому он почти никогда не решается заговорить – ведь молчание кажется надёжнейшей защитой от унижения.

2.«А что, если я ошибусь? Что они обо мне подумают?»

Для таких людей речь – не способ общения, а средство заслужить одобрение. Они говорят, чтобы понравиться, а не чтобы быть понятыми. Постоянно следя за реакцией других, они теряют связь с собой и перестают понимать, что действительно хотят сказать.

Кроме того, люди «пассивного молчания» обычно с пристрастием наблюдают за другими. Тем, кто говорит уверенно, они завидуют до боли, а тех, кто ошибся, втайне осмеивают.

В этот момент само понятие «выражения» для них уже искажено. Главное – не выразить себя, а получить аплодисменты, похвалу, признание.

3.«А если я скажу, а в ответ – тишина? Как же неловко!»

За этим убеждением стоит скрытая жажда связи. Они ждут отклика, жаждут подтверждения, что их услышали. Сказанное может быть незначительным, но внутри всегда горит надежда на ответ.

Но когда ответа нет, в душе вспыхивает стыд:«Я тебя ждал, но ты не откликнулся. Значит, со мной что-то не так. Я не нужен».

Чтобы не сталкиваться со стыдомснова,они начинают прятать свои желания – всё глубже, пока не разучиваются выражать их вовсе. Так возникает избегающее молчание – отказ от близких связей.

За этим молчанием стоят тысячи мелких обид. Люди боятся, что их слова вновь окажутся песчинкой, брошенной в море: исчезнут без следа и не вызовут ни единого отклика.

Так как же выбраться из ловушки «пассивного молчания»?

Прежде всего важно понять: общение – это не экзамен и не проверка способностей, а обычное человеческое взаимодействие.

Во время консультаций я помогла Сяо Я разложить её трудности по полочкам и скорректировать искажённые представления о коммуникации.

Например, разговор с другими вовсе не означает, что тебя непременно будут оценивать или критиковать. Даже если ты сказал что-то не так, это не значит, что тебя тут же перестанут любить или принимать.

Общение – такая же естественная потребность, как еда или вода. Мы сами вправе оценивать себя – и никто не может лишить нас этого права.

А начать стоит с простого: перестать оценивать других. Попробовать слушать не то,какчеловек говорит, ачтоон говорит. Сместить взгляд с критики на принятие.

Когда мы начинаем принимать других без осуждения, перестаём судить их за то, как они выражаются, мы учимся принимать и себя. А значит, перестаём так болезненно реагировать на чужую оценку.

Второй шаг – встретиться лицом к лицу со своим страхом.

Люди, пережившие психологическую травму, в социальных ситуациях неизбежно испытывают тревогу. Важно не подавлять её, а заметить и принять. Ведь за ней прячется внутренний ребёнок – когда-то отвергнутый, неуслышанный, обиженный. Нужно увидеть его в себе, обнять и сказать:«Это не твоя вина. Ты хороший. Ты вовсе не такой плохой, как тебе внушали».

Когда Сяо Я впервые осознала, что за её страхами всё это время скрывалась маленькая девочка, полная обиды и боли, она не смогла сдержать слёз. Прошли годы, а чувства стыда, страха, беспомощности и одиночества так и не ушли. Они всё это время жили внутри неё, мешая шагнуть навстречу новому миру.

Третий шаг – перестать воевать с собственной чувствительностью. Чем сильнее человек пытается «побороть» свою робость, тем сильнее становится внутреннее напряжение. Вместо этого нужно научиться бережно относиться к собственной чувствительности, воспринимать её не как врага, а как часть себя.

Наконец, чтобы выйти из психологического тупика пассивного молчания, ни в коем случае нельзя вступать в противоборство с собственной чувствительностью и напряжённостью.

Люди, склонные к «пассивному молчанию», обычно очень ранимы – и это не недостаток, а следствие их жизненного опыта.

Поэтому не стоит сравнивать себя с другими и требовать невозможного. Нужно позволить себе быть чувствительным, напряжённым, позволить себе бояться, принять собственные несовершенства. Когда ты позволяешь себе испытывать эти эмоции, они постепенно рассеиваются.

Сяо Я наконец поняла: её чувствительность и напряжённость – крик внутреннего ребёнка, которого слишком часто осуждали и не принимали. Она больше не хотела мучить его и предъявлять к нему какие-либо требования.

Жажда выражения – важнейшая движущая сила жизни. Её можно заметить даже у животных, что уж говорить о человеке, обладающем речью и мышлением.

Никто не любит продолжительного молчания и вечного равнодушия.

Если человек постоянно сдерживает себя, не решается быть собой, он неизбежно подавляет свою жизненную энергию. Лишает себя возможности раскрыть собственный потенциал.

Те, кто боится выражать себя, похожи на существ, спрятавшихся в кокон с твёрдой оболочкой. Внутри всё под контролем, но пространство слишком тесное. Там они действуют по заведённому порядку, не решаясь сделать шаг вперёд.

Иногда судьба посылает руку из внешнего мира – крепкую, надёжную, способную вывести их из кокона и повести за собой в танец.

Жаль только, что некоторые, даже схватившись за эту руку, остаются пленниками страха: сила внутреннего ужаса удерживает их так крепко, что они в итоге так и не решаются выйти из кокона.

А кто-то проводит всю жизнь в ожидании – надеясь, что найдётся тот, кто заметит их молчание и выведет

А теперь я хочу, чтобы ты, как и Сяо Я, сам активно потянулся к этой руке надежды, вновь обрёл смелость и вернул себе самого себя.

Как избавиться от роли жертвы

А встречал ли ты в жизни людей, которые целыми днями полны недовольства: то жалуются, что один их обидел, другой притеснил и загнал в безвыходное положение; то возмущаются несправедливостью мира и падением нравов, из-за чего их талант остался невостребованным; то бранят рабочую обстановку и слепоту начальства, уверяя, что им ужасно не повезло попасть в такую компанию, где нет ни малейших перспектив?

Поначалу, не зная всей картины, мы, услышав такие сетования, обычно испытываем жалость и сочувствие. Думаем:«Да, им и правда не повезло, судьба обошлась с ними несправедливо»– и искренне стараемся помочь советом. А кое-кто, возмутившись за них, даже готов вмешаться – проучить обидчиков или порекомендовать им новое, хорошее место работы.

Но после всех стараний вдруг выясняется: такие люди будто вовсе не воспринимают советы всерьёз. Или принимают их лишь на словах, а на деле ничего не предпринимают. Более того, порой они одну за другой отвергают добрые рекомендации, находя тысячу и одно «разумное» объяснение, почему этот путь не для них. В итоге – дороги вперёд нет.

А раз выхода нет, они день за днём продолжают жаловаться, сетовать на судьбу и проклинать мир. Кажется, будто навсегда увязли в череде неприятностей. Те опутывают их, как паутина, и они барахтаются в ней, не в силах сделать шаг вперёд.

У меня есть одна родственница, и, сколько себя помню, она всё время сокрушалась о своём браке, жалуясь, что вышла замуж «не за того». Считала, что она сама достойная спутница/жена, тогда как муж во всём вызывал недовольство. Так и прошло больше десяти лет – день за днём, год за годом, в постоянной тоске и с беспросветной хмуростью на лице. В итоге, едва ей перевалило за пятьдесят, она умерла от рака груди.

Ещё печальнее судьба её детей. Так как родители всю жизнь жили в разладе, они сами стали равнодушны к любви и браку. После смерти матери разъехались в разные стороны, расселились по городам и почти не поддерживают связи – словно готовы разойтись навсегда.

Мне нередко встречаются и те, кто считает себя «неоценённым талантом». У таких людей, кроме умения гневаться, особых способностей нет: пишут они посредственно – и стихи, и прозу, – зато неизменно демонстрируют свой «особый» дух. Их главный и единственный настрой – угрюмость и злость на мир за несправедливость, за то, что одарённым не дают пробиться; тоска по поводу того, что, обладая якобы талантом не ниже древних поэтов, они вынуждены жить в убогих условиях. Но годы идут, десятилетия проходят, а, кроме вечных жалоб, я так и не видела от них ни стоящей статьи, ни хорошего стихотворения. И теперь они всё так же изо дня в день ворчат, проклинают жизнь и мир, обвиняют судьбу. Разве что беднеют ещё больше – в этом смысле их желания действительно «сбылись».

Я соглаcна, в этом мире действительно есть люди, чьи таланты остаются невостребованными, но их на самом деле очень мало. Да, Ван Гог и Ду Фу – признанные примеры неоценённых гениев, но у них были произведения!

Конечно, жизнь бывает несправедливой, но случаи, когда «все обижают» и «все притесняют», встречаются редко.

Несчастные браки существуют, но чтобы человек мучился из-за этого всю жизнь, загнал себя в болезнь и вдобавок обрёк своих детей на страдания – такое случается нечасто.

Если разобраться, у всех упомянутых людей есть одна общая черта: мышление жертвы, или, иначе говоря, синдром жертвы.

Что это значит? Человек недоволен своим положением, но источник всех бед видит исключительно во внешних обстоятельствах и людях вокруг. Сам же он убеждён в собственной невиновности.

Годами живя в позиции жертвы, такие люди становятся вечно недовольными, переполненными обидами и жалобами, изводят себя до болезней. Их жизнь – работа, семья – действительно часто складывается так, как они и описывают: неудачи, несчастья, тупики.

Люди с такой установкой всегда сводят всё к одной фразе:«Мне просто не повезло, у меня такая судьба».Они уверены, что сами никогда не ошибаются, виновата всегда только жестокая жизнь.

Что такое судьба? Это проекция нашего внутреннего мира.

Недаром говорят:«Характер – это и есть судьба». Ведь именно характер определяет, как мы смотрим на мир. Каким ты видишь его в своём сердце – так и живёшь. В психологии это называют гипотезой самосбывающегося пророчества.

Самосбывающееся пророчество означает, что человек невольно начинает действовать так, словно предсказание уже сбылось, – и в итоге приводит его в исполнение.

Например, если ты убеждён, что у тебя«нет способностей к учёбе»,то, даже имея время, не станешь заниматься: ведь всё равно«ничего не поймёшь».В итоге экзамен будет завален, и ты снова скажешь себе:«Ну вот, я же говорил, что учиться мне не дано!»

В офисе это проявляется так: если кто-то скажет, что определённый подчинённый «с тобой не поладит», ты начнёшь невольно высматривать у него недостатки, и чем больше смотришь, тем сильнее раздражаешься. В конце концов вспыхнут ссоры по пустякам, и сотрудничество станет невозможным – пророчество сбылось.

Но если, напротив, ты поверишь, что подчинённый способен и толков, то станешь чаще давать ему возможности проявить себя. Даже если он иногда ошибётся, ты предпочтёшь закрыть глаза – и в итоге он оправдает доверие, став действительно ценным сотрудником.

На самом деле позиция жертвы – довольно распространённое явление. Это стратегия самообмана и самозащиты, к которой человек прибегает, столкнувшись с неудачами. Ведь никто не застрахован от ударов судьбы. Переживая их, люди обычно проходят через пять психологических стадий:

• Первая стадия – отрицание. Человек изо всех сил не желает признать случившееся и уходит от реальности.

• Вторая стадия – гнев. Он частично принимает факт, но выражает злость и недовольство из-за несоответствия ожиданиям.

• Третья стадия – торг. Появляется стремление искать выход, предпринимать попытки что-то исправить.

• Четвёртая стадия – депрессия. Человек уже осознаёт реальность, но внутренне не готов её принять, хотя в поведении это заметно.

• Пятая стадия – принятие. И умом, и делом человек соглашается с фактом и начинает справляться с ним, опираясь на собственный выбор.

Так называемое «обычное чувство жертвы» свойственно почти

Но есть и другие – те, кто, столкнувшись с трудностями, застревают на первых двух стадиях и отказываются смотреть правде в глаза. Неудачи задевают их чувство собственного достоинства, и, чтобы избежать этой боли, они начинают отрицать реальность, мир и окружающих. Это форма бегства – самообман, за которым человек прячется, уклоняясь от «пуль и снарядов» внешнего мира и от того внутреннего роста, с которым ему на самом деле необходимо встретиться.

Есть и те, кто, обвиняя окружающих, играют роль жертвы ради выгоды. Чаще всего речь идёт о психологическом «утешении»:

«Все вокруг грязны, а один я чист – значит, я возвышаюсь над толпой».

«Все вокруг плохие, а я один невиновен – значит, мне не за что отвечать».

Люди, привыкшие винить среду и считать себя «неоценённым талантом», носят внутри лишённое силы «я». Они не способны встретиться с реальностью и прячут неудачи за ширмой самоутешения.

Увы, многие так и остаются в этой роли – и постепенно становятся жертвами: день за днём чувствуют себя несчастными и в конце концов начинают жить в вечной череде неудач.

Так как же избавиться от мышления жертвы?

1.Научиться брать ответственность на себя.

Корень синдрома жертвы в том, что человек не хочет отвечать за себя, постоянно перекладывает эту обязанность на других. Стоит реальности не совпасть с его ожиданиями – и он тут же начинает жалеть себя, впадает в тоску и бездействует.

Зрелый человек понимает: за свою жизнь он отвечает сам. Всё, чего он хочет достичь, нужно создать собственными усилиями, а не ждать, что это сделают другие.

Никто не способен устроить для тебя беззаботное существование: не бывает идеальных условий и людей, которые сделают жизнь безупречной. Но человек с позицией жертвы тешит себя пустыми иллюзиями – надеется, что мир изменится ради него, что кто-то возьмёт на себя ответственность за его судьбу.

2.Научиться прощать.

Умение прощать делает внутреннее «я» сильнее, это признак зрелости. Простить другого – нередко значит освободить самого себя.

Когда признаёшь, что в этом мире трудно найти что-то совершенно безупречное, постепенно учишься прощать. Тот, кто этого не умеет, требует, чтобы мир подстраивался под его ожидания. Но у каждого – своя воля, и реальность не станет изменяться по чьему-то личному желанию. В итоге это рождает обиду, которая в конце концов обращается против самого человека.

3.Развивай способность к восстановлению себя.

Умение смотреть в глаза реальности – главный показатель внутренней силы. Люди с мышлением жертвы лишены этого качества: за их «неспособностью» стоит слабость самости.

Причина часто кроется в детстве – в недостатке поддержки и избытке отрицания. Поэтому тем, кто застрял в таком состоянии, полезно обратиться к профессиональному психологу, чтобы вернуться к раннему опыту и пересмотреть негативные убеждения о себе.

4.Учись благодарности и отдаче.

Людям, застрявшим в позиции жертвы, характерно одно: они не видят хорошего и зацикливаются на дурном. Так, обесценивая мир, они поддерживают иллюзию превосходства. Но это ложное представление: в глубине души они постоянно ощущают нехватку, не замечая, что уже имеют. Не умея быть благодарными, они теряют способность к действию и лишают себя радости отдачи. Сосредоточившись на жалобах, лишают себя удовлетворения от сделанного и загоняют чувства в порочный круг.

Поэтому, если тебе кажется, что ты несчастен из-за «неоценённого таланта», если ты целыми днями осуждаешь мир и считаешь себя умнее других – остановись. Всё это лишь проявление инфантильности.

Можно сидеть дома, но нельзя прожить жизнь в унынии

Не знаю, с какого момента я всё чаще стала слышать от людей вокруг такие фразы:

«Замечаю, что становлюсь всё больше домоседом».

«Как только наступают выходные, ничего не хочется делать – лишь бы спрятаться дома».

«Понимаю, что вокруг полно всяких мероприятий, но ни желания, ни сил выходить нет».

То, что раньше считалось особенностью немногих – жить замкнуто, по-домашнему, – сегодня, похоже, стало массовым явлением. Не знаю, сколько людей окажется среди «домоседов», если сейчас провести опрос, но ощущение такое, что их число быстро растёт.

И всё чаще слышишь такие диалоги:

– Какие планы на выходные?

– Никаких. Останусь дома.

Параллельно с этим среди молодёжи постепенно распространяется близкая по духу тенденция – так называемая«культура упадка».

Распространение «культуры упадка» началось с той самой фотографии «лежачего Гэ Ю», когда-то взорвавшей интернет. Переданная на снимке усталость и чувство полного бессилия так точно отражали внутреннее состояние современной молодёжи, что сразу нашли отклик у многих.

Есть особый вид домоседства, который по сути становится бегством от отношений. Когда человеку трудно чувствовать себя комфортно и получать поддержку в кругу других, он уходит в сторону. Внешне это выражается в замкнутом образе жизни: вместо общения и встреч – игры, сон, привычные дела, где сохраняется ощущение контроля.

У «упадка» есть и свой вариант – чувство собственной беспомощности. В психологии это называютвыученной беспомощностью:человек снова и снова терпит неудачи, и, как бы он ни старался, результат остаётся тем же. Постепенно он впадает в депрессию, теряет веру в себя, испытывает бессилие и отчаяние.

Конечно, не каждый случай доходит до крайности, но сильная усталость и душевное опустошение способны вызвать состояние лёгкой депрессии.

Многие молодые люди выбирают жизнь в стиле «домоседства» и «упадка» как форму самоиронии. На них давит общество, требуя успеха и достижений. Когда становится ясно, что этим требованиям не соответствуешь, проще отказаться от гонки, принять себя таким, какой ты есть:«Ну и что, что я самый обычный человек?»Более того, они находят удовольствие в состоянии, когда можно лежать и ничего не делать.

Это, с одной стороны, выражение бессилия, а с другой – способ справиться с давлением и снять накопленный стресс. Это может выглядеть печально, но, возможно, для современного поколения это один из немногих способов почувствовать облегчение.

Некоторые считают, что в каком-то смысле «упадок» выражает спокойное, отрешённое отношение к жизни, что это даже можно назвать положительной энергией. Для тех, кто испытывает давление, это действительно так. Но стоит задуматься глубже: неужели единственным выходом для нас остаются замкнутость и упадок?

Что же с нами произошло, что мы стали ощущать такую беспомощность?

Человек чаще всего

Когда грубые, примитивные критерии становятся единственной мерой оценки, масса «успешных и правильных» даже не задумывается, насколько абсурдны их поступки, – и люди продолжают действовать так, словно иначе нельзя.

В такие моменты человек внутри себя проходит через насильственную «перестройку», которую я называю обезличиванием. Чаще всего этот процесс выходит за пределы контроля обычного человека, утратившего способность к саморефлексии.

Иногда кажется, что в придумывании правил человечеству нет равных. Но в то же время мы нередко становимся их жертвами и заложниками. Многие из нас одновременно и строители системы, и её пленники.

Вернёмся к теме «домоседства» и «упадка».

Почему эти состояния так стремительно распространяются?

Почему люди становятся такими безжизненными, подавленными, что запираются дома и избегают общения?

Почему остаётся лишь утешать себя мелкими радостями и самоиронией?

На самом деле рост «домоседства» и «упадка» связан с несколькими факторами:

1.Нежелание сталкиваться с человеческими отношениями.

Всё больше людей сознательно избегают контактов – и это во многом говорит о том, что сама система оценки в отношениях дала сбой. Общение всё чаще сводится к сопоставлению: кто богаче, успешнее, красивее. Но такие сравнения неизбежно превращаются в источник давления.

Лозунги вроде «Красота решает всё» или «От тревог спасает только внезапное богатство» прочно укоренились в сознании. Но сколько людей действительно разбогатели? И многим ли это по силам? Когда успех измеряется только внешними признаками, человек легко впадает в ощущение собственной несостоятельности, теряет энергию и вкус к жизни.

Со временем всё больше людей начинают сторониться общения. Ведь дома, за закрытой дверью, можно хотя бы на время отгородиться от мира, который предъявляет слишком высокие требования. И тогда возникает мысль:«Лучше я спрячусь, чем снова столкнусь с этим давлением».

2.Избыточное утилитарное мышление.

«Не делать бесполезного» – одна из главных установок нашего времени.

Но человеческие потребности не делятся на полезные и бесполезные. У души тоже нет таких категорий. Это классификация, придуманная в материальном мире ради социальных нужд, – и сегодня мы применяем её слишком широко и бездумно.

То, что отвечает нашим интересам, мы делаем; что не отвечает – игнорируем. Общаемся с теми, кто может быть полезен, и избегаем тех, чья выгода не очевидна.

Многие смотрят на мир и на других как на инструменты для достижения собственных целей. Но чем сильнее эта установка, тем больше раздражение, усталость и желание избегать любых отношений.

А превращая других в инструменты, человек неизбежно начинает воспринимать и самого себя так же. Это «овеществление» личности рождает глубокое внутреннее отвращение к социальным контактам.

3.Ощущение утраты контроля.

Главная проблема – чувство собственной ничтожности. С развитием индустриализации идея «конвейера» и «винтика» прочно закрепилась в сознании. Для многих целая жизнь проходит в роли крошечной детали огромного механизма.

Где найти ощущение собственной значимости в такой атмосфере? Всё вокруг внушает бессилие и потерю контроля. И чем сильнее человек осознает, что не управляет внешним миром, тем охотнее запирается в своей норе: только там можно почувствовать хоть какую-то власть над собственной жизнью.

4.Рабы успеха.

Пожалуй, никогда прежде понятие успеха не владело умами так всеобъемлюще, как сегодня. Почти каждый добровольно становится его рабом.

Почему некоторые выбирают «упадок»? Потому что ощущают, что находятся слишком далеко от успеха – настолько, что сил дотянуться уже нет. Тогда остаётся искать выход из напряжения через состояние «упадка».

Мы становимся заложниками представления об успехе, обезличиваем себя и превращаем других в инструменты.

Разум может приказать жить по этим жёстким правилам, но человеческая природа не выдерживает такого насилия. Отсюда апатия, депрессия, тревога. На самом деле они и есть форма внутреннего протеста.

Каждый человек – зеркало в отношениях с другими, и сами отношения – зеркало для каждого. Всё больше людей из-за депрессии и тревожности выбирают жизнь в уединении и состоянии «упадка».

Эпоха – это отражение человеческой природы, но и среда в ответ влияет на природу человека. Мы одновременно и те, кто несёт на себе её груз, и те, кто её создаёт.

Современное общество поражено злом: погоней за сиюминутной выгодой.

Неважно, успешные мы или неудачники, тревожные или же «пустые внутри», – ради материального благополучия мы, возможно, заплатили огромную духовную цену. Плата за неё – в том, что душевные травмы множатся и углубляются, лишая нас покоя.

Хочу сказать: и обществу, и каждому человеку нужно меньше жаждать «успеха» и больше проявлять гуманизма.

Каждый должен чаще задумываться о тех надуманных «стандартах» и «разумности» – и постараться сквозь них увидеть человека. В соотношении «вещи и человек», «правила и человек» личность должна стоять выше.

Только когда каждый действительно начнёт практиковать гуманизм и по-настоящему ставить человека в центр, наша человечность постепенно вернётся. Тогда мы сможем вырвать себя из духовной пустыни.

Часть 2

Выйти из клетки собственных ограничений

Почему важно сохранять состояние «ничего не иметь» и «ничего не знать»?

Потому что, если не относиться настороженно к стремлению иметь и знать, оно легко вводит в заблуждение: мы теряем себя, погружаемся всё глубже в иллюзорные мысли и в итоге отдаляемся от подлинной жизни.

Как найти в себе силы действовать

У современных людей распространена одна болезнь – прокрастинация. Проявляется она просто: человек прекрасно знает, что ему нужно делать, но никак не может приступить к действию.

Обычно это состояние сопровождается сильными эмоциями – самоосуждением, чувством вины, тревогой, сожалением. Иногда к ним добавляются и другие формы поведения: переедание, а в более тяжёлых случаях – булимия. Если дело доходит до неё, значит, исходная проблема уже изменила форму: прокрастинация превратилась в тревогу и самоукорение, вызванные недовольством собственным телом.

Интересно, что люди с прокрастинацией или булимией, приходя ко мне на консультацию, всегда испытывают сильнейшее чувство вины. Они уверены, что не должны так себя вести. Многие считают, что им не хватает силы воли и самодисциплины, и потому

Но решить такую проблему непросто. Каждый раз после консультации, вернувшись к обычной жизни, они снова забывают поставленные цели и продолжают погружаться в апатию, депрессию, откладывание дел или приступы переедания, избегая того, что, по их собственному убеждению, «нужно» или «стоит» делать.

