Побудь поэтом, хоть немного…

Я лучший!

«Я лучший поэт всех времен и народов»

Себе я сказал, просто так, невзначай.

Конечно-конечно, сей вывод бесплодный,

Мне за него стыдно! Хотя?

- Помечтай...

- Допустим: «Под небом распоротом кровью.

Пылает в осколках заплаканных луж,

Закат. С упоением, даже с любовью,

Спешит по бульвару растроганный муж…»

- И что? И зачем? К чему столько ласки?

Где трепет? Где боль? И что-то ещё?

И «муж», что за слово? Давай без отмазки,

И рифма простая совсем не причём!

- А так? «Я взираю с холма на сражение,

Отвага по жилам, под стягом войска.

Мой клич, сквозь пространство, рождает движение.

«Ура» громогласно!..»

- Да тоже - тоска!

- Оставь, ты не лучший, не гений, короче.

Давай лучше в прозу, там проще всегда.

- А как же про осень? «Мне небо пророчит,

Узорами инея смерть на листах…»

- Пустое! Романтик не ты, ты не очень.

Сойди на обочину - путь молодым.

- Но я же поэт… Мне вон небо пророчит…

- Конечно пророчит, - растаять как дым…

Архив

Я писал сам стихи по ночам.

И считал то что ведаю суть.

Много плакал, порою кричал,

Умоляя прервать этот путь.

Было больно и пусто внутри.

Не хватало ни света ни сил.

Жизнь меняли календари,

Когда я их об этом просил.

Мне казалось, что «выхода нет».

Это пел мне в динамиках Сплин.

Я бы рад, усомниться в ответ.

Но «надежду» развеял Дельфин.

Я хрипел, разгребая снега.

И не верил, своим же глазам.

Ночь меня обнимала слегка,

А я в мыслях запутался сам.

Мне тринадцать. И всё впереди.

Это понял я годы спустя.

Когда вспыхнуло пламя в груди,

Закоулки собой осветя.

И листаю старинный архив.

Погружаясь в него с головой.

Никаких не внося корректив,

Я там был и остался собой.

Поэтесса

Ты писала в блокноте стихи.

Я не видел о чем они были.

Но узор, что слагали штрихи,

Нарастал с нескончаемой силой.

Я сидел и подглядывал просто.

Даже слов не стремясь разобрать.

Почерк был то округлый, то острый,

То ты что-то бралась рисовать.

И страницы блокнота в закладках.

Прорастали цветами мечты.

Я подглядывал так же украдкой,

Лишь бы взгляд не заметила ты.

Но ты просто тепло улыбалась.

Зная точно, в чем мой интерес.

И писала ничуть не стесняясь.

Увлекая в приятный процесс.

Много точек и символов море.

Ты писала о чём-то своём.

Моя станция. Выхожу вскоре.

Нас в стихах оставляя вдвоём...

Идущий сквозь время

Идущий сквозь время, да будет услышан.

Ему отчеканены маршем проспекты.

Раскрашены солнцем покатые крыши

Планеты.

В глазах его месяц, узорами вышит.

За пальцы хвостами цепляют кометы.

Он бродит по росам и всё ещё дышит

Рассветом.

Идущий сквозь время, становится тише.

На глади озёрной рисуя заветы.

Уверенный в том, что они будут трижды

Воспеты.

В глазах его месяц, как будто бы ближе.

Ночь любит за ним наблюдать неодетой,

Случайный поэт непременно напишет

Об этом.

Поэт

Я одержим, а может безрассуден?

Поэт же бесами охвачен!

Моя душа от боли плачет.

Шепча на ухо: "ты безумен!"

Пусть я сошел с пути рассудка,

Утратив с человеком связь.

Болезнью наслаждаясь всласть,

Я отпускаю злые шутки.

Мне льстит в кровати прозябать,

Где некогда поэт Бездомный,

Смирительной рубашкой скован,

Пытался дьявола поймать.

Я рад своей шестой палате,

Хоть не губернский секретарь,

Но так же, как и он бунтарь.

Покуда силы в мыслях хватит.

Мои костяшки стерты в битвах,

Уставу клуба буду верен,

Как завещал нам Тайлер Дерден.

В безумством скроенных молитвах.

Я одержим. Примите это.

Не стоит вам лечить меня,

И сумасшествия огня,

Не потушить пустым советом.

Спираль

Побудь поэтом хоть немного.

Немного подержи в руках.

В руках и сердце, эти строки,

Те строки, что кружили в снах.

В снах о цветущем небосводе.

О небосводе звёздных рун.

Рун сокола в святом полёте.

Полёте под дрожание струн.

Струн арфы молодой дриады.

Дриады моря и лесов.

Лесов наполненных прохладой

Прохладой зимних сквозняков.

Тех сквозняков, что водят двери.

Двери в скрипучий хоровод.

Тот хоровод, когда уверен.

Уверен, она не придёт.

Ну не придёт, душа наружу.

Наружу боль, страдания, страх.

Страх, что ты больше и не нужен.

Не нужен даже если в снах.

В снах о испорченной погоде.

Погоде плачущих дождей.

Дождей, что безразличны вроде.

А вроде плачут всё нежней.

Нежней становится и осень.

И осень предлагает чай.

Чай, что тебя однажды спросит.

Спросит: «О ней ли ты скучал?»

Скучал, но это уже в прошлом.

В прошлом усталые стихи.

Стихи писать совсем не сложно.

Не сложно. Эти неплохи?