Хайку западного мира

Хайку западного мира

Я познакомилась с этим видом поэзии задолго, до того, как мне в руки попала книжка Джейн Рейхолд, и я узнала о правилах принятых в англоязычных странах, все-таки это поближе к нам, решилась на этот шаг. Несмотря на то, что на до мной все смеялись, и говорили, что это невозможно, а покупка книги выброшенные деньги.

Когда какую-либо поэтическую форму переносят из одной языковой культуры в другую, она меняется, видоизменяется до неузнаваемости. Новая форма обрастает новыми идеями, концепцией, структурой построения, новым содержанием. Именно это и произошло с японской поэзией, она изменилась до неузнаваемости и, что мы получили? Понять до конца, эту поэзию, мы не сможем. Учиться писать хайку можно всю жизнь, теперь, через много лет, занятия поэзией и литературой, я это понимаю. Каждая национальная культура порождает свою систему жанров народной поэзии «хайку, танка, былина, исторические песни, колядки».

Существуют жанры общие для разных культур «песни баллады». Так же общей является иерархия жанров народной поэзии различаются в высоких жанрах «былина, баллада» и в малых «загадки у всех народов, жонглерская поэзия во Франции, частушки в России».

Мы можем лишь наблюдать и знакомиться с их стихами, а наши творения, смогут ли стать, приблизиться к японской традиции? Большинство наших хокку, о сакуре, гейшах, мотыльках выглядеть нелепо, вы уж простите, меня не разумную, и потому я предлагаю писать по-русски и о русских реалиях, но в форме называемой хайку? А имеем ли мы права называть нашу поэзию хайку? Я не знаю, и никто не даст на этот вопрос ответа? Хайку в Японии и хайку в остальном мире — это два практически разных вида поэзии. Даже если наши хайку будут походить на японские, наши произведения все ровно будут отличатся, от канонических японских. Именно поэтому я и предлагаю: миниатюры, министихи. Отдаленно это будет походить на хайку, но одетых в новую одежду, кимано, сменим на европейские джинсы, безрукавки, красавки. Правда мы сохраним дух японской поэзии, хотя бы отчасти.

20 век принес много новых открытий, были изобретены; телевидение, телефон. Человек полетел в космос, и на карте уже не осталось белых пятен, но все же «человек разумный» сохранил тягу к творчеству. Как и его предок в каменном веке мы стремимся создавать поэтические и художественные ценности — стихи, картины, подобная тяга заложена в нас генетически и мне кажется, что есть много способов реализовать свои таланты. Размытость границ, объединение Европы, проникновение восточной культуры на запад дает нам еще один шанс интегрировать философию востока в западный техногенный мир, сохранив при этом, национальные корни, язык, фольклор, и поэзия, пришедшая из страны восходящего солнца — Японии подходить для этого как никакая другая. Я говорю о хайку или хокку — японских стихах, написанных в три строки, где-то с середины 20 века хайку проникли в нашу культуру и, очаровав своей красой западных поэтов, прочно прописались в нашей литературе. Буквально за одно столетие, появилось множество поэтов пишущих хокку, но когда я начала писать в этом жанре, изучать правила то столкнулась с одной проблемой.

Хокку — это больше чем поэзия, это способ достижения гармонии поэта с миром, это особый способ мышления, особый способ видения мира. К нему не было учебника написанного русским поэтом для русских. Отчасти процесс создания хокку сродни озарению дзэнского монаха — вдруг увидев какую-то вещь, возможно в несколько непривычном для нее ракурсе, или сопоставив два обычно не сопоставимых предмета, поэт испытывает мощный импульс, вдруг открывая для себя внутреннее единство мира, мира в котором все связано — и природное и человеческое, в результате этого импульса рождается хокку. Фиксируя в своем стихотворении то, что было увидено в момент такого поэтического озарения, поэт передает этот импульс читателю, заставляя и того «увидеть» и почувствовать то, что вдруг открылось ему.

Наверное, именно поэтому европейцы так по-разному относятся к хокку — одних эта поэзия отталкивает (как нечто совершенно непривычное), других (по той же самой причине) притягивает. Поэт, сочиняющий хокку, не говорит о чувствах, но их видно между строк. Читатель чувствует, душевное состояние скрытое, между строк. Цель Хайдзина, — «поэт, пишущий в жанре танка и хайку — иная», дать импульс, который заставит самого читателя непосредственно испытать то или иное чувство.