Среди клиентов, обращающихся с жалобами на прокрастинацию, я замечаю один феномен: внутри каждого будто живут два «я». Одно – требовательное, другое – беспомощное, утратившее способность к действию.

Это похоже на ситуацию с водителем, который сидит за рулём и давит на газ, требуя от себя ускорения, – но двигатель не реагирует. Требовательное «я» в ярости пинает машину, а беспомощное – сидит, опустив голову, и не делает ни малейшего движения. В результате первое изнемогает от напряжения, а второе остаётся неподвижным.

Вот в этом – ключевая проблема.

Требовательное «я» бесконечно задаётся вопросом:

«Почему он такой? Почему не может быть как я?!»

А бессильное «я» мучительно отвечает себе:

«Почему я не такой, как он?! Как же я хочу быть им! Всё из-за недостатка самодисциплины, я беспомощен, я подвёл всех, я ненавижу себя!»

Требовательное «я» просто не перестаёт раздавать приказы –«Ты должен», «Ты обязан»,– а бессильное тонет в непрекращающихся упрёках:«Всё из-за меня», «Почему я такой ничтожный?», «Мне не следовало так поступать!».

Как сказано выше, внутри человека, склонного к прокрастинации, всегда идёт спор между требовательным «я» и бессильным «я».

Первое громкое и сильное: его голос часто заглушает всё остальное. Он полон недовольства, упрёков, разочарования и обвинений.

А другое, лишённое сил «я» живёт в беспомощности и стыде: оно без конца корит себя, но так и не решается сделать первый шаг к переменам.

Почему эти два «я» обязательно должны ссориться? Почему не могут сотрудничать и направить силы на решение проблемы? Почему требовательное «я» не в состоянии всерьёз выслушать бессильное – понять, почему оно не действует, что ему нужно?

Когда я прошу клиентов снять ярлык «недостаток самодисциплины» и просто рассказать о своих ощущениях, они говорят примерно так:

– На работе произошли большие перемены, начальник постоянно недоволен. Я злюсь, чувствую сильное давление и потерял уверенность в себе – просто вымотался.

– Я усердно пишу статьи, но их часто воруют. Парадокс: переработанные тексты получают больше просмотров и даже выглядят лучше моих. Это деморализует.

– Я не верю в свои способности к обучению, поэтому чувствую слабость и не знаю, как справиться с бесконечным объёмом материала.

– Та задача слишком трудная, слишком требовательная. Каждый раз, когда берусь за неё, кажется, что я сойду с ума. Мне ужасно страшно.

– На самом деле я не хочу делать эту работу, но и найти что-то лучшее не получается.

Всё это показывает: «действующее я» столкнулось с трудностями и не знает, как с ними справиться. Поэтому просто сводит всё к мысли«У меня не хватает самодисциплины».

Наш способ обращаться с самим собой во многом формируется из того, как с нами обращались родители в раннем детстве.

Требовательное «я» обычно отражает их отношение к нам, а действующее «я» – это наше подлинное «я».

Когда человек переживает внутреннее выгорание – конфликт между требовательным «я» и действующим «я», – это значит, что первое стремится подчинить второе, заставить его согласиться с ним и вместе решать проблемы. Действующее «я» тоже верит, что только так можно справиться с трудностями.

Если перенести это на отношения родителей и ребёнка, получится следующее: когда возникает проблема, родители пытаются решить её через требования к ребёнку. Если ребёнок им не соответствует, они раздражаются, начинают критиковать и нападать.

Постепенно ребёнок привыкает считать, что проблема – в нём самом. Он погружается в бесконечное самоуничижение. В таких семьях упрёки становятся привычным способом решения проблем. Ошибка ребёнка вызывает обвинения, а чувства игнорируются. Всё поведение строится исключительно вокруг требований родителей, а сама связь между ними сводится к одному слову –«требование».

Так же, как требующее «я» не слышит действующее, родители никогда не интересуются внутренними переживаниями ребёнка, не спрашивают, чего он сам хочет. Они лишь повторяют:

«Ты не должен так делать! Это неправильно!»

Иными словами, они постоянно предъявляют требования не к живому, а к своему «идеальному ребёнку».

Если ребёнок не оправдывает этих ожиданий, на него навешивают ярлыки:

«Тебе не хватает самодисциплины».

«Ты слабовольный».

«Ты не умеешь ладить с людьми».

«Ты легкомысленный».

Но кто поможет таким детям выбраться из состояния «недостаточной воли», «необщительности» или «легкомыслия»? Почему они вообще туда попали?

К сожалению, родительская стратегия останавливается на ярлыках. В результате дети никогда не учатся справляться с трудностями. Они даже не знают, как заглянуть в себя, найти корень проблемы, не говоря уже о том, чтобы обратиться за помощью. Им внушают лишь одно:«С тобой что-то не так. Ты не заслуживаешь принятия и одобрения». А это равносильно тому, чтобы бросить их в водоворот самоуничижения и тревоги. Этого достаточно, чтобы сломать человека.

На самом деле родители в таких семьях сами очень подвержены тревоге. Когда что-то идёт не так, как им хочется, у них попросту не хватает внутреннего ресурса, чтобы с ней справиться. И тогда они бессознательно перекладывают тревогу на ребёнка, вместо того чтобы действительно решать проблему.

К сожалению, таких родителей очень много.

Они даже не осознают, что должны научить детей решать проблемы, а не только требовать от них. В итоге дети усваивают ложный способ «решения» – через самоупрёки или обвинение других.

На первый взгляд это выглядит как реакция на проблему, но на деле – всего лишь способ уйти от неё. Проблема остаётся нетронутой и никогда не решается.

Самоупрёки и навешивание ярлыков – не способы решения проблемы.

Только найдя настоящую причину, скрытую за «проблемой самодисциплины», и столкнувшись со своими подлинными чувствами, можно постепенно вернуть способность справляться с трудностями.

Проще говоря, развитие умения решать проблемы состоит из трёх шагов:

1.Столкнуться со своими чувствами и дать слово бессильному «я».

У тех, кто глубоко погружён в самоупрёки, голос требовательного «я» заглушает всё остальное. Но нужно сначала не зацикливаться на нём, а позволить высказаться той части себя, которая утратила способность действовать, – послушать, почему она стала беспомощной.

Приведу пример из собственного опыта. Был период, когда мне не хотелось писать статьи для блога. Причины могли быть разными: эмоциональное истощение, потеря вдохновения, отсутствие ощущения «потока»; сильная злость на тех, кто воровал и переписывал мои тексты, что убивало всякий интерес; недовольство собственным уровнем, особенно в сравнении с другими; слишком много

Лишь когда я позволила себе почувствовать всё это и честно признала истинные причины, стало ясно, почему исчезла энергия действовать.

2.Разобраться с проблемами, которые лишают тебя сил действовать.

По словам психолога Уилфреда Биона, человек, утративший способность к действию, должен построить для себя «контейнер» – внутреннее пространство, где можно собирать и перерабатывать трудные эмоции. Если самому это сложно, можно воспользоваться «контейнером» другого человека – обратиться за помощью, позволить кому-то поддержать тебя в моменты давления. Иногда то, что кажется непреодолимым для тебя, для другого человека вовсе не проблема.

Например, если я чувствую усталость – значит, пора отдохнуть: тело не лжёт, и нельзя продолжать его изматывать.

Если злюсь на тех, кто ворует мои статьи, стоит подумать, как максимально снизить возможность такого вторжения: переработать текст до публикации, чтобы труднее было заимствовать идеи. Возможно, мне нужно изменить сам подход к написанию – не работать так спонтанно, как раньше.

Важно искать решения, которые сделают жизнь комфортнее, вместо того чтобы тонуть в злости и подавленности.

3.Строй свою способность к действию на основе ясного понимания себя.

Чаще всего мы теряем энергию потому, что перед действием выстраиваются преграды – непроработанные негативные эмоции и старые переживания. Мы этого не осознаём и вместо того, чтобы очистить «засор», выбираем неэффективные способы. Это похоже на попытку устранить засор на кухне, ругая вытяжку.

Мы не позволяем себе выражать злость на родительские требования, и подсознание делает это по-своему – через сопротивление любым делам, связанным с ожиданиями из детства. Если сознание не разрешает отдыхать, подсознание находит обходные пути и вынуждает нас остановиться.

Мы не рождены ленивыми или депрессивными. Просто, не находя здоровых способов проявлять свою жизненную энергию, человек направляет её внутрь – через саморазрушение или внутренние перекосы.

Поэтому потеря сил действовать – лишь одна из форм действия, только искажённая. Упадок и депрессия – это завуалированная форма самоагрессии.

Только когда мы учимся ясно видеть и понимать себя, мы можем обрести настоящую силу к действию.

Ты действительно талантлив, но всё равно не уверен в себе

Многие сталкиваются с недоумением: внешне всё в порядке, но внутри всё равно живёт чувство неполноценности.

Например: учишься в престижном университете, внешне очень привлекателен, но не уверен в себе; зарабатываешь больше многих ровесников, у тебя есть квартира и машина, но в душе нет ни капли лёгкости; работаешь хорошо, регулярно получаешь награды и признание, пользуешься доверием руководства, но внутри всё равно тревожно и неспокойно, всё время кажется, что ты недостаточно хорош…

Это можно свести к одному вопросу:«У меня есть все основания для уверенности, но почему я всё равно чувствую себя недостаточно хорошим?»

Это ощущается так, будто внешне ты уже превратился во «властного генерального директора», но внутри остаёшься в состоянии неуверенности.

Чтобы избавиться от чувства неполноценности, человек предпринимает множество компенсирующих внешних демонстраций. Но чем больше таких действий, тем сильнее ощущается показная слабость, и в итоге внутри возникает жалость к себе:

«Почему я всё ещё недостаточно хорош? Почему я не могу наслаждаться жизнью, полной уверенности?»

«Я уже достаточно успешен, но почему чувствую усталость, даже больше, чем раньше?»

Многие сталкиваются с подобным недоумением потому, что путают две вещи: внешняя успешность и внутренняя неуверенность – это совершенно разные плоскости. Более того, для многих внешняя успешность – лишь форма компенсации внутреннего чувства неполноценности. Это похоже на ситуацию, когда, имея слабые стороны, ты всеми силами стараешься подчеркнуть свои сильные, чтобы таким образом заглушить негативные эмоции.

Но результат часто оказывается противоположным. Внутри продолжает жить установка«Только тот, у кого всё идеально, имеет право быть уверенным в себе».

Когда человек с комплексом неполноценности встречает того, кто хотя и не так успешен, но полон уверенности, его реакцией часто становится раздражение:

«Почему он такой посредственный, а чувствует себя так прекрасно?»

Если такой человек достаточно честен с собой, он обязательно обнаружит, что за презрением скрывается зависть, пусть осознает её не сразу. Ему трудно понять, почему другой может быть уверенным в себе, тогда как он, даже обладая куда бо́льшими достижениями, не может испытать той же уверенности.

На самом деле уверенность у других почти не зависит от внешних условий. Их успехи или неудачи, социальное положение – всё это мало затрагивает их ядро личности.

Человек с комплексом неполноценности не понимает этого. Он полагает, что уверенность – это результат достижений и условий. Но на самом деле это про самопринятие.

Только когда человек принимает себя полностью, он способен построить уверенность на прочном основании. Неполноценность же заключается в отсутствии принятия: человек не разрешает себе быть собой.

Неспособность принять себя ведёт к мысли, будто уверенность требует особых условий. Такие люди не позволяют себе уступать другим хотя бы в чём-то.

Уверенный в себе человек устроен иначе. Он редко сомневается в своём внутреннем «я». В его представлении собственное ядро уже достойно уважения. Тот, кто ощущает себя хуже других, наоборот, уверен, что его подлинное «я» недостойно признания. Чтобы избавиться от этого болезненного чувства, он стремится к внешним достижениям и верит, что стоит ему показать выдающиеся результаты, его внутренний мир изменится.

Но так ли это на самом деле?

Стабильное и здоровое чувство собственного «я» – или, наоборот, разрушительное и болезненное – чаще всего формируется в детстве.

Если в ранние годы родители внушают ребёнку, что признание и похвала зависят от соответствия определённым условиям и стандартам, а любое несовершенство встречают упрёками и критикой, у ребёнка почти не остаётся шансов вырастить внутри себя прочное, доброе ядро личности.

Возможно, родители и вправду желали, чтобы он был трудолюбивым, целеустремлённым, поднимался всё выше. Но без безусловного принятия ребёнок воспринимает это иначе:«Я сам по себе недостаточно хорош. Чтобы меня любили, я должен соответствовать требованиям и приносить результаты».

Так в нём поселяются настороженность и страх снова оказаться «плохим». Поэтому человек с комплексом неполноценности, добившись успеха, на время обретает уверенность, иногда даже чрезмерную, но вскоре вновь проваливается в состояние неуверенности. Ему приходится постоянно достигать новых вершин, чтобы хоть как-то удерживать ощущение собственной значимости.

Нетрудно представить, как это изматывает. Источник этой усталости – постоянная внутренняя защита от образа «неудачника», от того самого «нехорошего» себя, которого он не может

Человек, который всё время обороняется от своей «недостаточности», не способен обрести подлинную уверенность. Ведь в глубине души он сомневается в себе. Сколько бы ни менялись внешние обстоятельства, его вера в собственную никчёмность остаётся нетронутой.

Как избавиться от чувства неполноценности и обрести подлинную уверенность?

1.Признать, что ты всего лишь человек.

Путь к настоящей уверенности начинается с принятия своего реального «я». На словах это звучит просто, но на деле оказывается куда труднее.

Принимать себя – значит уметь смотреть правде в глаза. А это под силу не каждому, ведь для этого нужна крепкая психика.

На протяжении жизни мы выстраиваем защитные механизмы, чтобы уберечься от боли и разочарований. Если внутренней опоры мало, честно взглянуть на себя невозможно: можно попросту не выдержать.

Первый шаг – создать вокруг себя пространство безопасности. Надёжные отношения дают основу для спокойствия и внутреннего равновесия. Только когда чувство защищённости станет достаточно прочным, появляются силы встретиться лицом к лицу со своим настоящим «я».

Людям с чувством неполноценности обычно крайне тяжело смотреть на себя без прикрас. Истоки часто в детстве: напряжённые отношения с родителями, постоянные конфликты, отсутствие безопасной атмосферы. Вместо поддержки они получали придирки и давление. В таких условиях невозможно было спокойно встретиться со своим «я» – всё внимание уходило на то, чтобы справляться с тревогой и выживать под грузом требований.

Те же, кто умеет честно взглянуть на себя, как правило, в детстве смотрели на родителей как на устойчивое и надёжное зеркало. Они давали ребёнку видеть и сильные, и слабые стороны достаточно объективно. Если же в раннем возрасте в отношениях с матерью или отцом возникала дистанция, он усваивал через реакции взрослых образ «плохого» себя и начинал избегать самопонимания.

Так многие добиваются успехов, ставят цели, совершают массу поступков – лишь бы не встретиться лицом к лицу с собственным «я». Оно кажется непринятым, непривлекательным, даже пугающим.

Исправить это возможно лишь внутри надёжных, безопасных отношений. Там появляется пространство, где можно увидеть своё настоящее «я» и проверить: действительно ли оно так плохо? Тогда становится возможным пересмотреть искажённые представления и сформировать более объективное, уважительное отношение к себе.

2.Освободиться от нарциссизма и перфекционизма.

Перфекционизм – это не только завышенные требования к себе. Часто за ним скрывается избыточный нарциссизм: нежелание признавать свою обычность.

Когда человек предъявляет к себе недостижимые, сверхчеловеческие требования, ему мало того, что доступно другим, – он хочет превзойти всех. Обычные мерки для него неприемлемы – его планка всегда выше.

Но каждый из нас прежде всего обычный человек – со слабостями, тревогами и несовершенствами. Принять эту простую истину – значит отказаться от иллюзии всемогущей исключительности.

Важно понимать: признать себя обычным вовсе не значит смириться с пассивностью. Напротив, только тот, кто ясно видит и сильные, и слабые стороны и при этом остаётся в контакте с реальностью, способен на подлинные достижения.

Многие боятся снизить планку или отказаться от перфекционизма, потому что именно эти требования позволяют им поддерживать иллюзию своей исключительности, ощущение, что они «выше толпы». Но эти стандарты лишь изматывают: вся энергия уходит на внутреннюю борьбу и самоуничижение. В результате человек застревает на месте.

Иногда успех действительно приходит на почве внутренней неуверенности – как компенсация. Но он истощает и редко бывает устойчивым.

Настоящее достижение возможно лишь там, где внутренний рост идёт в ногу с внешними результатами, а порой даже опережает их. Тогда даже поражение не ломает человека – он в силах снова подняться.

Принятие себя предполагает глубокое самопознание. Чем яснее мы понимаем собственные сильные и слабые стороны, тем легче нам принять других и глубже постичь саму человеческую природу. Так исчезает почва для самообесценивания.

Часто неуверенность говорит лишь о том, что мы ещё плохо понимаем не только мир, но и самих себя, – продолжаем вести диалог с иллюзорным образом «идеального я». Неудивительно, что при встрече с реальностью это вызывает боль и растерянность.

3.Обновить свои критерии ценности.

Люди, склонные к неуверенности, даже не замечают, что оценивают себя по жёстким меркам. Каких бы успехов они ни добились, их достижения так и не становятся частью их внутренней системы ценностей.

Они постоянно сравнивают свои слабые стороны с чужими сильными. Низкорослый сравнивает себя с высоким – исход очевиден. Люди годами мучаются из-за одной «недостаточности». Одна девушка, например, больше двадцати лет жила в тени пятна на лице, и только оно определяло её самооценку. На первый взгляд это нелепо, но это реальная история.

Да, жизнь полна сравнений, но обычно люди редко ограничиваются одной деталью. Мы обычно смотрим шире, в комплексе. Пусть ты ниже ростом, зато остроумен и обаятелен. Или пусть у тебя есть пятно на лице – зато фигура прекрасная.

Главное – грамотно распорядиться теми ресурсами, которые уже есть. Смотря лишь на свои изъяны, легко пропустить солнце и не заметить звёзд.

Кроме того, неуверенные люди зацикливаются на своих промахах.

Если не остановиться и не взглянуть внимательно на эти жёсткие стандарты, человек продолжит мерить себя их мёртвой меркой.

Здесь ключ – рефлексия. Добился чего-то – остановись, разберись, какие новые сильные стороны проявились, внеси их в свою систему ценностей, научись видеть и признавать себя, освобождайся от навязанных убеждений. Потерпел неудачу – тем более сделай паузу, осмысли, какие слабости вышли наружу, какие уроки стоит вынести. Тогда поражение перестанет звучать как «Я плохой» и превратится в опыт.

Часто заниженная самооценка – это просто признак ленивого мышления. Не в бытовом смысле, а в нежелании рассматривать себя же как предмет анализа. Это как работа над проектом: если каждый раз идти вслепую, не делая выводов и не подводя итогов, всё становится только тяжелее. Даже достигнув результата, без обновления взгляда на себя удержаться на высоте не получится.

Жизнь – мастерская духа; над собой мы трудимся всю жизнь. Если смотреть лишь на внешние достижения и не замечать, не осмысливать свой внутренний мир – легко заблудиться.

С этого момента перестань мыслить о своей жизни по инерции ранних лет. Учись думать самостоятельно – это первый шаг к зрелости и уверенности.

Почему тебе кажется, что ты недостоин любви

Для многих нелегко дарить любовь, но есть и другая категория людей – тем ещё труднее принять её.

Ты, возможно, удивишься: разве бывают люди, которые не выносят того, что их любят?

Да, такие есть. Они не могут принять чью-то привязанность: встретив человека, которому они нравятся, они отстраняются. Боятся впустить чужое чувство, не умеют строить близость, которая приносила бы удовлетворение.

В повседневности такие люди никогда не решаются обременять других, не осмеливаются озвучивать свои потребности. Они привыкли жить ради других и через это подтверждать свою ценность. Но при этом они систематически игнорируют самих себя и не видят собственной значимости.

«Неспособные принять любовь» начинают ощущать давление уже в тот момент, когда чувства только зарождаются. В итоге они выбирают бегство, так и не позволяя себе быть рядом с тем, кто им дорог.

У моей подруги был именно такой опыт. Парень, который ухаживал за ней, дошёл даже до её подъезда – и всё равно она решительно не пустила его. Потом пряталась дома и плакала от боли. При этом дело было не в отсутствии симпатии – он ей нравился. Но казалось, что настоящая, счастливая любовь не может принадлежать ей. Саму картину взаимного чувства она не могла представить и потому при встрече с близким сердцу человеком испытывала не радость и волнение, а сильнейшее внутреннее напряжение. Единственным выходом для неё становилось бегство и отказ.

Она призналась мне:«Я просто думаю, что недостойна его и мне не стоит встречаться с таким замечательным парнем».

«Я боюсь, что, приблизившись к нему, покажу своё настоящее лицо – и это обязательно его разочарует».

«Лучше не начинать, чем в итоге разочаровать его».

В глубине души у неё всегда было убеждение: никто не способен полюбить её по-настоящему, никому не может понравиться её истинное «я». Поэтому за все эти годы она упустила многих, кто искренне пытался к ней приблизиться.

Своё состояние она ненавидела, но избавиться от него так и не смогла – оно стало привычным ещё с детства.

Иногда «неспособные принять любовь» ощущают, что они недостойны не конкретного человека, а самой любви как таковой, будто им вовсе «не положено» иметь отношения.

В итоге все они по одной причине остаются в одном и том же положении – состоянии «невостребованных», просто потому, что не умеют позволить себе быть любимыми.

Одна из моих клиенток, девушка по имени Сяоцзин, столкнулась с повторяющейся проблемой: в каждой своей любовной истории она неизменно оказывалась «брошенной».

Как только отношения становились официальными, её любовь и забота начинали расти день ото дня. А партнёры, наоборот, постепенно остывали: от первоначального восторга и внимания переходили к молчанию, затем – к холодности и формальности. После чего проявлялась скрытая агрессия – и в конце они сами предлагали расстаться.

Так было каждый раз: Сяоцзин всегда оказывалась той, кого оставляют.

Она объясняла это различиями между мужчинами и женщинами в восприятии отношений, и ей казалось это глубоко несправедливым.

–Я не понимаю,– говорила она. –Я так их люблю, забочусь, отношусь к ним лучше, чем к себе самой. Почему же они в итоге уходят?

Я спросила:

– А что сделали эти мужчины для тебя, чтобы ты так относилась к ним?

Сяоцзин замолчала, задумалась, а потом неуверенно произнесла:

– Разве они должны что-то делать?

И тут же добавила:

– Да, они действительно мало что сделали для меня. Но я ведь так много им дала, разве это не должно тронуть их? Разве может мужчина отвернуться от женщины, которая любит его и жертвует ради него всем?

Из слов Сяоцзин я поняла: в каждой её любви весь её внутренний мир занят партнёром, она постоянно обдумывает как удовлетворить его потребности. Не понимает, что именно её дотошная забота и безусловное исполнение желаний делают эту любовь пресной для другого. В глубине души он, вероятно, думает:«Мне и не нужно для тебя ничего делать, а ты уже так обо мне заботишься. Так где же тогда моя ценность? Какая у меня роль в этих отношениях? Похоже, мне лучше ничего не предпринимать!»

В отношениях человек, который без конца жертвует собой, будто бы выстраивает такую схему: «Я – мать, а ты – младенец. Позволь мне доказать, что я хорошая мама».

Но если партнёра постоянно удерживают в роли «ребёнка», нормальному человеку этого психологически никогда не хватит, ведь ему тоже хочется дарить любовь, ощущать свою значимость, чувствовать, что в нём нуждаются и его ценят.

Особенно для мужчины важно в отношениях переживать свою необходимость, силу и ценность.

