Крит - провал!

Глава 1

Стою. Жду. А что еще остается? Я – небольшая фигурка на игровом поле, имя моё на этот раз Славяна, и сейчас я на распутье. Мастер и игрок решают, в какую сторону я направлюсь.

Та, что принимает за меня решения в этой сессии, любит рисковать и полагаться на случай. Но ей жутко не везет в бросках кубов, из-за чего я часто получаю ранения, а иной раз банально не могу разжечь костра.

О! Решение, наконец, принято. Из нескольких возможных дорог мой игрок выбирает ту, что ведёт через лес. Она отправила меня лесом! Ну вот за что? Опять кусты, комары и крапива. Ну есть же нормальный путь, вон же видна на игровой карте коричневая ниточка тропинки...

Слышу, как мастер просит проверить, как я сориентировалась в лесу. Прекрасно, сейчас снова заблудимся и проплутаем трое суток вместо того, чтобы напрямки добраться до ближайшего городка и переночевать в таверне. Сверху на поле, почти рядом со мной, падают три огромных куба и катятся куда-то к краю стола. Что там? Провал?

Блуждаю по лесу четвертый час, а в кустах тем временем ещё и что-то шуршит. Снова стою. Снова жду, пока хозяйка моей бессмертной души и пластикового тела решит, как мне поступить.

Мастер тайком кидает куб на то, что встретится мне в кустах. Вижу, как он улыбается, глядя на игрока, от этой улыбки мне не по себе. Им-то что? Покидали кубы, поулыбались, а мне расхлёбывать. Из кустов тем временем выползает пьянющий мужик недюжинной силы. Казалось бы, не дикий зверь – и слава Богу, посмотри, да топай дальше. Но мастер, ехидно прищурившись, сообщает, что сей персонаж будет очень полезен в нелёгком походе.

Тем временем пытаюсь выдернуть ногу из пьяной хватки мужика, что, видимо, принял меня за тонкий ствол рябины, с помощью которого желает подняться. Бросок кубов! Критический провал, и вот я уже приземляюсь пятой точкой на несколько сосновых шишек, при том оставив свой сапог в лапах пьянчуги.

Сижу. Жду. Рассматриваю пальцы на своей босой, лишённой сапога, ноге. Эти двое сверху решают, как быть, и кидают очередные кубы. Интересно, удастся ли сегодня поесть? Мужик тем временем просыпается и садится, озадаченным взглядом смотрит на мое хмурое лицо. Молча тычу пальцем в свой сапог, что зажат в его кулаке. Дядька виновато улыбается и возвращает мне обувку. Он с трудом шевелит пересохшими губами и сообщает, что его имя Отто. На расспросы о том, откуда он и как тут очутился, выясняется, что тот ни черта не помнит, кроме собственного имени и примерного возраста. Не спешу кидаться от радости ему на грудь и отправляюсь на поиски хвороста. Вечереет.

Иду. Ищу. Слышу, как катятся кубики. Костра не вышло. Хворост, только что казавшийся сухим, после броска кубиков отсырел прямо на моих глазах. Коры я не нашла, а до веток не достать. Конечно, а как иначе при такой величине провала? Зато мой новый знакомый справился с той же задачей весьма ловко. Интересно, кто за него играет? Обычно так везет только новичкам.

«О боги! Ну что там еще?», - думаю я, пытаясь уснуть у прекрасного костра под пыхтение здоровяка, который дожёвывает последний кусок вяленого мяса. А мастер тем временем нагнетает обстановку и трагическим голосом рассказывает, что сквозь кустарник и еловые ветки к нам движется что-то весьма странное, громко завывающее на одной ноте. Прислушиваюсь. И верно, воет кто-то, словно яку наступили на копыто и дергают за хвост. Поднимаемся вместе с Отто с недоумением и испугом на лицах, вглядываемся в заросли кустов, откуда доносится звук. Трещат ветки, и ЭТО материализуется в круге света от костра. Мелкое худощавое тело наперевес с лютней, на которой отсутствует пара струн, и с улыбкой до ушей, демонстрирующей отсутствие переднего зуба.

- Вдравстуйте, - шепелявит это несуразное явление музы.

- Жрать нечего! - хором отвечаем мы с громилой и снова падаем у костра.

Думаю о повелителе лютни. И кто только играет за такого персонажа? Надеюсь, у него есть пара тузов в рукаве, а не только видавший виды изнасилованный годами инструмент.

Спим. Ждем. Наутро выясняется, что все ценные вещи, бывшие при нас с громилой, ушли в туман вместе с завывающим балалаечником, при том не по собственному желанию и уж точно не по нашему. Найду эту ошибку генератора персов. Найду и убью.

Тем временем моя криворукая ролевичка неожиданно успешно выкидывает кубы на обнаружение следов худосочного менестреля. Нам с громилой Отто приходится тащиться по его следу, который приводит нас к небольшой деревушке. Под коварный смех мастера мой ничего не помнящий напарник с удивлением узнает от местных, что якобы живёт в соседней деревне с тёщей, ворчливой женой Урсулой, двенадцатью детьми и не отеленной коровой.