Хокку жанр японский, а значить, близок к дзен-буддизму, близок к философским загадкам коанам: коан — короткое повествование, вопрос, диалог обычно не имеющие логической подоплёки, зачастую содержащие алогизмы и парадоксы, доступные скорее интуитивному пониманию, чем разуму.

Поэт, пишущий хокку, относится к окружающему его миру, к природе совершенно иначе. Для того чтобы создать хокку, он должен прежде всего ощутить — увидеть, услышать, осязать или даже обонять то, о чем сочинить стихотворение, причем не просто ощутить, а подметить нечто необычное, новое в его обыкновенности, уловить элемент вечности, всеединства в определенности сиюминутного облика. Если поэт, пишущий вака — японская песня, подчиняет природное влечение, чувству, то есть для него «чувство» или «сердце» — кокоро — первично, а природа, действительный мир — вторичны, то поэт хайку, отталкиваясь от конкретной детали, конкретного явления, подчиняет себя дыханию природы, сливается с объектом изображения, в результате чего рождается трехстишие.

Мадзухара Сюоси поэт серебряного века в начале двадцатого века сформулировал два пути для поэта: один, это полная верность природе отключая дух — разум, другой при всем уважение к природе сохранить независимое восприятие и мышление.

Нас могли поразить хайку, переведённые с японского. Как правило мы и начинаем знакомиться с этим видом поэзии по переводам. И наконец, когда мы решаемся написать что-то свое… встаём перед дилеммой, как мы это напишем, если это перевод, и переводили профессионалы — переводчики с японского. Языка сложного и чуждого нашей культуре. Как вообще можно писать хайку на своем языке? Не зря Басё говорил: «Учитесь у бамбука, учитесь у сосны». Или еще: «Надо писать, пока свет, исходящий из вещи, не погас в твоем сердце». И вслед за Басё у меня возник вопрос, что, если писать хокку на английском или французском языке. Соблюдать основные правила, выработанные в западном мире для написания хайку на английском языке, но при этом не соблюдать количества слогов. В хайку количество слогов в строке чётко регламентировано.

В тоже время придать новым стихам вид зарисовки, мазка краской, за которой скрыт некий смысл, тайна которую нужно найти, образ, заложенный поэтом внутрь своего трёхстишья. Поэтический образ, вербальная форма, поэзии, в которой поэт — художник, воплотил воспринятые им события, объекты, процессы, явления патока жизни, значимые для его сознания. Раскрывает сущность описываемого события, увиденного им, услышанного, прочитанного в некоторой словесной картинки, обладающей способностью к визуализации при восприятие. Фиксирует эмоциональный, чувственный и интеллектуальный облик значимых для автора событий реального или воображаемого мира.

Поэтический образ, образы могут делиться, выстраиваться перед взором читателя в виде «картинки, киноленты, видеоряда — цикл хайку, хайку и танка: подобный образ есть посредник между внешними явлениями одинаково посторонними и автору-человеку, и читателю, их проекций на творящее сознание воспринимающим сознанием. Выглядит не как запоминающийся или воображаемый конкретный предмет, но скорее как намёк на такой предмет.

Мазок краской,

у каждого времени года

свой цвет

Начинаем из слов составлять образы, картинки, пейзажи в разных стилях: примитивизм, импрессионизм, модернизм, постмодернизм, абстракционизм.

Бедные блохи!

Как быстро в лачуге моей

вы отощали!..

Своеобразный анимализм Исса также подчинен законам примитивистского искусства, как бы специально адаптированного для детской книги с картинками. Даже классические образы японской поэзии наподобие соловья «точнее, его местного аналога — камышовки» или ласточки в стихах Исса чаще всего предстают в неожиданном и гротескном ракурсе:

Таким образом, мы получим что-то новое, но в то же время известное, основанное на старой культуре, кроме этого, в новом жанре можно писать на любом языке, все зависит только от знания этого самого языка. Зарисовки не зависят от количества слогов, важен лишь смысл, скрытый за словами.

За окном

свет одинокой свечи –

встреча весны

За этими словами скрыт языческий (викканский) праздник Имболк — встреча весны. В эту ночь на окне оставляли одинокую свечу, что и отражено в данной зарисовке.