Однако у «неспособного принимать любовь» всё устроено иначе: он отнимает у другого это право. Только отдаёт, но почти не принимает, а порой и вовсе сознательно избегает чужой заботы. В итоге партнёр оказывается в неловкой ситуации: может лишь принимать, но не имеет возможности вложить в отношения свои чувства. Так любовь не получает глубины и постепенно распадается.

«Неспособный принимать любовь» не даёт другому любить себя сильнее, чем он сам готов. Он как будто запрещает партнёру проявлять больше тепла и заботы. Итог предсказуем: чувства другого постепенно угасают.

Ирония в том, что сам «неспособный принимать любовь» даже не осознаёт: всё происходящее – это его собственных рук дело.

«Неспособные принимать любовь» не решаются тревожить других, стесняются высказывать собственные желания и уж тем более не просят для себя чего-то напрямую.

Моя клиентка Сяоцзин в повседневных отношениях вела себя почти так же, как и в любви. Она помогала другим, но не позволяла себе просить о помощи. На работе, кроме своих обязанностей, бралась за массу чужих дел. Хотя была довольно молода, коллеги звали её «старшей сестрой Цзин» – настолько привычным стало, что к ней обращались за поддержкой в любой ситуации. Но стоило трудности коснуться её самой, Сяоцзин словно теряла дар речи: просить о помощи она не могла, всё тянула одна. В результате нагрузка становилась тяжелее, а давление – сильнее.

Когда Сяоцзин пришла ко мне на консультацию, она уже была на грани эмоционального срыва.

Я спросила её:

– На первый взгляд у тебя хорошие отношения дома и на работе. Почему же ты взваливаешь на себя такой груз? Разве ты никогда не делишься с окружающими своими трудностями?

Сяоцзин призналась, что боится обременять других и у неё практически нет друзей, с которыми можно было бы поделиться сокровенным. Её дружба всегда строилась на односторонней заботе: она давала, но никогда не просила. Она не знала, как говорить о собственных потребностях.

Но ведь каждый человек, когда сталкивается с проблемами

Мне было очень жаль Сяоцзин. В её глазах весь мир состоял лишь из людей, которым она обязана помогать. Она совсем забывала, что сама тоже нуждается в заботе. Она не верила, что достойна того, чтобы кто-то сделал что-то ради неё, и потому не могла спокойно принять даже искреннюю любовь и поддержку.

Когда Сяоцзин была маленькой, для неё никто ничего не делал – от неё всегда толькотребовали: быть послушной, радовать родителей, оправдывать их ожидания. Стоило ей не дотянуть до этих стандартов – следовали упрёки и недовольство. Родители никогда не пытались услышать, чего хочет их дочь, и даже не догадывались, что у неё тоже есть свои потребности. Казалось, что с самого рождения Сяоцзин была не ребёнком, а чем-то вроде «няньки», обязанной удовлетворять желания родителей, не имея права на собственные. Любая её просьба воспринималась как обуза и раздражала.

Многие люди с такой же «неспособностью принимать любовь» выросли в условиях постоянных требований: быть «умными», «послушными», «не доставлять хлопот». Они давно забыли, что тоже имеют право на желания, что вправе ждать заботы и действительно достойны того, чтобы их потребности удовлетворяли.

Поэтому, когда кто-то проявляет к ним внимание и любовь, внутри поднимается сильнейшее чувство тревоги. Будто голос внутри твердит:«Да кто я такой, чтобы ты ради меня так старался?»

И это неслучайно – ведь ещё в детстве они раз за разом слышали от родителей тот же посыл:«Твои желания не важны», «Ты не заслуживаешь внимания», «От тебя требуется не мешать другим, а лучше вовсе не существовать».

Если в детстве ребёнка всё время воспринимают как взрослого или как инструмент, он постепенно начинает верить, что его собственные желания не имеют значения – будто их вообще не должно быть.

В его сознании остаётся одна установка: удовлетворять чужие потребности, только тогда он что-то значит.

Ребёнок перестаёт видеть себя, привыкает не замечать свои нужды, потому что никогда не было так, чтобы его услышали и его желание было выполнено. В глубине души он ощущает себя человеком второго сорта: весь его опыт говорит о том, что другие важнее, значит, равных отношений с ними быть не может.

Обычно у таких людей ещё в раннем детстве выстраивается особая модель: родители всегда наверху, а сам он должен вокруг них вертеться. Его никогда не учили быть хозяином жизни, только – заботиться о других, угождать, прислуживать. Мысль о том, что за ним могут ухаживать, что его могут любить, казалась недопустимой роскошью, не для него. Поэтому, став взрослым, он внутренне не имеет права просить для себя чего-то важного.

В итоге всё оборачивается так: он не умеет любить себя и не может позволить другим любить его. Более того, его привычное поведение притягивает к нему эгоистичных, холодных людей, которые умеют только брать и не знают, как отдавать.

Таких людей по-настоящему жаль.

Тогда как же преодолеть это состояние?

У таких людей искажено понимание самого себя, других, близости и самой любви. В их сознании живут ошибки:

«Мои желания не имеют значения. Я не должен заботиться о своих потребностях, тем более – просить о помощи или утруждать других ради этого».

«Чужие желания куда важнее. Моя ценность заключается только в том, насколько я полезен».

«Единственный способ удержать близость – это отдавать. Я не имею права позволить другим делать для меня больше, чем я для них, иначе они перестанут меня любить».

«В любых отношениях я обязан быть безупречным. Если я хоть в чём-то подведу, не выполню ожиданий, вся вина и ответственность будут на мне».

«Стоит мне удовлетворить чужие потребности – и меня полюбят».

Одним словом, люди, неспособные принимать любовь, убеждены: в любых отношениях их ценность измеряется тем, насколько они служат другим.

Если они не в силах удовлетворить чьи-то запросы, значит, они плохи, бесполезны и недостойны любви.

Суть травмы в том, что человек не любит самого себя: он утратил способность давать себе заботу и признание.

Он так долго жил в условиях «неполучения любви», что воспринял это как норму, а само ощущение «быть любимым» стало для него недосягаемой фантазией.

В глубине души у таких людей таятся рядом отвращение к другим и страх быть отвергнутыми. Именно эти чувства мешают им строить близкие отношения: либо партнёры отказываются от них, либо они сами тонут в своих обидах и презрении.

Их щедрость годится лишь для поддержания внешней, поверхностной гармонии; как только отношения пытаются стать глубже, у них вспыхивают ярость и страх. Ведь в настоящей близости никто не сможет скрыть своих настоящих потребностей – а они у «неспособных принять любовь» связаны с давними травмами, которые те не в силах забыть.

У таких людей внутри всегда живёт глубокий стыд.

Именно он мешает им спокойно принимать заботу, свободно обращаться за помощью, видеть и признавать свои желания. Стыд шепчет им, что они недостойны близости. Поэтому в отношениях они либо выдумывают истории о том, что их отвергают и бросают, либо проецируют это вовне – начинают сами придумывать причины, чтобы уйти от другого. Последний вариант мы и называем «неспособностью любить».

Их общая установка звучит так:

«Кто я такой, чтобы меня любили?»

«Чтобы заслужить любовь, нужно быть безупречным».

«Ты тоже должен быть безупречным, если хочешь моей любви».

Чтобы вырваться из этого круга, нужно научиться справляться со стыдом и отвращением, возникающими при встрече с самим собой. Нужно повторять себе:«Я достоин того, чтобы мир относился ко мне бережно».

В фильме «Умница Уилл Хантинг» есть момент, когда психотерапевт Шон говорит Уиллу:«Ты избегаешь и не доверяешь, потому что те, кто должен был любить тебя, однажды предали». А потом он берёт его за плечи, встряхивает и снова и снова повторяет:«Это не твоя вина!»

Поэтому перестань носить на себе чужой груз.

Отдай стыд и ощущение «ненужности» тем, кто действительно виноват, – это не твоя ноша.

Ты не сделал ничего такого, за что должен краснеть или чувствовать, что тебя могут презирать.

Научись относиться к себе с заботой и теплом.

Только полюбив себя, ты обретёшь силу принимать любовь других.

Доверие – это и умение, и выбор

У каждого человека есть свои симпатии и антипатии – это

Но с возрастом мы всё легче находим то, что раздражает и отталкивает, и всё труднее – то, что приносит радость.

Мы всё чаще жалуемся, что жизнь стала скучной, будто крепостью без выхода, где, чтобы испытать хоть каплю удовольствия, приходится прилагать невероятные усилия.

Мы всё яснее понимаем, чего не хотим, но всё реже можем приблизиться к тому, чего действительно жаждем.

И, вспоминая детскую свободу, беззаботность и яркость, невольно задаёмся вопросом:неужели взрослая жизнь действительно равна оковам, скуке и холодной пустоте?

Мир взрослых действительно отличается от мира детей:

Главное свойство зрелости – умение брать на себя ответственность. Осознать это – значит сделать шаг к настоящей взрослости.

Мы так часто жалуемся на скуку лишь потому, что слишком глубоко впитали чужие стандарты. Стараясь соответствовать «высоким» критериям, мы предали свою собственную природу.

Мы слишком часто действуем по правилу «исключать», а не «принимать». В итоге сами оказались в клетке этого отторжения – среди одиночества, недоверия и холодной подозрительности. Мы сравниваем, обвиняем, не верим, гонимся за «лучше и выше» – и тем самым замораживаем жизнь в бесконечной гонке.

Те, кто привык жить по принципу «отторжения», сами наполняют свою жизнь давлением.

В их подсознании мир – это поле битвы:

«Я обязан быть достаточно хорош, чтобы иметь право на место в обществе. Для этого нельзя остановиться – нужно постоянно стремиться вперёд. Я не в силах прекратить сравнивать себя с другими и боюсь проиграть в этом сравнении, иначе останусь без опоры».

Таким людям трудно выстраивать здоровые и гармоничные отношения: их уверенность держится на ощущении превосходства. Они чувствуют себя свободнее рядом с теми, кто внешне слабее или менее успешен, ведь такие не угрожают их хрупкой безопасности, не вызывают напряжения. Но, по сути, это больше похоже на подачку.

Чаще всего прибегают к такому правилу именно те, кто в глубине души ощущает себя «недостаточно хорошим». Внутреннее чувство неполноценности они компенсируют установкой«Я должен быть лучше всех».

Если в детстве ребёнку внушили, что «люди делятся на высоких и низких, знатных и ничтожных», он, став взрослым, будет отчаянно стремиться «вверх» – лишь бы не оказаться «внизу».

Если же в ранние годы человек жил в позиции слабости и бессилия, то во взрослом возрасте сделает всё, чтобы больше никогда туда не попасть.

Итог прост: он всеми силами старается быть «над другими», потому что не в силах признать свою обыкновенность.

Возможно, такие люди никому не причиняют зла, но и доверять никому не способны.

Встречаясь с другими, они привычно ищут недостатки, потому что их внутренний мир полон осуждения, а не принятия. Им кажется, что они по-доброму указывают на промахи, но чаще это вызывает отторжение.

Отсюда и распространённая ошибка в отношениях – желание всё время замечать слабости и пытаться кого-то исправить.

На самом деле секрет близости – в доверии и умении видеть хорошее. Доверие – это и навык, и выбор. Оно означает, что, встречаясь с человеком, мы в первую очередь смотрим на его сильные стороны и признаём его неповторимую ценность.

Доверяя другому, мы доверяем и себе. Мы признаём: с нами всё в порядке, нам не нужны иллюзорные украшения – достаточно идти вперёд своим шагом.

Мы не боимся проиграть, показаться смешными или столкнуться с презрением. Там, где чего-то не хватает, мы можем развить навык, а не отчаянно защищать свой образ.

Когда мы воспринимаем себя не как застывший монумент, а как живое существо, которому суждено расти, рост становится естественным.

Как сказал гипнотерапевт Стивен Гиллиган:

«Не держите жизнь в руке как меч, держите её как птицу».

Некоторые скажут:

«Я не против открываться, но мир слишком жесток, поэтому верить страшно».

Попробуем разобраться, что такое зрелое доверие.

Прежде всего – осознанный выбор. Ты можешь решить открыть сердце другому, но не вправе требовать от него такой же отдачи.

Если твоё доверие не оправдали, перестанешь ли ты верить людям вообще?

Так часто и рождается недоверие: одно предательство – и человек живёт в страхе всю жизнь; один неудачный роман – и он больше не верит в любовь; одна ошибка – и он боится рисковать до конца дней. Это распространённая ловушка.

Доверяя, мы прежде всего освобождаем себя.

Мы выходим из темницы страха и даём себе шанс встретить хорошее. Чем больше доверия в нас, тем выше вероятность, что с нами произойдут светлые вещи.

И ещё одно – важно уметь озвучивать свои позитивные ожидания:

«Я верю: у тебя получится».

«Я хочу…»

Такие слова открывают пространство доверия.

В отличие от упрёков и постоянных исправлений, которые, в сущности, всегда выражают недоверие и неуважение, открытая вера в человека делает отношения мягкими и прочными.

Неуверенность видна, а за ней всегда скрываются отношения

Если попробовать перечислить главные болезни души современного человека, то на первом месте наверняка окажется чувство неполноценности.

Можно сказать, в сердце каждого в той или иной степени живёт эта тень: смутное ощущение, что с тобой что-то не так, и постоянный страх чужой оценки.

Многие убеждены, что причина кроется в собственной «неуспешности». Поэтому они изо всех сил стараются стать лучше, развивают способности, добиваются новых результатов – лишь бы заглушить внутреннее чувство неполноценности.

Но проходит время, и усилия оказываются напрасными – а порой и приводят к обратным результатам: чем больше человек старается, тем сильнее его охватывает всё то же чувство собственной ущербности.

В чём же истинная причина?

С точки зрения психологии чувство неполноценности почти не связано с тем, насколько человек успешен, а гораздо больше зависит от ранних отношений с родителями. Иными словами, если отец и мать постоянно предъявляют к ребёнку недостижимые, всё более жёсткие требования и не принимают его природных особенностей, то у ребёнка формируется хроническое недовольство собой. Как бы он ни старался, он никогда не дотягивает до этих стандартов. Даже добившись определённых успехов, он не встречает признания: родители остаются слепы к его достижениям.

В такой атмосфере ребёнок растёт в постоянной боли.

Родители же искренне полагают, что непрерывная критика и давление непременно приведут к прогрессу и в итоге помогут вылепить из ребёнка идеального человека, соответствующего их ожиданиям.

Парадокс в том, что многие истины, которые так легко произносить, в повседневности начисто забываются. Например, простое правило «Не делай другому того, чего не желаешь себе». Родители, которые сами когда-то учились

В сфере человеческих отношений есть понятие «во имя любви». Оно касается не только романтических чувств, но и родственных связей.

Ребёнку, выросшему в неблагополучной семье, трудно во взрослом возрасте принять себя настоящего. Если в детстве родители видели лишь его недостатки и упорно игнорировали достоинства, он, повзрослев, будет сосредоточенно разглядывать собственные изъяны, постоянно нападать на себя и считать себя никчёмным. А если взрослые всё время указывали ему на чужие успехи и сравнивали его слабые стороны с чужими сильными, он затем бессознательно повторит эту модель: начнёт сравнивать себя с другими и мерить собственные несовершенства чужими достоинствами. Так человек оказывается в ловушке комплекса неполноценности и не может выбраться из неё.

Следовательно, самоощущение «я хуже других» возникает вовсе не из-за отсутствия способностей. Его источник – навязанные в детстве и перенесённые во взрослую жизнь отношения насильственного характера. Когда-то это проявлялось в «карательной» педагогике, а став взрослыми, мы сами становимся на место родителей и продолжаем жить в режиме «самоистязания».

Мы часто объясняем чувство неполноценности нехваткой способностей, хотя, по сути, это история про отношения и про картину мира.

Почему неуверенность – вопрос мировоззрения?

Потому что годами мы слишком легко примеряли к себе чужие критерии – мерки «коллектива». Из-за этого нам трудно принять своё настоящее «я»: шаг за шагом мы отворачиваемся от него и вместо этого стремимся получить внешнее признание.

Чтобы по-настоящему выбраться из этой ловушки, нужно сначала изменить не себя, а взгляд на себя – понять, как ты связан с миром.

Глаз видит лишь «я хуже», но за этим лежит целая сеть отношений, которую удаётся разглядеть только сердцем.

«Надо» – клетка собственных ограничений

Один мой клиент признался: хоть его материальное благосостояние и хорошее, он по-прежнему ощущает низкое качество жизни; дни бессмысленны, всё вокруг мёртво и пусто.

В ходе консультаций он не раз подчёркивал свои активы и доходы – и только тогда выглядел почти счастливым. Пока мы говорили о его блестящих достижениях, настроение немного поднималось, но стоило разговору смениться – он снова погружался в уныние.

–Но какой в этом толк? Я всё равно несчастлив.– В его печали было много злости, в отличие от депрессии.

–Похоже, ты чувствуешь, что мир тебе много должен, и из-за этого испытываешь ярость?– предположила я.

– Конечно. Я столько работал, а жизнь не вернула мне желаемого: у меня нет родственной души, нет той жизни, о которой мечтал.

– Ты полагаешь, что раз добился успеха и стал обеспеченным, жизнь обязана отплатить – дать любящего партнёра и спокойное, уютное существование?

– А разве нет?

Другая моя клиентка – красивая талантливая девушка.

Она долго не решается начать отношения, потому что никто из мужчин не соответствует её идеалу. Это вызывает у неё обиду, порой – злость, а иногда и горькие жалобы на несчастную судьбу.

Я спросила её:

– Как ты думаешь, каким должен быть твой парень?

– Мой парень должен уметь ценить мои достоинства.

– То есть ты хочешь, чтобы он поклонялся тебе как богине?

После моего вопроса ей стало немного неловко.

Действительно, по всем внешним признакам она тянет на богиню: рост метр семьдесят, училась за границей, привлекательная, у неё собственный бизнес и обеспеченная семья.

Но проблема в другом: она воспринимает себя как богиню. В жизни она держится холодно, высокомерно и ждёт, что люди вокруг начнут её восхвалять. Когда этого не происходит, её охватывает злость.

Я спросила:

– Ты когда-нибудь думала о чувствах тех, кто рядом?

С её разрешения я слегка изобразила того, кем она выглядит со стороны. Она посмотрела на эту «мини-постановку» и рассмеялась.

–Ты хочешь сказать, что я дура?– спросила она.

– Нет. Но после того как ты сейчас говорила, в твоём голосе стало меньше надменности, и мне показалось, что ты стала ближе к самой себе.

Она быстро поняла:

– Неужели из-за того, что я постоянно стараюсь выглядеть возвышенной, людям это не нравится?

– Если ярлык «богиня» не делает тебя счастливой, зачем ты так цепляешься за него? Живя в застывшей роли, ты превращаешься в марионетку в чужих руках.

В жизни немало людей стремятся прожить себя в образе «богини».

Они выставляют напоказ свои преимущества – статус, доход, титулы – и ждут, что окружающие будут «падать ниц» перед ними.

В бизнесе такой подход, возможно, ещё может сработать, но в близких отношениях или обычном общении, если повсюду демонстрировать лишь «капитал», людям становится трудно разглядеть твою подлинную сущность. А значит, искренняя связь с тобой почти невозможна.

Другим нужен живой человек из плоти и крови – любимый, друг, партнёр, – а не нарочито холодная «богиня» или возвышенный «элитарий».

На деле же в голове у каждого полно неосознаваемых «надо». Мы незаметно оказываемся в плену этих «должен». Такое мышление формируется из внушённых в детстве ценностей или опыта взросления. Иногда оно помогает, но куда чаще – сковывает и лишает свободы.

В обоих примерах, приведённых выше, ясно видно, как так называемых успешных людей ограничивает мышление «должен».

Добившись каких-то внешних достижений, они начинают по привычке требовать от мира и окружающих слишком многого. А когда ожидания рушатся, им кажется, будто мир устроен несправедливо. Эта гордыня не позволяет принять реальность – и в итоге рождает страдание.

Другие, наоборот, мучаются, когда не дотягивают до собственных планок. Их гложет неприятие себя. Потерпев неудачи на пути к успеху, они проваливаются в стыд, который со временем перерастает в ожесточённую самокритику и даже в жестокие акты самонаказания.

Дети, которых родители не научили безусловной любви и принятию, вырастая, так и не знают, что такое любовь и что такое подлинность. Они не верят ни в одно, ни в другое.

Ведь когда они были маленькими, их ценили лишь за оценки и достижения, а не за то, кто они есть.

Поэтому, став взрослыми, они ищут связи с миром через внешние, утилитарные знаки и символы.

Это похоже на человека, который в дождливый день не замечает красоты дождя, а думает только о возможном ущербе.

Итог закономерен: боль и пустота, потому что подлинное «я» так и остаётся нераскрытым, а жизнь – неустойчивой и тревожной.

Мышление «должен» – искусственная конструкция в нашей голове. Мы выстраиваем её сами и начинаем ограничивать не только себя, но и окружающих. Требуем от себя и

Стив Джобс сказал:Stay hungry, stay foolish – «Оставайся голодным, оставайся наивным».

Почему так важно «ничего не иметь и ничего не знать»? Потому что как только мы слишком крепко хватаемся за своё «иметь» и «знать», мы начинаем обманываться, теряем себя, увязаем в иллюзиях и постепенно отдаляемся от подлинной жизни.

В психологии так много внимания уделяется родительской семье и жизненному пути человека именно потому, что каждый легко становится пленником собственного опыта. Мы живём в прошлом, принимаем старые уроки за незыблемые истины, не осознавая, что давно превратили их в оковы.

Фраза Джобса напоминает: относись к «опыту» настороженно. Попробуй отступить, сбросить лишний груз, взглянуть на мир с позиции пустоты – без багажа, без навязанных представлений. Так сохраняется исходная чистота восприятия.

Мы слишком привыкли мерить себя результатами: то успехами, то неудачами. Но ни то ни другое не определяет подлинное «я». Настоящее «я» – тот, кто в глубине всегда остаётся «ничего не имеющим и ничего не знающим». А раз так, то нам нечего терять и не за что цепляться: в конце пути мы возвращаемся к этой изначальной пустоте.

В жизни мышление «должен» рождает множество гнева и обид.

Когда ты снова оказываешься в этих чувствах, попробуй остановиться, прислушаться к себе и задать несколько простых вопросов:

«Чего именно я требую от себя?»

«Чего добиваюсь от других?»

«Откуда во мне это требование?»

«Что я боюсь потерять?»

Каждый из нас хочет, чтобы мир подстраивался под наши желания. Но это всего лишь ожидание, а не закон, по которому устроена жизнь.

Когда реальность идёт своим путём и не совпадает с твоими представлениями, важно отпустить внутренние правила и рамки.

Вместо контроля выбери любопытство: иди навстречу себе, людям и миру с открытым сердцем. Отпусти «должен» – и тогда чувства вновь смогут течь свободно.

Жизнь – не поле боя, а отрезок пути

Ты часто чувствуешь, что тело скованно, эмоции тревожны, а расслабиться никак не получается?

Если ответ «да» – значит, ты, возможно, застрял в состоянии разлитого напряжения.

В некоторых ситуациях тревогу легко заметить: встреча с незнакомым человеком, первые рабочие дни после выпуска, важный экзамен, публичное выступление, срыв дедлайна.

Тело реагирует явно: учащается сердцебиение, выступает пот, краснеет лицо, появляется дрожь, голос теряет уверенность.

Но бывают и другие ситуации, когда тревога не так заметна. Вроде бы ничего особенного не происходит, а тело всё равно напряжено, мысли беспокойны, и это состояние, словно фоновая музыка, сопровождает жизнь.

Чаще всего оно проявляется в общении или, наоборот, в одиночестве. Тогда мы говорим:

«Он слишком много думает, всё время на нервах».

«У неё тревожное расстройство личности».

«Он слишком чувствителен, малейший повод – и уже не спит».

Именно такая скрытая, «разлитая» тревога куда опаснее очевидной. Её легко принять за черту характера и просто игнорировать. Иногда человек даже не подозревает, что он хронически напряжён, пока ему не скажут:«У тебя лицо каменное, ты совсем не расслаблен».

