
Карта и клавесин
Зарисовки из номенклатурного детства в декорациях магического реализма
К тому времени он остался уже один — его товарищ погиб, защищая диссертацию где-то за хребтом Гиндукуша.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Когда я перешел в четвертый класс, в моей комнате повесили политическую карту. Не физико-географическую, с белым океанским шельфом, стрелками пассатов, розой ветров, морскими чудищами, каравеллами и прочей тревожной романтикой, а именно политическую. Такую, где баллистические траектории ракет, стрелы танковых ударов, тайные тропы подводных лодок и штрихованные пятна резидентур.Скрипя подплечными кобурами, вошли два бородатых отцовских аспиранта. Молча посадили меня на книжный шкаф, развернули трехметровый глянцевый рулон и с ювелирным усердием пришпилили его сотней обойных гвоздей к стене. Мне стало обидно — на этом пространстве быта я планировал устроить зимнюю биеннале своих фотографий. Ну да черт с ним, карта так карта. Учиться тоже когда-то надо…Сначала эта карта стала для меня просто le mobilier[1]. Привычным глазу предметом обстановки. Просыпаясь по утрам, я пробегал взгляд…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0