То есть можно сказать, что у поэзии вака и поэзии хайку — различные отправные точки. В поэзии вака — это человеческое сердце, собственные чувства, в поэзии хайку — это вещественный, конкретный и неповторимый в каждом своем проявлении предметный мир. Для поэзии вака характерно движение от сердца, чувств, к природе, для поэзии хайку наоборот — от природы к сердцу.

Хокку обращено ко всем, к каждому, и каждый по-своему откликается душой на зов, в нем заключенный.

Если сопоставить японские пятистишия вака и трехстишия хокку с привычной нам западной поэзией, то можно заметить, что при всем своем своеобразии пятистишия все-таки ближе западной поэзии, чем трехстишия.

Кажется, что хокку написать очень просто, но эта внешняя простота сродни простоте взмаха кисти каллиграфа, за легкостью которого долгие годы труда руки и души. Поэт должен как бы постоянно быть наполнен поэзией, чтобы уметь в любой момент откликнуться сердцем на увиденное, и зафиксировав это увиденное в слове, передать другим.

Именно поэтому танка состоящее из пяти строк ближе к европейцам из-за своей величины, чем короткое, трёхстрочное — хайку.

Актуальность данной темы заключается в том, что этот жанр поэзии сам по себе являясь уникальным, оказывает влияние на культуру разных стран и по сей день.

Сегодня оглядываясь назад и оценивая свой путь в поэзии, я поражаюсь, и вспоминаю как я начала графоманитъ. Со стихами я могла познакомиться из телевизора. Моей любимой передачей был клуб кинопутешествий и вместе с Генрихом Сенкевичем мы путешествовали по всему миру. С Туром Хаэрдалем спускались на папирусной лодке. Все эти виртуальные теле путешествия были намного раньше, как я начала писать. Сенкевич любил Японию и часто показывал репортажи из «страны восходящего солнца». Возможно, именно в его репортажах я и узнала впервые о хайку — коротких трехстрочных стишках: неотделимых от японской культуры, жизни в целом, японец впитывает любовь к хайку с молоком матери и эти маленькие стихотворения, не отделимы от всей их жизни.

Для меня же поэзия была чем-то возвышенным, и складывалась из стихов А. Пушкина, Есенина, Фэта. И вообще, чтобы писать надо было учиться в филологическом университете. Тут я познакомилась с переводами Веры Марковой, я уже знала что такое японская поэзия: хайку, танка, я читала ее трёхстрочные переводы о мотыльках, сверчках, лягушке прыгнувший в воду. Именно в это время многие из нас очарованные ее переводами прыгнули в пруд вслед за лягушкой. А если плавать не умеешь?

Американский поэт однажды сказал: Прежде всего, хайку должно быть очень простым и свободным от всяких поэтических трюков и в то же время оно должно быть воздушным и грациозным как пастораль Вивальди. Стихам Басё присуща та же вдохновенная объективность, что подобно удивлению ребёнка. Мне кажется, что слова Раши очень хорошо подходят для этого, тем более американский мастер Джейн Рейхолд, советует изучать какую ни будь религию или философию и пусть это присутствует на заднем плане ваших стихотворений.

«Вэоред айти тоу ва воу» в русской библии эта фраза переводиться «земля была без видна и пуста». Раши в комментариях к торе обычно сопровождает это так; на иврите слово «тоу» означает пустоту, а «воу» удивление. Смысл фразы в целом; «изумился и удивляться. Это значит, что тот кто увидел бы землю был бы „удивлён и изумлён“.

Я читала переводы Веры Марковой и чего-та не понимала. Я понимала, что это переводы с японского и мастер даже получила японскую премию по литературе. Нет хайку мне нравились, но все они были какие-то однотипные. Все на одно лицо. Мотылёк на цветах, светлячок на окне и все в таком же духе. Странно, но какие-то они совсем детские, написаны детьми. Не мог взрослый образованный человек написать такого. Впрочем, я понимала, без образования «филологического» писать нельзя. Тем более мы очень разные, можно ли перенести японскую культуру в русскую. Чего-то не хватает. Чего та не хватало, чтобы писать хайку на русском. Нет я даже и не пыталась написать что-то подобное.