Эта невидимая тревожность разрушает незаметно: она держит нас настороже, мешает раскрывать способности и постепенно лишает вкуса к жизни.

Почему мы всё время напряжены?

Отчасти это связано с врождённым темпераментом, то есть с типом нервной системы.

Например, люди с меланхолическим складом психики обладают слабым и неустойчивым типом нервной системы. Столкнувшись с внешними раздражителями, они быстро исчерпывают регулятивные возможности, поэтому их стрессоустойчивость низкая. Чтобы защититься от слишком сильного воздействия, они вырабатывают особую защитную позу: становятся чрезмерно чувствительными и реагируют на любое мелкое событие как на угрозу.

Но врождённые факторы – лишь малая часть картины. Гораздо чаще напряжение формируется под влиянием среды.

1.Атмосфера взаимных нападок в семье.

Толстой писал:«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая несчастлива по-своему».

Один из вариантов – это семья, где царит постоянная агрессия.

В таких домах люди привыкают общаться через поиск недостатков друг в друге, упрёки и обвинения. Эта странная форма взаимодействия становится для них способом ощущать собственную силу. Сначала это проявляется как взаимное недовольство между супругами: постоянные уколы, принижение, словесные нападки. Каждый становится для другого «строгим рецензентом», который никогда не хвалит. Когда в семье появляются дети, этот стиль общения легко переносится и на них.

Бывает и иначе: супруги не выясняют отношения между собой, но ребёнок превращается в мишень – его унижают, критикуют, на него сыплются словесные удары. В такой атмосфере он живёт в постоянном страхе.

Самое печальное: в условиях ежедневного напряжения человек не способен расслабиться. Никогда не знаешь, где минное поле и когда рванёт петарда. Приходится быть настороже каждую секунду.

Многие дети растут в состоянии хронического нервного перенапряжения: у них появляются головные боли, неврастения, чувство постоянной скованности. Но врачи нередко не находят объективных причин.

Поэтому родителям, чьи дети страдают от таких симптомов, я бы посоветовала сначала внимательно посмотреть на атмосферу в семье. Можете ли вы дома спокойно дышать и свободно проявлять себя? Или же это пространство излишне напряжённое и подавляющее? Велика вероятность, что детская нервозность, боли и постоянное напряжение – прямое следствие той обстановки, которую создают взрослые.

2.Эмоционально нестабильные, вспыльчивые родители.

Такие родители непредсказуемы: сегодня они добрые и ласковые, завтра – раздражённые и гневные. Их настроение скачет, словно вагончик на американских горках. Для ребёнка это означает, что дом превращается в непостоянную, хаотичную среду.

Чтобы выжить в условиях постоянных перемен, ребёнок вынужден быть настороже каждую секунду. Это естественный инстинкт – сохранять бдительность, когда опасность может возникнуть в любой момент. Но жить всё время с включённой тревогой невозможно без последствий: дети растут напряжёнными, пугливыми, внутренне сжатыми.

3.Семьи, где правила важнее людей.

В некоторых семьях всё построено на бесконечных правилах. Они касаются всего: от школьных оценок до того, как правильно сидеть на диване, какую обувь носить или какого цвета надеть рубашку.

На самом деле за этим стоит не забота о воспитании, а внутренняя агрессия родителей. Строгие правила – всего лишь предлог, чтобы выплеснуть раздражение и контроль. Такие взрослые сами находятся под властью сурового «сверх-я» и в доме играют скорее роль надзирателя, чем заботливого отца или матери.

Ребёнок в подобной семье растёт в атмосфере подавленности. Он не может свободно жить и проявлять себя: нужно без конца сверяться с правилами, чтобы не ошибиться. Взрослея, такие дети становятся серьёзными, скованными, настороженными: им страшно сделать шаг в сторону, будто любое отклонение

4.Дети, лишённые чувства безопасности.

Источников этой утраты может быть много: ранние травмы разлуки, опыт травли, неблагополучные отношения родителей.

Когда у человека нет внутренней опоры, расслабиться почти невозможно.

Я однажды встретила человека, который страдал от острой нехватки безопасности. Он спал всего по два-три часа в сутки, выкуривал бесчисленное количество сигарет. Его состояние было натянуто до предела, и представить качество его жизни нетрудно: оно было катастрофически низким.

5.Люди с заниженной самооценкой.

У тех, кто плохо о себе думает, напряжение выражено особенно ярко.

Обычно это связано с глубокой неуверенностью: человек всё время ощущает собственную «несостоятельность», боится, что окружающие заметят его слабости. Поэтому он живёт в состоянии тревоги, повышенной чувствительности и скованности.

Без преувеличения можно сказать: для многих напряжение стало привычным состоянием жизни.

Есть один способ проверить, живёт ли в нас скрытое напряжение.

Задай себе вопрос: когда ты остаёшься наедине с собой, удаётся ли тебе по-настоящему расслабиться? Или тревога почти всегда рядом и ты тут же начинаешь сам себя укорять?

У большинства людей честный ответ будет таким: расслабиться очень трудно.

Так что же происходит в душе у тех, кто легко впадает в зажим, особенно в скрытый, фоновый?

6.Склонность к самобичеванию.

Это коренится в требовательных родителях и в семьях со множеством правил.

Люди, которые нападают на самих себя, ставят перед собой чрезвычайно высокие планки: в их голове словно живёт полицейский, всматривающийся в каждое движение. Стоит лишь допустить отклонение от стандарта – тут же следует наказание.

Душа такого человека похожа на поле боя, где непрерывно идут сражения. Если сравнить внутренний мир с домом, то им не под силу создать в нём уют – они превращают его в зал суда и плаху, размахивая воображаемым ножом и молотом.

7.Сильное недоверие к внешнему миру.

Тем, кто легко напрягается, трудно по-настоящему положиться на людей: они либо съёживаются, либо выставляют тяжёлую броню. Но ни то ни другое не даёт им возможности выстроить тёплые и спокойные отношения.

Они воспринимают взаимодействие как борьбу силы и слабости, как схему «победить – быть побеждённым», а не как взаимную поддержку.

Они также привыкли давать действительности мрачные прогнозы. Оказавшись в новом месте или встретив незнакомца, такие люди сразу же внутренне сжимаются: в основе их первых мыслей лежит убеждённость, что окружающие настроены враждебно. Эти мгновенные предположения уходят корнями в старый опыт, который продолжает управлять реакциями даже спустя годы.

Некоторые идут дальше – начинают бояться людей или видеть в них угрозу, замыкаются. Подавляя собственные потребности, они превращаются в сосуд, переполненный давлением, который в любой момент может взорваться.

8.Склонность к тревоге.

Некоторые в повседневности похожи на муравья на раскалённой сковороде: не могут успокоиться ни на минуту. Они суетливы, им трудно усидеть на месте, постоянно кажется, что с ними что-то не так и что осталось ещё слишком много незавершённых дел.

В таком состоянии привычный ритм жизни разрушается. Каждый человек от природы способен устанавливать глубокие связи с людьми, но у них эта способность ослабевает, и остаются только поверхностные контакты.

Они действуют утилитарно, превращая себя в инструмент. Например:

• целыми днями учатся, хотя не любят учёбу;

• бесконечно ходят на свидания, но ищут не любовь, а подходящего кандидата для брака;

• изнуряют себя переработками, хотя работа не приносит радости, а служит лишь способом заработать.

Так человек вступает в гонку за «социальными целями», но внутренне всё равно остаётся неспокойным и растерянным.

Когда человек плохо понимает себя и общество, он легко наполняет собственную жизнь постоянным поиском выгоды и потребительством. В современном мире именно такая крайняя «рыночная» установка толкает многих к тревоге и депрессии: они оценивают себя по чужим ярлыкам, недооценивают свой потенциал.

Но ведь каждый человек бесценен.

Только уважая и понимая себя, развивая подлинные интересы, любя тех, кто действительно достоин любви, можно установить глубокую связь с миром и жить спокойно и уверенно.

9.Чрезмерный самоконтроль.

Многие живут по закону «должен». Под ним скрываются усвоенные с детства правила о том, каким «надо» быть и как «правильно» поступать. Например: каждый день ты обязан выполнить определённое количество задач, написать несколько текстов; не имеешь права лениться, тратить время впустую.

Те, кто живёт по этим «должен», обращаются с собой так, будто управляют не живым человеком, а наёмным рабочим.

Итак, как же ослабить свою напряжённость или даже избавиться от неё?

Прежде всего, нужно понять одну простую вещь: жизнь – это не поле битвы, а отрезок времени.

10.Перестаньте нападать на себя и учитесь радоваться жизни.

Многие воспринимают жизнь как тяжёлую повинность и искажают сам смысл трудностей. Ради успеха и счастья они никогда не разрешают себе лёгкости и удовольствия.

Остановите самобичевание: только позволив себе жить свободно и комфортно, вы сможете по-настоящему найти то, что любите, а вместе с этим – достичь успеха и испытать счастье.

11.Попробуйте доверять другим и смягчаться в опоре на них.

Люди, склонные к внутреннему зажиму, часто бывают слишком агрессивны, потому что не умеют сотрудничать и им трудно довериться. На самом деле им нужно учиться не давить и не нападать, а именно доверять; не прятать трепетные стороны себя под бронёй, а позволять себе зависеть от других.

Когда они строят отношения, основанные на взаимной поддержке, напряжение отступает: их уязвимость получает безопасное место, и вместе с ним исчезают страх и постоянная зажатость.

12.Уменьшите контроль над собой и избавьтесь от лишних «должен».

Те, кто живут по бесконечным правилам «я обязан», легко теряют подлинное «я» и погружаются в тревогу.

Только перестав чрезмерно контролировать себя, человек обретает мгновения подлинного покоя и расслабления.

Поэтому учитесь замедляться и находить глубокую связь с миром: только так можно обрести своё устойчивое и надёжное место в жизни.

Желаю вам научиться наслаждаться каждым днём, чаще прислушиваться к голосу сердца, уважать себя и позволять себе расслабляться.

Часть 3

Лучшие отношения – это близость, в которой остаётся место для дистанции

Перестаньте жить в иллюзии и искать снаружи «защитника». Научитесь отвечать за себя.

Каким бы ни был внешний мир, главное – научиться нравиться себе.

Почему ты выстраиваешь неловкие отношения

Когда я учился в начальной школе, у меня был учитель математики, который особенно любил доводить меня до слёз.

Этот учитель быстро понял, что я легко расстраиваюсь, и считал своим долгом вывести меня на слёзы.

И всякий раз, когда я начинала плакать, он радостно, будто провернул удачную шалость, кричал:

– Смотрите! Смотрите! Опять заплакала! Опять заплакала!

После этого весь класс громко смеялся, а я стояла, чувствуя себя невероятно неловко и ужасно несчастной.

Когда я повзрослела и обсуждала этот эпизод с психотерапевтом, то поняла, что мне трудно ясно описать, какое именно воздействие эта история оказала на меня.

Конечно, она принесла травму: поведение учителя внушало глубокое чувство неполноценности и заставляло думать, что я плохая ученица. Я спрашивала себя: почему другие не плачут, а плачу только я? В какой-то момент решила, что он просто меня не любит.

Иногда я ощущала сильное отвращение к нему, но не была уверена, что это именно ненависть. Сомнения возникали потому, что вне класса он на самом деле обо мне заботился. Позже, когда я поступила в университет или добилась успехов в работе, он искренне гордился мной.

Был ещё один момент: он был коллегой моей мамы. Она всегда говорила, что у него «холодная наружность и тёплая душа», просто немного странный характер.

Теперь я понимаю, почему он тогда так со мной поступал. Он симпатизировал мне и хотел сблизиться. Но для человека с «особенностями» его способ выражать привязанность заключался в том, чтобы поставить меня в неловкое положение – лучше всего довести до слёз.

Это напоминало манеру подростков: если им кто-то нравится, они выражают своё расположение через озорство или даже разрушительные шалости.

Но тогда для меня такой способ общения был скорее пугающим и отталкивающим.

Позже я поняла: вероятно, именно из-за этой манеры выражаться у моего учителя не складывались отношения с коллегами. Его поведение было трудно понять, оно вызывало больше негативных реакций, чем тёплого отклика.

Несколько моих клиентов на консультациях рассказывали, что в их жизни складываются напряжённые, «неловкие» отношения с окружающими.

У кого-то сложности возникали с начальником: на работе они постоянно спорили с руководителем и шли ему наперекор. У других проблемы появлялись во взаимодействии с учителем, тренером или соседями по комнате.

При разборе таких ситуаций оказывалось, что никто из них не осознавал собственные истинные потребности в этих отношениях.

Например, тот клиент, который всё время спорил с начальником, не замечал, что в глубине души многого ждал от него: хотел, чтобы руководитель ценил его, относился с симпатией и выделял среди других. Когда же он понимал, что начальник не оправдывает этих ожиданий, в нём поднималась сильная злость. Тогда он выражал разочарование через недовольство, сопротивление и конфликты. Особенно резко это проявлялось в моменты, когда руководитель обращал внимание на других сотрудников: его обида усиливалась, и он ещё сильнее демонстрировал своё подсознательное желание – «меня должны замечать».

Это похоже на ревность в любовных отношениях. По сути, всё его поведение объясняла жажда получить внимание и признание. Но он не осознавал, что зависимость от руководителя заставляла его всё время зацикливаться на том, справедливо ли тот поступает и ценит ли именно его.

Казалось, он конфликтует из-за несправедливого поведения начальника. Но причиной была его собственная глубокая потребность во внимании и признании, которую он не хотел принимать. В результате отношения становились всё более напряжёнными.

Иными словами:

«Я устраиваю конфликт, потому что хочу, чтобы ты замечал и ценил меня. Но раз ты этого не делаешь и даже не видишь моих потребностей, я начинаю протестовать и нападать».

Тот же клиент признался:«Хотя я постоянно спорю и нападаю на него, внутри я всё равно хочу, чтобы он меня принял».

И предсказать итог нетрудно: даже самый терпеливый и мудрый руководитель в такой ситуации в конце концов начнёт испытывать раздражение. Так постепенно формируется отчуждение и в итоге – разрыв отношений.

Похожая история произошла с другой клиенткой, которая никак не могла наладить контакт с тренером в спортзале. Вначале ей было важно, чтобы он уделял ей внимание и показывал, что ценит её. Но стоило тренеру допустить какое-то невинное случайное действие, которое она воспринимала как равнодушие, она замыкалась и начинала вести себя вызывающе: нарочно делала упражнения неправильно, притворялась, что не понимает его объяснений.

Так проявлялась её бессознательная месть – скрытое выражение обиды на «невнимание». Она не осознавала, насколько для неё важен тренер, и не замечала, что за внешним сопротивлением скрывается злость.

Подавляя настоящие потребности, она только сильнее запутывала отношения. На словах ей казалось, что тренер ей безразличен, а на деле её подсознание давно выдало её внутреннюю увлечённость.

Признать и принять собственные потребности – это и есть настоящая справедливость.

В детстве меня нередко упрекали за застенчивость и за то, что я старалась избегать общения.

Моя мама любила открытых и общительных детей, а мою стеснительность терпеть не могла. С ранних лет она постоянно упрекала меня и даже подключала к этому других членов семьи. В итоге долгое время я сознательно избегала общения и становилась всё более зажатой.

Когда я познакомилась с психологией, задалась вопросом: что же на самом деле значит быть «открытым»?

Со временем я поняла: открытость – это умение без стыда признавать свои потребности и уверенно их выражать.

Оглядываясь назад, вижу: в детстве моя замкнутость и стеснительность были следствием среды, где мне не давали внутренней уверенности в собственной ценности. Напротив, мама всё время посылала сигнал:«Ты недостаточно хороша», «Ты хуже других детей». Она снова и снова высказывала недовольство мной и убеждала, что я плохой ребёнок.

Когда человек не уверен, что он «достаточно хороший», у него не бывает внутренней свободы. Сознание пропитано стыдом за самого себя. А тот, кто ощущает стыд за своё существование, вряд ли сможет открыто и достойно заявлять о своих желаниях. Возможно, у него просто не было ни шанса, ни пространства, чтобы честно взглянуть на свои потребности.

Человек, которого не поддерживают и не признают, редко находит в себе силы открыто заявлять о своих желаниях. Подсознание ищет обходные пути и выражает потребности в скрытой форме.

Один из самых распространённых способов – упрёки и недовольство. За ними часто скрывается жажда признания и внимания. Многие прибегают к этому методу потому, что среди множества искажённых форм выражения потребностей он кажется самым безопасным и при этом достаточно эффективным.

С одной стороны, упрекая и обесценивая других, человек получает иллюзию превосходства и чувство правоты, сохраняет целостность и защищает хрупкое эго. С другой – перекладывает на окружающих груз разочарований и неудовлетворённых ожиданий, а сам на время испытывает облегчение.

Многие родители – настоящие мастера в этом.

Одни, к примеру, жертвуют карьерой и всеми силами стараются вылепить из ребёнка «успешного человека». Они пристально следят за каждым его шагом, вкладывают всю энергию в воспитание, а любимая их фраза звучит так:«Я же всё это делаю ради тебя!»или«Ради тебя я отказался от своей жизни!».

Ребёнок оказывается в ловушке морального шантажа: перед ним стоит установка «ты обязан добиться успеха», и пути назад нет. Иногда он чувствует в отношениях с родителями напряжение, но объяснить словами, что именно не так, не может. Тогда, лишённый собственной мотивации, он выражает протест по-своему: срывает дела, портит результаты, бессознательно выплёскивая злость на то, что его жизнь присвоили.

Многие родители переносят на детей свои несбывшиеся мечты, ожидая, что именно они воплотят их стремления. Ведь самим им страшно признать: путь к успеху полон препятствий, а иногда усилия так и не приносят результата. Чтобы не сталкиваться с болью поражений, они предпочитают не рисковать собственной самостью и «поручают» всё ребёнку.

В крайних случаях такая позиция перерастает в нарциссическое расстройство: человек не способен честно взглянуть на себя, строит раздутый образ величия, а удерживать его удаётся только за счёт обесценивания окружающих. В итоге он не может строить равные и тёплые отношения – только связи, основанные на контроле, манипуляции и эксплуатации.

Если бы такие родители смогли признать простую истину, что их нарциссизм рождается не из силы, а из глубокой, въевшейся в душу неуверенности и слабости, – у них появился бы шанс выбраться из этого замкнутого круга и не превратиться в человека, от которого все стараются держаться подальше.

Оглядываясь назад, я понимаю: с того момента, как я научилась честно смотреть на свои собственные потребности, я стала гораздо менее скованной и застенчивой.

Я признала то, как сильно на меня повлияли слова мамы.

Как остро я нуждалась в похвале и признании.

Свои реальные условия – рост, внешность, характер, способности.

Признала жажду успеха и денег.

Земную, «обычную» сторону – перестала от неё отмахиваться.

Свои тревоги и страхи.

Раньше я была робкой и стеснительной, потому что в нашей семье открыто говорить о своих желаниях было трудно. Например, мама хотела, чтобы я добивалась успеха и этим восполняла её собственные сложности в общении. Но вместо того, чтобы признать это, она навешивала на меня ярлыки и перекладывала тревогу в отношениях на мои плечи.

Когда я поняла, что со мной всё в порядке, смогла прямо и спокойно выражать свои желания.

Кто рождается робким или скованным? Никто. Это лишь защита: мы прячемся, когда слишком много раз сталкивались с отказом и неприятием.

Каждый из нас хочет признания, принятия, внимания и похвалы. Это глубинная человеческая потребность. Все живые существа хотят быть увиденными. И если на этом пути нас раз за разом останавливают, мы начинаем искать обходные пути: прячем настоящие желания, маскируем их. Так ненависть становится выражением любви, а недовольство – проявлением близости.

И когда в жизни появляется «неудобная» или странная связь с кем-то, стоит сначала спросить себя: а не во мне ли причина? Если да – пора разложить по полочкам свои истинные чувства. Когда внутри всё встанет на место, выровняются и внешние отношения.

Мы выросли до великанов, но оказались пленниками «острова»

Не знаю, с какого момента это началось, но будто каждый из нас стал всё более самостоятельным.

Возможно, потому что мы слишком часто слышали:«В этой жизни рассчитывать можно только на себя». Мы старались укрепить свои «защитные доспехи», снова и снова накапливая навыки, которые должны были сделать нас более «безопасными».

В итоге мы стали сильнее и самостоятельнее… но усталость и одиночество лишь росли. Уровень жизни заметно поднялся, а чувство принадлежности куда-то исчезло. Радость тоже стала труднодостижимой.

Независимость – своего рода «болезнь» современного человека: она прячет уязвимость и создаёт иллюзию контроля над жизнью.

Она так высоко ценится потому, что сегодня многие ставят знак равенства между независимостью и силой. Мы превозносим силу, потому что общество всё больше движется в сторону «антихрупкости».

У каждого времени есть своя господствующая культура. Всё, что ей противоречит, быстро оказывается в сфере «постыдного». В обществе, где главным ориентиром становится культ силы, слабый неизбежно несёт в себе чувство стыда. Оно заставляет позволять себе быть только сильным и никогда – слабым.

Но уязвимость – естественная часть человеческой природы. Когда мы боимся признаться в ней и считаем её чем-то постыдным, мы прячем её как «недостаток», стараясь не выдать себя, чтобы не стать объектом насмешек.

Подавляя свою уязвимость и всё усерднее скрывая её, человек становится всё более независимым – и вместе с тем теряет способность опираться на других.

В популярном когда-то сериале «Моя прошлая жизнь» актриса Юань Цюань сыграла Тан Цзин – женщину, чья независимость поражала, но которая внутри оставалась очень уязвимой. Чтобы скрыть эту уязвимость, в близких отношениях, она никогда не позволяла себе опереться на партнёра.

Её возлюбленный Хэ Хань тоже отличался ярко выраженной независимостью: он привык демонстрировать силу через контроль и завоевание. Тан Цзин тщательно прятала свою слабость, поэтому Хэ Хань её не замечал. В итоге, несмотря на годы отношений, они так и не смогли прийти к настоящему союзу – к близости, где есть доверие и возможность делиться своей уязвимостью.

Сегодня рождаются тысячи «Тан Цзин» и «Хэ Ханей»: их личные способности растут, а близкие отношения становятся всё более хрупкими.

Когда мы в одиночку работаем или сражаемся с обстоятельствами, мы – герои. Но как только речь заходит о том, как строить отношения между мужчиной и женщиной, – мы оказываемся беспомощными.

На самом деле уязвимость есть у каждого. Но если мы слишком стараемся быть «несокрушимыми», мы закрываемся изнутри. Если человек не позволяет себе показать слабость, со временем она превращается в тяжёлый камень, который тянет его вниз и не даёт двигаться вперёд.

Те, кто не решается показать свою уязвимость, обычно обладают мощными защитными механизмами – иначе говоря, сильным чувством собственного достоинства. Но обратная сторона этого достоинства – ранимость. И то и другое рождается из

Поэтому часть нашей энергии неизбежно уходит не на жизнь, а на охрану собственной хрупкости – на поддержание того, что мы называем самоуважением.

Человек может бояться показать свою уязвимость по разным причинам:

1.Социальные факторы.

Мы все стараемся выглядеть сильными, потому что общество превозносит силу. Большинство людей не решаются показать слабость: даже имея отличные внешние условия, они живут не по-настоящему. Им кажется, что жизнь – бесконечная гонка за совершенством и мощью. Но когда они наконец становятся теми, кем стремились быть, вдруг обнаруживают: удовлетворения это не принесло.

Счастье означает принять своё настоящее «я». Если человек может принять только свою силу и успешность, он живёт в иллюзии превосходства. Но как только это чувство исчезает, жизнь становится шаткой и уязвимой.

Многие изо всех сил гонятся за ощущением превосходства, стремятся стать всё лучше, но настоящий «я» внутри едва держится на плаву.

Поэтому чем раньше мы пробуждаемся от этой иллюзии, тем раньше начинаем жить по-настоящему – свободно и честно.

2.Межпоколенческие факторы.

