До креста

БанникНочь стояла — черна, как зола из старой печи. Луна в прорехах облаков — глаз волчий, глядящий на деревню. Пар из бани вился к небу, будто душа покойного, а в самой бане — ни крестца, ни благого слова.Старуха Мавра говорила:«Не мойся по третьих петухах, банник не любит гостей поздних. Волосы тебе вырвет, паром опалит, в камни запрячёт — не выберешься».Но Трофим, молодой да горячий, не слушал. Вернулся с покоса, спину ломит, взял ведро, да пошёл париться — под луну.Пар густой, дух смоляной, камни шипят, вода кипит. Трофим сел — плечи разомлели, а в углу — будто тень шевельнулась. Шаг, ещё шаг... да вроде никто. Только смех — тихий, детский, и веник сам взлетел с полка.Хлестнул по спине — будто кнутом, второй раз — до крови. Трофим вскрикнул, кинулся к двери — а дверь-то не поддаётся, будто корнями вросла.Из-за печи вышел он — банник: мал ростом, но кожа — как уголь после грозы, глаз…