Тут в какой-то газетенке, их тогда много издавалось, я прочитала, что некий московский поэт Илья Фоняков, набирает группу для обучения хайку. Недолга думая я написала ему и начала обучение начала писать хайку. Параллельно искала информацию в интернете и узнала, что японская поэзия не отделима от их религии дзен буддизма. Можем ли мы писать хайку в нашей культуре, с нашей религией, менталитетом.

Американцы познакомились с японской культурой в девятнадцатом веке, ну и мы примерно тогда же. Вера Маркова начинала путь, тогда же, в начале двадцатого века. Были и другие поэты, но это совсем другая история. А здесь я напишу, что однажды купила книжку американки Джейн Ренхолд «пишите хайку» это был учебник по написанию жанра. Возможно, первый учебник, правда переведенный с английского. Почему за сто лет в России не было написано своего русского учебника. Мне сказали, что это выброшенные деньги и ты никогда не сможешь написать, что-та похожего на хайку. Впрочем, я погрузилась в изучение учебника. Джейн писала, что японскую культуру практически невозможно перенести в другую «американскую. европейскую, русскую» слишком мы разные.

«Однажды в руки мастера Джейн попала брошюрка, президента канадского общества хайку, и в этой брошюрке мастер прочитала что существуют приемы для создания этой поэзии». Писала Джейн, и я ухватилась за книжку, Джейн Рейнхолд всеми лапами и буквально заучивала наизусть ее приёмы. Джейн ухватилась за ее приемы и начала писать хайку используя ее приемы. Приемы были обычными догматами, взятые из курса филологии и любой образованный человек мог их использовать. Однако мастер сказала, ага значить существуют приемы, и ухватившись за ее идею, начала использовать филологические приемы в своей работе. Узнав о приемах, я так же начала использовать некоторые из них в своей работе, и в итоге в месте с Джейн написала много хороших хайку, и не только хайку, но и танка.

Это были хайку-подобные стихотворения состоящие из трех строк и семнадцати слогов. Вначале я придерживалась правила: хайку это семнадцать слогов и не более и три строки. Дома у меня осталась общая тетрадь в девяносто шесть листов с тысяча двухсот хайку, вторая тетрадь около пятисот танка. Что мне нравиться больше я не знаю. Это были хайку-подобные стихотворения, я всегда боялась назвать свои стихотворения японским словечком, но обозвать подобные стихотворения как-то еще я боялась еще больше.

Мазок краской

Придумав форму рисования словами и назвав ее на итальянском, а как же еще, итальянский язык, это язык — поэзии. Я планировала писать в двенадцать строк в честь тех братьев из библии, но нет не вышло. У меня получилось одиннадцать строе. Две хайку и танка. В тоже время комбинация этих трех стихов может быть любой. Две хайку + танка, танка + две хайку, хайку + танка + хайку, можно выделить одну строку, потом + хайку + танку и завершаем двумя танка или, или… Автор должен чувствовать какие строки надо выделить, как расположить строфы.

Пенеллата напоминает рэнга, но в то же время мы не соблюдаем рифму. Написав подобное творение из одиннадцати строк, что мы получим. Новый жанр ближе всего к рэнга. В тоже время это нечто другое отдаленно напоминающее эти жанры и я решила обозвать эти стишки пенеллата — мазки краски. Теперь мы еще ближе к нашей культуре, традициям и начинаем понимать что восточная поэзия подобна мазку краской, и мы способны сделать этот самый мазок, надо, только не выронить кисть и не упустить то самое мгновение, которое даёт нам силы для творчества, вдохновение и вот что я хотела бы сказать об этом.

Как уже было сказано само слово хайку введено поэтом Масаока Сики «1867 — 1902». Вначале это означало начальную строфу другой поэтической формы «рэнга — нанизывание строф» —хайкай, в семнадцатом веке хокку, так это вначале называлось, стало рассматриваться в качестве самостоятельного жанра.

Поэты Аркаида Моритаке «1465 — 1549» и Ямадзаки Сокан «1465 — 1553» представили хокку как миниатюру комического жанра, позже подобные стихи получили название Сэнрю. Затем Мацуо Басё «1644 — 1694» Превратил хокку из комедии в пейзажную лирику, собственно что я и называю мазком краской или pentllata. Далее Ёса Бусон «1716 — 1783» расширил тематику жанра, а в конце восемнадцатого, девятнадцатого веков Исса ввёл в хайку гражданские мотивы и будучи художником живописные образы. И вот оно, наконец свершилось то, что и должно было свершиться Масаока Сики ввёл в хайку зарисовки с натуры. Стихотворение слилось с рисунком «мазком краской», а «мазок краской» слился со стихотворением.