Стремление к независимости так сильно потому, что мы находимся под влиянием традиционных взглядов старших поколений. Люди, рождённые в 80-е и 90-е годы, особенно увлечены поиском независимости: для них это значит быть «крутым», иметь «собственное лицо».

Но чрезмерное стремление к личной независимости и внутренней силе неизбежно ведёт к одиночеству.

3.Семейные факторы.

Каждая семья – строгий проводник общественных правил. Когда родители воспитывают детей, постоянно внушая:«Ты не имеешь права быть слабым, ты обязан быть сильным»,ребёнок начинает подавлять уязвимость. Повзрослев, он уже не чувствует своей слабой стороны и потому всегда демонстрирует лишь силу. В итоге он не способен увидеть и чужую уязвимость, а значит – не умеет заботиться о близких. Его отношения строятся на контроле, а не на теплоте и принятии, поэтому редко бывают прочными.

В некоторых семьях родители в погоне за «силой и успешностью» предъявляют к детям завышенные, почти перфекционистские требования. Они вновь и вновь отвергают ребёнка, и каждое такое отрицание делает его слабым и беззащитным. Со временем в душе оседает стыд – ощущение «Я недостаточно хорош». Оно превращается в страх, из-за которого ребёнок перестаёт показывать уязвимость и не выносит даже малейшего отказа.

Такие дети, став взрослыми, часто испытывают трудности в любых отношениях. Их словно опутывают «мины», и даже осторожные шаги могут вызвать взрыв – страдают обе стороны.

Так как же научиться показывать свою уязвимость и перестать жить так изнуряюще тяжело?

Прежде всего нужно понять: уязвимость – часть человеческой природы. Отрицая или пряча её, мы превращаемся в острова, отрезанные от мира, – и в итоге чувствуем усталость, опустошение, потерю сил.

Если все будут стремиться к антихрупкости, общество заполнится недоверием, холодом, соперничеством и стремлением всё контролировать. Мы выстроим вокруг себя стены. Да, они защитят нас от ударов, но лишат близости и приведут к одиночеству.

Чтобы выйти из состояния «антихрупкости», нужно осознать:

4.Уязвимость не позорна – это важная часть человеческой сущности.

Она словно тень, которая всегда рядом. Уязвимость не означает поражения или слабости. Но культура и воспитание часто связывают её с неуспехом и бессилием, поэтому, едва мы признаёмся себе в собственной слабости, нас охватывает волна негативных чувств.

Однако именно благодаря уязвимости мы понимаем: нам нужно утешение, поддержка, близость. Уязвимость напоминает о нашей потребности в отношениях. Признав её в себе, мы начинаем замечать её и в других – и это открывает путь к эмпатии и к глубоким связям.

5.Признать свою уязвимость – значит быть по-настоящему сильным.

Человек становится сильным лишь тогда, когда способен честно взглянуть на собственную уязвимость. Если он избегает её, все силы уходят на защиту и на обслуживание хрупкого самолюбия.

В итоге это только ограничивает развитие и делает ещё более беззащитным.

Только признав свою уязвимость, можно извлечь из неё силу. Бегство от неё – самообман, попытка закрыть глаза. Лишь приняв в себе уязвимость, человек обретает подлинную стойкость.

6.Скрытая уязвимость мешает строить близкие отношения.

Надёжные, настоящие отношения рождаются из доверия и готовности делиться своей слабостью. Просьба о помощи сама по себе проявление смелости быть уязвимым.

Есть хорошая фраза: «Когда мы влюбляемся – это происходит потому, что за внешней оболочкой вдруг замечаем ребёнка, которого хочется защитить».

В близости любовь всегда обращена к хрупкому началу партнёра. Мы любим не за силу, а за обнажённую слабость, которая вызывает в нас нежность и сострадание. Увидев чужую ранимость, мы отвечаем теплом.

Если человек не решается показать свои слабости, ему гораздо труднее строить отношения: они возникают именно там, где есть доверие и готовность опереться друг на друга.

7.Проявляя уязвимость, мы выходим из плена эгоцентризма.

Когда мы прячем свою слабость, то словно носим на плечах тяжёлый груз. Всё внимание уходит на него, и мы застреваем в эгоцентричном восприятии: заботясь лишь о себе, уже не замечаем других.

Эгоцентризм часто вырастает из жажды превосходства. Человек боится оказаться хуже других и ищет подтверждение ценности в сравнении: быть лучше, сильнее, выше. Для него жизнь – постоянная проверка на неравенство, где личная ценность строится на ощущении превосходства.

Но проявить уязвимость – значит признать равенство. Это шаг навстречу другому, признание того, что вы стоите рядом, на одной линии, без масок и иллюзий.

Мы слишком обожествили независимость, наделили её чрезмерно положительным смыслом – и в итоге разучились опираться на близкого человека, утратили способность строить настоящую интимность. Вместе с этим мы потеряли подлинное «я».

Мы стали похожи на гигантов, но каждый оказался запертым на собственном «острове-одиночке».

Мы научились силой воли и жёсткостью сердца покорять и контролировать мир, но утратили умение жить с ним в согласии.

И только осмелившись показать свою уязвимость, мы можем вновь обрести настоящих себя.

Как ужиться с завистливым человеком

Зависть – одно из самых распространённых человеческих переживаний. В литературе и кино мы раз за разом встречаем персонажей, чьи судьбы обернулись трагедией именно из-за неё.

В «Троецарствии» Чжоу Юй, терзаемый завистью к таланту Чжугэ Ляна и не в силах его превзойти, в итоге погибает от собственных мучений.

В «Небесном драконе» Кан Минь, доведённая до безумия, всю жизнь держалась за свою красоту – и в результате, обезображенная А Цзы, умирает в

Шекспир в «Отелло» писал:«Берегитесь зависти – это зеленоглазое чудовище, оно издевается над теми, кто стал его жертвой».

Зависть, в народе именуемая «красноглазой болезнью», – это состояние, когда в погоне за своим местом под солнцем человек испытывает холодность, пренебрежение, отторжение, а порой и открытую враждебность к тем, кому повезло или, как он думает, может повезти.

Это чувство многослойно и сложно: в нём переплетаются тревога и страх, печаль и подозрительность, стыд и самоуничижение, упадок и озлобленность, обида и вражда.

На раннем этапе зависть проявляется как внутреннее напряжение – от сравнения себя с другими до разочарования. На среднем – как унизительная боль, когда стыд превращается в чувство оскорблённости. На позднем – как вспышки агрессии: от упрямого «не согласен» и «мне мало» до враждебности и разрушительного гнева.

Красота и телосложение, ум и таланты, успехи, почести, положение в обществе, богатство и слава – всё это способно стать объектом чужого раздражения и скрытой злобы.

Иными словами, завистливый человек – словно бомба с коротким фитилём: чужие достоинства пробуждают в нём не восхищение и не уважение, а лавину тёмных эмоций, превращающих его в источник агрессии и разрушения.

Как формируется зависть?

Она есть у каждого человека – разница лишь в её силе. Согласно психоаналитической теории, сильная завистливость чаще всего уходит корнями в нарушенные отношения между матерью и ребёнком или в неблагополучную атмосферу раннего детства. Если в младенчестве ребёнок не получил опыта удовлетворённого «всемогущества» или родительская любовь была неравномерной, в душе поселяются беспомощность и страх. Повзрослев, человек вырабатывает особую защиту, чтобы не пережить подобное вновь, – и этой реакцией становится зависть.

Внутри работает скрытая логика: чужие достоинства и преимущества угрожают его собственной ценности. Она зарождается в младенчестве и затем уходит в бессознательное, поэтому зависть проявляется как почти автоматическая реакция, которую человек не осознаёт. Более того, в прошлом она могла приносить ему свои «дивиденды» – внимание, защиту, возможность выделиться, – и механизм только закреплялся. Со временем он укореняется глубже, превращаясь в устойчивую черту характера.

Завистливые люди чрезвычайно неуверенны, потому что не способны утвердить собственную ценность. Их ощущение значимости колеблется вместе с изменениями внешней среды. Они болезненно зависят от чужого взгляда и постоянно сравнивают себя с другими. Поэтому мы нередко встречаем тех, кто внезапно испытывает вспышки ненависти: в их присутствии нельзя даже упомянуть о чужих достоинствах. Стоит это сделать – и внутри сразу возникает буря, ведь любое преимущество другого напоминает им об их собственной несостоятельности.

Иначе говоря, завистливый человек словно наказывает себя чужими успехами. Чтобы снизить невыносимую боль такого самонаказания, он обращает агрессию наружу: атакует объект раздражения, стремится принизить или разрушить его преимущества. Так он временно облегчает страдания.

Завистник объясняет свою беспомощность и чувство никчёмности чужими результатами. В его логике всё просто: уничтожить чужое превосходство – значит снова обрести ощущение всемогущества.

Так как же вести себя с завистниками?

Прежде всего, нужно уметь распознавать людей с сильным чувством зависти. Обычно это люди с узким кругозором и колкими словами, которые любят за спиной язвить о чужих достоинствах. Встречаясь с ними, стоит держать дистанцию и, главное, избегать демонстрации своих сильных сторон. Лучше оставаться скромным и сдержанным, чтобы не разжечь в них пламя скрытой злобы и не навлечь беды. Более тонкая стратегия – иногда показывать свои слабости: это приносит им облегчение и помогает сохранять равновесие. Но самый надёжный способ – всё же избегать близких отношений.

Во-вторых, если твои преимущества всё же стали очевидны и привлекли внимание завистливого человека, не стоит пугаться. Он может пустить в ход колкие слова, намёки или прямые нападки. Но важно понимать: все эти атаки – лишь попытка смягчить собственное чувство никчёмности. Чем ожесточённее выпад, тем сильнее его боль. В такие моменты главное – сохранять спокойствие и невозмутимость. Ты остаёшься холоден и собран – и тогда он оказывается бессилен. Более того, твоя устойчивость вызывает невольное уважение: если он не может тебя ранить, его сомнения в себе только усиливаются.

Есть старая поговорка:«Не вызывает зависти лишь посредственность».

Зависть – это, по сути, знак силы и успеха, своеобразная форма признания.

Но не все способны так думать. Под натиском завистника многие начинают сомневаться:«А вдруг он прав? Может, во мне действительно что-то не так?»– и тогда становятся жертвами, позволяя одержать победу.

Когда ты начинаешь кричать, паниковать и оправдываться из-за уколов, в его душе рождается тайное торжество: именно этого он и добивался – доказать, что ты «ничего особенного из себя не представляешь». Твоя тревога и попытки объясниться лишь подтверждают, что ты попал в ловушку. Он навязывает свою логику и, опираясь на собственный опыт, легко берёт верх.

Те, кто внутренне достаточно силён, отбрасывают его выпады так же легко, как стряхивают с плаща капли дождя, не позволяя им запачкать себя. Их ясное, устойчивое чувство собственной ценности – надёжный защитный плащ.

Наконец, самое сильное оружие против завистника – «обратить его копьё против его же щита». Он не способен сдерживать свои нападки; когда не может ранить другого, и в ответ сам становится объектом иронии или насмешки, его агрессия обращается внутрь, усиливая ощущение собственной никчёмности.

Впрочем, этот приём стоит применять с осторожностью: даже если ты безвинно подвергся зависти или клевете, если только не доведён до крайней необходимости, не стоит загонять другого в угол.

Сильные завистники чаще всего даже не осознают, какую угрозу несёт их состояние. Большинство лишь стало рабами дурной привычки – жить в плену у зависти.

Мы все живём в страдании. Поэтому, понимая психологический механизм этого чувства, лучше всего относиться к таким людям с состраданием. Ведь понимание рождает милосердие.

Как справляться с ударами и клеветой в отношениях

Как известно, человеческие отношения никогда не бывают простой и однородной сферой: каждый проецирует на других свои мысли и эмоции. На сцене межличностных связей появляются актёры с разными сценариями, и все вместе они разыгрывают сложную пьесу жизни, полную страстей и драм, – с обидами и враждой, радостью и горем, гневом и примирением.

И кто же в этой игре становится наиболее уязвимым, кто чаще всего получает удары и оказывается проигравшим?

Без сомнения, те, кто ничего не понимает ни в себе, ни в человеческой природе. В хаотической игре проекций они неизменно оказываются в проигрыше: не успев осознать, что происходит, уже втянуты в водоворот чужих конфликтов.

Так бывает, например, с

Конечно, с годами и опытом приходит зрелость, и постепенно формируется устойчивое чувство собственной идентичности. Недаром многие признаются: именно пережив клевету или несправедливые нападки, они сделали для себя важные выводы и резко ускорили своё личностное взросление.

Социализация – этап, через который проходит каждый человек. Но в этом процессе далеко не все обретают прочное чувство собственной идентичности, и именно такие люди чаще всего оказываются пленниками сложных и болезненных отношений.

Они слишком зависимы от чужих оценок: стоит кому-то бросить колкую фразу, задевающую чувство самоуважения, как они тут же уходят в оборону или стараются избежать конфликта. На самом деле это не что иное, как страх встретиться лицом к лицу со своей уязвимостью.

Любая ссора или напряжённая ситуация в отношениях – своеобразное зеркало, в котором отражается наше «я».

Мы боимся пересудов, потому что внутри живёт тревога. Мы злимся, когда нас обсуждают, потому что страшимся выглядеть ничтожными. Мы чувствуем боль от пренебрежения, потому что сами не уверены в своей ценности.

Мы бросаем силы на то, чтобы заставить критиков замолчать, лишь потому, что не знаем, правы мы или нет, хороши мы или плохи.

Поэтому распознать внутреннюю силу человека можно очень просто: достаточно посмотреть, как он реагирует на чужие упрёки и несправедливые нападки.

Во времена учёбы в университете больше всего меня восхищала одна девушка из нашей группы – признанная красавица. Четыре года подряд её соседка по комнате завидовала ей так яростно, что постоянно отпускала в её адрес грубые колкости и распускала по факультету грязные слухи. Но эта девушка оставалась невозмутимой – словно и не слышала ничего. Она не позволяла себе ни малейшей вспышки гнева. В итоге, хотя обе жили бок о бок и одна без конца пыталась затеять конфликт, ссоры так и не произошло.

Это напомнило мне певицу Ван Фэй: когда её осыпают упрёками и оскорблениями, она отвечает ледяным спокойствием:«Как бы ты ни нападал, меня это не трогает, потому что мне всё равно». Вот что значит настоящая внутренняя сила.

Мы не можем управлять чужими проекциями, но в наших силах выбрать, как реагировать на злость и зависть.

Многие выглядят сильными только на первый взгляд – эта маска нужна им, чтобы получить внимание и признание. Их легко хвалить, но стоит задеть – они рушатся. Их можно осыпать комплиментами, но достаточно одного пренебрежительного слова – и они не выдерживают. Настоящая сила проявляется иначе: человек, действительно уверенный в себе, не зависит от чужих оценок и живёт в пространстве собственных ценностей.

Люди, которые пытаются привлечь внимание масками или демонстративным поведением, на самом деле боятся столкнуться с чужими проекциями. С одной стороны, им не хватает понимания социальных правил и опыта; с другой – у них не сформировано чувство собственной ценности.

Почему мы так часто не уверены в себе и так остро реагируем на чужие оценки?

Обычно всё начинается в детстве: если ребёнок привыкает измерять себя реакцией родителей, если его самооценка строится только на их одобрении, то, повзрослев, он продолжает зависеть от чужих взглядов. Любая похвала его воодушевляет, а малейшее равнодушие или критика ранят и вызывают обиду.

Со временем такие люди делают многое лишь затем, чтобы заслужить признание окружающих. Но стоит не получить его – и их накрывает опустошение. Самое тяжёлое в том, что у них нет внутренней опоры: они не уверены, что правильно или неправильно, что хорошо или плохо. Даже ощущение правоты им приходится искать вовне.

Многим людям тяжело признать собственные слабости и ошибки, поэтому они направляют недовольство наружу – обсуждают и критикуют других. Так и рождаются конфликты.

Те, кто привык «быть хорошим» и избегать ссор, не осмеливаются выражать раздражение вовне, зато принимают на себя чужие выпады. В итоге они живут под тяжестью подавленных чувств. Ещё сложнее иметь дело с теми, кто умеет хорошо прятать истинное лицо: если открытая агрессия видна и на неё можно ответить, то двойная игра – одно напоказ, другое за спиной – часто лишает возможности защититься.

Есть и такие, кто, изучив психологию общения, умело манипулируют и стравливают людей, подчиняя их своим интересам.

Так что делать человеку, у которого нет прочного ощущения собственной ценности? Как справляться с обидами и нападками в отношениях с другими?

1.Спокойная твёрдость.

Говорите о своей позиции открыто и прямо, без враждебности. Помните: если чужие слова и эмоции легко задевают вас, значит, внутри уже есть неуверенность. Поэтому главная задача – укреплять чувство собственной ценности.

Спокойная твёрдость – это умение не принимать чужие проекции на свой счёт и не позволять им вызывать вспышку гнева.

2.Чёткие личные границы.

Люди могут обращаться с вами только так, как вы позволяете. Если кто-то пытается переступить ваши границы, важно это заметить и защитить себя. Там, где нарушаются ваши интересы, не бойтесь сказать твёрдое «нет».

3.Не недооценивать никого.

Мы часто смотрим свысока на тех, кто кажется слабым, но на деле с каждым стоит быть осторожнее. У всех есть желания и агрессивные импульсы. Если их нельзя выразить прямо, они прорываются в замаскированной форме. Именно поэтому среди любителей интриг и сплетен так много внешне «беспомощных» людей.

Идеал можно описать так:«Неважно, что обо мне говорят и как пытаются задеть, – мне это безразлично, потому что я знаю себе цену».

Психология тех, кто трусит перед сильными и давит на слабых

Человека, который «труслив перед сильным и наглец перед слабым», наверняка встречал каждый. У таких людей словно два лица: перед теми, кто сильнее, они ведут себя паиньками, стараются угодить и выслужиться; а с теми, кто слабее, сразу надевают маску «сильного» и начинают давить, задирать или даже издеваться.

Их главное свойство – постоянные проверки чужих границ. Они прощупывают, насколько далеко можно зайти, готовы ли вы терпеть их выходки. Порой кажется, будто им жизненно необходимо доказать:«Ты слабый». И если это не удаётся, им будто и жить становится невыносимо.

Любопытно, что в характере таких людей уживаются две противоположные черты: склонность унижать слабого и одновременно тяга к показному «восстановлению справедливости». На деле это следствие того, что в их душе укоренились грубые социальные правила, а не тепло и любовь. Их внутренний мир переполнен унижением, и, чтобы

На самом деле только слабый человек унижает других: лишь так он способен ощутить себя сильным. Подобное поведение – признак низкой самооценки.

Если человек не умеет опираться на собственное достоинство, не умеет сохранять в сердце доброту и получать желаемое честным путём, он ищет обходные дороги – заискивает перед сильным и унижает слабого.

Чаще всего это проявляется в стремлении цепляться за более влиятельных и служить им «верным псом» в обмен на подачки.

Так же вели себя слуги в древности. У них не было собственной личности и воли: вся жизнь строилась на угождении хозяину, исполнении его прихотей и гордости от случайных милостей. Настоящий «успешный» слуга в старые времена даже не мыслил о достоинстве – его задача заключалась в том, чтобы тонко угадывать желания господина и вовремя «вставать на правильную сторону», выбирая, к кому примкнуть ради выгоды и спокойного будущего.

С точки зрения психологии человек, который «трус перед сильным и наглец перед слабым», поступает так потому, что лишён силы здорового самоуважения. Поэтому его внутренний мир становится мелочным и искривлённым. Перед теми, кто сильнее, он чрезмерно подавляет себя, смиренно уступает, а порой и откровенно заискивает, позволяя нарушать свои границы и тем самым разрушая остатки достоинства. В такой модели он неизбежно оказывается в позиции слабого.

Но роль слабого унизительна, и он стремится как можно скорее от неё избавиться. Тогда он ищет тех, кого считает заведомо слабее, кто не способен на сопротивление. С ними он меняет маски: теперь сам играет «сильного», а выбранная жертва вынуждена играть «слабого». Унижая других и давя на них, он словно восстанавливает попранное чувство собственной значимости. В такие моменты переживает мнимое ощущение силы и наслаждается иллюзией победы.

Подобные люди, как правило, обладают зависимым типом личности. В любой группе или организации они быстро «снимают мерку» с окружающих: кто сильнее – тех надо льстиво умасливать и держаться к ним поближе; кто слабее – тех можно безнаказанно давить и использовать. В их картине мира всё делится на «тех, к кому стоит примкнуть» и «тех, кого можно унижать». Поэтому их любимая стратегия выживания – держаться при сильных и создавать вокруг себя клан, чтобы чувствовать себя в безопасности и быть при деле.

В моей консультационной практике я нередко встречаю людей, которые жалуются, что их постоянно унижают и используют. Не имея подходящего способа освободиться от накопленной обиды и злости, они направляют её внутрь – и живут в мучительном самоедстве. Их самооценка обычно предельно низка, а представления о себе окрашены в мрачные тона.

Я заметила, что у таких людей в детстве почти всегда был опыт «скрытого насилия» со стороны родителей. Во внешнем мире родители могли казаться мягкими и угодливыми, но дома нередко вели себя властно и деспотично, срывая раздражение на близких.

Такая неблагополучная модель семейного общения приводит к двум последствиям:

• во-первых, у ребёнка формируется крайне низкое чувство собственного достоинства и не развивается способность к самопринятию;

• во-вторых, он усваивает именно такую модель взаимодействия и, став взрослым, не умеет выстраивать личные границы; в итоге он либо бессознательно подставляется под новые унижения, либо сам воспроизводит агрессивные паттерны, создавая себе немало проблем.

И те, кто унижает, и те, кто оказывается жертвой, – внутри одинаково напуганные люди. Их общий источник страха – заниженная самооценка.

Им трудно поверить в собственную ценность, и потому они легко предают себя. Всё внимание направлено вовне: как приспособиться, как выжить. Так и рождается странная «игра в мяч»: одни, чтобы избавиться от ужаса и неуверенности, «перекладывают мяч» на других и превращаются в тех самых наглых, кто давит слабых; другие, напротив, принимают чужой «мяч страха» на себя и страдают от этого.

Как же быть? Главное правило в противостоянии унижению – не принимать на себя чужой «мяч». Это и значит оставатьсяни раболепным, ни высокомерным. Когда тебе посылают сигнал: «Ты слабый» – не унижай себя и не впадай в сомнения. Когда внушают: «Ты сильный» – не позволяй себе нарушать чужие границы и ставить себя выше других.

Лишь обретя внутреннее состояние «без уничижения и без гордыни», человек становится по-настоящему зрелым и устойчивым в отношениях.

Лекарство против внутреннего страха – любовь к себе.

Мы часто говорим о «самоуважении», но на самом деле на первом месте должно стоять именно бережное отношение к себе. Тот, кто не умеет относиться к себе с заботой, – как правило, лишён и подлинного самоуважения.

Это отношение означает безусловное принятие и внутреннюю опору.

Что бы ни происходило, важно сохранять убеждённость: я достоин любви, я ценен. Эта ценность не зависит от обстоятельств и внешних оценок и должна исходить изнутри – как некая внутренняя сила и ежедневная практика.

Человек, не умеющий принимать себя, не способен понять и смысл любви вообще – а значит, не умеет по-настоящему любить и других.

Наряду с этим каждому нужно воспитывать ответственность за самого себя. Ответственность – это способность собрать и направить свои силы в целое. Тот, кто привык давить слабых и угождать сильным, не любит себя и не умеет брать ответственность за себя. Его внутренний мир лишён силы, способной противостоять страху, и потому он вынужден прибегать к искажённым способам – «красть силу» у других. Но это лишьмнимоеощущение: стоит встретить твёрдое сопротивление – и оно рассыпается. Потому лучший способ противостоять такому человеку – не уступать, а проявить твёрдость. Стоит показать, что ты крепче и решительнее, – он тут же сдаёт позиции. Ведь его «сильное я» – всего лишь маска, за которой скрывается слабое, забитое и испуганное существо.