Стою. Ржу. Отто с минуту тупит, силясь припомнить что-то, потом резко мотает головой и с криком: «Вам меня живым не взять!» закидывает меня на плечо и пускается в бега. Не сопротивляюсь, ибо моя игрунья всё равно провалит бросок на силу.

Примерно через полчаса панического бега оказываемся на берегу реки. Мастер спокойно сообщает, что в воде мы видим ловушку, в которой плещутся несколько упитанных карасей.

Стою. Думаю. В округе никого не видно. Отто, стоя на четвереньках, хлебает воду из реки словно конь после двадцати вёрст галопа. Делаю невинное лицо, забираю рыбу из ловушки в сумку. Чувствую, как в левую ягодицу прилетает стрела. Что за несправедливость? Бросок на внимательность провалила моя нерадивая ролевичка, а стрелу в зад – мне!

Стою. Ору. Из камышей выходит мужик и с извиняющейся рожей сообщает, что принял нас за дичь. Отто заботливо даёт в морду нерадивому охотнику, потом пытается вытащить из меня стрелу. С бросками на первую помощь провозились еще полдня. Громиле снова везёт, его игрок – просто бог кубов, и Отто, никогда не бравший в руки сковородки, готовит злосчастную рыбу не хуже шеф-повара.

Сидим. Жуем. Голос мастера сверху сообщает, что к реке движется группа людей с телегой. Цыгане оказались веселыми и очень порядочными людьми, и теперь у нас есть дырявый котелок и сломанные грабли, а у Отто нет проклёпанной кожаной куртки. Это моя ролевичка выпросила себе право бросить кубики на успешность торговли. Стоим. Улыбаемся. Машем цыганам вслед.

К вечеру добрались до следующей деревни. Ворота закрыты, но с одного из дворов доносится до боли знакомый вой раненого яка. Интересно, это игрок менестреля проваливает проверки игры на лютне, или сам музыкантишка сгенерирован знающим только одну ноту?

Решено не выбивать ворота, а перелезть через забор. Забор поддался не сразу. Отделалась рваной перчаткой и синяком под глазом, получив меткий удар от одной из шатающихся досок. Отто повезло чуть больше: забор рухнул под его весом не причинив ему ни царапины. Странно, но на шум никто не сбежался. Наверное, мастер приготовил нам подлую западню. На всякий случай спрятались в сарае. Пока прятались, Отто два раза наступил на сломанные грабли, купленные у цыган. Очень полезная вещь. Держась за разбитый нос, мой компаньон, говорит, что оставит грабли местным в компенсацию за испорченный забор. Им нужнее.

Сидим. Прислушиваемся. Мастер, подлец, тайком кинул кубики, и к сараю приближаются двое. Слышно воркование и лобзание. Мы с Отто прячемся в солому.

Лежим. Краснеем. Слушаем вздохи влюбленных. Парочка рухнула в порыве страсти на солому прямо рядом с нами. Мастер ржет, игроки смущаются. Наконец выпадает удачный ролл. Слышим, как парень шепелявит что-то об округлостях своей полюбовницы, и мы понимаем, что это наш балалаечник. Не долго думая, Отто хватает музыканта за что придется прямо из копны. Кубы сказали, что пришлось за самое причинное место. Кубы, они знают! Балалаечник – в крик, девка – в обморок.

Обыскиваем музыкантишку. Мастер ехидно просит пройти проверку на успешность поисков. Вижу, как рука моей ролевички тянется к кубам. Всё, пиши пропало! Вещей наших у тощего барда уже не оказалось, хотя остатки вырученных за них денег забрали.

- Есть ещё заявки? – слышен сверху вопрос мастера.

- Да!! – хором отвечают раздосадованные игроки, и моя, и тот, что играет за Отто. Интересно, что они задумали? Протестующий лепет владельца балалаечника тонет в возмущённых воплях наших игроков, требующих справедливого возмездия. Ладно. Балалайку сломали, глаз менестрелю подбили. Всё, как полагается, всё чин по чину.

Между тем, мастер разошёлся. В сарай на шум заглядывают селяне. Староста, не будь дурак, быстро прикидывает выгоду от здоровенного детины Отто в деревне. Приговор короткий: испортил девку – женись.

Стоим. Чешем репу. Игроки спорят с мастером. Не долго думая, Отто с криком «Я – не я, и девка не моя!» в панике хватает одной рукой меня, другой – балалечника и как ошпаренный ломится из сарая куда глаза глядят. Кубы сказали, что глаза глядят на свинарник. Сила есть – ума не надо, а то, что у страха глаза велики, проверили лично. Теперь селянам чинить и забор, и свинарник.

Под утро оказались на болотах. Сидим. Охреневаем. Переводим дыхание. Мастер издевательски улыбается, подбрасывая кубы. Господи, ну когда же конец сессии?