/ Виктория — Регия /

Три встречи с ней;

Ночь в цвете чистоты

а любовь в розовом цвете?

третья ночь проходит

в малиновом цвете

***

На озере Титикака

мы прощаемся с тобой,

скроешься в озерной воде -

до следующего года:

Виктория-Регия…

/ Огни Белграда /

Нашим прогулкам

дождь не помеха,

Шёпот звуков

в проходном дворе -

опавшие листья.

***

Наш, час встречи

в военной академии,

чтоб о нем вспоминать.

***

слишком недолог,

Но в памяти останутся

огни Белграда.

Мы всегда говорили, что хокку или хайку восточная поэзия, и далека от России, но изучая этот вопрос я узнала; что-то подобное существовало и у нас ещё с восемнадцатого века, и называлось миниатюрой или моностихом. Мы многое знаем об хайку и многие уже читали мою первую книжку «Рисуем хайку» её можно найти в интернете. Многие авторы для приближения своих творений используют не жёсткий синтаксис и ослабленную грамматику: возможно отсутствие некоторых знаков препинания например точки в конце использование только строчных букв… оставлю это под вопросом?

Кстати встречаются хайку в которых больше трёх или меньше строк. Часто пишут однострочные или двухстрочные хокку: также можно встретить визуальные хокку, существует и «бразильское хайку» с рифмовкой крестом. Однако в оригинале хайку не рифмуются, а теперь все вместе вернёмся в Россию…

Кто сказал, что хайку должны быть написаны в три строки, без знаков препинания? Например Джейн Ренхолд, предлагает следующие приемы «правила; „пишите хайку в семнадцать слогов и в одну строку. Пишите хайку в семнадцать слогов в вертикальный (слева или по центру) конфигурации по одному слову в каждой строке. Пишите менее семнадцати слогов. Используйте цезуру в конце либо первой, либо второй строки, но не по концам обеих строк. Пишите с заглавной буквы только первое слово. Пишите с заглавной буквы первые слова каждой строки. Пишите с заглавной буквы все слова“.

А теперь снова вернёмся в Россию и посмотрим на «русскую минитрадицию», а она у нас существует по крайней мере с девятнадцатого века. А ведь правда у нас существовала своя мини — традиция, и мы могли бы работать в рамках этой «русской традиции» приблизив ее к хайку, или наоборот хайку приблизив к «русской традиции». Это, я и называю «Мазком Краской». Спрашивается почему мы называем свои работы «хайку»? только ли из-за того, что это слово, наиболее известно в литературных кругах и мы хотим принадлежать к чему-то большому. Начинать с чего-та мало известного всегда сложно, и как говорил Карлос Кастанеда, тут не последнюю роль играет чувство собственной важности. И так что мы имеем на данный момент.

1. Миниатюра

Очень короткое стихотворение, написанное рифмованным, белым стихом или вирлибром. Жанра — образующим фактором является размер текста. Нижний предел — одна строка, верхний — четыре, реже пять строк.

Миниатюра — приближается к восточной поэзии: Иран, Китай, Япония, наиболее известные, из которых; хокку, танка. Наравне с древнегреческими и древнеримскими образцами повлияли на появления миниатюр в европейской поэзии. В России восемнадцатого — девятнадцатого веков, миниатюра была пограничным жанром: стихи в альбом, могла служить эпитафией, в античном стиле — покойся милый прах, до радостного утра «Н. Карамзин».

К миниатюрам можно отнести стихотворение Ф. Тютчева «Последний катаклизм»:

Когда пробьёт последний час природы,

Состав частей разрушиться земных:

Все зримое опять покроют воды,

И Божий лик изобразиться в них!

С развитием российской поэзии четверостишие приобретает самостоятельный жанр. Теперь миниатюрой принято считать стихотворение до четырёх строк, например:

Памяти В. П.

Слов нет.

Только слезы.