Если тебе приходится сталкиваться с унижением или давлением, начни с самопроверки: нет ли в твоём восприятии привычки обесценивать себя? Именно она часто рождает внутренний страх и становится истинным врагом.

Те, кто ищет слабину, лишь проверяют границы. Увидят лазейку – и будут наступать снова и снова. Но если они чувствуют перед собой человека с чёткими принципами и твёрдой внутренней опорой – вынуждены отступить.

Освободиться от «контроля» и вернуть себе подлинные чувства

Было время, когда под влиянием друзей я тоже решила заняться фитнесом: утром – полчаса пробежки, вечером – час в спортзале. Но уже через неделю я не выдержала. И дело было не в сломавшейся силе воли – казалось, тело пришло в «упадок». Я чувствовала: если продолжу следовать плану, организм начнёт протестовать ещё

Я не из тех, кто ненавидит спорт. Но почему же, когда я составила подробный и вроде бы разумный график тренировок, тело встретило его таким отчаянным сопротивлением? Спустя неделю оно послало мне чёткий сигнал – «забастовку».

Подумав, я поняла: вся проблема в слове«план». Если у меня нет отвращения к движению, зачем мне навешивать на себя жёсткие правила:«обязательно бегать утром полчаса», «тренироваться вечером час»? Хочется – иду, не хочется – остаюсь.

Выходит, тело было не против самих занятий, а против их строгой регламентации.

На самом деле за многими нашими самообязательствами и требованиями к себе всегда прячется одна мысль:«Иначе никак». Но почему «никак»? Что случится, если мы этого не сделаем? Чего именно мы боимся?

Перед большими и маленькими задачами у многих включается логика «иначе нельзя». Мы становимся заложниками строгих стандартов: обязательно найти работу, влюбиться и выйти замуж, купить квартиру, даже вплоть до того, что ежедневнообязательнопройти определённое количество шагов.

Один мой коллега, например, требует от себя ездить в отпуск несколько раз в год. Его любимая фраза –«Иначе нельзя!». И я уже не понимаю: он отдыхает ради удовольствия или стремится удовлетворить своё внутреннее «иначе нельзя»?

Путешествие должно быть способом расслабиться. Но у многих оно превращается в спектакль под названием «Я делаю вид, что счастлив». Я называю этотуристической гримасой. Человек в глубине души ненавидит длительные перелёты, утомительные переезды, но всё равно заставляет себя ехать – лишь бы сказать себе привычное: «Ах, вот теперь я тоже тут был!» Одно «восторженное» фото в альбом – и план выполнен.

В итоге мышление «иначе нельзя» означает одно: если ты этого не сделал – будто не сдал экзамен. Тогда многие вещи мы совершаем не ради радости, а ради галочки – при этом полностью теряем способность насладиться процессом.

Сегодня каждого из нас словно загнали в рамки: всё расписано, отмерено, сведено к точным координатам. Мы читаем бесконечные статьи, обзоры, аналитические материалы, где всё разложено по полочкам, кроме одного – чувств. Будто человек утратил способность ясно понимать собственные неповторимые переживания и тем более жить в соответствии с ними. Чувства теперь будто предустановлены, как программы.

И к этим «программам» прилагаются контрольные цифры: нужно полежать в турецком Памуккале, хотя бы раз увидеть сакуру в Японии, ежедневно проходить десять тысяч шагов, потреблять не более двух тысяч калорий и непременно есть брокколи с морковью. Мужчинам – восемь кубиков пресса, женщинам – идеальные «персиковые» формы… В итоге жизнь превращается в бесконечное«выполнил – галочка».

И тут я поняла, отчего меня так раздражают тренировочные планы: они загоняют жизнь вчек-лист. А в соцсетях мы ещё и наблюдаем, как друзья торжественно выкладывают ежедневные отметки: «Смотрите, я становлюсь лучше!»

Вместо подлинного опыта мы всё чаще проживаем механический ритуал: ритм робота, индустриальный режим, отчёты и цифры, карточки и отметки. Но как психолог я слишком хорошо знаю, что стоит за этим. Снаружи всё выглядит логично и упорядоченно, но если взглянуть шире, картина складывается глубоко иррациональная.

Не знаю, сколько людей сегодня можно отнести к обсессивно-компульсивным личностям, но отлично понимаю, почему статьи с заголовками вроде«Не умеешь контролировать себя – не имеешь права рассуждать о жизни»собирают огромное количество просмотров.

Жить в режиме бесконечного контроля и постоянных требований – противоестественно.

Поэтому такие тексты становятся чем-то вроде психотерапевтической «таблетки». Они подкармливают нашу волю, потому что без коллективного самогипноза никто бы не выдержал такого насилия над собственной природой.

Если человек способен существовать только за счёт силы воли – какая же это печальная жизнь! Вспомните тех уставших, лишённых всякого воображения людей с обсессивно-компульсивным складом: они, кажется, не могут прожить и дня, позволив себе просто расслабиться. Неудивительно, что у стольких возникает тревожность: естественные, живые ощущения годами подавляются, им не дают права на существование, а список «рациональных» задач лишь растёт. Тогда человек снова и снова заставляет себя действовать, пока в какой-то момент не оказывается в ловушке собственной тревоги.

Философы говорят об «отчуждении человека». В психологии есть похожий термин –«обезличивание»: личность оказывается под властью безжалостного закона «надо» и теряет связь со своими подлинными чувствами. Человек начинает жить через холодный рассудок, но за этой кажущейся разумностью всегда прячется пустота и растерянность.

Избыточный контроль неизбежно оборачивается срывом, а тот – новой волной контроля. Этот замкнутый круг постепенно изматывает, порождает внутренние конфликты и лишает покоя.

Мы стараемся вычеркнуть свои переживания, но именно они делают нас живыми, а не механическими существами.

И даже если «призрак контроля» проникает во все уголки нашей жизни, время от времени внутри поднимается тревожный шёпот:«Ради какой цели я каждый день довожу себя до такого изнеможения?»

Освободись от навязчивого контроля. Позволь себе вновь услышать свои чувства и восстановить с ними связь – только тогда можно вернуться к настоящей жизни.

Жизнь требует, чтобы мы сами делали её полноценной

Один из моих клиентов, пережив серьёзные потрясения, впал в депрессию. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы помочь ему выбраться из этого состояния. Но не прошло и двух недель – он снова пришёл и сказал, что вновь ощущает упадок и по ночам не может уснуть.

–Как только вспоминаю то, что случилось,– признался он, –я снова всё прокручиваю и не вижу выхода.

Ему было уже за сорок, когда он развёлся. Видя вокруг счастливые семьи, он не мог принять собственный развод. Со временем это ощущение всё больше давило на него, и в итоге он впал в тяжёлую депрессию.

В разговоре я заметила: в его сознании укоренился жёсткий, навязчивый стандарт:мужчина в сорок лет обязан иметь семью, стабильную жизнь и определённый достаток.

И снова, раз за разом, он задавал один и тот же вопрос:

– Почему все вокруг такие счастливые, а я – такой несчастный?

На самом деле среди моих клиентов немало тех, кто становится ревностным сторонником и исполнителем так называемых «социальных стандартов». Их жизненный опыт словно подсказывает непреложное правило: к определённому возрасту человекобязаниметь «набор» конкретных достижений. И стоит обнаружить, что до этой планки они не дотягивают, – внутреннее равновесие разрушается.

Приведу пример. Моя подруга, 30 лет, не замужем. Её повседневная жизнь сводится к бесконечным свиданиям «для галочки», и на работу у неё уже не остаётся ни времени, ни сил. При этом она чётко знает, каким должен быть её

Проблема в том, что зацикленность на «социальных стандартах» лишь загоняет человека в замкнутый круг негативных эмоций и нисколько не приближает к решению.

Моя подруга могла бы направить энергию на карьеру, развить свои сильные стороны и реализовать возможности. Но вместо этого она живёт в состоянии постоянного «дефицита», безжалостно укоряя себя. В итоге её жизнь стала напоминать сплошное выгорание – а потом и вовсе привела к потере работы.

Многие наши «дефициты» на самом деле фальшивы – они возникли лишь потому, что мы измеряем себя по так называемым социальным стандартам. К примеру, моя знакомая потеряла интерес к работе, потому что верит: «Женщина не замужем в тридцать – неудачница». А мой клиент с депрессией чувствует себя несчастным, потому что принял другой тезис: «Мужчина в сорок должен иметь крепкую семью и стабильную жизнь».

Стремление к общественным стандартам само по себе не постыдно, но когда оно лишается гибкости, превращается в кандалы, жизнь становится рутинной и застывшей, а внутри накапливается тягостная энергия.

Человек, которого затягивают «социальные нормы», обычно не умеет уважать свои собственные чувства: он постепенно их забывает, перестаёт слышать, чего на самом деле хочет, и гонится за очередной галочкой в списке. Стоит понять, что он снова не «соответствует», – и возникает ощущение собственной бесполезности, сопровождаемое крахом надежд.

Но разве те, кто формально вписывается в стандарты, обязательно счастливы? Женщины, вышедшие замуж до тридцати – гарантированно довольны жизнью? Мужчины в сорок с полными семьями и устойчивой жизнью – не имеют иных проблем?

Бездумная погоня за «социальными стандартами» лишает человека самого важного – умения мыслить самостоятельно.

Те, кто оказывается в плену «социальных стандартов», обычно в прошлом так и не обрели ясного понимания своего «я» или же их представление о себе осталось поверхностным. Они принимают за единственно возможный вариант ту версию личности, которую навязало общество. Но на деле это лишь условная фигура – социальное «я». Если человек полностью строит идентичность на этом основании, рано или поздно сталкивается с бессилием: невозможно в точности соответствовать всем требованиям внешнего мира.

Важно понять: управлять нами может только собственная внутренняя сила. «Социальные стандарты» – всего лишь надутое пугало. Пока мы его боимся, оно властвует над нами; стоит перестать обращать внимание – и влияние исчезает.

В конечном счёте только сам человек должен себя поддержать. Если он живёт ради угождения обществу, страдать придётся исключительно ему самому.

Нет личных границ – значит, позволяешь другим использовать себя

Зрелый человек должен ясно понимать: реальные отношения далеки от идеализированных представлений. Они бывают не только тёплыми и чистыми, но порой наполнены соперничеством, манипуляциями и негативной энергией. Поэтому умение защищать себя в общении – одно из важнейших качеств.

По сути, социализация – это обучение правильному взаимодействию с миром. И если человек в общении лишён навыка самозащиты, он легко становится объектом давления и унижения.

Что же такое способность к самозащите? Проще говоря, это умение оберегать себя от вреда. В психологическом смысле она напрямую связана с формированием границ. Самозащита в отношениях подобна коже: она отгораживает нас от вторжения, помогает выдерживать давление извне и защищает от повреждений и унижения.

Когда у человека нет этой защитной оболочки, он перестаёт различать, где заканчивается «своё» и начинается «чужое»: что в жизни он обязан решать сам, а за что должны отвечать другие. Это делает его уязвимым – он легко поддаётся чужому влиянию и перестаёт быть хозяином собственной воли.

Люди позволяют себе вторгаться в вашу жизнь только тогда, когда чувствуют, что вы не ощущаете себя самостоятельной личностью и не умеете обозначить рамки.

Если вы безоговорочно принимаете навязанные роли – делаете всё, что велят, верите каждому слову, – то закономерно становитесь жертвой давления и несправедливости.

Почему же у некоторых людей не хватает способности выстраивать личные границы?

Обычно это связано с незрелостью мышления. У таких людей ещё не сформировалось достаточно глубокое понимание общества и человеческих отношений, им не хватает опыта общения и жизненных уроков.

Ключевую роль играет семья. Манера родителей строить отношения с окружающими неизбежно отражается на ребёнке. Если взрослые умеют взаимодействовать грамотно, ребёнок получает хороший образец и с детства усваивает навыки общения. Но если родители сами не умеют налаживать контакты, ребёнку просто не у кого учиться, и он вырастает без опоры для выстраивания границ. Важен и врождённый характер: мягкий и податливый ребёнок чаще рискует вырасти без осознания собственных пределов.

Зрелость личности строится на ясном понимании себя. Человек должен хорошо знать свои сильные стороны, особенности, понимать, что составляет его внутреннюю опору. Это «ядро» – основа устойчивости.

Когда оно есть, внешние перемены уже не выбивают из равновесия. Тогда человек умеет управлять эмоциями и адекватно отвечать на вызовы среды.

Благодаря этому внутреннему стержню он понимает, что для него важно, где проходят его пределы и принципы. Но если «ядра» нет, реакция на мир становится инстинктивной. Такой человек не распознает мотивы других и легко оказывается игрушкой в чужих руках.

Человек без оформленного «я» легче всего поддаётся внешнему контролю. Главный признак отсутствия внутреннего стержня – постоянная неуверенность и отсутствие устойчивости. Такой человек как будто непрерывно транслирует миру сигнал:«Мне тревожно, я нестабилен». Чтобы заглушить эту тревогу, он начинает придавать чрезмерное значение чужой оценке, старается понравиться всем, избегает малейшего недовольства со стороны окружающих.

Но именно сигнал «Я неуверен» часто притягивает агрессию. Те, кто накопил в отношениях много негативной энергии, ищут возможность разрядиться за счёт других, – и такие неуверенные люди становятся удобными жертвами.

Если в процессе взросления человек снова и снова сталкивается с унижением и давлением, его представление о себе разрушается ещё сильнее. Без ясных личных границ его «я» всё больше сжимается, тревожность растёт, чувство безопасности исчезает. Управлять отношениями становится почти невозможно.

В тяжёлых случаях это приводит к депрессии, замкнутости и даже уходу в изоляцию. Характер становится всё более закрытым, а контакт с миром – всё слабее.

Как выстроить чёткие личные границы?

Формирование границ тесно связано

Если в раннем возрасте ребёнок лишается такого зеркала, он вырастает с настойчивой потребностью искать его повсюду, чтобы ответить себе на вопросы«Кто я?»и«Какой я?».

Матери обычно становятся первым зеркалом для своих детей. Но если у самой матери нарушено самовосприятие, то и образ, который она отражает ребёнку, неизбежно оказывается искажённым и нестабильным. В этом случае ребёнку трудно сформировать ясные личные границы. Есть и другие матери – те, кто не способен понимать чувства ребёнка, живут исключительно в своём мире и навязывают детям лишь собственные стандарты и требования. В такой среде внутреннее зеркало ребёнка также оказывается тусклым и расплывчатым.

У таких детей внутри всегда звучат два голоса: голос матери, ставший внутренним требованием, и собственное, подлинное ощущение мира. Эти два голоса часто противоречат друг другу. Поэтому главным испытанием для детей становится необходимость различить, какой из них принадлежит их настоящему «я». В результате границы оказываются размытыми и неустойчивыми, потому что их внутренняя целостность нарушена.

Дети, выросшие без зеркала или с искажённым его вариантом, утрачивают внутреннее ядро – тот центр, вокруг которого выстраивается личность. Поэтому главная задача их жизни – не развитие каких-то других психических сил, а именно поиск и восстановление этого ядра.

Подростковый возраст – второй шанс для формирования границ. Если в этот период человек получает от мира достаточно принятия и поддержки, он может восполнить пробелы раннего развития и укрепить своё самопонимание.

Социализация длится всю жизнь и неразрывно связана с ростом зрелости личности.

Если зрелости не хватает, жизнь вынуждает человека вновь и вновь проходить уроки, которые должны завершить становление его внутреннего «я».

Конечно, даже если ты до сих пор не выстроил чётких личных границ, само осознание проблемы – уже огромный шаг вперёд. Осознанность сама по себе несёт силу исцеления. Как только ты понимаешь, в чём именно твоя трудность, найти путь к её решению становится гораздо проще. Осознав, почему так зависишь от чужих оценок, тебе легче будет постепенно учиться регулировать себя, и ты перестанешь жить словно тело без кожи, которому любое внешнее воздействие наносит рану.

У каждого свой взгляд на вещи и способ справляться с трудностями. Поэтому бессмысленно ждать, что другие поймут тебя или возьмут на себя решение твоих проблем. Более того, именно потому, что люди не способны полностью понять тебя, чужие оценки часто бывают неточными. И не стоит слишком на них полагаться.

Чужое мнение можно выслушать, учесть – но окончательное решение всегда остаётся за тобой. Ты должен анализировать, делать выводы и нести ответственность за собственную жизнь.

Когда видишь разницу между собой и другими, когда понимаешь, что каждый отвечает за свой путь, тогда и твои границы становятся прочнее.

Прежде всего тебе нужно найти самого себя. Этот «сам» известен только тебе. Ни родители, ни партнёр, никто иной не может знать и понимать тебя лучше, чем ты сам. Это значит, что нужно прислушиваться к внутреннему голосу, уважать себя, отстаивать свои права и не отдавать контроль над твоей жизнью другим.

В этом мире никто не может взять на себя ответственность за твою судьбу – кроме тебя самого. Важно избавиться от иллюзии, что кто-то станет твоим «покровителем» и защитит тебя от всего. Полагаться на других – значит принижать себя. И правда в том, что те, на кого ты возлагаешь свои надежды, чаще всего не могут справиться даже со своими проблемами. Так как же они смогут решать твои? Как они могут отвечать за твою жизнь?

Поэтому перестань искать «защитников» снаружи. Научись сам нести ответственность за себя. Как бы ни менялись обстоятельства, первым, кого тебе нужно уважать и поддерживать, всегда должен быть ты сам.

Часть 4

Трезвым остаётся тот, кто умеет заглянуть внутрь себя

Жизнь справедлива: если ты бесконечно жалуешься, смотришь на мир лишь через пессимизм и ненависть, судьба непременно исполнит твои «желания» – и в итоге подарит тебе мрачный и жалкий финал.

Те, кто смотрит наружу, живут во сне; те, кто смотрит внутрь, по-настоящему пробуждаются

«Почему он такой?»

«Как он может вести себя так?»

«Разве он имеет право поступать подобным образом?»

В моём кабинете часто появляются посетители этого типа: они приходят на консультацию, но обсуждают не свою жизнь, а исключительно «чужие проблемы». Бесконечно жалуются на окружающих и ждут от меня решения именно этих «чужих трудностей».

«Почему мой начальник всегда ведёт себя фальшиво? Стоит взглянуть на его физиономию – и я уже раздражён».

«Почему мой ребёнок всё время играет в компьютерные игры? Как заставить его полюбить учёбу?»

«Сын каждый день ложится спать слишком поздно. Что сделать, чтобы он засыпал раньше?»

«Подруга ужасно самолюбива. Как сделать так, чтобы она стала менее эгоцентричной?»

Все эти жалобы на самом деле сводятся к двум вопросам:

«Почему человек не такой, каким я его себе представляю?»

«Как добиться, чтобы он поступал так, как хочу я?»

Когда человек не способен принять других такими, какие они есть, его мышление неизбежно попадает в мир «должен». Этот мир мысленно диктует: другие обязаны вести себя определённым образом; дела должны делаться вот так, а не иначе.

«Начальник не должен быть лицемерным».

«Ребёнок обязан хорошо учиться».

«Сын мог бы ложиться спать пораньше».

«Подруга не должна быть эгоцентричной».

Но реальность такова, что ни начальник, ни ребёнок, ни подруга не соответствуют твоим ожиданиям. И тогда в тебе закипает злость, ты теряешь контроль:«Как он может так поступать?!»

Эта злость высасывает силы, лишает сна и покоя, а порой загоняет в депрессию. Ты начинаешь ощущать себя преданным и обиженным миром. Чувствуешь бессилие и несправедливость.

Но разве в том есть чья-то вина? Разве это ошибка других? У каждого есть право быть самим собой. Так не в этом ли вопрос, почему именно ты не позволяешь окружающим оставаться подлинными?

Настоящий другой ранит твоё самолюбие, рушит ожидания, подрывает доверие и разбивает созданные тобой иллюзии. Для большинства это всего лишь разочарование, крах фантазии. Для уязвимого человека – почти маленькая смерть.

Ты цепляешься за свои ожидания – за то доверие и образы, которые придумал, чтобы поддержать хрупкое чувство достоинства, надеясь, что всё пойдёт по твоему сценарию. Но когда реальность не совпадает с желаниями, ты закрываешь глаза и уши, стараясь не замечать правды.

Именно поэтому многие застревают в запутанных отношениях, раз за разом обвиняя других в том, что те их разочаровали. В действительности они просто не решаются взглянуть в лицо очевидному: другой остаётся другим, а ты – собой.

Разрушение иллюзий часто ведёт к разрыву связей. Это значит – остаться один на один со множеством испытаний, будто тебя в темноте толкнули в спину, оставив одиноким и без опоры. Встретиться с дискомфортом, неизвестностью, вызовом. Заново пережить первобытное чувство: отрыв от материнских объятий.

Принудительное расставание всегда больно: человек не готов к нему внутренне. Если рядом нет никого, кто поддержит и подбодрит, многим не удаётся пройти этот этап «разделения». Они предпочитают вцепиться в другого, пусть и мучительно, лишь бы не сталкиваться лицом к лицу с задачей отпустить.

Когда мы появляемся на свет, психика существует в симбиозе с другим – в первую очередь с матерью. В этот момент мать и есть весь наш мир.

Но по мере взросления становится заметно: реальность отличается от того, как мы её представляли. С развитием собственных способностей возникает естественное желание вырваться из материнских объятий и самостоятельно исследовать мир, стремясь к независимости.

Однако эта независимость может ранить мать, которая нуждается в продолжении симбиоза. Её сопротивление тормозит отделение: ребёнок возвращается в общую с матерью реальность и не может завершить задачу разрыва.

Многие матери хотят сделать ребёнка таким, каким они его вообразили. И он, усвоив этот вид отношений, требует того же от окружающих. Повзрослев, он уже не способен выйти за пределы своего «я» и принять других такими, какие они есть.

Поэтому человек застревает в болезненных отношениях: он словно оставил в другом часть себя. Если другой ведёт себя не так, как он ожидает, его «я» будто рушится – и он теряет опору, лишается самого себя.

И тогда возникают те основные вопросы:

«Кто я?»

«Откуда пришёл?»

«Куда направляюсь?»

Когда человек избегает встречи с самим собой, он начинает бесконечно сталкиваться с другими. Ему всё кажется: здесь что-то не так, там что-то не так; он пытается переделывать окружающих, контролировать их, подчинять их своим представлениям. В такие моменты он убеждён: его правда – единственно верная, его взгляды – истина в последней инстанции. Его «я» становится жёстким, застывшим, одержимым. И стоит кому-то усомниться в его убеждениях, он решает: проблема в другом, но не в нём.

Осуждать окружающих легко. Куда труднее – встретиться с собой, ведь это означает прикоснуться к собственным ранам и уязвимостям.

Когда мы не принимаем реального другого, это всегда указывает, что мы не принимаем и реального себя. Если кто-то проявляет к нам неприязнь, мы переживаем это как доказательство собственной «недостаточности» и поэтому отказываемся признать чужую холодность, встаём в стойку, боремся.

Но, по сути, если начальник действительно лицемерен – что можно сделать, чтобы не дать ему ранить вас?

Если ребёнок учится плохо – разве это делает его «плохим»? Отменяет все его достоинства? Может быть, он просто не влюблён в сам процесс учёбы. Тогда что можно предпринять, чтобы пробудить в нём интерес?

Если друг на самом деле самовлюблён и любит похвастаться – что с того? Чем это грозит вам? И что вы можете изменить в своём взаимодействии, чтобы это больше не причиняло вам дискомфорта?

Переход от позиции «требовать от других» к позиции «посмотреть на себя и понять, что могу сделать я» – всего лишь поворот мысли. Но эта смена кардинально усиливает нашу способность решать проблемы и приспосабливаться к жизни. Как только вы выходите из застывшего центра собственного «я», вы замечаете, что становитесь сильнее. Да, путь этот труден. Но, если сравнить его с бесконечными спорами и изматывающим конфликтом с окружающими, эти трудности – сущая малость.

