Обложка книги Рубежник. Семнадцатый предел
Боевое фэнтези

Рубежник. Семнадцатый предел

0.00 оценок 0 отзывов0+

Вечером Пётр Евгенин собирался лишь поужинать с женой, сыграть с сыновьями по сети и немного побренчать на гитаре. Но старое зеркало в Воркутинской квартире открылось в чужой мир - и пятидесятипятилетний подполковник в отставке шагнул туда, вытаскивая раненую девушку.

Увидела мёртвую тварь, понюхала воздух и ограничилась фразой: — Если это попадёт в суп, будете есть первым.

О книге

Вечером Пётр Евгенин собирался лишь поужинать с женой, сыграть с сыновьями по сети и немного побренчать на гитаре. Но старое зеркало в Воркутинской квартире открылось в чужой мир - и пятидесятипятилетний подполковник в отставке шагнул туда, вытаскивая раненую девушку. Теперь за его спиной - полуразрушенная крепость и люди, которым больше не на кого надеяться. Перед ним - армия, магия и Контур, награждающий не за количество убитых, а за цену принятых решений. А где-то по ту сторону зеркала его ждёт Ирина. Пётр не молодеет, не становится избранным и не меняет совесть на уровни. Но однажды он сказал: «Тех, кто встал за моей спиной, я не брошу». В Семнадцатом пределе такие слова становятся клятвой. Примечания автора: Первая книга цикла «Рубежник». Эта история написана для моего отца - человека, у которого я позаимствовал для героя не биографию, а характер: спокойную силу, чувство юмора и привычку не торговаться с совестью. Книга завершена. В тексте есть сражения, потери, взрослая и местами грубая лексика. Без гарема, омоложения героя и коллекционирования влюблённых принцесс.

Читать фрагмент

Читать ещё

Глава 1 Полярная ночьВ Воркуте ветер редко спрашивает, готов ли ты с ним разговаривать.В тот вечер он встретил меня у магазина, залез под воротник, проверил молнию на куртке и попытался отнять пакет с картошкой. Я пакет не отдал. Во-первых, там кроме картошки лежали яйца. Во-вторых, уступать погоде в нашем городе — привычка дорогая. Сегодня она у тебя пакет унесёт, завтра дверь подъезда не даст открыть, а к февралю выселит из квартиры и будет жить там сама.До дома было триста двенадцать шагов. Я не считал специально. Просто тридцать с лишним лет службы приучили запоминать расстояния, выходы и лица людей, которые слишком долго смотрят тебе вслед. После отставки привычка никуда не делась, только пользы от неё стало меньше. Раньше я оценивал, где поставить пост и как вывести колонну из-под удара. Теперь знал, что до «Пятёрочки» триста двенадцать шагов, а до круглосуточной аптеки — четырест…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.