(Н. Година)

Сегодня жанр поэтической миниатюры существует на границе: между поэзией и афористической прозой, между поэзией и рекламным слоганом, между поэзией и bon mots, между поэзией и внелитературной реальностью. И не всегда понятно, к чему относиться данный текст, и вообще имеет ли отношение к поэзии.

Поэтическая миниатюра как жанр не находиться за границей эстетической нейтральности, и жанр ещё не стал фактом искусства, и всё ещё остаётся в поле неосвоенной реальности… в этом её преимущество и безусловно расширяет, наши поэтические возможности. Тем более в Америке в начале двадцатого века писали, хайку в одну строку. Кто сказал, что нельзя, кто сказал, что мы должны копировать японскую культуру, от и до, подражая каждой букве, страны восходящего солнца.

Когда я это поняла, то поняла, нам многое дано, и теперь в эпоху нью-эйж «новую эру» мы можем работать в любом жанре, использовать любые приёмы или правила до которых дотянемся, но только надо ответить: хотим ли мы этого или мы до сих пор — первобытные люди. Только заменившие каменные орудия на трактора, машины, вертолёты. Скачем перед очередным приезжим гуру, сама скакала и распевала мантру.

Один остроумный мизантроп, пишет Шамфор, рассуждая о развращении людей, сказал: «Бог послал бы нам и второй потоп, когда бы увидел пользу от первого».

2. Моностих (от греческого один)

Однострочное стихотворение, одностишие с законченной смысловой, синтаксической и метрической структурой. На рубеже восемнадцатого — девятнадцатого веков моностих в российской поэзии представлен эпиграммой, надписью на монументах «Покойся милый прах, до радостного утра Н. Карамзин». Кроме этого, моностих рассматривали: Ю. Тыняев, В. Жирмунский, Ю. Лотман, М. Шапиро. Широко известны тексты моностихов Н. Карамзина, В. Брюсова: «о закрой свои бледные ноги». Среди современных популярны одностишья В. Вишневского: «подайте на билет в Буэнос — Айрес, О как подорожало одолженье! О как внезапно кончился диван».

Обычно для моностиха выбирают длинную строку, что укладывается в длинный размер, типа гекзаметра или Александровского стиха. На правах смежных явлений, параллельно с моностихом идут: палиндромы, визуальная поэзия. М. Волошин подписывал свои акварели стихотворной строкой.

Однострочные стихотворные формы представлены за пределами литературы: так структурную, но не функциональную близость к моностихам имеють рекламные слоганы «баунты райское наслаждение, покупайте со скидкой, кредитная карта, нас будут искать, не с моими коленями и. т. д.» Мы каждый день слышим подобные слоганы, и многие из них могут стать моностихом. Особый интерес составляют читательские стихи например, наиболее известное «О. Бергольц Никто не забыть ничто не забыто».

Не стреляйте, в черных лебедей.

(Арике Амая)

В повести Т. Манна «Обманутая» образ черного лебедя введен в повествование в последовательно проводимой символической предназначенности. Этот мрачный «символ» принёсший весть о смертельной обречённости Розали, врывается в сюжетное действие неожиданно, в момент радостной взволнованности героини, в которой любовь воскресила молодость, силу чувств и восторженное упоение жизнью. Образ черного лебедя не только разрушает иллюзию полноты жизни героини, но также разгадывает тайну настоящего, давая нам понять, что бурно-стремительное перерождение героини — это первый шаг к смерти. Как единой точке, в нём встречаются прошлое, настоящее и будущее.

Поэтический образ, вербальная форма, поэзии, в которой поэт — художник, воплотил воспринятые им события, объекты, процессы, явления патока жизни, значимые для его сознания. Раскрывает сущность описываемого события, увиденного им, услышанного, прочитанного в некоторой словесной картинке, обладающей способностью к визуализации при восприятии. Фиксирует эмоциональный, чувственный и интеллектуальный облик значимых для автора событий реального или воображаемого мира.

Поэтический образ, образы могут делиться, выстраиваться перед взором читателя в виде «картинки, киноленты, видеоряда — цикл хайку, хайку и танка: подобный образ есть посредник между внешними явлениями одинаково понятными и автору-человеку, и читателю, их проекций на творящее сознание воспринимающим сознанием.

Выглядит не как запоминающийся или воображаемый конкретный предмет, но скорее как намёк на такой предмет.