Взаимодействуя с внешним миром, человек неизбежно сталкивается со множеством испытаний. Именно в такие моменты особенно важно обладать открытым настроем. Что это значит? Под ним понимается открытое «я», или, говоря языком психологии, развивающееся «я». Иными словами, это способность сбавить собственное самомнение, быть скромным, оставаться в состоянии постоянного роста, сохранять ясность восприятия: каковы обстоятельства на самом деле? Что я могу сделать?

Если же «я» застывает, становится жёстким, человек утрачивает открытость и погружается в бесконечные вопросы:«Почему он поступает так? Он не должен был так поступать!»Застывшее «я» означает, что человек всё ещё пребывает в инфантильной зависимости, напоминающей связь младенца с матерью. А развивающееся «я» – это понимание того, что мир непрерывно меняется: мы не можем его контролировать, полагаться можем только на себя; и когда происходящее идёт не так, как хотелось бы, у нас всё же есть силы справиться.

Некоторые мастера жизни идут ещё дальше:«Как меняется внешний мир – так меняюсь и я; что бы ни происходило вовне, я всегда найду способ приспособиться».

У таких людей внутренняя сила необычайно велика: они меняют лишь внешние стратегии реагирования, тогда как их внутреннее ядро остаётся прочным и устойчивым. А эта устойчивость держится на уверенности, рождающейся из многократного умения справляться с реальными проблемами.

В буддийском понимании конечная цель практики – вход в мир без форм, состояние «бессамостности». Без форм – значит без эго. Там, где нет эго, ничто уже не способно поколебать человека: «я» соединяется со Вселенной в единое целое, где нет ни хорошего, ни дурного, ни правильного, ни ошибочного, ни приобретений, ни утрат. Как сказано в «Алмазной сутре»:«Все обусловленные явления подобны сну, миражу, пузырю, тени, росе или молнии. Так и должно на них взирать».

Проще говоря: я завершил разделение со всеми вещами и более не привязан к иллюзиям, ибо всё, что я вижу, – иллюзия. А значит, для меня уже нет ни радости, ни гнева, ни печали, ни восторга, ни запутанных уз.

Психолог Карл Густав Юнг говорил:«Кто смотрит наружу – тот грезит; кто смотрит внутрь – тот пробуждается».

Я думаю так: разделение – процесс, сопровождающий нас всю жизнь, потому что мир непостоянен. Это означает, что твоё «я» не может навечно связать себя ни с одним внешним объектом.

В любви: когда ты обретаешь человека – это уже движение к разделению; когда теряешь – это тоже разделение. Потому что рано

В конечном счёте ты всё равно возвращаешься к себе и снова задаёшь главный вопрос: кто ты есть?

Зрелость наступает тогда, когда ты больше не ищешь «матери», от которой можно зависеть, но постепенно взращиваешь её качества в себе. Ты всё так же встречаешь разочарования, сталкиваешься с крахом собственных иллюзий, но уже обладаешь способностью справляться с изменениями.

Ты становишься ближе к состоянию «без форм», но в тот момент, когда необходимо встретиться с реальностью, способен вновь «обрести форму» и гибко приспособиться к миру.

Нет единственно правильной жизни

Недавно я пересматривала фильм «Юность», и, признаться честно, впечатления у меня оказались далеко не самыми приятными.

Долго размышляя, я наконец поняла, что именно вызвало это чувство: отношение к главному герою Лю Фэну, выраженное устами рассказчицы Сяо Суйцзы. Её оценочный тон, её снисходящее осуждение – именно это оказалось для меня неприемлемым.

Я специально перечитала оригинальный роман «Юность» и заметила, что в книге поднимаются и психологические темы. Например, Лю Фэн, возможно, был несчастен потому, что его «сверх-я» оказалось слишком сильным. Но что угнетает сильнее всего – так это то, что интернет буквально переполнен статьями, где Лю Фэн подвергается так называемому личностному анализу. Там его безапелляционно называют человеком с «угождающей личностью», и между строк читается: вся его неудачная, горькая жизнь – исключительно из-за «психологических проблем».

Да, для большинства зрителей всё выглядит именно так: они могут прослезиться в зале, но стоит выйти из кинотеатра – и каждый поспешит сказать себе:«Главное – не прожить жизнь как Лю Фэн. Слишком уж тяжело и жалко!»

После таких статей многие начинают исподволь проверять себя:«А нет ли у меня похожих проблем?»А в памяти невольно всплывают знакомые лица:«Ах вот оно что! Он тоже угождает другим – вот почему так страдает, вот почему столько потерял».

Но при этом никто и никогда не задался простым вопросом: а достоин ли Лю Фэн уважения? Разве человек, пусть и живущий в бедности, заслуживает лишь жалости или анализа? Кто сказал, что стремление к «обыденному успеху» – единственно верный путь?

Большинство, похоже, молчаливо соглашается, что в мире существует некий универсальный стандарт правильной жизни. И всякий, кто отклоняется от него, будто обязан быть разобран по косточкам, осуждён и превращён в «пример для назидания».

На деле же все эти «анализы» и «диагнозы» в адрес Лю Фэна – не более чем отражение нашей собственной ограниченности и эгоцентризма.

С распространением психологических знаний эта наука, кажется, превратилась в своего рода модное учение.

Сегодня почти каждый хочет хотя бы немного разбираться в психологии. Это можно понять: всем хочется жить радостнее, меньше мучиться от тревог и чаще испытывать счастье.

Но я заметила любопытную вещь: у некоторых после знакомства с психологией качество жизни не только не улучшилось – наоборот, стало хуже. Почему? Потому что, выучив несколько терминов и усвоив кое-какие теории, они не обращаются внутрь себя, а с жаром начинают анализировать и судить других.

Хочу сказать прямо: не стоит применять свои «психологические знания» для анализа любимого человека, родственников, друзей или коллег. Это форма скрытой агрессии и, по сути, неуважение.

Во-первых, психологический анализ – инструмент, которым вправе пользоваться только консультант в ответ на запрос клиента. И любая консультация подчиняется правилу строгой конфиденциальности. Проводить анализ без согласия самого человека – значит проявить к нему крайнее неуважение.

Во-вторых, полностью «здоровых» людей попросту не существует. В той или иной степени у каждого есть психологические трудности. Когда вы самонадеянно берётесь анализировать других, вы словно предполагаете, что у вас самих проблем нет. Тем самым вы выстраиваете неравные, подавляющие отношения.

Наконец, важно помнить: психология учит нас понимать другого человека, а не выносить ему приговор. Это две совершенно разные вещи.

К примеру, столкнувшись с холодным, замкнутым человеком, некоторые, «нахватавшись» психологии, тут же гордо заявляют:«Ага, я сразу раскусил твою защитную реакцию!»– и, самодовольно смакуя, спешат озвучить «диагноз». Более того, они норовят сорвать с человека эту защиту, выставляя его на посмешище и причиняя боль.

А потом ещё разводят руками:«Ну а что? Разве я сказал неправду?»

На деле такие люди используют психологию лишь как повод блеснуть эрудицией и подчеркнуть собственное «умничанье».

А вот если применять психологические знания с позиции понимания и сочувствия, результат может оказаться выигрышным для обеих сторон. Ведь психология дана нам, чтобы помогать лучше понимать людей, а не чтобы их оценивать и клеймить.

Помимо того, что многие любят анализировать других, нередко люди ещё и неправильно используют психологические знания, пытаясь руководствоваться ими в собственной жизни.

Но психология никогда не была и не может быть «путеводителем по жизни». Не существует такого понятия, как «жить по психологии».

На самом деле человек может прожить жизнь самыми разными способами. Ну и что, если у кого-то чрезмерно сильно «сверх-я»? Ну и что, если у кого-то зависимый тип привязанности? А кто-то чересчур властен? Пока самому человеку не тяжело, пока он не страдает и не ищет помощи, в этом нет никакой проблемы.

Возьмём, к примеру, героя фильма «Юность» Лю Фэна. Он хотел быть «живым Лэй Фэном», жить ради определённых идеалов и веры. Это был его выбор. И если он сам не испытывал от этого боли и не сожалел, никто не имеет права его осуждать.

За годы работы психологом я всё чаще замечаю: многие люди оказываются пленниками убеждений, и именно это делает их жизнь зажатой и несвободной.

Скажем, кто-то твёрдо уверен:«За что бы я ни взялся, если уж делаю – то только идеально. А если так не получится – лучше вообще не начинать». Но именно такие установки мешают людям. Страшась невозможности достичь совершенства, они нередко избегают любых трудностей. Эти убеждения – не что иное, как маска «правильной жизни», под которой человек прячет самого себя.

Неизвестно с какого момента даже психологические теории стали указывать людям, как нужно поступать, чтобы не пострадать, как нужно жить, чтобы добиться успеха, какой путь считается «правильной жизнью».

Постепенно мы начали бояться нарушить эти предписания, потому что сами связали их с представлением о том, как надо жить.

Мы привыкли действовать ради внешних требований: чтобы выделиться, прославить семью, сохранить лицо, доказать своё превосходство…

Но если прислушаться к себе, окажется, что многим людям вовсе не так уж дорога эта самая «успешность».

Да, мы невольно облачились во множество условных кандалов,

Именно потому, что мы слишком часто игнорируем собственные чувства и потребности души, чрезмерно равняемся на социальные ожидания, слишком рационально «контролируем» свою жизнь, мы и задыхаемся от внутреннего напряжения и самоистощения.

Если ты больше не хочешь так жить – попробуй отбросить все эти навязанные «стандарты» и попытайся прожить жизнь так, как подсказывает твоё подлинное внутреннее чувство.

Не умеешь управлять эмоциями – не сможешь управлять жизнью

Каждый человек переживает разные эмоции, но не каждый умеет ими управлять.

Первый шаг – научиться замечать и распознавать их в момент возникновения, а затем использовать определённые приёмы, чтобы взять их под контроль.

Люди, которых называют чересчур эмоциональными, не всегда лишены навыков самоконтроля – чаще всего они просто не успевают вовремя заметить, что эмоция возникла, и потому оказываются ею захвачены. Внешне это выражается в переменчивом настроении и зависимости от обстоятельств.

В привычном понимании «быть эмоциональным» – значит обладать чем-то нежелательным. Но это не всегда так. Многие художники и творцы опираются именно на богатство чувств и тонкость восприятия: сильные эмоции способны пробудить вдохновение. Так называемая артистическая натура – это прежде всего особая чувствительность к миру искусства. Для многих творческих людей их эмоциональность становится проводником к одарённости. История знает немало писателей и художников, страдавших маниакально-депрессивными расстройствами: их внутренние бури мешали личной жизни, но становились источником необычайной творческой силы.

Поэтому, если ты тоже относишь себя к эмоциональным людям, не спеши осуждать себя. Спроси:«Приносит ли моя чувствительность какую-то пользу?»Может быть, твоя способность тонко и ярко воспринимать мир дарит уникальный опыт, который недоступен другим, – и именно он рождает твою креативность.

Поверь: эмоциональность может быть признаком творческого дара. Важно лишь научиться не только обуздывать её, но и использовать – превращать её энергию в топливо, делающее жизнь богаче, а не в преграду на пути.

После того как эмоции возникают, их сила и устойчивость проявляются у людей по-разному. В психологии существует теория темпераментов, восходящая к античному учению Гиппократа о «телесных жидкостях». Согласно этой традиции, различают четыре типа: флегматический, меланхолический, холерический и сангвинический.

Люди с флегматическим темпераментом, как правило, менее чувствительны и восприимчивы к эмоциональным колебаниям. Меланхолики и холерики, напротив, от природы более уязвимы перед определёнными состояниями. Меланхолик чаще подвержен печали, грусти, самоуглублённым переживаниям. Его эмоциональные реакции нестабильны, а колебания настроения значительны. Холерик особенно чувствителен к гневу: он вспыльчив, склонен к импульсивным поступкам, но его раздражение так же быстро угасает, как и вспыхивает. Не зря таких людей называют взрывными или с горячим характером. Сангвинический темперамент, напротив, дарит лёгкость и жизнерадостность: такие люди чаще бывают оптимистами, их эмоциональный фон более уравновешен и стабилен.

Иными словами, помимо приобретённых навыков саморегуляции, врождённый темперамент тоже влияет на то, насколько легко человек может выходить из равновесия или, напротив, сохранять спокойствие. Поэтому некоторым требуется приложить куда больше усилий, чтобы научиться управлять собой.

С ростом жизненного опыта и развитием личности эмоции становятся более уравновешенными. Управление ими превращается в естественное следствие взросления: результат постоянного взаимодействия с миром и людьми, способность осознанно корректировать реакции ради лучшей адаптации.

Таким образом, если ты замечаешь, что часто впадаешь в эмоциональные крайности, это может означать лишь одно: твоя личность пока не достигла подлинной зрелости. Твоё психологическое «я» ещё слишком юно, и ты продолжаешь реагировать на мир скорее по-детски, чем по-взрослому.

Почему ты становишься чрезмерно эмоциональным?

Причина может крыться в том, что в твоей родительской семье тема эмоций просто отсутствовала. Твои родители сами не умели осознавать и регулировать свои чувства, поэтому в такой среде ты тоже не мог развить этой способности.

Есть и другой вариант: возможно, родители слишком тебя оберегали, из-за чего твой социальный опыт оказался крайне скудным. У тебя не было поводов задуматься о себе, пройти через испытания, которые формируют зрелую личность. Многие ведут себя по-детски именно потому, что испытали слишком мало трудностей, боли и поражений. У них низкие требования к себе. Но стоит такому человеку пожить несколько лет «в поле», набить шишки и почувствовать сопротивление жизни, как внимание к собственным эмоциям и умение их регулировать начинают расти естественным образом.

Иначе говоря, твоё излишнее эмоциональное поведение объясняется не только отсутствием навыков контроля над собой. Есть ещё одна глубинная причина: ты подсознательно считаешь, что имеешь право быть капризным.

Процесс взросления – это постепенный отказ от установки «Мне можно всё».

Когда-то ты ставил себя в центр вселенной, верил, что мир обязан вращаться вокруг тебя. Но, пройдя через реальный опыт, понял: мир никому не подчиняется, он не крутится вокруг тебя – это ты вынужден подстраиваться под него. И даже при этом никто не гарантирует, что ты получишь желаемое.

Постепенно становится очевидно: жизнь полна кризисов и ловушек, и, чтобы справиться с ними, нужно развивать свои способности.

А развитие этих способностей и есть путь к овладению эмоциями. На этом этапе мотивация для внутренней дисциплины уже сформировалась – остаётся лишь освоить конкретные методы и приёмы.

По сути, обучение управлению эмоциями – это процесс глубокой социализации человека.

Поскольку управление эмоциями – навык, который формируется в процессе воспитания и последующей тренировки, оно неизбежно связано с тем, какую атмосферу создавали родители и чему учили в семье.

Если у человека есть проблемы с чрезмерной эмоциональностью, очень вероятно, что подобные трудности были и у его родителей. К сожалению, в таких семьях вспыльчивость или подавленность никогда не рассматривались как проблема. Эмоциональные всплески каждого члена семьи воспринимались как нечто естественное, не требующее исправления. Живя в подобной среде, человек не формирует сознательной установки на управление эмоциями. Когда он проявляет раздражительность, впадает в депрессию или становится апатичным, он не осознаёт, что это признак эмоциональной нестабильности. Он просто позволяет чувствам захлёстывать себя, пассивно плывёт по течению и начинает действовать по принципуэмоционального рассуждения.

Что это значит? Всё просто: мы оцениваем мир и людей сквозь призму текущего настроения. В хорошем расположении духа нам всё нравится, мы всем ставим «лайки». Но стоит впасть в подавленность – и реальность представляется безнадёжной, вся жизнь окрашивается в серые тона. Наше рациональное мышление оказывается в плену у сиюминутных переживаний, и потому отношение к миру и другим становится крайне

Люди, умеющие тонко выстраивать отношения, отличаются тем, что чутко отслеживают малейшие колебания своего внутреннего состояния. Они способны ясно различить: их суждение рождено эмоцией или основано на рассудке. Эта холодная ясность и рациональность позволяют им легко ориентироваться в деловой и политической сферах. Их эмоциональная грамотность так высока, что они не только управляют собой, но и могут сознательно использовать эмоции как инструмент влияния – это и есть так называемаяпсихологическая тактика.

Когда мы говорим о человеке «с глубоким самоконтролем», мы имеем в виду именно это: он не разбрасывается эмоциями, не показывает их первому встречному и потому остаётся загадкой, не позволяя угадать свои истинные намерения.

А вот тот, кто не умеет управлять собой, обычно носит все свои радости и печали на лице. Излишняя эмоциональность часто разрушает ему жизнь, приносит массу ненужных проблем. В отличие от него, мастер эмоционального самоконтроля может внешне абсолютно спокойно вести настоящую «эмоциональную шахматную партию». Разница между ними – в степени осознанности, умении замечать свои эмоции и в уровне владения техникой управления ими.

Существует мнение: если человек не способен управлять своими эмоциями, он не способен управлять собственной жизнью.

Когда в карьере случаются неудачи, тот, кто не умеет держать себя в руках, легко бросает начатое. Он не готов немного потерпеть ради цели. Более того, такие люди часто не до конца понимают, чего хотят, и поэтому особенно подвержены влиянию внешних обстоятельств.

Кто-то может возразить:«А я не хочу жить ради целей, мне важно просто испытывать жизнь, чувствовать её…»На мой взгляд, это тоже форма самопознания, определение своего пути. Возможно, такие слова принадлежат человеку с артистической натурой, которому действительно подходит творчество. Но даже за творчеством любого художника стоят будни, полные мелких рутинных забот.

Любая внешняя свобода от правил имеет обратную сторону – необходимость принимать ограничения.

Для большинства же из нас более практичный путь – учиться управлять своими эмоциями. Один из действенных способов – развивать внимательность к собственным состояниям. Можно завести дневник и фиксировать, что происходило в момент появления эмоции, какие чувства вы испытали, какие действия совершили и почему. Чем подробнее записи, тем глубже последующий анализ.

Кроме того, полезно наблюдать за другими: как они выражают эмоции, какие способы справляться с ними находят. У чужого опыта можно взять лучшее – и предостеречь себя от худшего. Если продержаться в такой практике хотя бы некоторое время, способность замечать, называть и регулировать собственные эмоции значительно возрастёт.

Эмоциональность сама по себе не страшна. Настоящая опасность – когда мы отказываемся расти.

Откуда берётся вспыльчивость

В жизни нам часто встречаются люди, которые живут словно на пороховой бочке. Одни, столкнувшись с малейшей неудачей, вспыхивают и обрушивают гнев на окружающих. Другие предпочитают запираться в комнате и мучить самих себя, злясь на собственную «несовершенность».

По сути, и те и другие злятся всё равно на себя. Просто у первых срабатываетвнешняя атрибуция: они перекладывают источник раздражения вовне, делая других мишенью для своих вспышек. У вторых же работаетвнутренняя атрибуция: не позволяя себе выразить злость наружу, они разворачивают её внутрь, превращая себя в объект наказания.

А ведь злость – форма агрессии, попытка «наказать» за то, что что-то пошло не так, как хотелось. Иногда эта кара направлена на окружающих, иногда – на собственное «я». Недаром существует пословица«Гнев разрушает тело». Постоянные вспышки злости изматывают, подрывают здоровье и истощают силы.

Так как же избавиться от привычки злиться по любому поводу? И, что не менее важно, как защититься и не стать жертвами чужой ярости?

Чтобы понять, почему одни люди так часто сердятся, нужно заглянуть в психологический механизм этого состояния. Чаще всего за привычкой гневаться стоит чрезмерно сильное«сверх-я».

Это часть нашей личности, наше «идеальное я», состоящее из совести, социальных норм и идеалов. Оно действует по принципу абсолютного добра, руководит «я» и сдерживает «оно». «Сверх-я» похоже на строгого, сурового родителя – внутреннего надзирателя и судью наших поступков и мыслей.

Люди, которые привыкли злиться на самих себя, обычно обладают слишком сильным «сверх-я». В их жизни нередко возникает разрыв между тем, какие они есть на самом деле, и тем, какими должны быть по собственным стандартам.

Тогда «сверх-я» начинает атаку – обрушивает поток критики и наказаний, вызывая недовольство собой, чувство вины и самобичевание.

Иначе говоря, злость на самого себя – форма компенсации, возникающая, когда реальность расходится с идеалом. Наказывая себя, человек как бы умиротворяет собственное «сверх-я»: оно «довольно» тем, что проступок искуплен. Поэтому каждый раз, когда мы не достигаем нужного результата или терпим неудачу, мы начинаем злиться на себя – это способ отвлечь внутреннего цензора от самой ошибки.

Как правило, такие люди выросли в семьях с очень строгими родителями. В детстве, когда формировалась их личность, они усвоили модель жёсткого «сверх-я». Более того, их родители сами нередко тоже злились на себя, и дети невольно переняли этот образец поведения. В результате у них не возникает сомнений в естественности подобной реакции – пока однажды они не замечают, что эта привычка наносит серьёзный ущерб.

Суровое, перфекционистское «сверх-я» – прямое отражение того, что психологи называютвнутренним родителем. Речь идёт о тех правилах, запретах и установках, которые ребёнок когда-то усвоил в семье и сделал частью собственной личности. Мы строго требуем от себя не чего-то нового, а того, чего когда-то требовали родители.

И потому, когда мы злимся на себя, на самом деле злится наш внутренний родитель. Эта злость – продолжение той критики и недовольства, которые мы слышали в детстве, когда не могли соответствовать ожиданиям родителей. Повзрослев, мы словно создали внутри себя замену реальным отцу и матери – внутреннего надсмотрщика, который и дальше воспроизводит их поведение.

Ещё одна причина, по которой человек может быть склонен к вспышкам гнева, –всемогущий нарциссизм.

Состояние младенца, который ощущает себя всесильным, способным на всё. Обычно с психологическим взрослением эта установка постепенно уходит: человек переходит от иллюзии всемогущества к частичному самоприятию, то есть начинает осознавать и свои сильные стороны, и свои слабости, понимать собственные границы.

Однако у некоторых часть этой иллюзии так и не заменяется здоровым, реалистичным нарциссизмом. В жизни это проявляется так: стоит чему-то пойти не по их плану – они впадают в ярость.

Такая реакция называетсянарциссической яростью. В её основе

На самом деле это защитный механизм: обвиняя и наказывая других, они спасают от разрушения собственную иллюзию всемогущества. По сути, это форма самообмана и показатель психологической незрелости.

Любопытно, что нарциссическая ярость почти всегда направлена на тех, кого считают безопасными мишенями. Такие люди трусливо «выбирают жертву» – того, кто, по их ощущению, не способен дать отпор.

Именно поэтому, если вы сталкиваетесь с человеком, склонным к подобным вспышкам, крайне важно не поддаться его гневу и не признать правомерность его нападок. Иначе последствия могут оказаться куда серьёзнее, чем кажется.

Запомните: источник ярости такого человека – не вы. Это его собственная внутренняя проблема, его личная незрелость.

В общении с человеком, склонным к привычным вспышкам ярости, важно научитьсясмотреть сквозь него,словно не замечая. Со временем, если его агрессивные проекции не пробьют вашу защиту, он потеряет интерес: когда вы не реагируете, его гнев превращается в одиночный спектакль. В конце концов ему остаётся лишь смиренно забрать свой гнев обратно.

А если вы сами – из тех, кто легко срывается на окружающих или любит злиться на самого себя, – необходимо осознанно развиватьнаблюдение за собой. В буддийской традиции есть понятие«я-цепляние»– это когда человек во что бы то ни стало требует, чтобы мир соответствовал его личным стандартам.

Освобождение от этого «я-цепляния» – путь к подлинному пониманию себя и реальности. Только ясно увидев собственное «я», вы сможете действительно избавиться от привычки жить в гневе.

Как жалобы постепенно разрушают нас

У меня был одноклассник, который всю жизнь любил жаловаться. В тот год мы вместе поступили в один университет. Помню, прошло всего полмесяца после начала учёбы, а он уже без конца твердил, какая плохая у нас школа, какие посредственные преподаватели и что в университете совершенно нет той атмосферы, о которой он мечтал.

Сначала я тоже думала, что в его словах есть доля правды: ведь мы так усердно учились в старших классах и возлагали на студенческую жизнь слишком много идеалистических ожиданий, поэтому лёгкое чувство разочарования казалось вполне естественным.

Позже, благодаря неплохим ораторским способностям, он вступил в один университетский кружок и даже стал в нём заместителем председателя. Мне казалось, что он, как и я, наконец-то привык к жизни в университете.

Но однажды мы случайно встретились в кампусе, и после короткого разговора я поняла: он снова начал без конца жаловаться. По его мнению, в кружке было слишком много нелепых правил, из-за которых он никак не мог реализовать свои способности. Кроме того, он считал, что окружающие его люди глупы и у него с ними совершенно нет общего языка.

В общем, он был уверен, что поступление в этот университет стало для него ужасной ловушкой.

Позже мы почти не виделись, я только слышала, что отношения у него с однокурсниками тоже складывались плохо.

В последний раз в студенческие годы я встретила его, когда мы уже были на третьем курсе. В то время все были заняты подготовкой к будущему: кто-то планировал уехать учиться за границу, кто-то собирался поступать в аспирантуру, а кто-то заранее искал работу. А мой одноклассник оказался в затруднительном положении, потому что на втором курсе завалил два предмета.

Когда он пришёл ко мне излить душу, он был небритым, от него сильно пахло сигаретами. Говорили, что он в те месяцы часто пропадал в интернет-кафе, где сутками напролёт зависал с какими-то людьми со стороны.

Я подумала, что он наконец-то образумился и решил собраться с силами, чтобы наверстать учёбу. Но оказалось, он всё так же, как и в первый год, без конца жаловался. Он винил университет в том, что провалил два предмета, уверяя, что именно вуз «подставил» его.

Итог был таков: отучившись четыре года, он так и не получил диплома. Позже, с помощью семьи, он всё же устроился на неплохую работу. Но продержался там всего три месяца и сбежал. Потом он начал постоянно менять места работы – нигде долго не задерживался, и каждый раз причина была одна и та же: «Начальник – дурак, с коллегами невозможно ладить».

Прошло десять лет. Большинство наших однокурсников уже добились неплохих успехов в своих сферах. А этот одноклассник окончательно превратился в безработного, и на встречах выпускников буквально упрашивал кого-нибудь помочь ему устроиться на работу.

Глядя на его робкую, жалкую, но в то же время полную недовольства фигуру, мы не могли не вздохнуть с горечью: как же он дошёл до такой жизни!

Как говорится в пословице, в жизни девять из десяти дел идут не так, как хотелось бы.

То, что с нами происходит, далеко не всегда бывает приятным или ожидаемым. Каждый человек – в какой-то мере «жертва» обстоятельств. Именно поэтому в мире так много жалоб.

Однако у тех, кто привык постоянно жаловаться, почти всегда один и тот же наивный мираж: будто можно получать от жизни всё хорошее, не прилагая особых усилий. Такие люди склонны недооценивать трудности, которые несёт с собой жизнь. Им кажется, что они делают многое, а получают слишком мало, и потому они ропщут на судьбу и обвиняют окружающий мир.

Особенно часто это проявляется у тех, кто и так обладает неплохими исходными условиями. Они уверены, что заслуживают лучшей жизни, ведь по сравнению с другими у них есть какие-то выдающиеся качества. Но забывают о другом: те, кто с виду слабее, могут обладать куда более крепким внутренним стержнем, большей способностью терпеть трудности и зрелостью.

Жалобы – лишь отражение внутренней незрелости человека.

У каждого из нас в реальной жизни есть своя тёмная сторона, но, сталкиваясь с ней, мы выбираем один из двух путей: одни останавливаются на жалобах и приходят к боли и неудаче; другие решаются на перемены и, меняя себя, меняют собственную судьбу.

Когда мы начинаем жаловаться, на самом деле мы перекладываем причину своих трудностей на внешние обстоятельства. Это позволяет ощутить ложное чувство превосходства – будто мы выше того, на кого жалуемся. Делается это с двумя целями: во-первых, чтобы оградить собственное чувство достоинства от удара, а во-вторых, чтобы не брать на себя ответственность.

История моего одноклассника ясно показывает: всего лишь разрыв между

Посмотрите на тех язвительных людей, от которых исходит сплошная негативная энергия: в их мире всегда кто-то виноват перед ними. Они изо дня в день вздыхают и жалуются, уверенные, что их талант не оценён по достоинству, – и в итоге обречены прожить обыденную, заурядную жизнь.

Привычка постоянно жаловаться делает человека зацикленным на негативе – он чрезмерно фокусируется на проблемах и переживаниях, раздувает до крайности любую трудность и сам загоняет себя в «темницу страданий», из которой не находит выхода.

Даже когда кто-то пытается вытащить его оттуда, он встречает это недовольством и упрёками.

Жизнь предельно справедлива: если ты без конца жалуешься, смотришь на мир мрачно и отвергаешь саму жизнь, судьба неизбежно исполнит твои ожидания и в итоге подарит печальный финал.

Только обретя способность любить себя, можно по-настоящему наслаждаться любовью

У многих был опыт неудачной любви, и в момент расставания почти всегда возникает боль. Но у одних эта боль проходит постепенно, а у других кажется невыносимой: они надолго застревают в переживаниях, не находя выхода. Некоторые после этого закрываются в холодной броне, больше не решаются любить и отказываются впускать в сердце новые чувства. А кто-то даже доходит до трагических шагов – вплоть до самоубийства.

Есть и другой тип людей: они попадают в замкнутый круг «любовь – рана – любовь – снова рана» и каждый раз выходят из отношений ещё более израненными, словно это чувство неизменно приносит им страдания.

Иными словами, немало людей живут в состоянии «страданий ради любви».

Так, одна моя подруга на протяжении многих лет словно обречена на подобный сценарий. Её путь в отношениях постоянно сопровождается неудачами: каждая потеря причиняет ей сильный удар, и собственных сил, чтобы выкарабкаться из этой боли, ей не хватает.

В то же время мы видим и другую картину: есть люди, которых расставание почти не ранит. Возникает вопрос: почему для одних разрыв становится невыносимым испытанием, а для других оказывается лишь незначительным событием?

Для тех, кто живёт в состоянии «страданий ради любви», сами отношения несут функциональный смысл: доказать себе, что «я хороший», «я достоин внимания». Такие люди остро нуждаются во внешнем подтверждении своей значимости, и если однажды его лишаются, это сразу пробуждает глубинную, подсознательную травму – «меня не любят». В их представлении чувство привязанности полностью отождествляется с «быть любимым». Поэтому расставание воспринимается как потеря собственной ценности, и та часть «я», которая держалась на признании другого, разрушается, причиняя колоссальную боль.

А вот для других отношения не обрастают таким грузом смыслов: для них это просто вопрос «вместе хорошо или нет». Если рядом приятно и легко – продолжают, если тяжело – прекращают.

Очевидно, что такие люди обладают большей способностью к самолюбию. Они опираются прежде всего на себя, умеют заботиться о себе и давать поддержку. Даже если партнёр отнимает своё чувство, у них остаётся собственная внутренняя опора. Да, им может быть больно, но это не приводит к коллапсу «я».

Различить эти два типа просто: достаточно посмотреть, есть ли у человека способность к самолюбию. Но здесь затрагивается и уровень психологической зрелости. Те, у кого это качество не сформировалось, не могут справиться с ударом от крушения близкой связи.

Большинство же «страдающих ради любви» прекрасно понимают: после расставания их мучает не сам партнёр, а крушение собственных иллюзий об идеальном чувстве. В отношениях они фокусируются не на настоящем облике другого, а на двух вопросах:«Любит ли он меня и насколько сильно?»Для них близость становится зеркалом их ценности. И когда зеркало разбивается, рассыпается и ощущение «я есть, я хорош».

В младенческом возрасте каждый человек проходит стадию всемогущего нарциссизма – ребёнку кажется, что он всесилен: стоит только захотеть, и мир (в действительности – мама или другой заботящийся взрослый) тут же подстраивается под его желания.

Но по мере взросления человек неизбежно сталкивается с реальностью и её фрустрациями. Эти столкновения подтачивают иллюзию всемогущества. Если испытания оказываются посильными, ребёнок постепенно выходит из состояния всемогущего нарциссизма, учится принимать несовершенство реального мира и развивает способность справляться с трудностями, формируя цельное и устойчивое «я».

Когда он перестаёт полностью зависеть от внешних источников удовлетворения, появляется умение заботиться о себе – так формируется самолюбие.

Но бывает и иначе. Если на стадии всемогущего нарциссизма ребёнок переживает слишком сильные удары, а окружающие не дают ему достаточной поддержки и эмпатии, психика может застрять на этом этапе. Повзрослев, такой человек остаётся в плену иллюзии всесилия и переносит её на партнёров: каждый раз влюбляясь, бессознательно ждёт, что другой станет волшебным источником его значимости и безусловного удовлетворения.

По сути, способность к самолюбию развивается как ответ на несовершенство и ограничения реальности.

Если же на пути роста были серьёзные травмы, этот навык не формируется, и человек живёт в фантазиях, снова и снова получая боль в отношениях. Ведь ранит его не столько партнёр, сколько собственные несбывшиеся ожидания.

Те, кто живёт в состоянии «страданий ради любви», на самом деле мучаются не из-за самой любви, а из-за нехватки самопринятия. Именно поэтому они повсюду «ищут это чувство», пытаясь заполнить внутреннюю пустоту. Для них ощущение привязанности почти полностью сливается с желанием «быть любимым». Но за этим скрывается фундаментальная проблема – неразрешённые вопросы собственной ценности:«Достаточно ли я хорош(а)?», «Заслуживаю ли я любви?».

Поэтому любая неудача в личных делах мгновенно превращается в тяжёлый кризис: вместо того чтобы отпустить ситуацию, люди застревают в мучительном внутреннем запросе:«Почему меня снова не любят?»

Во многих болезненных, цепляющихся отношениях внешняя страстность может казаться безмерной, но это вовсе не доказательство глубины чувств к партнёру. Чаще всего за этим стоит лишь попытка закрыть внутренний дефицит.

Чем сильнее человек испытывает нехватку любви, тем более отчаянно он требует её извне. Но такая зависимость приносит лишь новые травмы и всё большее отчаяние.

Только когда человек честно и внимательно разберёт свой жизненный путь, признает и начнёт исцелять ранние психологические пробелы, у него появится возможность развить самопринятие. А уже обладая этим качеством, он иначе воспринимает близость: не как источник спасения, а как радость и обмен. И только тогда любовь превращается в по-настоящему счастливый опыт.

Привычка отрицать других – всего лишь признак утраты себя

Иногда я замечаю: достаточно посмотреть, как человек относится к окружающим, чтобы предсказать его будущее.

В жизни всегда встречается определённый тип людей – они словно обладают особым «талантом» видеть лишь недостатки. Их речь полна критики и отрицаний, и почти никогда – похвалы или признания достоинств.

Когда-то и я обманывалась: казалось, что это признак проницательности, умение видеть суть. Но позже я поняла: неспособность сказать доброе слово – это своего рода болезнь. Такие люди внешне могут казаться сильными, но в действительности их сердце пронизано слабостью и униженным самовосприятием. Отрицая других, они маскируют собственную уязвимость.

Им необходимо снова и снова убеждать себя:«Успешные люди ведь тоже несовершенны»,искажая факты, чтобы хоть на миг почувствовать иллюзорное превосходство. Такая ложная гордость становится для них костылём, дающим временную подпитку хрупкому самолюбию.

Но трагедия в том, что значительная часть их внутренней энергии уходит не на созидание и развитие, а на поддержание этой иллюзии. Они не желают встретиться с правдой о себе, поэтому прибегают к уходу от реальности, искажению, отрицанию и фантазиям.

Постепенно самообман превращается в привычку, в неосознаваемый стиль жизни. И именно он становится главным препятствием на пути к успеху.

Возможно, самая горькая трагедия для человека – это не быть обманутым другими и даже не самому кого-то обманывать, а жить в состоянии самообмана.

Те, кто строит мнимую силу на постоянном отрицании окружающих, почти всегда несут в себе опыт раннего, болезненного сравнения. В детстве и юности их бесконечно ставили рядом с другими, сравнивали – и почти никогда не признавали достойными. Из этих переживаний они вынесли неуверенность, робость и уязвимость.

Постепенно вырабатывалась извращённая стратегия:«Раз я всё равно не могу превзойти других, то лучше первым укажу на их слабости». Обнажив чужие недостатки, можно приглушить блеск достоинств и хотя бы на время уменьшить собственное чувство неполноценности.

Эта привычка – обесценивать и презирать – становится своеобразным механизмом психологической защиты. Она создаёт иллюзию силы, потому что внутри такого человека живёт слишком много сомнений.

Постоянное отрицание других для него – способ удержать хрупкое ощущение собственной значимости.

И напротив: те, кто умеет искренне признавать и хвалить, – это люди, в прошлом многократно получавшие признание и поддержку. Им не нужно бороться за мнимое самоутверждение: они уверены в себе и не расходуют силы на поддержание ложной гордости.

Те, кто привык отрицать окружающих, живут в режиме сравнения. Их взгляд прикован к другим, их мысли бесконечно прокручивают сопоставления. Но в этой гонке за тенями у них не остаётся времени, чтобы заглянуть внутрь себя, услышать собственные желания и потребности.

В каком-то смысле их жизнь оказывается прожитой не для себя, а ради других – в тех самых сравнениях, от которых они так и не смогли освободиться.

Если ты тоже из тех, кто привык постоянно обесценивать других, тебе стоит осознать простую истину: твой интерес к людям связан вовсе не с их потребностью в тебе, а с твоей собственной – с внутренней нуждой в них. Ты словно без конца ищешь внешние зеркала, чтобы подтверждать своё «я». Без этих отражений ты теряешь ощущение устойчивости и потому не знаешь себя по-настоящему.

Но те, за кем ты так внимательно следишь, наверняка обладают качествами, которых у тебя нет и которым стоило бы учиться. Ты же упорно смотришь лишь на их недостатки, забывая очевидное: чужие изъяны к тебе не имеют отношения, тогда как твои собственные слабости напрямую влияют на твою жизнь.

Проблема в том, что привычка к обесцениванию рождается из изматывающей внутренней борьбы. Из-за неё уже не остаётся сил на честное самонаблюдение. Всё внимание уходит на «самозащиту» – чтобы тебя снова не затмили, не сравнили и не унизили.

Но пока ты сосредоточен только на чужих недостатках, не замечаешь, какие собственные ресурсы мог бы развивать. Ты цепляешься за призрачное чувство удовлетворения, поддерживаемое отрицанием других, и тем самым лишаешь себя настоящего роста и прогресса.

Привычка постоянно обесценивать других – это болезнь, и она одновременно и глупая, и мучительная.

Почему глупая? Да потому что нужно быть совсем недальновидным, чтобы жить с глазами, прикованными исключительно к окружающим. Разве это не яркий признак того, что человек сам себя совершенно не ценит?

Почему мучительная? Потому что страстное желание находить чужие изъяны и унижать других всегда прячется за одной-единственной целью – доказать себе: «Я не так уж плох». Такой человек боится признать чужие достоинства, поэтому отчаянно выискивает слабости, будто от этого станет легче. Но ведь в мире нет ни одного человека без сильных качеств! И если ты не способен смотреть на них без боли и зависти, то, по сути, превращаешь их в орудие наказания против себя. Разве это не самое настоящее самобичевание?

Хотя логика здесь проста, многие оказываются в ловушке. Они выбирают путь самообмана: глушат внутреннюю боль, придумывая чужие промахи, лишь бы не встретиться лицом к лицу с собственной уязвимостью. Но подобное самоуспокоение не даёт ничего для реальной жизни. Оно обкрадывает рост, лишает сил, делает человека злым и язвительным. Такой «ядовитый язык» неизбежно вызывает отторжение, и в итоге человек оказывается в одиночестве – ведь кто захочет быть рядом с тем, кто всё время ранит?

Если человек постоянно строит своё чувство превосходства на обесценивании других, он неизбежно останавливается в развитии.

О каких достижениях может идти речь, если все силы уходят на возведение хрупкой декорации мнимого величия, а на создание подлинного внутреннего мира уже не остаётся ресурсов?

Некоторые ради этого иллюзорного удовлетворения доходят до крайнего безумия: вступают в конфликты, прибегают к агрессии и силе, будто террорист с бомбой – вламываются в чужую жизнь, лишь бы доказать себе собственную значимость.

Другие направляют разрушительный импульс внутрь – не бросают бомбу в окружающих, а подрывают себя. Так начинается саморазрушение: бесконечные упрёки, тревога, социальные страхи, а иногда и депрессия.

В основе всего этого лежит одно: слишком много внимания уделяется другим и слишком мало – самому себе. Жизнь проживается по чужой системе координат, а не по своей.

И тут напрашивается главный вопрос: насколько же унижено и обесценено должно быть «я», если оно ищет себе место в чужих жизнях? Если ради поддержания иллюзорного образа человек готов платить такую страшную цену?

К сожалению, в реальной жизни слишком многие самодовольно наслаждаются своей «проницательностью» в умении подмечать чужие недостатки. Их психическое развитие находится примерно на одном уровне, и потому они с презрением смотрят друг на друга, придираются, ищут

Демоны сердца – это преграды. Если их не изжить, человеку трудно обрести счастье. Масштаб того, насколько сильна власть этих внутренних препятствий, отражает степень умственной зрелости и силу психической энергии.

Часто причина не в том, что счастье слишком далеко, а в том, что именно наша духовная незрелость не позволяет его достичь.

Не избегая печали, ты растёшь сильнее

Одна из моих клиенток, назовём её А., уже почти год находится в тяжёлом психическом состоянии: настроение постоянно подавленное, тревожность не даёт ей спать. Всё это напрямую сказалось и на работе – дважды она не прошла аттестацию. Женщина очень хочет прийти в себя и снова полностью уйти в работу, но, как ни старается, сил просто не остаётся.

В разговоре я узнала, что около года назад в её жизни случилась большая утрата – скончался дедушка, особенно дорогой ей человек. С того времени А. пребывает во внутреннем упадке.

Для любого человека печаль – это очень важное чувство. Когда мы сталкиваемся с жизненными потрясениями – будь то разрыв отношений, развод, потеря работы, смерть близкого, предательство друга или неудача в карьере, – мы неизбежно переживаем горе. В такие моменты выражение чувств – естественная реакция психики, способ справиться с негативными событиями.

Но если человек в сложной ситуации не разрешает себе грустить, велика вероятность серьёзных психологических последствий.

А. как раз относится к тем, кто не позволяет себе оплакивать утрату. Для неё это чувство связано со стыдом: она убеждена, что нужно быть рациональным, нельзя показывать слабость. Её дедушка тоже был человеком твёрдым и рассудительным; при жизни он много раз наставлял её стойко встречать трудности и быть крепкой. Поэтому после его смерти А. снова и снова напоминала себе, что должна быть крепкой. Она даже не взяла отпуск на похороны и продолжала работать, считая, что так почтит его память.

А. была уверена, что это поможет ей выдержать тяжёлый период. Но вышло наоборот: она оказалась в плену депрессии.

В реальной жизни людей, похожих на А., совсем немало.

Многие, столкнувшись с тяжёлыми обстоятельствами, насильно заставляют себя быть стойкими. Но результат оказывается обратным: они надолго застревают в депрессивном переживании и не могут выбраться.

Причина в том, что проявление печали – естественный и здоровый механизм работы психики, одна из важнейших её функций.

Именно через проживание горя мы способны завершить связь с негативным событием, попрощаться с прошлым и двинуться дальше.

Если же человек запрещает себе грустить, процесс внутреннего разделения не происходит, и он остаётся в плену болезненного переживания, которое постепенно приводит к депрессии.

Выражение печали выполняет как минимум три важные психологические функции:

Эмоциональная разрядка.

Наши эмоции и чувства подобны потоку воды: они постоянно движутся. Когда в жизни происходят тяжёлые события, возникает боль и скорбь, и это абсолютно нормально.

Только позволив себе выплеснуть переживания, мы даём им течь свободно, не позволяя застаиваться и блокировать нас изнутри.

Тогда внутреннее состояние постепенно возвращается в норму.

Завершение процесса расставания.

Любое испытание – будь то расставание, развод, потеря работы, смерть близкого, предательство друга или неудача в карьере – означает необходимость психологически отделиться от кого-то или чего-то важного. То, чем человек дорожил, уходит безвозвратно. В такие моменты выражение печали помогает завершить внутренний разрыв. В китайской традиционной культуре, например, смерть близкого сопровождается торжественными траурными ритуалами, где человеку позволено открыто выражать скорбь. На самом деле это крайне важный обряд, позволяющий завершить расставание.

Стимул для личностного роста.

Потеря способна пробудить нас, заставить переосмыслить жизнь. На пути взросления каждый человек неизбежно сталкивается с утратами. Наше становление – от зависимого младенца до самостоятельного взрослого – это непрерывная цепочка прощаний. И только приняв их неизбежность, мы можем расти и развиваться.

Существует фраза, приписываемая философу Томасу Карлейлю:«Кто не плакал в долгую ночь, тот не имеет права говорить о жизни».

Почему же люди не позволяют себе грустить?

Возьмём упомянутую выше А. В детстве каждый раз, когда она сталкивалась с неудачей и хотела заплакать, семья внушала ей:«Не плачь, только слабаки плачут».

В такой среде девочка постепенно усвоила: что бы ни случилось, какие бы неприятности ни происходили, плакать нельзя, ведь проявить слабость – это стыдно. Так она с ранних лет почти не плакала и тем более никогда не позволяла себе плакать на людях.

Со временем А. утратила способность выпускать наружу свои отрицательные эмоции. Естественно, ей стало трудно испытывать и положительные. Она словно действительно стала рациональной и сильной – но вместе с тем притупленной и эмоционально равнодушной.

На самом же деле грусть и уязвимость никогда не были противоположностью силы. Настоящая сила и есть та, которая допускает слёзы и печаль, сохраняя гибкость и глубину.

Те же, кто запрещает себе грустить, подавляют в себе множество искренних переживаний – и в итоге это может привести к эмоциональному срыву.

Печаль – не позор и не слабость. Внутренний рост невозможен без опыта горя.

Есть и другой тип людей – те не позволяют себе грустить из-за рациональных убеждений. Например, человек пережил предательство в любви или дружбе и снова внушает себе, что не стоит печалиться из-за подлеца. Однако на деле многие из них всё равно впадают в депрессию.

Разумом отпустить ситуацию – полезно, но в эмоциональной реальности всё равно остаётся боль: нам грустно, неприятно, тяжело. И, чтобы защитить самолюбие, мы включаем рационализацию:

«Как я могла из-за подонка так страдать – какая глупость!»

«Как я могла дружить с таким человеком – будто глаза были закрыты!»

Но любая связь, куда вложено сердце, рождает печаль – и никакая логика не способна её отменить. Лишь позволив себе горевать, мы действительно проходим через расставание.

Чем сильнее человек запрещает себе грусть, тем больше застревает в мучительном прошлом: не в силах отпустить события, потому что внутренне не разрешил им уйти.

Чтобы рана зажила, её нужно увидеть.

Если тяжёлые события причиняют нам боль, мы обязаны заметить те части души, которые пострадали.

Нужно увидеть в себе уязвимость, печаль, тоску – и принять их. Позволить себе после удара быть грустным, слабым, страдать.

Следует тихо побыть рядом со своей скорбью: не гнать её прочь, не заставлять исчезнуть, не стыдиться. Дать себе право на бессилие и неумение справляться – словно сидеть рядом с раненым ребёнком: позволить себе от души плакать и тосковать, подарить себе объятие, понимание и присутствие. Всё это – важная часть самоподдержки.

Учиться заботиться о себе и любить себя – значит помогать себе выйти

Когда случается беда, не нужно убеждать себя сухими доводами. В такие моменты нам нужна лишь тёплая поддержка и объятие.

Спасибо за выбор нашего издательства! Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.

Примечания

Героиня романа «Сон в красном тереме», символ болезненной хрупкости и чувствительности. – Прим. пер.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге